Глава III

      Буквально на следующий день после трагедии Грозовые оруженосцы вкусно обедали пойманной дичью. Довольный Пламелап тихо чавкал, поедая убитую острыми клыками мышь, а странноватая Зяблинка вкусно жевала оторванную голову маленького грызуна. Ученица всегда начинала трапезу именно с этой части тела, и многие её соплеменники не понимали, почему.

***

      Внезапно Зяблинка издала сдавленный крик боли, заставивший других посмотреть на неё с ужасом. Её тело стало дёргаться в конвульсиях, а изо рта рекой потекла пена.       — Воробей, где же ты? — заволновался оруженосец Заливчик и бросился искать целителя, Пламелап — за ним.       Умирающая ученица не переставала кричать, её вопль становился всё тише до тех пор, пока она окончательно не отключилась. Вдруг из пасти мученицы выпала... смерть-ягода.       Оруженосцы пришли в ещё больший ужас при виде этого маленького красного плода, опасного для котов, и начали моментально оплакивать умершую Зяблинку.       — Так, ну-ка разошлись! — сурово прозвучал над головами убитых горем учеников голос Воробья. — Может, ещё не всё потеряно.       Эта оптимистичная мысль казалась странной, потому что её бросил ворчливый и вечно недовольный целитель.       Оруженосцы, в том числе Заливчик с Пламелапом, слегка разошлись в стороны, чтобы дать Воробью осмотреть Зяблинку и убедиться насчёт её состояния.       Серый полосатый кот недовольно уставился своими слепыми глазами на тело ученицы, а затем прислонился мордой к её груди, чтобы нащупать пульс. Зяблинка как раз лежала на боку, поэтому проводить эту небольшую процедуру Воробью было гораздо удобнее.       Окружающих ученицу котов словно гром пронзили слова целителя, сказанные равнодушным и одновременно печальным голосом:       — Зяблинка... мертва... Она теперь звёздный предок...       Пламелап и Заливчик впали в шок, а остальные начали жалобно выть со слезами на глазах.       "Нет... этого не может быть..." — подумал чёрный оруженосец, едва не плача.

***

      Разумеется, Зяблинку похоронили рядом с её бабкой, Белкой.       

***

      Во время грустной церемонии Огнесветик едва сдерживала себя, чтобы не впасть в истерику, ведь до этого у неё умерла мать, а Жаворонок ласково вылизывал её рыжую шерсть, словно огонь сияющую на солнце. Пламелап был удручён немало, Заливчик тоже.