Часть 191

Глава 191

Это гендзюцу... Врождённое гендзюцу огромного моллюска, призывного зверя Второго Мизукаге, Хозуки Генгецу — Демоническая иллюзия: Паровой мираж. Это очень опасная техника, гендзюцу, подобное отражению цветка в зеркале или луны на воде. Оно полностью подчиняет себе пять чувств, позволяя с лёгкостью играть с противником, как с марионеткой. Скрываясь внутри иллюзии, Куренай из тени внимательно наблюдала за полем боя. В записях учителя Наори говорилось, что в этом мире не существует идеальных ниндзюцу. У каждой техники есть свои недостатки, и умение их распознавать — это основа мастерства шиноби. Поэтому сбор информации является первоочередной задачей. Первое, что пришло на ум — стандартные методы противодействия. Сенсорные способности... К сожалению, Куренай не была ниндзя, сильным в восприятии. Чтобы разгадать это гендзюцу, требовались сенсорные способности исключительной мощи, как у Второго Цучикаге Му. — Момо, — присев и настороженно осматриваясь, Куренай спросила кошку-ниндзя на своем плече, — ты заметила что-нибудь необычное? Тщательно принюхавшись, кошка-ниндзя покачала головой и мяукнула: — Чувствуется лёгкий запах морепродуктов, но он повсюду, так что источник не определить. — Запах морепродуктов? — переспросила Куренай. — Рыба? Креветки? — Это запах моллюсков, мяу, — ответила кошка, облизываясь. — Наверное, очень вкусные. — Моллюсков? — Куренай слегка приподняла бровь. — Ты уверена? — Абсолютно! — Момо утвердительно кивнула. — Мой божественный нос никогда не ошибается! Разве что она смогла бы обмануть моё обоняние, но даже в этом случае обычный ниндзя не смог бы так реалистично и точно воссоздать сложную палитру запахов, как это делала госпожа Наори. Потому что она наверняка никогда не нюхала ничего подобного. Это значит... Куренай поднялась с улыбкой. — Значит, она не может так просто перемещать поле боя... Пространственные гендзюцу имеют ограниченную зону действия, за пределами которой их эффект исчезает. За короткое время удалось найти небольшую брешь, но этого было недостаточно. Ключевым оставался вопрос — как вырваться из иллюзии. Чтобы получить более конкретную информацию, у Куренай был один удобный способ. Купить её. — Момо, у вас есть информация об этой технике? Гендзюцу, связанное с моллюском, должно быть, довольно редкое. Клан Кагеяма был кланом, который торговал информацией в мире шиноби. — Благодарим за покупку, — сказала Момо. — Хотя госпожа велела сделать тебе скидку в семьдесят процентов, правила есть правила. — Вот же... — недовольно пробормотала Куренай. — Запиши в долг! — Мяу~ Минуточку~ — Кошка-ниндзя закрыла глаза, начиная сеанс связи с кланом, чтобы доложить о сделке и запросить поиск информации. … Припав к подоконнику высокой башни и любуясь далёким лунным светом, Май наблюдала, как кошки-ниндзя, отвечающие за архив, суетливо рылись в огромных свитках. Как бы это сказать... Эффективность поиска была слишком низкой. Современные компьютеры, которые уже появились на рынке, были очень удобны: вводишь ключевое слово — и получаешь всю необходимую информацию. А бумажные архивы требовали много времени и сил. Кошки-ниндзя долго и усердно искали, но безрезультатно. Главный хранитель архива, напрягая память, но так и не вспомнив ничего похожего, отправил ответ Момо. — В клане ничего нет, — с сожалением сообщила Момо Куренай. Куренай не смогла скрыть разочарования. — Похоже, информация об этой технике действительно очень редка. Вовсе нет. — Ты слишком недооцениваешь мой клан Кагеяма, — произнесла Май. Заметив, как изменился тон и выражение мордочки Момо, Куренай слегка нахмурилась. — Зачем ты пришла? — Разве тебе не нужна моя помощь, Куренай? — улыбнулась Май. Это... — Что ж, спасибо тебе... — ответила Куренай. Она уже несколько лет в тайне от Рин общалась с Май. С тех пор как она заключила контракт с кошками-ниндзя