Часть 261

Глава 261

— Вперёд! По команде парящие в воздухе тканевые марионетки из железной пряжи на мгновение замерли, а затем, словно стрелы, устремились вперёд. Плотная, тёмная масса железных марионеток в полёте обнажила своё оружие. «Эти ниндзя всё ещё мыслят как-то прямолинейно», — Рёто приподнял бровь. Аура была внушительной, а вид — устрашающим. Более трёх тысяч марионеток создавали впечатление огромной, могущественной армии. Но уничтожение насекомых — это не та битва, где побеждает большинство. — О-о-ох! — раздались взволнованные возгласы зрителей. Началось первое прямое столкновение: тканевые марионетки из железной пряжи врезались в рой насекомых. В одно мгновение, несмотря на то, что именно они были атакующей стороной, казалось, будто рой просто поглотил их. Оружие в руках марионеток, возможно, и было эффективно против людей, но против насекомых оно оказалось бесполезным. Словно погрузившись в зыбучие пески, они с самого начала не смогли получить никакого преимущества. Авангард марионеток увяз в рое, отчаянно размахивая оружием в ожесточённой схватке. Остальные марионетки, державшиеся позади, остановились, чтобы оценить ситуацию и укрепить строй. — Какой способ лучше всего подходит для уничтожения насекомых? — как бы невзначай спросил Рёто. Стоявшая рядом Май, не задумываясь, ответила: — Стихия огня. Рин странно взглянула на Май и напомнила: — Кикайчу могут быть невосприимчивы к Стихии Огня. Обсуждение тактик, стратегий и теорий ниндзюцу было частой темой их разговоров во время тренировок. Май откинула прядь волос и с улыбкой произнесла: — Это соревнование. Кикайчу могут повышать свою сопротивляемость к температуре пламени, но и я могу постоянно увеличивать температуру огня. А у температуры огня нет предела. До какой отметки дойдут Кикайчу? Десять тысяч градусов? Двадцать тысяч? Сто тысяч? Всегда есть предел. Мне просто нужно быть на шаг впереди, и этого будет достаточно. — Звучит довольно глупо, — заметила Рин. — Это же просто полагаться на грубую силу и огромное количество чакры. В команде Кушины все трое, несмотря на мощь их техник, были умными и техничными бойцами. — А ты бы что сделала? — спросила Май. — Для борьбы с вредителями есть свои методы, — ответила Рин. — Многие растения содержат природные инсектициды. Можно извлечь их компоненты и создать ароматизаторы. Цветы пиретрума содержат пиретрин, который парализует и убивает многих вредителей. Полынь и аир — отличные репелленты. Цветы боярышника, корица, гвоздика и другие могут вызывать у насекомых головокружение и временный паралич. Кроме того, есть и другие эффективные растения, такие как дурман, пинеллия, стемона, подорожник, дурнишник. Рин говорила уверенно, словно перечисляла сокровища, демонстрируя свои обширные познания в траволечении. — Не факт, что это сработает. Рой Кикайчу постоянно и быстро эволюционирует, — возразила Май. — Они быстро выработают иммунитет. — Растения тоже постоянно эволюционируют, — парировала Рин, используя слова самой Май. — Эта гонка вооружений между растениями и насекомыми длится уже миллиарды лет. Мне просто нужно будет создавать особые ароматизаторы, постоянно их обновлять и всегда быть на шаг впереди, производя всё более сильные средства, чтобы удерживать их под контролем. «Какая головная боль...» — Рёто молчал. Шигуре потеряла дар речи. Вот поэтому она и не хотела ввязываться в подобные войны. Миёко скривила губы. Какая же это морока, эти насекомые... Она испуганно съёжилась. Миёко до сих пор не могла понять, почему гендзюцу не действует на насекомых. Против них она порой чувствовала себя совершенно бессильной. — Духи, значит... — протянула Май. — Неплохой вкус. Собираешься их продавать? Может, нам стоит открыть совместный бренд и сеть магазинов? — А? — удивилась Рин. — Мы же обсуждали уничтожение насекомых. Ты хочешь