Часть 7

Глава 7

Техника имитации человека клана Инузука — это не простое перевоплощение. Строго говоря, она относится к Стихии Ян и представляет собой технику клеточной трансформации, подобную технике Увеличения клана Акимичи. По сравнению с обычной техникой перевоплощения, которая является лишь иллюзией и развеивается от малейшего прикосновения, эта техника трансформации гораздо более стабильна. Вот, например, как сейчас... Инузука Рин крепко обняла Умку, проверяя стабильность и прочность техники. Почувствовав давление, собака-ниндзя жалобно заскулила от боли. Услышав её стон, Рёто сочувственно опустил глаза. «Тяжело тебе пришлось, сестрёнка Умка. Но ты держись, старайся!» — мысленно подбодрил он её. Как и ожидалось, Рин удивлённо приподняла бровь, глядя на Умку, которая всё ещё сохраняла облик маленькой девочки у неё на руках. Обычная техника перевоплощения не выдержала бы такой атаки; любое внешнее воздействие разрушило бы маскировку. Но Техника имитации человека клана Инузука была иной. Она позволяла сохранять изменённую форму и выдерживать определённый уровень внешних атак, причём предел у всех был разный. Сила действия была взаимной, иначе невозможно было бы атаковать, сохраняя трансформированный облик. Особенно это касалось продвинутой техники Гацуга в форме гигантского волка — без должной стабильности форма развалилась бы ещё до начала атаки. Поэтому, хотя Техника имитации человека и была базовой секретной техникой клана, и освоить её азы было просто, достичь в ней мастерства было совсем не лёгкой задачей. Это требовало высочайшего контроля над чакрой. Из-за этого у большинства членов клана Инузука в техниках имитации человека или зверя оставались изъяны — звериные черты. Они не могли, подобно Умке, выглядеть абсолютно как человек, без малейших видимых недостатков. Никто во всём клане, ни человек, ни собака-ниндзя, не был способен на такое. При имитации человека собака-ниндзя не могла полностью принять человеческий облик. При имитации зверя член клана Инузука не мог полностью принять облик зверя. Отпустив Умку, Рин ощутила желание ударить её по лицу, чтобы как следует проверить стабильность и прочность техники. Но ей было жаль. Гений, что тут ещё скажешь. Глаза Рин горели, она неотрывно смотрела на собачку, а улыбка на её губах становилась всё шире и шире, и сдержать её было невозможно. Но это было не самое поразительное. Был ещё один, куда более глубокий вопрос. — Сузу, кто тебя научил? — тихо спросила Рин. — Рёто? В доме только Рёто умел читать. Хакура и Куроко были уже стары и не особо занимались младшей дочерью, а её старшие братья и сёстры нечасто брали её с собой играть, считая слишком маленькой и мешающей. Когда-то Рин думала, что её собственный сын — гений. Едва ему исполнился год, он уже научился читать, сам изучал книги и тайком просматривал свитки с техниками, оставленные её мужем. Это было просто поразительно. Но со временем он так и не проявил никаких особых талантов, и никаких заметных успехов за ним не наблюдалось. — Ладно, этот вопрос не важен, — Рин уставилась на Умку и с надеждой спросила: — Технику четырёх лап знаешь? Судя по возрасту Умки, она не должна была владеть не то что Техникой четырёх лап, но даже простой Техникой имитации человека. Причина была проста — недостаток чакры. Из-за размеров тела собаки-ниндзя и возрастных ограничений некоторые вещи были просто невозможны. Точно так же, как Рёто, несмотря на два года стараний, так и не смог извлечь чакру — он был слишком мал. Поколебавшись мгновение, Умка кивнула, с надеждой глядя на лакомство в руке Рин. Глаза Рин зловеще блеснули. Она глубоко вздохнула и с предвкушением произнесла: — Покажи мне. В следующее мгновение, без каких-либо видимых движений, тело Умки окуталось слабым синим сиянием чакры. Оно мерцало, словно пламя, обволакивая её конечности и почти всё тело. Глядя на это, Рин ахнула, её глаза наполнились шоком. Так и есть! Общеизвестно, что для использования ниндзюцу ниндзя должны складывать печати, хотя и бывают исключения. Собаки-ниндзя для использования техник также нуждаются в печатях, но у них нет рук, поэтому они не могут их складывать. В таких случаях им требуется помощь члена клана Инузука, который складывает печати за них. Эта техника, известная как «заимствование рук для печатей», крайне сложна и доступна немногим ниндзя. Она заключается в управлении потоком чакры в теле другого существа с помощью собственного потока чакры для выполнения техники. Без абсолютного доверия и взаимопонимания между партнёрами успех был невозможен. Насколько знала Рин, в деревне сейчас никто не владел