Часть 11. Лучшее худшее решение

      «Какого черта? Я даже не люблю сладкое»       Подумал Леви, когда стоял на своей кухне над емкостью с тестом, которое только что замешал. Он осмотрелся и заметил, что все столешницы вокруг были, без зазрения совести сказать, засраны.       Аккерман резко выдохнул, накрыл тесто полотенцем, как это было написано в записке Вивьен, и начал убирать после своей инициативы кухню.       «Инициатива наказуема», — думал он, когда находил муку везде. На столешницах, на полу, на своей кофте, что было странно, потому что он пытался все делать аккуратно. Но мука все равно разлетелась чёрт знает куда.       Леви недовольно убрал все, что неприятно цепляло глаз, и открыл окна. На улице стояла середина октября. Было свежо, холодно, солнечно. Аккерман подумал, что лучше бы в этот день прогулялся до кофейни и спокойно выпил чаю, чем занимался готовкой выпечки.       Это было не его.       Но Вивьен куда-то уехала с Армином.       Днем ранее.       — Я всего на один денечек, — говорила девушка, закрывая ставни кофейни. — Не скучай.       Леви еще ни разу не видел это здание таким. С закрытыми снаружи окнами казалось, что кофейня пустует или сдается в аренду, и уже тогда Аккерман почувствовал неприятное копошение в груди.       На самом деле он пришел, чтобы провести немного времени вне дома. Леви снова начали мучить кошмары, каждую ночь он снова и снова вырывал Эрвина из лапищ Звероподобного. Но тот дотягивался до них и отправлял Эрвина в пасть прямо у него на глазах.       — Уж как-нибудь переживу день без твоей стряпни.       Сказал Леви и почувствовал, что у него слипаются глаза. Он очень редко пил кофе, отдавая предпочтение чаю, но сейчас не отказался бы от кружки другой.       — Не стряпни, а самых лучших булочек и кофе Марли. Ну… в твоем случае чая.       Вивьен улыбнулась мужчине, как в это время ветер подхватил ее волосы и окончательно растрепал прическу.       Осенние листья покатились по асфальту и приземлились на ботинках Леви, как будто приглашали его поехать с Армином и Вив, но он смахнул их ногой.       — Тебе разве не нужно работать, раз все деньги ты отдала? — спросил Леви, сам не понимая зачем.       Аккерман в последнее время вообще спрашивал у девушки много ненужной для себя информации. Но она улыбнулась ему, почувствовав его интерес, и Леви подумал, что наверное спросил не зря.       — Ты не забыл, — сказала Вивьен и надела на плечо дорожную сумку.       — Такое сложно забыть.       Леви посмотрел на нее, как на глупую, потому что девушка говорила так, что это для нее норма, быть чуть не прибитой в переулке.       — Ну да, — усмехнулась она. — Но ты знаешь, я и так всю жизнь работала. Я упустила очень многое из того, что происходит в жизни обычных людей…       Леви видел, что девушка задумалась и стала немного грустнее, чем была. Но она тут же сморгнула это состояние и махнула ему.       — Пока. Мы вернемся уже завтра.       Вивьен ушла, а Леви еще раз бросил взгляд на закрытое кафе. Он видел его таким впервые, но его мысли твердили ему надежду, что это было в последний раз.       В тот день было ветренно, как и сегодня, поэтому Леви стоял у окна и незаметно для себя вспомнил Вивьен.       «И куда им понадобилось прошвырнуться с Арлертом?» — подумал он, потому что даже Армин сменил тему, когда он спросил его о причине их отъезда, но что-то говорил об Энни.       Леви вернулся на кухню, понимая, что духовка уже разогрелась, потому что даже во всей квартире стало теплее, а на кухне и вовсе стояла духота.       Леви открыл набухшее тесто и окунул в него руку, чтобы сформировать булочку. Но тесто было теплое и влажное. Оно сильно липло к рукам, и это уже начинало раздражать. Аккерман уже подумал, что что-то сделал не так и в целом пожалел о своей затее.       Одной, еще чистой, рукой он достал рецепт Вивьен. Записка гласила, что тесто нужно присыпать мукой перед последним формированием булочек, чтобы оно не прилипало к рукам.       Это он и забыл.       — Да что б тебя.       