Первая жертва

Утро началось со звонка Эдварда, когда он поехал отвозить Ренесме в школу. Я решила остаться дома, и Джаспер был рядом. Ему Эдвард и позвонил. Джаспер нажал на кнопку приёма вызова и поднёс телефон к уху. Я не слышала, что говорил Эдвард — он говорил слишком тихо, слишком быстро, но я видела, как лицо Джаспера меняется. — Что случилось? — спросила я, когда он убрал телефон. — Эмма пропала, — ответил он. — Подруга Ренесме из школы. Её родители заявили в полицию сегодня утром. Она не вернулась домой вчера вечером. Я почувствовала, как пол уходит из-под ног, как стены сжимаются, как воздух становится густым, вязким, почти жидким. — Это она, — прошептала я. — Это Сара. Она взяла Эмму. Она хочет… Я не могла закончить. — Мы не знаем наверняка, — сказал Джаспер, но я видела в его глазах, что он знает. Мы оба знали. Это была только вопрос времени. Эдвард, Белла и Ренесме приехали через полчаса после звонка. Ренесме сидела на диване, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. Её лицо было белым, глаза красными от слёз, губы дрожали. — Это из-за меня, — прошептала она, когда я подошла к ней. — Она похитила Эмму из-за меня. Если бы я не пошла в эту школу, если бы я не подружилась с ней, если бы я не… — Не смей, — перебила я, опускаясь перед ней на колени. — Не смей винить себя. Это не твоя вина, а моя. Сара охотится за мной. Эмма — лишь пешка в её игре. — Но Эмма ничего не сделала! — Ренесме повысила голос. — Она невиновна! Она просто… она просто хотела быть моей подругой. А теперь она… Голос сорвался, и она разрыдалась. Я обняла её, прижимая к себе. Её тело мелко дрожало, как у испуганного зверька. — Мы найдём её. Обещаю. Но внутри меня не было уверенности. Джаспер и Эмметт ушли на поиски через час. Они двинулись в лес — туда, где оборотни в последний раз чуяли чужой запах, туда, где Сара могла спрятать свою жертву. Я ждала их на крыльце, вцепившись в перила так сильно, что дерево трещало под пальцами. Шёл мелкий, противный дождь, проникающий под одежду, под кожу, в самую душу. Мои волосы промокли насквозь, превратившись в сосульки. Они вышли из леса, как тени. Джаспер был бледен. Бледнее обычного. Его золотистые глаза потускнели. — Ты нашёл её? — спросила я, когда он подошёл ближе. — Да, — ответил он. — Она жива. Облегчение, которое я почувствовала, было таким сильным, что у меня подкосились ноги. Я схватилась за перила, чтобы не упасть. — Где она? Что с ней? Джаспер посмотрел на меня, и в его глазах появилось то, что я боялась увидеть. Жалость. — Она в лесу, — сказал он. — В старой хижине, той самой, где прятались Ренесме и Лиам. Она напугана. Почти не говорит. — Почему вы не привели её? — Потому что она отказывается идти без тебя, — ответил Эмметт. — Идём, — сказала я. — Я должна её увидеть. — Мария, — Джаспер взял меня за руку. — Там есть кое-что ещё. — Что? Он выдержал паузу. Его пальцы сжали моё запястье. — На её руке вырезано имя, — сказал он тихо. — Твоё имя. Я шла быстро, не чувствуя ног. Джаспер шёл рядом, его рука лежала на моей спине, направляя, поддерживая, не давая упасть. Эмметт двигался позади. В темноте хижина была похожа на забытый, разлагающийся в лесу труп. Дверь была открыта. Я вошла внутрь. Эмма сидела в углу на грязном матрасе. Волосы спутались в колтуны, лицо было бледным, глаза огромными. Когда она увидела меня, она дёрнулась и отползла глубже в угол. — Тише, — сказала я, опускаясь перед ней на колени. — Тише. Я не причиню тебе вреда. Я здесь, чтобы помочь. Она смотрела на меня. В её глазах были страх, недоверие, надежда. — Моя рука, — прошептала Эмма. — Она… она сделала что-то с моей рукой. Я посмотрела на её правую руку. Кровь засохла, превратившись в чёрную, блестящую корку. Края раны воспалились, покраснели. Эмма была человеком, и её тело реагировало на боль так, как и должно — отёком, жаром, пульсацией. — Кто это сделал? — спросила я, хотя знала