у учителя Фугаку, Май много ей помогала, особенно в тренировках. Поэтому... Беря чужое, становишься должником, а принимая угощение, теряешь дар речи. — Не стоит благодарности, мы же лучшие подруги, — хихикнула Май. Куренай тяжело кивнула. — Да. — Давай я расскажу тебе одну историю, — сказала Май. — Историю, которую мне когда-то давно поведал один человек. Маленькую сказку о благодарном моллюске. — Погоди, ты имеешь в виду народную сказку о благодарном журавле? — удивлённо спросила Куренай. — Разница невелика. В любом случае, это просто выдуманная история одного парня, — Май с лёгкой улыбкой погрузилась в воспоминания. Эта сказка стала для неё своего рода введением в гендзюцу, заставив юную её задуматься о том, что иллюзии можно использовать и так. — Главной темой были всевозможные ёкаи, которые с помощью гендзюцу разыгрывали и обманывали людей. — Постой... — прервала её Куренай. — Давай ты не будешь рассказывать сказки. Я хочу услышать главное: как развеять это гендзюцу с моллюском. — Без мощных сенсорных способностей с этим справиться трудно, — ответила Май. — Но ты не торопись. Почему бы тебе не посмотреть, как с этим справятся твои товарищи по команде? — Здесь! — глаза Шизуне резко расширились. Её духовное восприятие засекло группу Теруми Мей, скрытую в иллюзии. Внезапно она подпрыгнула в воздух, высоко занеся свой посох и обрушивая его вниз с неистовой силой. Теруми Мей, прятавшаяся в гендзюцу, всё ещё обдумывала, как ей развеять иллюзию Куренай — для неё это тоже была сложная и мучительная проблема. Увидев внезапную атаку Шизуне, она дёрнулась. Это тоже иллюзия? Как она могла меня найти? Нет! Она уже нашла меня! Глядя на стремительно приближающийся и увеличивающийся в размерах посох, Теруми Мей исказилась в лице. Эта девчонка слишком быстра! Тело хотело двинуться, но было уже поздно! Физический бой не был её сильной стороной. Если этот удар попадёт в цель, даже если просто заденет, она если не умрёт, то останется калекой. В этот момент Хозуки Мангецу с решительным видом выступил вперёд, заслонив собой Теруми Мей. Поддерживая Технику гидратации, его правая рука резко раздулась до гигантских размеров, и он ударил кулаком навстречу падающему посоху. Стихия воды: Техника мощной водяной руки! Удар, способный проломить скалу. Но этого было недостаточно! В момент столкновения Шизуне, смотревшая на пустое место перед собой, слегка прищурилась. Руки ощутили явное сопротивление. Но лишь на мгновение. В пустоте перед ней внезапно взорвался огромный фонтан брызг, разлетаясь во все стороны, и следом за этим земля с грохотом раскололась под действием переданной силы. Анко прищурилась, заметив это. Неплохое мастерство. Бо́льшая часть чудовищной силы Шизуне была умело перенаправлена в землю. В её руке меч, словно ядовитая змея, скользнул вдоль падающего посоха и бесшумно устремился вперёд. Под прикрытием иллюзии моллюска, Теруми Мей, воспользовавшись мгновением, которое выиграл для неё Мангецу, быстро отскочила в сторону. Её руки замелькали, складывая печати с грацией порхающей бабочки, и в одно мгновение она завершила технику. Острое лезвие молниеносно пронеслось мимо, словно белая завеса, и едва не срезало кусок синего подола платья Теруми Мей. На земле, в воздухе, лужа жидкости, разлетевшаяся от удара гигантского посоха, смешалась с летящими камнями и грязью, а из неё хаотично сформировались черты водяного лица. Сейчас было не время экономить силы и чакру. Главной задачей было выжить. Как противостоять гендзюцу с таким огромным радиусом действия, способному контролировать все пять чувств, когда точное местоположение врага неизвестно? Получив от Генши призывного зверя Второго Мизукаге, Теруми Мей уже продумала тактику. Ответ был — ниндзюцу ещё большего радиуса действия для тотального подавляющего удара. Её живот резко вздулся, как воздушный шар, затем воздух