Часть 192

Глава 192

В Лесу Смерти Кисаме, неся на себе Ринго и Забузу, мчался со всех ног. В густом лесу по обеим сторонам то и дело мелькали пары призрачно-зеленых звериных глаз. Они окружали, но не нападали. Эти терпеливые и умные звери-ниндзя ждали момента, когда он выдохнется, когда из него вытечет вся кровь. Лишь тогда они набросятся все разом, чтобы, подобно стае голодных волков, разорвать и пожрать его останки. Звери опасны, но еще опаснее обезумевший зверь, загнанный в угол и готовый драться до последнего вздоха. В глазах Кисаме горел такой же дикий, звериный огонь... Он уже принял решение: даже если суждено умереть, он заберет с собой как можно больше врагов. И эти умные твари, казалось, давно это поняли, терпеливо преследуя свою добычу, терпеливо ожидая, когда она окончательно выбьется из сил. На бегу Кисаме обернулся, чтобы посмотреть назад. От движений раны снова открылись, кровь беззвучно хлынула, и каждый шаг становился все тяжелее, ноги едва передвигались. Он не знал, когда остановится — возможно, уже в следующую секунду. Положение было отчаянным. — Кисаме... — тяжело дыша, с трудом проговорила Ринго. — Опусти меня... — Нельзя, — отрезал Кисаме. — Не ребячься, в такой ситуации ты еще можешь убежать, — сказала Ринго. — Брось меня и Забузу, я прикрою твой отход! — Ты не сможешь, — ответил Кисаме. — Их слишком много, у них хватит... — он на мгновение замолчал, подбирая более точное выражение, — ...собачьих лап, чтобы разделиться и продолжить погоню за мной. — По крайней мере, я смогу снять с тебя часть давления, — настаивала Ринго. — Опусти меня! — Ты и пошевелиться не можешь, какое давление ты снимешь? — глухо произнес Кисаме. — Долг ниндзя — выполнять миссии. Приказ старшей сестры был в том, чтобы я увел вас. Я ни за что вас не брошу, госпожа Ринго, так что дальнейшие разговоры бесполезны. — Ты идиот! Бросить меня — самый выгодный вариант! Если хочешь бежать, бери Забузу и беги! А я буду сражаться до конца!!! — Ринго широко раскрыла рот, полный акульих зубов, и яростно впилась ими в плечо Кисаме. Неся ее на себе, Кисаме от боли лишь слегка нахмурился. Он не очень любил сражаться, по натуре он был мягок. Но Ринго была другой — кровожадной фанатичкой боя. — Мне слушать тебя или старшую сестру? — глухо проговорил Кисаме. — К тому же, она никогда нас не бросит. В общем, нужно еще немного продержаться, старшая сестра разберется с противником. … В это время в лесу Теруми Мей, стоя на волне, неслась вперед, сложив печати на груди. Она словно занималась серфингом, оседлав стремительный, бурлящий поток воды. За ней в волнах следовал ее гигантский моллюск Шин. Под напором воды деревья на пути с грохотом ломались и падали. На суше моллюски не могут быстро передвигаться, поэтому Теруми Мей оставалось лишь использовать этот способ, чтобы быстро перемещать Шина. Ее гендзюцу могло обмануть чувства только одного противника. Что до другого... Теруми Мей обернулась и посмотрела на неотступно преследующую ее Шизуне. Эта женщина, словно бешеная собака, вцепилась в нее мертвой хваткой. Шизуне и Анко: одна, размахивая посохом, с грохотом неслась на своих двоих, другая, держа в руке меч Кусанаги, превратила нижнюю часть тела в змеиный хвост и, извиваясь, стремительно скользила по земле. В этот момент Теруми Мей заметила водный всплеск, мчащийся по земле. Это же Мангецу... — Мангецу!!! Услышав яростный окрик, Мангецу, который намеревался незаметно подобраться к Шизуне и Анко, резко свернул и устремился к Теруми Мей, вливаясь в бурлящий поток. Его фигура появилась на гребне волны рядом с ней, и он предусмотрительно оставался в состоянии Техники гидратации. Сзади раздался оглушительный удар, подобный молоту, бьющему по наковальне. Это была атака Шизуне. Удлинившийся посох ударил в прочный панцирь призывного зверя. Панцирь этого существа был невероятно твердым — настолько, что сама Теруми Мей могла спрятаться внутри него, чтобы пережить взрывную волну от собственных техник и не попасть под удар. Шизуне слегка нахмурилась. Кажется, он и впрямь крепкий. Посох стремительно втянулся обратно... А затем она, не