ответ. — Женщина, — прошептала Эмма. — Светловолосая. Красивая. Она… она улыбалась. Всё время улыбалась. Даже когда… Эмма замолчала, задрожала всем телом, и слёзы потекли по её щекам. — Всё будет хорошо. Я отвезу тебя домой. Ты будешь в безопасности. — Она сказала… — Эмма судорожно вздохнула, пытаясь успокоиться. — Она сказала передать тебе, что это только начало. Что ты заслужила это. Что ты… — Не надо, — перебила я. — Не надо. Просто молчи. Пожалуйста. Я подняла её на руки. Она была лёгкой и хрупкой, как птица. Я чувствовала, как колотится её сердце. Мы отвезли Эмму в больницу. Врачи сказали, что с ней всё будет в порядке. Раны не глубокие, заживут через пару недель. Физически она не пострадала, но психологически… Я видела её глаза, когда мы оставляли её в палате. В них был страх, который остаётся навсегда. Ренесме не отходила от неё ни на шаг. Они сидели на больничной койке, обнявшись, и я слышала, как Ренесме шепчет: «Прости, прости, прости, это из-за меня, прости». Внутри меня всё разрывалось от боли, чувства вины, и страха, который сжимал внутренности ледяными пальцами. Джаспер стоял рядом, его рука лежала на моём плече, его дар пытался успокоить меня, но даже он был бессилен перед этой тьмой. — Мы остановим её, — сказал он. — Обещаю. — Как? Как мы остановим ту, кто не боится ничего? У кого нет слабостей, нет страха, нет сомнений? — У неё есть слабость, — ответил Джаспер. — Ты. Её одержимость тобой. Это делает её уязвимой. — Или неуязвимой, — возразила я. — Она готова на всё. Джаспер замолчал. Его пальцы сжали моё плечо сильнее, и я почувствовала, как он пытается передать мне часть своей силы. Ночью, когда больница погрузилась в тишину, я получила новое сообщение. Оно пришло на телефон Джаспера — с неизвестного номера, без текста, видеофайл. Мы смотрели его в машине, припаркованной у входа в больницу. Джаспер держал телефон, его лицо было напряжённым, глаза сузились. — Включай, — сказала я. Он нажал на экран. На видео была пустая комната. Белые стены, серый пол, одинокий стул посередине. И ничего больше. Но через несколько секунд в кадре появилась Сара. Она стояла перед камерой, её светлые волосы были распущены и падали на плечи, обрамляя бледное, почти прозрачное лицо. На ней было простое белое платье. Она улыбалась. — Привет, Мария. Ты получила мой подарок? Девочка жива, не переживай. Я не убиваю невинных. Пока. Она сделала паузу, её улыбка стала шире. — Но знаешь, что я поняла за эти годы? Невинных не существует. Каждый носит в себе тьму, только некоторые умеют её скрывать. Как ты, например. Она шагнула ближе к камере, и её лицо заполнило почти весь экран. — Ты думала, что оставила прошлое позади. Что ты изменилась, стала лучше. Но ты монстр. Ты всегда была монстром, просто раньше ты этого не знала. Она наклонила голову, и её волосы скользнули по плечам. — Ты думаешь, что защищаешь свою семью, но на самом деле ты приносишь им только боль. Посмотри на Ренесме. Она страдает из-за тебя. Она страдает, потому что ты рядом. Потом Сара прошептала: — Единственный способ защитить их — уйти. Исчезнуть. Навсегда. Видео оборвалось. Я смотрела на чёрный экран, и внутри меня всё кричало от осознания. Она была права. Она была права во всём. Если бы меня не было рядом, Сара не тронула бы Ренесме. Не тронула бы Эмму. Не тронула бы никого из тех, кого я любила. Джаспер убрал телефон в карман и повернулся ко мне. Его лицо было бледным, но глаза горели. — Не слушай её, — сказал он. — Она хочет, чтобы ты поверила в эту ложь. — А если это не ложь? — спросила я. — Если она права? Если я действительно приношу им только смерть? — Тогда мы умрём вместе, — ответил он просто. — Потому что я не отпущу тебя. Никогда. Я закрыла глаза. — Я не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал из-за меня, — прошептала я. — Тогда мы сделаем так, чтобы Сара больше никому не навредила, — сказал он. — Мы остановим её. Вместе.