поднялся к груди и вошёл в горло. В момент, когда она открыла рот, из него вырвался шар золотистой вязкой жидкости, устремившийся вертикально в небо. — Беги! — крикнула Май. Услышав это, Куренай развернулась и бросилась прочь. Что до Шизуне и Анко... Они настороженно смотрели на внезапно появившийся перед ними золотистый шар, стремительно летящий в небо. Золотистая жидкость на лету начала быстро расширяться, её становилось всё больше и больше. В мгновение ока она пробила кроны деревьев, поднялась высоко в небо и превратилась в яркое золотое солнце, которое, словно воздушный шар, повисло над их головами. Третий Цучикаге, глядя на эту технику, почувствовал что-то знакомое. Цунаде приподняла бровь. Такого дзюцу она ещё не видела. — Так называемые гении, — сказал Третий Мизукаге, — часто обладают талантом к самостоятельной разработке ниндзюцу. А гений с двумя Кеккей Генкай, способный создавать множество секретных техник на их основе, без сомнения, обладает таким талантом. Стоя на плечах предыдущего Мизукаге и объединяя способности двух Кеккей Генкай, она, несомненно, сможет превзойти сильнейшего в истории Второго Мизукаге и выполнить технику, подвластную только ей — Кеккей Тота, слияние трёх стихий чакры. Третий Мизукаге посмотрел на Цунаде. Демонстрировать мускулы? Мы в Деревне Скрытого Тумана тоже не лыком шиты. — Господин Третий Мизукаге, — вмешался Ооноки, — это не Кеккей Тота. В лучшем случае, это просто комбинация двух Кеккей Генкай. Ооноки уже понял, что это за техника. — Ваша гениальная девочка ещё не до конца освоила её. — Верно, — усмехнулся Третий Мизукаге. — В конце концов, она получила эту технику всего неделю назад. А своего старшего сына ты ведь учил очень долго, не так ли? Ооноки посмотрел на Мизукаге, слегка прищурившись. Кое-кто снова наступил на больное место. Райкаге и Казекаге помрачнели. Кеккей Тота, значит... Цунаде скривила губы и сказала: — Неплохо. Кеккей Тота — это тоже довольно мощно. Под прикрытием иллюзии моллюска Теруми Мей подняла глаза на Шизуне и Анко. Эти двое, похоже, не были скрыты гендзюцу той девчонки, Куренай. Почему? Уже неважно. Достаточно просто их уничтожить. На её холодном, прекрасном лице дрогнули алые губы. Сложив перед собой печать, она тихо произнесла: — Стихия Лавы: Опасный паровой... Опасный паровой тиран. Эта техника Второго Мизукаге, Хозуки Генгецу, представляла собой ниндзюцу с бесконечным циклом взрывов. Она создавала особого клона из воды и масла в теле пользователя. Внешняя оболочка детской формы состояла из масла, а внутри была вода. Особенность заключалась в том, что клон легко нагревался и охлаждался. При любом движении масло на поверхности быстро нагревалось, заставляя внутреннюю воду испаряться, что приводило к паровому взрыву. Затем, превращаясь в град, клон охлаждался и уменьшался в объёме, готовясь к следующему взрыву. Какое совпадение. В тот момент, когда Теруми Мей получила эту технику, она поняла, что вода не смешивается с маслом. И хотя она не владела Стихией Масла, её Стихия Лавы представляла собой вязкую маслянистую жидкость, которая могла как создавать замкнутое пространство для хранения воды, так и нагревать её до испарения. Эта техника, будь то быстрый нагрев воды для испарения или её герметичное хранение, не представляла для неё никакой сложности. Более того, паровой взрыв Теруми Мей могла заменить на куда более ужасающий по своей убойной силе высокотемпературный кислотный туман. Золотое солнце в небе резко раздулось ещё больше, а затем начало сжиматься. Начинается... Осознав надвигающуюся опасность, Шизуне и Анко переглянулись и, не уклоняясь, посмотрели в небо. На теле Шизуне мгновенно проявилась Печать Силы Сотни, покрыв её полностью. По узорам печати чакра прошла через всё тело, скрываясь под кожей, готовая вырваться наружу. В то же время огненные узоры Проклятой Печати бешено