раздумывая, нанесла еще один удар. Дон! — раздался оглушительный металлический лязг. Скользящая рядом по земле Анко, наблюдая за этой сценой, задумалась, обдумывая новую тактику. — Почему так медленно!? — не оборачиваясь, спросила Теруми Мей, продолжая управлять стремительным потоком воды. На лице Хозуки Мангецу отразилась горечь. Твоя техника разнесла меня в клочья. Я потратил кучу времени, чтобы собрать осколки своего тела, и сразу же поспешил к тебе на встречу. Если бы я не был таким осторожным и не обратил часть тела в воду, чтобы укрыться под землей, меня бы уже полностью испарили. Видя, что Мангецу не отвечает, Теруми Мей торопливо сказала: — Ладно! Здесь от тебя все равно нет толку! Иди помоги Кисаме! — Есть! — кивнул Мангецу. Но, кивнув, он вдруг понял: «Постойте, а почему я должен ее слушать?» Он бросил на Теруми Мей сложный взгляд. — Чего застыл! Идиот! Быстрее! Теруми Мей свирепо посмотрела на Мангецу. Этот парень — единственный медик в отряде, и если он не поторопится... — Если будешь еще мешкать, этот мальчишка Забуза точно умрет! — Есть! — Мангецу уже собирался уходить. — Подожди! — остановила его Теруми Мей. — В критический момент Мизукаге разрешает тебе использовать то самое! Мангецу на миг замер, а затем серьезно кивнул. Он тут же обернулся, превратился в стремительный водный всплеск и помчался прочь. Заметив это, Шизуне сказала: — Анко, какой-то парень умчался, — и указала направление. — Тогда, здесь я оставляю все на тебя? — Анко слегка прищурилась. — Можно и так, — спокойно кивнула Шизуне, грубо нанося очередной удар посохом. Раздался тяжелый звук столкновения с панцирем. Теруми Мей резко обернулась. Водяная волна поднялась, вознеся ее выше спины моллюска, и она впилась яростным взглядом в Шизуне. Как же это бесит!!! — До встречи~ — помахала рукой Анко и, развернувшись, уже собиралась отделиться от группы. Теруми Мей изменила печать и, вытянув руку в сторону Анко, выпустила из кончиков пальцев очередь золотистых, вязких капель. — Стихия лавы: Залп картечью! Под прикрытием гендзюцу техника была применена без всяких предупреждений, что делало ее чрезвычайно смертоносной. Внезапно Анко, успевшая отбежать на некоторое расстояние, затряслась всем телом, словно решето, от града водяных шариков. На ее теле появились бесчисленные плавящиеся дыры, а пули, пройдя насквозь, оставили на земле россыпь оплавленных ямок. Анко тут же рухнула на землю, но в следующий миг ее рот открылся, рука высунулась, и новая Анко выбралась наружу, сбросив старую кожу. — Тц! — увидев это, Теруми Мей яростно стиснула зубы. Раздражает!!! — Ах ты тварь!!! Я тебя изрублю! — Анко вернулась к Шизуне с лицом, искаженным от ярости, и разразилась потоком ругательств. Шизуне согласно кивнула и с милой улыбкой добавила: — Да, изруби ее~ Теруми Мей взмахнула рукой, и перед Шизуне и Анко появился призрачный образ, насмешливо бросивший: — Что ж, попробуйте! Посмотрим, кто кого изрубит! — Тогда давай опробуем нашу горячую комбинацию, — Шизуне посмотрела на Анко, подавая ей знак глазами. Анко сперва засомневалась, но потом сказала: — Хорошо, давай ты. Шизуне отбросила свой посох, который исчез в обратном призыве, а затем запрыгнула на спину Анко. Та уверенно подхватила ее и продолжила стремительный бег. Цунаде, наблюдая за этой сценой, невольно усмехнулась. В их стиле. Четверо Каге недоуменно смотрели на происходящее. Что это они делают? На их глазах Шизуне склонила голову набок и мгновенно уснула. Уснула? Веко Теруми Мей дернулось. В следующую секунду прозрачная душа вышла из тела Шизуне. Что это такое? — Техника трансформации души, клан Като! — холодно произнес Ооноки. Во время Второй мировой войны шиноби они приложили немало усилий, чтобы устроить засаду и убить того Като Дана. Теоретически, эта техника могла убить его самого одним ударом, и Стихия Пыли ничем бы не помогла. Теруми Мей не знала, что это за техника. В одно мгновение она почувствовала, как волосы на ее теле встали дыбом. Она смотрела, как дух Шизуне стремительно плывет к ней, легко, словно призрак, проходит сквозь водяную волну и проникает прямо внутрь моллюска. Шин тут же