продавать спирали от комаров? Даже если и так, на рынке полно подобных товаров, например, вонючие шарики. Если уж говорить о защите от насекомых, у меня есть кое-что посильнее — энтомопатогенные грибы. Против такой инфекции у насекомых нет никаких шансов. Заразишь одного — погибнет весь рой. Насекомые могут только пассивно защищаться, избегая контакта. Но если заразятся, им конец. — Сколько можно заработать на спиралях от комаров... — усмехнулась Май. — Духи — вот это дело. В общем, давай объединимся, захватим рынок, станем большими и сильными, чтобы всякая мелочь не лезла под ноги. «Надеюсь, ты говоришь о деловом сотрудничестве...» Впрочем, сотрудничество... Рин задумалась и кивнула: — Можно. — Я даю деньги, ты — технологию. Половина акций — твоя. Как тебе? — Половина? — Рин покачала головой. — Мало! — Какая жадная... — пробормотала Май. Пока они оживлённо беседовали, на поле боя кипела не менее жаркая битва. Ситуация зашла в тупик. Тканевые марионетки из железной пряжи со своим тайдзюцу и оружием ничего не могли поделать с роем насекомых; они с трудом сдерживали натиск. Однако, благодаря своей прочности, и рой не мог причинить им вреда. Даже облепив марионеток плотным слоем, Кикайчу со своими жвалами не могли пробить их защиту. Вскоре рой изменил тактику. Насекомые стали постоянно пытаться прорвать оборонительные порядки марионеток, чтобы добраться до Пакуры, которая управляла битвой из центра строя. Понаблюдав некоторое время, Пакура облегчённо выдохнула. Вес железного песка внушал уверенность. Похоже, эти Кикайчу не собирались эволюционировать до способности грызть сталь. — Вы заметили, что рой, кажется, больше не может прогрызть железный песок? — спросил один из ниндзя. — А ведь в самом начале эти Кикайчу могли прокусить его защиту. Он задал вопрос, но ответа не последовало. Остальные ниндзя тоже были в недоумении. — Похоже, материал железного песка как-то изменился. По крайней мере, его твёрдость возросла. — Да не только твёрдость. «Сварочная ткань» из железа, созданная по технологии, напоминающей производство композитных материалов, где волокна пропитываются связующим веществом, была гораздо прочнее обычного сыпучего песка. Пакура использовала ниндзюцу, чтобы пропитать тканевые или углеродные волокна железным песком, создавая материал, по структурной прочности превосходящий обычный железный песок. Его точные физические характеристики ещё предстояло проверить, но судя по текущей прочности, он был невероятно твёрд. Ниндзя могли и не разбираться в материаловедении, но они замечали другое. — Эти марионетки из железной ткани... — произнёс один из шиноби низким голосом. — Слишком уж они проворные. Он сказал это, потому что ему не раз приходилось сражаться с марионетками, и он прекрасно знал, на что способны обычные куклы. А эти, хоть и выглядели как серийные модели для пушечного мяса, на самом деле были элитными, специально созданными прототипами, каждая со своим уникальным стилем тайдзюцу. — Этот парень... — один из ниндзя, пристально наблюдая за десятками марионеток с одинаковым боевым стилем, начал догадываться об истине и с сомнением произнёс: — Неужели это тот самый Нагаи... Таких наблюдательных шиноби было немало. Внимательно присмотревшись, они стали узнавать знакомые черты, но не решались поверить своим глазам. Это порождало тревожный вопрос. — Если эти марионетки — клоны каких-то ниндзя, то... — глубоко вздохнув, сказал один из них. — Означает ли это, что они могут использовать их коронные приёмы? — Какие ещё коронные приёмы? — спросил кто-то, кто всё ещё не понял. — Ниндзюцу, болван! Правильный ответ! Сасори усмехнулся. Изначально он создавал человеческих марионеток, чтобы сохранить их способности при жизни, но в процессе разработки обнаружил, что это не удаётся в полной мере. Хотя ему удалось найти способ сохранить их чакру и даже способность её производить, что позволило сохранить многие техники, на практике выяснилось, что управление техниками требует его личного контроля. Марионетки сохраняли лишь некоторые инстинкты, которые нужно было стимулировать. Самым фатальным недостатком было то, что техники человеческой марионетки оставались неизменными; их нельзя было улучшить или развить. Хотя Сасори и мог управлять ими, он не мог напрямую влиять на тонкие изменения в техниках, обходя саму марионетку. Это означало, что человеческие марионетки теряли возможность становиться сильнее в плане ниндзюцу. Усилить их можно было, лишь добавляя новые механизмы. Раньше этот недостаток казался терпимым. Если бы Сасори не встретил Разящего Клыка и не приехал в Коноху, он бы, скрепя сердце, продолжал считать своих человеческих марионеток идеальными и непобедимыми. В тылу, среди парящих марионеток из железной пряжи, сотня кукол в облике юношей спокойно ждала своего часа, время от времени поглядывая на женскую фигуру, возглавлявшую строй. Бабуля ещё не двинулась с места, так что ему, как внуку, было бы невежливо выпендриваться и начинать первым. Иначе как потом под её началом служить? Человеческая марионетка Чиё наблюдала за ходом битвы, выискивая бреши в обороне противника. По её мнению, атаковать рой в лоб было бессмысленно и вело лишь к пустой трате чакры. Сейчас главной задачей было удержать оборону и найти командира противника, чтобы нанести один решающий удар. Но... Чёрт возьми, его и след простыл! Как же хорошо он спрятался! Чиё, в отличие от прямолинейной Пакуры, не могла отделаться от подозрения, что командира и вовсе нет на поле боя. В таком случае оставалось только идти напролом и дать бой. — Отряд кукловодов, к бою! — разнёсся по полю холодный металлический женский голос. Вот оно! Множество марионеток-Сасори в строю оживились. Марионетки из железной пряжи Деревни Скрытого Песка, которыми Пакуре не нужно было управлять, разделились на две группы, что было видно даже со стороны. Одна, большая по численности, состояла из мастеров тайдзюцу, ринувшихся в атаку. Эти ниндзя были клонами элитных джонинов Песка, и помимо тайдзюцу они владели... — Стихия Ветра, готовсь! — скомандовала Чиё. Марионетки на передовой замерли, перестав защищаться, несмотря на облепивших их насекомых, и начали готовить дзюцу. — Великий прорыв! Животы марионеток раздулись, и из их ртов вырвался ураганный ветер. Лёгкий бриз превратился в рёв бури. Яростный шквал пронёсся по полю, сметая рой насекомых и расчищая огромное пространство. Стихия Ветра действительно была отличным средством для зачистки. Рою оставалось лишь увеличивать массу, чтобы противостоять ветру, но другого хорошего способа у них не было. Однако у насекомых был свой метод защиты от бури: чтобы их не разорвало на части, они сбивались в большие шары, парящие в воздухе. — А они способные... — хмыкнула Чиё на трибуне. Но вот и шанс. Клон и оригинал мыслили одинаково. О чём сейчас думала Чиё, о том же, вероятно, думал и её клон. Из строя марионеток вылетели группы по три куклы-Чиё, построившись в форме треугольника. Взлетая, они нацелились на большие и малые шары из насекомых. На их телах замерцали таинственные письмена, а руки начали стремительно складывать печати. В следующее мгновение последовал смертельный удар. — Всасывание Трёх Сокровищ!!! Белая секретная техника: Десять марионеток Чикамацу! В центре каждой тройки клонов Чиё возник обратный вихрь Стихии Ветра. Мощнейшая сила всасывания обрушилась на шары из насекомых, которые уже находились в зоне поражения. Сбившись в кучу, они не могли быстро перемещаться или разлететься, и сопротивление было бесполезно. Это был смертный приговор. Под натиском бури все шары из насекомых на поле были атакованы марионетками Чиё. В закрученных вихрях торнадо Кикайчу