Часть 12

Глава 12

Быть вожаком — дело затратное, требующее денег. Иначе почему, по-вашему, клан Инузука так беден? Ведь тысячи, а то и десятки тысяч ртов ждут, чтобы их накормили. А усыплять собак клан Инузука не решался. Поэтому формально вышедших на пенсию собак-ниндзя было довольно много. Часть из них — это собаки, чьи хозяева погибли в бою, другая часть — потомство отставных собак, у которых с самого рождения не было хозяина. Некоторые члены клана Инузука, потеряв свою собаку-ниндзя в бою, приходили сюда, чтобы выбрать и забрать с собой нового партнёра. В каком-то смысле это место было и тренировочным лагерем для резерва собак-ниндзя клана. Вскоре группа из сотни с лишним собак-ниндзя вырвалась со «свинофермы». Пёс-охранник у ворот, услышав шум, лишь приподнял веки, но вмешиваться не стал. Собаки-ниндзя клана Инузука по интеллекту не уступали людям, и случаев нападения на кого-либо не происходило. Если этим псам хотелось погулять, позиция клана была на удивление единодушной: пусть идут. Однако, увидев во главе стаи белого пса, охранник всё же удивлённо приподнял бровь. Опять этот серебристый. Но связываться с ним он не собирался. Подобно тому, как в волчьей стае есть вожак, собачьи вожаки клана Инузука — не те, с кем стоит шутить. Вся собачья община имела строгую иерархию, жёсткую субординацию и мощные навыки группового боя. По приказу вожака они без колебаний бросались в бой, не страшась смерти. Проще говоря, даже от одного взгляда этого серебристого пса ему становилось не по себе. Он знал, насколько тот опасен, потому что понимал его суть. Даже сотня генинов, не владеющих ниндзюцу, или даже одинокий джонин, столкнувшись с такой стаей, должны были бы хорошенько подумать, останутся ли они в живых. Обычно собачьи стаи не достигали таких размеров. Собаки-ниндзя собирались в группы по семьям хозяев: где-то десяток, где-то три-четыре особи. Во время войны они объединялись для совместных сражений, но в мирное время их группы были невелики, и товарищи по команде из других кланов никогда не видели собачьих стай в действии. Видеть их могли только члены клана Инузука и враги, которых они загрызли насмерть. С ходом Второй Великой Войны Шиноби и смертью старейшин кланов-основателей деревни, Третий Хокаге постепенно укреплял свою власть. В это время клан Инузука намеренно уменьшил размеры своих собачьих стай, спрятав клыки и когти, отчего весь клан стал выглядеть безобидным. Клан Инузука был самым сплочённым кланом в деревне, а это означало, что он был крайне закрыт для чужаков. И эта небольшая стая из сотни собак на самом деле не казалась Инузука такой уж большой. Вот почему они не усыпляли отставных собак-ниндзя, а кормили и поили их на славу. Каждая из этих собак представляла собой боевую единицу, которую нельзя было игнорировать. Огромная армия боевых собак-ниндзя была последним козырем клана Инузука. Клан вкладывал в их содержание колоссальные средства, не считаясь с расходами. Стая собак-ниндзя, не понимающая Воли Огня и не подчиняющаяся приказам деревни, была личной армией смертников клана Инузука. Это было их самовольное войско, источник уверенности и главный аргумент, позволявший бросить вызов любому сильному клану. Рёто многое узнал о своём клане, наблюдая за деталями и подслушивая разговоры, ведь его мать, отдавая приказы дома, иногда не стеснялась его присутствия. Поэтому во время Второй Великой Войны Шиноби только клан Инузука не испытывал ни капли страха. Они могли позволить себе терять как людей, так и собак. В отличие от клана Сенджу, который не мог позволить себе терять людей и уже панически боялся смертей. В клане Инузука, будь то люди или собаки, редко встречались семьи с одним ребёнком. Обычно у всех была куча братьев и сестёр, и после рождения их подготовка проходила невероятно быстро. В чём у них не было недостатка, так это в пушечном мясе. Поэтому те несколько простых секретных техник Рёто полностью освоил всего за год, когда ему было четыре. Но настоящая тренировка только