забился в мучительных конвульсиях, а в следующее мгновение дух Шизуне появился из его панциря прямо перед настоящим телом Теруми Мей. Ее тело пронзил ледяной холод. По мере приближения духа, ощущение смерти, словно тень, окутало ее. Поддавшись инстинкту, она использовала технику телесного мерцания, отпрыгнув далеко в сторону и приземлившись на ствол дерева. Лицо Теруми Мей покрылось холодным потом, когда она посмотрела вниз на дух Шизуне. Почувствовав смертельную угрозу, призывной зверь Шин самостоятельно отменил призыв и исчез. Опасно! Очень опасно! Однако после прохождения сквозь моллюска дух Шизуне, казалось, на мгновение ослаб. Он просто парил в воздухе, не приближаясь к Теруми Мей. Противостояние душ было простым и жестоким: побеждал тот, чья духовная сила была выше. Преимущество Шизуне заключалось в атакующей природе Техники трансформации души. Моллюск, пассивно защищаясь, не погиб лишь потому, что его душа была достаточно сильна, но это столкновение было болезненным для обеих сторон. Глазами Шизуне за происходящим наблюдал Рёто. Техника трансформации души тоже не была непобедимой и совершенной. Спустя мгновение дух Шизуне, словно почувствовав какую-то опасность, еще раз посмотрел на Теруми Мей и вернулся в свое тело. — Ты в порядке, Шизуне? — с беспокойством спросила Анко. Шизуне покачала головой и посмотрела в пустое место, где ничего не было, но ничего не сказала. Там находится нечто ужасающее, нужно быть осторожнее. Шизуне чувствовала, что духовная сила того существа была выше ее собственной, и столкновение с ним означало бы для нее смерть. Но, подумав, она сделала вид, что ничего не произошло. Анко, поняв все без слов, больше не расспрашивала. Парящая в воздухе Миёко с любопытством смотрела на Шизуне. Она, кажется, меня заметила? Увидев, что Шизуне прекратила использовать эту опасную технику, Теруми Мей, хоть и не до конца поняла, что та задумала, с облегчением выдохнула. А затем снова развернулась и бросилась бежать. Сражаться с этими двумя бессмертными монстрами было совершенно невозможно. Одно касание — и для нее все было бы кончено. — Остается только позорно бежать... — сказал Казекаге. — Если она станет Каге, то на поле боя, боюсь, будет выглядеть так же, господин Третий Мизукаге. Третий Мизукаге посмотрел на Казекаге, слегка кивнул и ответил: — У вашего Скрытого Песка дела тоже обстоят не лучшим образом. Казекаге взглянул на монитор и произнес: — Да, — в его глазах была тяжесть. Пакура парила в воздухе, увлекая за собой огромную стаю собак-ниндзя. Она постоянно уворачивалась и маневрировала. Благодаря своей скорости и ловкости, она могла поддерживать это противостояние, и какое-то время стая собак-ниндзя ничего не могла с ней поделать. Тем временем в лесу кукловоды, постоянно перемещаясь, приближались к центральной башне. Звуки боя не утихали: группы марионеток и стаи собак-ниндзя то и дело вступали в ожесточенные схватки, повсюду раздавался звон оружия. Из-за этого продвижение вперед было незначительным. Их шаги были скованы. Каждый шаг давался с огромным трудом. Осознав это, Сасори помрачнел. — Капитан... — сказал один из кукловодов, — наши запасы марионеток почти исчерпаны. У некоторых товарищей они уже закончились, а количество вражеских собак, кажется, постоянно растет. К тому же, похоже, наш яд уже нейтрализован. Лицо Сасори стало еще мрачнее. Никакого постоянного подкрепления не было. Наблюдая за мониторами, четверо Каге ясно это видели. Причина была в другом... В организованном медицинском отряде. В передовом лагере, устроенном недалеко от поля боя, медицинские собаки-ниндзя слаженно и быстро оказывали помощь раненым и отравленным собакам, отступившим с передовой. То тут, то там вспыхивал изумрудный свет Стихии Ян. Как только раны заживали, нинкены Кровавого Героя, быстро подкрепившись, снова бросались в бой, сменяя раненых товарищей. Это была обычная позиционная война на истощение. Победит тот, у кого хватит припасов. Очевидно, что после некоторого времени боя запасов марионеток, которые кукловоды несли с собой, уже не хватало, чтобы заполнить эту бездонную яму потерь. Со временем