1.1 Время действовать, сэр. (Ред Алерт 2-3).

Сегодня будет прекрасный солнечный день, который я встречаю, шагая по коридорам особняка в пригороде Лондона. Коридор широкий, высокий, высотой метра четыре, окна во всю стену, открывающие прекрасный вид на сад перед трехэтажным особняком. Идеально постриженные лужайки, кусты, высаженные в форме фамильного герба, дорожки из отполированного камня. Немного портит вид зенитное орудие, но это сущие мелочи. И электростанция, расположенная за забором, примерно в километре отсюда. Могу понять возмущение матушки, когда она это увидела. Женщина не привыкла видеть нечто неидеальное. А получается, что слева от газона есть орудие, а справа нет, несимметрично. Справа электростанция, а слева нет. Нессиметрично! Иногда мне кажется, что она немного странная, но все вокруг уверены, что так и должно быть. Уловив тихое покашливание, понял, что уже минуту стою напротив окна. Да, не стоит опаздывать. Пройдя мимо горничной, слегка кивнул. Та легко поклонилась, после чего вернулась к работе. Строгая, за сорок, в круглых очках и темными, заплетенными в две косы волосами. И с вечным крестиком на груди. — Сегодня тихо? — Да, сэр. На самом деле, на этот особняк требуется восхитительно мало прислуги. Солдат, обслуживающих два зенитных орудия больше, чем их. Все же это не простой особняк. — Хорошо, спасибо. Солнце, нет туч и тумана. Господь готовит нам испытание, Роберта. Хорошие люди, пусть и с непростым прошлым. С ними бывает немного сложновато, но все мы воины на службе Её Величества Королевы. Достойно делать свою работу — наше лучшее призвание. После того, как СССР выиграл вторую Войну, это совершенно необходимо. Мерный стук каблуков по покрытию успокаивает, как единственный звук, нарушающий тишину этого места. Гобелены на стенах, картины, статуи. Люстры электрические, пусть и выглядят как встарь. Её Величество ценит традиции, и мы должны. Так говорят. Генеральный секретарь Черденко совершает весьма громкие заявления, и президенту Акерману не то чтобы есть, что ответить. Господство Альянса стоит под вопросом. Расслабляться нельзя. Красная угроза нависает над Европой. И кто-то должен взять на себя ответственность. Кто, если не армия Её Величества? Конечно, господин Акерман будет возражать, он всегда возражает. Но если они потерпели сокрушительное поражение от красных, что он может предложить в вопросе защиты. Это верный вопрос, который ему обязательно зададут послы. У дверей стоит пара гвардейцев. Не таких, как во дворце, поскромнее. Увидев меня, оба отдали честь, после чего один из них открыл тяжелую деревянную дверь, пропуская в кабинет. Пустое помещение, вдоль стен стеллажи с книгами, стол тяжелый, дубовый, за ним кресло. И никого рядом. Наверное. За окном у дальней стены вид на аэродром. Ранее там был лес. К сожалению, у командования военной базой есть и свои минусы. На столе лежат документы. Нужно ознакомиться. Так, что у нас тут. Отчеты по разработкам Фьючер-Тех. Военная топ-корпорация Альянса, разработчики новейших технологий. Обещают поставки самых современных вооружений, спонсируются США. Вот, значит, что предлагает президент Акерман. Интересно, а с «Апокалипсисами» их наработки справятся? Нет, выглядит красиво, не спорю. А практическое применение? Или с дронами террора? Это до Америки нужно грести через океан, до большинства европейских стран можно просто доехать. — Ваш чай, сэр. О, уже. — Спасибо, Уолтер. Это дворецкий. Чай всегда приносит лично. Причем за те пять лет, что я занимаю этот кабинет, так и не понял, как. Двери закрыты, окна тоже, как и вентиляции, других входов нет. Но он все равно появился здесь вместе с чаем. Ровно в одно и то же время, с точностью до секунды. И я так и не понял как. Он странный. Ни разу не давал повода усомниться. Вот опасаться — сколько угодно. Выглядит как высокий крепкий мужчина за пятьдесят, седой и усатый, с вечно каменным выражением лица. Выше меня на пол головы. Взяв чашку, я подошел к окну. Приятный запах, комфортная крепость. С чаем Уолтер никогда не ошибается. И овсянку с кухни таскает, нелюдь. Там, прямо по газонам, крался мужчина. Как я понял, что он крадется? Ну, он одет в черный костюм со шляпой, имеет повязку на глазах с прорезями, высоко переставляет ноги и ставит ногу на носок, постоянно оглядываясь. На ногах черные блестящие туфли, а улыбка отражается в утреннем солнце. — Что он тут делает, Уолтер? — Крадется, сэр. Да ладно, а то я не догадался! — Почему он крадется? — Шпион, сэр. Логично. — Почему с ним еще не разобрались? — Союзник по Альянсу, сэр. Вероятно, он тут по делу, сэр. Понятнее не стало. — А почему тогда он крадется? — Профессиональная деформация, сэр. Ясно. — Разве встреча гостей не твоя работа? — Вам нужно допить чай, сэр. Ну да, ну да. — Ты успеешь вернуться до того, как я его допью. Как и всегда. — Вы выпьете его залпом, сэр. «Ты что, мысли мои читаешь?» — Нет, сэр. Роберту попрошу. Секунду спустя шпион заорал, когда в его штанину вцепился внезапный бульдог. Мужчина потерял равновесие и упал. Ну вот, другое дело. Может он и из Альянса, но никто не смеет топтаться по нашим газонам. Повезло ему, что Роберта не пришла разбираться