расползлись по телу Анко. На её лице появилось безумное выражение, кожа покрылась чёрными, мелкими чешуйками, похожими на змеиные. Из-за спины вырвался толстый длинный хвост, на лбу вырос рог. Изумрудно-зелёная чакра начала сочиться с поверхности её тела, формируя доспех. Этот Орочимару... Глядя на облик Анко, Цунаде невольно прикрыла лицо рукой. Теруми Мей широко раскрыла глаза. Что за монстры эти двое? Почему их облик один другого бесчеловечнее? Раздумывать было некогда, стрела уже была на тетиве, и выстрел был неминуем! Оглушительный раскат грома пронёсся по ночному лесу. Подобно цунами, хлынул мощный поток белого тумана, в одно мгновение преодолевая огромное расстояние и поглощая всё вокруг. Фигуры Шизуне и Анко тут же утонули в волнах мертвенно-белого пара. Ураганный кислотный туман бешено закручивался во все стороны, словно некое чудовище из иного мира, жадно пожирающее всё живое. Куда бы он ни добирался, деревья увядали и плавились, а сама земля исчезала дюйм за дюймом под действием кипящей кислоты. На мгновение всё вокруг стало похоже на нашествие белой саранчи смерти: всё живое погибало, земля была содрана на три фута вглубь, и всё это сопровождалось воющим ветром и серией невидимых ударных волн. Всё кипело, земля гудела и дрожала. — Какая мощь... Припав к окну и глядя на поднимающийся в лесу белый густой туман, Май моргнула. — Даже Сусаноо не выдержало бы и мгновения... Рёто, подперев щеку рукой, наблюдал за этой сценой. — Зона поражения почти километр, да?.. За пределами зоны поражения, уже отступившие нинкены Кровавого Героя смотрели на стену бурлящего белого кислотного тумана, который перестал расширяться. Внутри него все цветы, трава и деревья плавились и исчезали под натиском высокотемпературного тумана, не оставляя и следа. Даже верхний слой почвы был содран на несколько дюймов. Пространственное гендзюцу, созданное Куренай, полностью рассеялось, лишившись катализатора для наведения иллюзий. Стоя за пределами зоны поражения, примчавшаяся сюда Куренай с облегчением похлопала себя по груди. А причина, по которой у неё было достаточно времени, чтобы убежать, заключалась в том, что товарищи Теруми Мей тоже находились за пределами зоны поражения и с трепетом и дёргающимися веками наблюдали за происходящим. Теруми Мей пришлось учитывать безопасность своих союзников. Кисаме, неся на одном плече мирно спящего Забузу, а на другом — страдающую от кашля Ринго, мысленно решил никогда не злить Теруми Мей. Когда туман начал рассеиваться, стала видна картина на поле боя. Золотой водяной шар в небе исчез. Значит, эта техника не имела цикла охлаждения, это был не бесконечный взрыв, а одноразовый. «Значит, не было нужды поддерживать человекоподобную форму...» — с одобрением кивнул Рёто. — «Неплохо~» В центральной башне... — Всё-таки не доучила, — сказал Ооноки с серьёзным выражением лица. Масштаб и глубина разрушений не уступали взрыву от Стихии Взрыва. Если бы она могла взрываться бесконечно... Это был бы бог разрушения, зачищающий поля сражений. Его армия Ивагакуре скорее бы до последнего билась с Райкаге, чем столкнулась бы с такой силой. Ооноки посмотрел на Цунаде. Твой отряд нинкенов Кровавого Героя силён, но Деревня Тумана... — Какая жалость, — сказал Третий Мизукаге. — В конце концов, она тренировалась недолго. Но в мире шиноби право голоса всегда имеют сильные. Сборище слабаков — это всего лишь сброд, до смешного жалкий. Вы согласны, госпожа Четвёртая Хокаге? — Вот как... — Цунаде посмотрела на монитор, где виднелась опустошённая земля, а высокотемпературный белый смертоносный туман ещё не рассеялся, скрывая ситуацию в центре поля боя. Закинув ногу на ногу, она без тени беспокойства улыбнулась. — Вы бы лучше присмотрелись повнимательнее, прежде чем объявлять о победе. Третий Мизукаге прищурился и кивнул. — Вы правы. — Он молча уставился в