в линии обороны Песка появились бреши. Затем начали погибать кукловоды, потерявшие всех своих марионеток. Людей становилось все меньше, и линия обороны сокращалась. Наступление сменилось топтанием на месте, затем тяжелой обороной, потом отступлением, и, наконец, полным истощением и крахом фронта. — Если не найдется способа переломить ситуацию, для Скрытого Песка все закончится здесь, — глухо произнес Ооноки. Казекаге невольно закрыл глаза, глубоко вздохнул и посмотрел на Чиё. Чиё покачала головой. Нынешний отряд кукловодов, хоть и был силен, все еще имел множество фатальных недостатков. Теперь, внимательно изучив ситуацию... Чиё задумчиво посмотрела на отряд нинкенов Кровавого Героя Конохи. С точки зрения кукловода, этот отряд собак-ниндзя очень напоминал марионеток. Как только она это осознала, она увидела в них множество явных преимуществ. Самым поразительным было то, что все собаки-ниндзя были словно клоны, как будто их скопировали и вставили. Все они владели одной стандартной техникой — этой неожиданно сложной Гацугой, которая позволяла летать, атаковать и защищаться. Их способности были примерно одинаковы, что означало значительную экономию времени и ускорение процесса обучения. Чиё подозревала, что Коноха могла подготовить боеспособного нинкена Кровавого Героя меньше чем за три месяца. С другой стороны, подготовка одного драгоценного кукловода была невероятно сложна, не говоря уже о том, что марионетки создавались по индивидуальным предпочтениям, без единых стандартов. Из-за этого они были самыми разнообразными. Создание одной марионетки было не только медленным, но и дорогостоящим, а в случае повреждения найти запчасти для уникальных моделей было крайне трудно. Если бы марионеток стандартизировали, унифицировали и поставили на массовое производство, возможно, они смогли бы вести войну на истощение с отрядом нинкенов Кровавого Героя Конохи. Но сейчас они уже проиграли... Отряд кукловодов не мог позволить себе вести войну на истощение с отрядом нинкенов Кровавого Героя. Когда марионетки закончатся, кукловоды, лишившиеся своей защиты, станут просто рыбой на разделочной доске. Видя молчание присутствующих, четверо Каге почувствовали себя неловко. Неужели ни одна деревня не сможет победить Коноху хотя бы раз? … В Лесу Смерти под покровом темной ночи битва продолжалась. Время от времени раздавались боевые кличи людей и рык собак, сопровождаемые воем ветра и ревом пламени, свистом летящих мечей и кунаев. Разноцветный ядовитый дым клубами расстилался по лесу. Земля была усеяна ядовитыми иглами, то и дело вспыхивали взрывы от ловушек с взрывными печатями, расставленных обеими сторонами. Изуродованные, сломанные марионетки висели на деревьях, лежали в траве, были погребены в земле — их холодные тела, словно трупы, покрывали всю лесную поляну. Видя унылые и недовольные лица четырех Каге, Цунаде хлопнула в ладоши и похвалила: — Всего лишь два-три десятка кукловодов, столкнувшись с осадой сотен собак-ниндзя, смогли продержаться до сих пор. Достойно знаменитого на весь мир отряда кукловодов. Она уже не в первый раз сталкивалась с отрядом кукловодов. Во время Второй мировой войны шиноби самым удручающим для большинства ниндзя Конохи было то, что они часто даже не могли найти самого кукловода, будучи вынужденными сражаться с безжизненными марионетками. А потратив огромные усилия на уничтожение марионетки, на следующий день они обнаруживали, что она уже отремонтирована. Услышав похвалу Цунаде, четверо Каге промолчали. Чиё посмотрела на самодовольное лицо Цунаде и сказала: — Вы слишком добры, госпожа Четвертая Хокаге. Почему Белый Клык внушал ужас кукловодам? Именно потому, что Белый Клык мог точно определить местоположение самого кукловода и обезглавить его одним ударом. И главной причиной этого были его собаки-ниндзя, способные выслеживать людей. На мониторе раздалось тяжелое дыхание одного из кукловодов. Отступая, он был обнаружен отрядом нинкенов Кровавого Героя. Марионетки, которые он нес с собой, были уничтожены в бою. Увидев четыре приближающихся вращающихся торнадо, кукловод в отчаянии помчался по ветвям