лично. И только когда Уолтер снова испарился с пустой чашкой, мне было позволено вернуться к делам. Всё это время дверь кабинета не открылась ни разу, но стопка на столе увеличилась. Магия. Ладно, к делам. Очередные заявления Черденко, обвинения капитализма и Америки, разоблачения. Генсек на подьеме с самого окончания второй войны. Конечно, красные не смогли устроить мировую революцию, как пытались. И мятеж их генерала Юрия создал массу проблем для всех, но давайте будем честны — это было поражение. Пусть красные и не получили программу максимум, но социалистические завоевания, которые они за собой закрепили, достаточны, чтобы считать результат безоговорочной победой. Не говоря о идейном аспекте подобной победы. Никто не спорит с тем, что воинственные заявления Черденко — игра на публику. Которой нечего предложить с другой стороны. Вероятно, скоро это изменится. Что дальше? А вот и хорошие новости. Сообщение от компании «ЛэндЛорд». На вашу базу разрешено смонтировать сборочные конвейеры. Постоянное производство одинаковой техники на фабриках будет быстрее. Нужно одобрить, подпись и печать. Пригодится. Сборочные комплексы баз вещь хорошая, удобная. Позволяет собирать технику как конструктор, быстрый ремонт благодаря комплектам запчастей, опять же. Ускорить процесс, если на конкретной фабрике собирается конкретный тип техники, почему бы и нет. Берем. Может конвейеры и изобрел Генри Форд, но машины мы собираем не хуже. Что еще? Сообщение о огромных насекомых, которых видели в море. Сказки, но странные. Такого ранее не было, нужно, чтобы силы береговой обороны проверили. — Командующий. Вас вызывают к красной телефонной будке. Вот как, значит вызов. Хорошо. Стоило сделать шаг к выходу, как дверь открылась. С той стороны обнаружилась Роберта. С чемоданом. Она молча пристроилась позади, внушительно сверкая линзами очков. Так что на обратном пути мы уже слышали стук двух пар ног. Да, у горничной на ногах тяжелые армейские ботинки. И как они только узнают обо всем едва ли не раньше меня-то? Наш путь лежал по коридорам, мимо галерей, в самый низ. Там, в одном из помещений стоит телефонная будка. Красная. В подвале. Не подозрительно. Разумеется, это лифт. На входе возникла небольшая заминка, Роберте потребовалось приложить усилия, чтобы в кабинку пролезло два человека и весьма немаленький старый чемодан. Отправлять одного меня ей, видите ли, не положено. Едва дверца закрылась, телефон зазвонил. И только когда я смог, повернувшись, снять трубку, лифт начал спуск под землю. А я же слушаю задачу, сообщаемую через телефон. — Согласно последним данным, командующий, в наших колониях по всему миру неспокойно. Победа красных воодушевила местное население на всякие глупости. Так же, как и их оружие. Вы будете отправлены в Индию, дабы решить этот вопрос во имя Короны. Выполнять. Разумеется, это только краткая информация, пока будем лететь на место, почитаю более полный отчет. Что нас ждет, что есть у местных и у противника. Конкретные задачи. С доставкой проблем не будет, авиабаза рядом, прямо тут. Внутри кабинки горит лампочка, но и четко видно, что вокруг нас бетонные стены. Тут или вверх, или вниз. Так и до клаустрофобии недалеко. Не говоря о том, что помещение занято еще одним человеком и её чемоданом. — Ты была в Индии? — Нет, сэр. Хм. А мне казалось иное. Или она работала в Индонезии… Где-то в тех краях. — Нас отправляют туда. Разобраться с повстанцами. Ты со мной, или разомнешься? Женщина ответила строгим, подчеркнуто вежливым тоном: — У меня приказ вашей матушки охранять вас. Знаю. Вот делать ей нечего, то телохранителей нанимает, то пытается изменить планировку базы «чтобы было красиво». То привозит шарф. — Чем быстрее разберемся, тем меньше шансов, что в штаб прилетит что-нибудь, Роберта. Не думаю, что даже твоих сил хватит, чтобы справиться с бомбой, летящей в здание. Женщина ответила не сразу. За это время лифт успел опуститься на подземную парковку, где уже ждал один из солдат в джипе. — Сэр. Я кивнул, садясь в машину. Говорить куда не вижу смысла, они всё узнают едва ли не раньше меня, откуда-то. Первый раз это удивляет. На сотый просто любопытно. Все равно же не скажут. Военная тайна. Я уселся рядом с водителем, Роберта и её верный чемодан — позади. Если в США рулит "Фьючер-Тех", отжимая себе все новые сферы производств, то у нас «ЛэндЛорд». Джип поехал, и Роберта наконец ответила: — Данное задание — ваше испытание на профессиональную пригодность, сэр. Если не будет непосредственной угрозы, я не стану вмешиваться. Я же говорю, раньше меня узнают. — Ладно, я понимаю. Ну хоть историю расскажи. Лететь далеко, — ответа снова не было. Жаль. На посадочной площадке в транспортный самолет уже грузились морпехи Её Величества. Все равны, как на подбор. И имеют личные надувные лодки, оружие — пистолет-пулемет и саперная лопатка, обмотанная колючей проволокой. Брутальные, широкие, мускулатура просто из формы выпирает. Страшные личности, реально страшные. Отдали честь, едва заметили машину, и дальше грузятся. Похоже, нас там ждут. Не стал мешать людям делать свою работу, и просто удалился в салон. Тут и без меня справятся, а мне еще брифинг изучать.