этой техникой. Если собака-ниндзя осваивала Технику имитации человека, она могла складывать печати сама, но для самой Техники имитации человека требовались печати. А Сузу с самого начала действовала самостоятельно, без помощи Рёто, и применила две разные техники. Это была... — Техника без печатей! Признак истинного мастера! Даже Третий Хокаге на такое не был способен! А это означало... Подавив бурю эмоций в душе, Рин посмотрела на Умку. «Ах ты, паршивец, ну и имечко же ты ей дал!» Как же хорошо меня обманули! Но это и к лучшему! Никто не должен об этом узнать! Взяв Умку за лапку, Рин серьёзно сказала: — Сузу! Отныне этот болван Рёто полностью под твоей защитой! Умка, кажется, не до конца поняла, но всё равно кивнула. — Умница, достаточно, можешь возвращаться в свой облик, — Рин погладила собаку по голове. — И впредь не превращайся в человека перед посторонними. Умка вернулась в свою первоначальную форму с блестящей серебристо-белой шерстью и умоляюще посмотрела на лакомство в руке Рин. «Ну так что, дашь ты мне его или нет?» — Кстати, Сузу, — спросила Рин, — ты умеешь делать Гацугу? Услышав это, Сузу кивнула. На этот раз Рин уже не удивилась. Для такого гения это было в порядке вещей. — Мама! Я помылся! — в этот момент из ванной выбежал Рёто в пижаме, его взгляд тут же устремился к Умке. «Ты в порядке, сестрёнка Умка?» — Гав-гав-гав! — залаяла та в ответ. «Всё отлично! Я не превращалась в тебя! Умно, правда?» «Отлично!» — Рёто одобрительно поднял большой палец. Рин повернулась к сыну, и в её глазах промелькнуло отвращение. Этот мальчишка опять управился с душем меньше чем за три минуты. — А ну марш спать! — Знаю, знаю! — ответил Рёто. — Пойдём, сестрёнка Умка! Собачка бросила последний взгляд на лакомство в руке Рин, но та как ни в чём не бывало сунула его обратно в карман. На мордочке Умки отразилось крайнее изумление. Подумав, она с неохотой подбежала к Рёто и запрыгнула к нему на руки. Обнимая собаку, Рёто развернулся и побежал прочь, тихо спросив: — Ты точно не проболталась? — Гав! — «Точно нет!» — Тогда я верю тебе. Глядя на удаляющиеся спины этих двоих, Рин слегка нахмурилась. Хотя война на данный момент прекратилась, не было никаких признаков того, что Вторая мировая война шиноби закончилась, и обстановка оставалась опасной. Она очень боялась, что, попав на поле боя, этот мальчишка наступит на взрывную печать и взлетит на воздух. Если бы была возможность, она бы не хотела, чтобы Рёто становился ниндзя. Но как глава клана, она не могла так поступить и со спокойной душой отправлять соклановцев сражаться и умирать. Поэтому... нужно было строить планы заранее. Раз уж Сузу — гений, а они с Рёто партнёры, то, с некоторыми допущениями, её мальчишка тоже гений. Необходимо было превратить их в надёжную боевую единицу. По крайней мере, сделать так, чтобы Рёто не был обузой для Сузу. Вернувшись в гостиную, Рин включила телевизор, убавив громкость, и, налив себе выпить, стала размышлять о Умке. Она была настоящим гением! Нет, она была просто чудом! За всю историю клана Инузука не случалось ничего подобного! Рин посмотрела на Хакуру и Куроко в гостиной. Будучи родителями Умки, они были всего лишь обычными собаками-ниндзя, хоть и считались элитой клана. Взгляд Рин стал глубоким и пронзительным. В этот момент она выглядела как настоящий элитный джонин, излучая холодную ауру ниндзя. Как глава клана, она знала многое — не только о делах семьи, но и о положении дел в деревне. Клан Инузука был многочисленным: много детей, много людей, много собак. Среди всех кланов деревни у них было больше всего бойцов — настоящая армия людей и псов. Можно сказать, что они могли позволить себе потери в любой войне, сколько бы их ни было. И люди, и собаки были плодовиты, что позволяло клану процветать и разрастаться. Держась вместе, они представляли собой могущественную силу. В отличие от некоторых кланов, которые не могли позволить себе терять своих членов. Но, как ни странно, в деревне клан Инузука занимал слабую позицию. Причина была в том, что клану не хватало абсолютного лидера, способного держать всех в узде. Большинство собак-ниндзя и членов клана едва достигали уровня чунина, не говоря уже о джонинах. Не то что Учиха, где пробудивший шаринган уже считался на уровне джонина. Из-за этой слабости она, будучи главой клана, не смогла защитить даже собственного мужа. Ей не удалось вернуть даже его тело! Откинувшись на спинку кресла, Рин повернула голову и посмотрела через панорамное окно на ночную деревню, мерцающую огнями. В её глазах промелькнула ненависть. — Воля Огня? — она презрительно хмыкнула. — Ха!