начиналась. Овладеть техниками самому было недостаточно. Важнейшим навыком для каждого члена клана Инузука была тренировка собак-ниндзя. У Рёто был свой собственный план тренировок, и у него не было времени тратить его впустую в школе. Потому что Третья Великая Война Шиноби была уже на носу. Если не сражаться изо всех сил, то останется только умереть на поле боя. Выбегая с территории клана, Рёто сверкнул суровым взглядом. Его роскошная, гладкая серебристая шерсть развевалась на ветру, словно танцуя. Золотистые глаза зверя с узкими вертикальными зрачками источали ледяную опасность, создавая образ таинственный, могучий, изящный и прекрасный. Он во всей красе демонстрировал свой статус вожака. За ним следовала огромная стая собак, и каждая выглядела свирепо и грозно. Приблизившись к улицам деревни, где становилось всё больше людей, Рёто замедлил шаг, и стая позади него послушно сбавила темп. Местные кошки, завидев такое шествие, мяукнув, чтобы предупредить сородичей, тут же разворачивались и уносили ноги по заборам. Пробегавшие мимо домашние собаки, поджав хвосты, жались к обочине, стараясь стать как можно меньше и дрожа от страха, боясь, как бы проходящая мимо стая собак-ниндзя не влепила им пощёчину. Но собаки-ниндзя не удостаивали презрением этих низкоинтеллектуальных сородичей. Они были породой, которая сражалась с ниндзя лицом к лицу, самыми свирепыми и злобными псами в мире шиноби, от природы склонными к ярости. Они смотрели в лицо смерти, не отступали и, вцепившись в врага, не разжимали челюстей даже после смерти. Проходя через один из переулков, они случайно столкнулись с ниндзя в жилете. В тени переулка на него уставилась пара за парой свирепых, светящихся зелёным светом глаз. Увидев на собаках одежду с гербом клана Инузука и протекторы ниндзя, выданные деревней, шиноби почувствовал, как у него волосы встают дыбом. Фактически, эти псы — его коллеги, официально признанные деревней настоящие ниндзя, хоть и без личных номеров и регистрации. Они замерли друг против друга в тёмном переулке. Мгновение спустя, видя, что он не уступает дорогу, стая оскалила зубы и глухо зарычала. — Я ухожу! Ухожу! Не волнуйтесь! Кто бы не испугался такого зрелища! Обливаясь потом, ниндзя медленно попятился из переулка, показывая, что у него нет злых намерений, и, сделав быстрое движение, прижался к стене у входа. Серебристый вожак стаи даже не взглянул на него. Ниндзя смотрел, как одна за другой собаки-ниндзя медленно и надменно проходят мимо. Наблюдая за этой сценой, Рин улыбнулась. Как давно клан Инузука не вёл себя так дерзко. Вспоминались времена Эпохи Воюющих Кланов, когда клану Инузука не нужно было ни перед кем заискивать. Не согласен — дерись, посмотрим, кто выдержит дольше, а кто струсит первым. И непонятно, что за чертовщину увидел её дед, что заставило его со всем кланом в спешке присоединиться к Конохе. А ведь можно было, как клан Кагеяма, продавать информацию пяти великим деревням — разве это не прекрасно? Она этого совсем не понимала. — Этот мальчишка... — с улыбкой проговорила Рин. — Какой же он всё-таки крутой... Признание от родной матери. Умка подняла голову, посмотрела на Рин и согласно кивнула. Она тоже считала, что в облике собаки её вожак выглядит круче всего, а в человеческом обличье он немного уродлив. Так зачем же этот мальчишка пошёл в деревню? Рин была озадачена. Ответ открылся прямо у неё на глазах. Маленький секрет: в деревне детям не продают алкоголь. Но собакам — можно. Рин увидела, как Рёто, не заходя в центр деревни, остановился у неприметной винной лавки на окраине. Сам он не показывался, а лишь командовал стаей, которая закупала товар. Затем, нагруженные большими и маленькими бутылками, они тем же путём вернулись в лес за пределами деревни. — Ну и дела! Вот это да! Невероятно! У Рин от такого аж в животе свело! Так вот как он решает эту проблему? Раньше Рин всё гадала, каким образом её сыну удаётся доставать алкоголь. Оказывается, всё было так хитроумно продумано, одно цеплялось за другое.