отрывались от шаров и затягивались в центр техники «Всасывание Трёх Сокровищ», мгновенно исчезая в запечатанном ином измерении. Это было истребление под корень, не дающее ни малейшего шанса на адаптацию. — Твою ж мать!!! Невероятно, марионетки используют полноценное ниндзюцу! Зрители на трибунах ахнули, глядя, как почти сотня тройных запечатывающих формаций выпускает торнадо, которые, поглощая рой, окрашиваются в чёрный цвет. Шары из насекомых были уничтожены практически мгновенно, не оставив и следа. — Фуиндзюцу тоже имеет свои способы борьбы с насекомыми, — усмехнулась Мито. — Это в твоём стиле. Через мгновение рой внутри барьера был полностью уничтожен. — Это было... — Цунаде захлопала в ладоши. — Великолепно! Достойно Цветка Пустыни. Казекаге молча улыбался, изо всех сил стараясь сохранять серьёзное выражение лица, но уголки его губ предательски ползли вверх. — Занятно, — бросил Ооноки несколько пренебрежительно. — Действительно занятно, — повторил Рёто, но его внимание было приковано к запасам чакры. Хранение чакры в печатях — обычное дело. Десять марионеток Чикамацу использовали тот же принцип для применения ниндзюцу. Судя по размаху, запасы были немалыми. Внутри барьера Сасори, скрестив руки на груди, наблюдал за триумфом старухи. Для кукловода главным достоянием были не марионетки, а знания. Кукол можно было создать заново в любой момент. Он поднял голову и жестом приказал своему отряду марионеток занять проломы в барьере, чтобы предотвратить дальнейшее проникновение роя. За пределами барьера рой насекомых пришёл в беспокойное движение. Мелкие Кикайчу не могли устоять в буре, а если они сбивались в шары, то становились лёгкой добычей для техники «Всасывание Трёх Сокровищ». Пока эти два приёма чередовались, у них не было шансов. — Ужас... — Юи впервые видела, как рой ведёт тяжёлый бой. Обычно всё заканчивалось молниеносной победой. Довести рой до такого состояния было почти невозможно — одно лишь приближение Кикайчу было способно в мгновение ока иссушить человека до костей. Но эти железные болванки нельзя было ни прокусить, ни высосать. Оставалось только грубое разрушение... — Давай, Малыш-гриб, вперёд! — подбадривала Юи рой. Ей оставалось только наблюдать за битвой. Что делать дальше — решал сам рой. За барьером, в небе, рой взволнованно зажужжал. Внезапно один из Кикайчу начал падать. Те, у кого было слабое зрение, не сразу разглядели крошечное насекомое, но по мере падения его тело стремительно увеличивалось в размерах, и все увидели этих особенных Кикайчу. Двенадцать гигантских насекомых, увеличившись до размеров зверей высотой около десяти метров, с глухим стуком приземлились на землю. Они разделились на группы по три и заняли позиции напротив трёх проломов в барьере с четырёх сторон. Начинался новый этап атаки, и на этот раз в бой вступали гигантские насекомые. Внутри барьера марионетки из железной пряжи застыли в ожидании, молча наблюдая за происходящим. В центре их строя, спиной к огромному парящему свитку из железной пряжи, высоко в воздухе висела единственная живая душа — Пакура в чёрном плаще, спокойно взирая на рой. «Мы победим. Марионетки Деревни Скрытого Песка победят». Зрители затаили дыхание. Рёто подпёр голову рукой и неотрывно смотрел на арену. За последнее время он многое узнал об этих Кикайчу и обнаружил у них массу достоинств. Они были умны, не то что его Ану, который был похож на дурачка без всяких признаков мыслительной деятельности. Их интеллект был просто запредельным. Это давало им огромное преимущество: невероятную способность к обучению и имитации. Так появились их собственные версии Стихии Ветра и Гацуги. А Рин и Май всё ещё щебетали у него над ухом, обсуждая детали своего сотрудничества. «Вы это серьёзно? Уже объединились? Прямо у меня на глазах, это вообще нормально?» — Рёто молчал.