Шикнул Леви и ловко потянулся за мукой, чтобы не заляпать все тестом. Наконец все сделал правильно, сформировал булочки и отправил в духовку.       «Какой же это бред», — думал Леви, когда вымывал из-под коротких ногтей остатки забившегося теста. На его лице было отвращение и он думал, что это первый и последний раз, когда он занимается подобной чепухой.       Он говорил, что проживет день без стряпни Вивьен? Можно было свои слова забыть! Аккерман на полном серьезе думал, что перерезать шею титану проще, чем заниматься выпечкой, хотя что одно, что другое было лишь вопросом усердной практики.       Леви присел в ожидании. В рецепте было написано: «ожидай примерно пятнадцать минут приготовления, до золотистой корочки сверху». Мужчина сел на кухонный стул и засек время.       Он занялся этим, потому что снова хотел ощутить этот вкус. Молочная легкая сладость относила его в прошлое, которого он сам не помнил. Этот вкус напоминал о маме. О чем-то таком в прошлом, к чему он тянулся, но о чем хотел забыть.       Но почему-то, по какой-то неясной случайности, за тридцать с лишним лет только Вивьен смогла воссоздать картину его затертых воспоминаний. Леви покачал головой, понимая, что за последнее время слишком много думает об этой девушке.       Леви посмотрел на часы, засеченное время подошло к концу. Он достал противень из духовки и закашлялся.       — Что, блять, теперь? — раздраженно спросил он сам себя, отмахиваясь от легкого дыма, который исходил от его готовки.       Сверху булочки были идеального золотистого цвета, но дно подгорело до черноты. Мужчина посмотрел на духовку. Неужели разогрел слишком сильно?       Он распахнул все окна, чтобы выветрить гарь. И только Леви с сожалением осознал, что потерял столько времени, как вдруг в его дверь постучали.       — Сосед, вы горите? — испуганно произнесла пожилая женщина. Аккерман признал в ней соседку с этажа выше.       — Нет, все под контролем, — ответил Леви.       Запах горелой выпечки уже выветрился и мужчина закрыл окна.       Он рискнул попробовать булочку, отщипнув самый светлый край, но тесто было пересушено и совершенно не похоже на то, что он пробовал у Вивьен.       Выбросив все сгоревшие плоды усилий в мусорное ведро, Леви оделся и вышел на улицу, понимая, что цели, куда ему идти, нет. Поэтому он решил хотя бы пополнить запасы домашнего чая. От скуки Леви снова прокрутил в голове последнее общение с Армином, его упоминания Леонхарт, и подумал, что если Лагард и Арлерт поехали в Сен Жак к Энни, то это было самое глупое их решение.

***

      Где-то в Сен Жаке.       — Поверь, это лучшее решение, — говорила Вивьен, когда они с Армином прогуливались по солнечным улочкам городка.       Она всю дорогу потирала щеки, потому что они горели так, будто кто-то вспоминал ее недобрым словом.       В Сен Жаке деревья в округе были укрыты золотой листвой. То тут, то там выглядывали небольшие часовенки из белого камня. Это был совсем маленький живописный город, в котором спряталась Энни.       Вивьен никогда не путешествовала, даже не выезжала в соседские города, и потому сейчас увлеченно смотрела по сторонам.       Армину тоже было интересно в новом городе, но он старательно держал в голове маршрут, который им рассказал попутчик, подвезший их.       По сравнению с городом, где жили Вивьен и Леви, в Сен Жаке было очень умиротворенно. Люди медленно гуляли по улицам, вокруг не было машин, как и лишних магазинов. Только часовни, жилые дома и рынок возле парка.       Также Армин заметил, что на них с Вивьен все оборачиваются.       Сен Жак был провинциальным городком, в котором женщины предпочитали носить длинные платья, а мужчины одевались в простые, темные цвета, чтобы можно было без ущерба кошельку использовать эту одежду везде. И в пир, и в мир.       Но среди этих простых людей Вивьен была одета в брюки и куртку, а сам Армин в пальто песочного цвета. Так одевались только в больших городах и потому прохожие сворачивали головы, когда проходили мимо них. Арлерта и вовсе какой-то малыш пытался ухватить за пальто.       — Ты не думаешь, что будет странно, если я приду вот так к ней домой? — спросил он, когда они урезали себе путь и пошли через парк.       Вивьен рассматривала прилавки стихийного рыночка и отмечала для себя, что тут не продается ничего интересного, кроме сезонных овощей.       — Когда ты так говоришь, звучит и правда странно, — Вивьен оглянулась на не сводящих с нее глаз мужчин. — И город этот тоже странный...       Девушка нервно посмеялась, потому что уже не была уверена в правильности их выбора. Это место странно на них реагировало, а сам Армин выглядел немного потеряно для того, кто приехал в гости к своей девушке.       — Но давай посмотрим на это с другой стороны, — сказала Вивьен, попытавшись рассудить со стороны Энни. — Вы давно не виделись, ты приехал в Марли. Почему не увидеть друг друга?       «Потому что я сам не понимаю, что чувствую к Энни», — так подумал Армин, но вслух сказал. — Я думаю, что ей просто нужно время.       Вивьен посмотрела на своего друга, рядом с которым шла, и они подумали об одном и том же. На самом деле время нужнее было Армину.       — Что? — спросил он, заметив, что Вивьен на него смотрит.       — Ничего, — она покачала головой и положила руку ему на плечо в знак поддержки. — Если что, я буду рядом.       Солнце осветило черные волосы девушки и они заблестели стальным блеском. Вивьен потянулась к нему и поправила его светлую челку, и Армин улыбнулся. Он очень ценил Вивьен за поддержку.       Наконец они остановились перед небольшим домиком. Он состоял всего из одного этажа, и к нему прилегал собственный внутренний двор. Но в целом дом производил впечатление, что там живут не совсем обеспеченные люди.       — Мы разве правильно пришли? — спросила с сомнением Вивьен.       — Правильно, — без сомнений ответил Армин.       Он сразу понял, что Энни живет именно здесь. На траве во внутреннем дворике стояли тренировочные манекены. Именно такие были у них еще со времен кадетского корпуса.       И как будто судьба прочитала мысли Армина, из дома вышла светловолосая девушка и направилась сразу к тренировочной площадке. Вивьен присмотрелась к ней и у нее невольно округлились глаза от удивления.       Все марлийцы знали их в лицо. Своих войнов и спасителей. Это была Женская Особь.       Вивьен тут же дала себе мысленный подзатыльник, потому что девушку звали Энни. Она больше не была «объектом».       — Ты уверен, что стоит?       Уже не так радостно спросила Вивьен, когда увидела, как жестоко Энни начала избивать манекен.       Вдруг ей подумалось, что Леви был прав, она выдавала свои мысли за мысли Энни. Потому что Леонхарт явно не томилась в ожидании Армина.       — Да, уверен. Я пошел.       На удивление, когда Армин увидел перед собой Энни, он наконец-то отбросил сомнения и решительно пошел на разговор.       — Подожди…       Вивьен сказала ему в спину, но парень уже открыл калитку и прошел во внутренний дворик. Вивьен отошла в сторону, чтобы девушка не заметила ее. Это было бы ни к чему.       Пока Армин вел разговор с Энни, Вивьен нашла свободную скамейку в парке через дорогу. Она закинула ногу на ногу и стала подергивать ими, чтобы унять тревогу. Теперь ей казалось, что этот план был неудачный с самого начала, и она боялась, что дала своему другу плохой совет.       — Что бы сделал Леви? — спросила она сама себя и тут же поняла, что мужчина точно сказал бы, что это дурацкий план и дал бы Энни время решить все самой.       Вивьен подумала, что теперь, со стороны, это звучало здраво. И девушка уже пожалела, что не прислушалась тогда к нему.       Она посмотрела на чистое голубое небо и подумала, что где-то под ним, но в другом городе, ходит Леви.       — Интересно, где он сейчас? — пробормотала Вивьен и тут же постаралась отбросить эти мысли.       Она приложила руку к груди, чувствуя, как внутри теплеет от раздумий о Леви, но Вивьен была уверена, что это все пустые мечты.       Наверное, ей пора было заняться своей жизнью, а не лезть в чужую. Но иногда, это того стоило, подумала Лагард, когда увидела возвращающегося Армина с легкой улыбкой на губах.