монитор. Белый туман постепенно рассеивался, открывая вид на поле боя. Огромный труп змеи, разорванный взрывом, был разбросан по всей площадке. На обрубках, из-под разъеденной и кипящей плоти виднелись белые кости. Все четыре Каге нахмурились. Сохранить останки в такой степени после взрыва такой мощи... С прочностью этого гигантского призывного змея было что-то не так. Но он всё равно был мёртв. Не такая уж большая проблема. — Хотя у него была определённая защита и способность к амортизации, обычный человек не смог бы выжить после такого, — сказал Мизукаге. — Не факт, — низким голосом возразил Райкаге, прикидывая, сможет ли его Режим чакры стихии молнии выдержать такой удар. Полностью выдержать, скорее всего, не получится. Главная опасность — последствия случайного вдыхания такого высокотемпературного кислотного тумана. Эта техника обладала не только мощной физической ударной волной, но и комбинированной атакой из высокой температуры и кислотной коррозии, способной поражать не только поверхность тела, но и проникать внутрь, что делало её чрезвычайно опасной. На поле боя Теруми Мей, упершись руками в колени, тяжело и часто дышала. С каждым выдохом из её рта и носа вырывался белый кислотный пар. С неба падали мелкие золотистые капли дождя. Эти вязкие капли, попадая на землю, оставляли после себя чёрные, оплавленные ямы. В глазах Теруми Мей читалась усталость. Она думала, что применит эту мощную технику против пользователя Стихии Дерева, но пришлось использовать её против какой-то мелочи, вставшей на пути. Эти ниндзя Конохи... Теруми Мей выпрямилась, грациозно поправила волосы у уха и холодно усмехнулась. Наконец-то они мертвы! В этот момент из земли прямо перед ней вырвалась рука, на которой виднелись лишь голые кости. Глаза Теруми Мей резко расширились. — Ах ты сволочь! Как же больно! И это называется медицинский ниндзя? Глядя на эту руку из белой кости с висящими на ней кусками разъеденной плоти, Цунаде усмехнулась. С чудовищной силой отбросив покрывавшую её рыхлую, чёрную, вязкую и зловонную грязь, Шизуне выпрыгнула наружу. Она подняла голову и яростно посмотрела на Теруми Мей. Всё её тело было покрыто ужасными ранами, лицо было изуродовано до неузнаваемости, покрыто волдырями и гнойниками, как от ожога, а в самых страшных местах виднелись кости. Под действием активированной на полную мощь техники Созидания Возрождения клетки её тела стремительно регенерировали, раны заживали на глазах, а плоть бешено нарастала. Глядя на это, Теруми Мей невольно отшатнулась в ужасе. Что это за монстр?! Все четыре Каге широко раскрыли глаза, с ужасом глядя на Шизуне. — Ну что ж, — улыбнулась Цунаде, — господа, это моя ученица. И моя техника. Четыре Каге повернулись и посмотрели на Цунаде, как на привидение. — Что за шутки! — закричала Теруми Мей, глядя на Шизуне и не в силах поверить своим глазам. — Ты что, бессмертная?! И это её так напугало? Шизуне с удивлением посмотрела на Теруми Мей. Неподалёку внезапно взорвался кусок змеиного трупа, и оттуда, вся в ожогах и ранах, шатаясь, вышла едва живая Анко. Сделав несколько шагов, она рухнула на землю. Увидев, что эта девушка в нормальном, хоть и предсмертном состоянии, Теруми Мей почувствовала некоторое облегчение. Но в следующую секунду изуродованное тело Анко открыло рот, из которого показались две белоснежные руки. Следом за ними, вся мокрая и невредимая, выбралась сама Анко. Словно змея, сбросившая кожу. Техника подмены стиля Орочимару. — Жуть какая! — запричитала Анко. — Я так испугалась! Чуть не подумала, что умру~ Глядя на эту жуткую сцену, Теруми Мей долго молчала, её губы подёргивались. Что это за бессмертный дуэт монстров? К этому моменту раны на теле Шизуне полностью зажили. В наступившей тишине Теруми Мей молча развернулась и бросилась бежать! Анко и Шизуне переглянулись. — В погоню! И они со всех ног бросились за ней