деревьев. Точка, которую он защищал, была окончательно прорвана. Брошенные в тщетной попытке защититься кунаи были отброшены вращающимися вихрями. Под рев ветра слабого в ближнем бою кукловода настигли ревущие торнадо. Четыре свирепых пса, появившись из вихрей, вцепились в его руки и ноги, повалив на землю. Под отчаянные крики кукловода четыре собаки-ниндзя, не разжимая челюстей, утащили его в темный лес. Постепенно крики стихли. Прорыв в одном месте означал крах всей линии обороны. Вся обстановка на поле боя была как на ладони у парящей в небе Пакуры. Если так пойдет и дальше... Стиснув зубы, Пакура изменила направление и, стремительно пикируя, устремилась к одному из лагерей в лесу. В лагере медицинские собаки-ниндзя подняли головы, глядя на красную звезду, стремительно приближающуюся по ночному небу. Через ментальную связь с Сенку, увидев эту картину глазами нинкенов Кровавого Героя, Шигуре, находящаяся в лесу, слегка приподняла бровь и отдала приказ. — Медицинский отряд, всем отступать вместе с ранеными. Но просто отступить было недостаточно. Нужно было остановить эту женщину. Шигуре посмотрела на Сенку. Тот, положив руку на голову одного из нинкенов, использовал его как станцию для связи со всеми остальными. Изначально нинкены Кровавого Героя были связаны между собой благодаря таланту Мудреца Кацую, и Сенку достаточно было подключиться к одной собаке, чтобы связаться со всеми. Так они и действовали до того, как Шигуре получила семя от Рёто. — Асума, — сказала Шигуре. В другой части леса Асума, лениво лежавший на дереве, поднялся и посмотрел на заговорившую рядом с ним собаку-ниндзя. — Какие будут приказания, сестрица? — Ту штуку в небе, вы трое сможете сбить? Асума, Гай и Киёши переглянулись. Они подняли головы и посмотрели на стремительно несущуюся над ними красную звезду. Майто Гай тут же сверкнул белоснежными зубами, широко улыбнулся, поднял большой палец вверх, его густые брови взлетели, и он с горячим энтузиазмом воскликнул: — Можете на меня положиться! Асума почесал голову и, держа сигарету во рту, сказал: — Желудь так сказал. Шигуре не слишком доверяла этим троим не очень надежным парням и спросила: — Нужно подкрепление? Шисуи там уже закончил. Этот парень Шисуи так быстро управился? — Ну, — сказал Асума, — если есть, то, конечно, хорошо. — Я поняла, — ответила Шигуре. — Сначала остановите эту женщину. Асума, зажав сигарету в зубах, скомандовал: — За работу, братья! Вперед! — О-о-о!!! — с энтузиазмом отозвался Гай. Киёши хрустнул шеей. — Итак... — Асума посмотрел на них и спросил, — кто из вас умеет летать? Киёши и Гай переглянулись. — Я могу помочь вам взлететь, — вдруг сказала собака-ниндзя. — А? Как ты поможешь, братец? — Асума посмотрел на черного нинкена Кровавого Героя. — Вы должны были видеть смешанную трансформацию человека и зверя клана Инузука, — ответила собака-ниндзя. — Я не умею... — почесал голову Асума. — Достаточно, что мы умеем. Просто сложите печати вместе с нами и следуйте за потоком нашей чакры, — сказала собака-ниндзя. В этот момент Киёши холодно и надменно произнес: — Мне не нужно летать. А Гай, подумав, серьезно сказал: — Я, наверное, смогу бежать по небу... Асума глубоко затянулся сигаретой. Гай жестами показал и серьезно добавил: — Только недолго, совсем чуть-чуть. Значит, летать не умею только я? — Давайте быстрее, — поторопила их собака-ниндзя. — Госпожа Шигуре торопит. — Знаем, знаем~ … В лесу Шигуре посмотрела на стоящую рядом Рен. За спиной девушки стояли или лежали четыре гигантских нинкена Кровавого Героя, ростом в холке более двух метров. В этот момент Рен ела чипсы из пакета, отправляя их в рот один за другим. Эти четыре гигантских нинкена были толстыми, как свиньи, и напоминали огромные газовые баллоны. Они были настолько упитанными, что, казалось, им было трудно даже ходить. Видимо, их тоже хорошо кормили, и они, с их жирными боками, вполне соответствовали стилю клана Акимичи. — Что такое? — спросила Рен, облизывая крошки с пальцев. — Мне пойти помочь? Шигуре покачала головой и ответила: — Не нужно, — она прокручивала в памяти информацию обо всех членах Анбу.