***

      Когда Армин увидел ее, все вокруг перестало существовать. Энни вышла во двор и начала тренировку, не заметив его. Арлерт пошел ей навстречу, открыл калитку и прошел во внутренний дворик, неотрывно следя за девушкой.       Энни наносила удары манекену, тренируя рукопашный бой. Армин помнил все ее движения до сих пор.       — Энни!       Позвал Арлерт, когда в городе поднялся порыв ветра. Энни удивленно обернулась, ее светлые волосы разметались по лицу. У нее был такой вид, будто голос из ее головы, который она только что вспоминала, стоял вживую перед ней.       — Армин! — девушка удивилась, но все равно не шагнула к нему навстречу.       Энни, как он ее и помнил, была закрыта и молчалива, потому Армин сделал шаги сам, чтобы уменьшить расстояние между ними.       — Что ты тут делаешь? — спросила она без злобы, но ее голос был немного строгий и уставший.       — Я хотел увидеть тебя, — Армин подошел к ней и улыбнулся.       Он посмотрел в светлые как льдинки глаза девушки, которые уже давно не видел. Энни не улыбалась, но в ее взгляде читалось то, что она тоже по нему скучала.       — Как ты? — спросил Армин.       — Я писала, что хочу остаться здесь, — сказала Энни, но это не звучало как-то, что она прогоняет Арлерта.       Леонхарт как будто проверяла и пыталась понять, в чем истинный мотив Армина.       — Я знаю. Я приехал, чтобы просто увидеть тебя, — сказал он и искренне улыбнулся ей.       Энни чувствовала, что начинает таять от тепла, которое нес с собой Армин. Она очень хотела ответить ему тем же, но у нее было чувство, что сейчас для этого совсем не подходящее время. В ней не было сил, желания, чувств. Энни проживала день за днем в пустоте, пытаясь отыскать прежнюю себя.       Они прошли вместе по осенней траве и сели на скамью возле дома.       — Это дом моего отца. После битвы он был ранен, и это повлияло на моторные функции. Сейчас я ухаживаю за ним.       Энни рассказала это и поняла, что давно ни с кем не разговаривала. Как тогда, когда она находилась в кристалле несколько лет.       — А я на время переехал в Марли. Остановился в портовом городе.       — Почему так? — спросила Энни тихо, на самом деле понимая почему.       — Все, кроме Леви, остались дома. А я… решил, что ничем помочь не смогу.       Армин разговаривал с Энни и теперь понимал, почему девушка писала ему, что ей нужно время. Если с Вивьен общаться было легко и Армин вспоминал себя, каким он был до войны, то с Энни они прожили слишком много боли на двоих. Казалось, что она застряла между ними и всегда будет напоминать о себе.       — И как там… Парадиз? — спросила она и подняла на него взгляд.       Армин прочитал в нем все, что чувствовала Леонхарт. Боль, вину, сожаления. Но они никак не могли помочь друг другу.       — Все в норме, — Армин постарался ее утешить и положил руку на плечо. — Совсем скоро все наладится.       Энни понимала, что Армин обманывает ее, но эта ложь была для нее во благо, потому что девушка видела своими глазами, какой ад они сотворили на их земле.       — Спасибо, что приехал, — сказала Энни. — Но… давай попробуем снова жить? Я попробую тоже. Каждый определится с тем, что хочет. И может тогда…       Энни не закончила говорить мысль, что она представляла после «тогда». Но она понимала, что то, что зародилось между ней и Армином не ушло, как ей казалось раньше.       Армин кивнул и на несколько секунд сжал ладонь Энни в своих руках и следом отпустил.       — Давай.       Армин ее отпустил точно так же, как в прошлом, перед решающей битвой, когда у Энни уже не осталось сил. И она была ему как никогда благодарна.       Парень в последний раз посмотрел на Энни, соглашаясь с ней. Им необходимо было разобраться с самими собой, попробовать начать жить, чтобы иметь возможность начать с начала.       — Я… я напишу тебе! — кринула Энни вслед Армину, когда он уже уходил из дворика ее дома.       Арлерт кивнул ей в знак согласия и на лице его появилась легкая улыбка.       Он перешел через дорогу, в противоположном конце улицы сидела Вивьен. Армин наконец-то чувствовал себя легко, несмотря на то, что его разговор с Энни закончился их… Армин не мог подобрать слова, потому что это не было расставанием, поскольку он и Энни никогда не были вместе.       Но сейчас это было лучшим решением для них. Только так у них еще был шанс.       — Ну что, как все прошло? — воодушевилась Вивьен, когда увидела на лице парня улыбку.       — Мы расстались, — с таким же воодушевлением ответил ей Армин. — Но теперь все будет хорошо.       — Что?! — воскликнула Вивьен, совершенно не понимая радости ее друга.       В то время, как в голове Арлерта складывался паззл, и вместо пустоты и неясности начинал созревать план, в голове Вивьен все шло кругом. И она думала, что Леви точно был прав. Ее идея была худшим решением.