Часть 1

Солнце вставало над "Норой", рассыпая янтарный свет по старым кирпичным стенам и оконным стеклам. В доме пахло свежим хлебом и лавандой, но утро не приносило облегчения. Джинни сидела на кровати, сжав кулаки. Запястья горели, на них все еще оставались слабые золотые следы магических нитей. Она не сомкнула глаз ни на секунду. Ее тело было здесь, в доме ее детства, но сознание снова и снова возвращалось к разговору с матерью. За дверью послышались шаги. Кто-то постучал. — Джинни? — голос Рона был приглушенным. — Ты в порядке? Джинни глубоко вздохнула, прежде чем ответить: — Входи. — Рон, скажи, что это шутка. Джинни чувствовала, как колени подгибаются, но заставила себя стоять прямо. Воздух в гостиной пропах пылью и чем-то горьким — запахом старых секретов, наконец вырвавшихся наружу. Рон выглядел не менее потрясенным, чем она. Он сжал кулаки, словно пытаясь удержаться за реальность, которая несколько минут назад разлетелась на осколки. — Я… я только что узнал, — его голос дрогнул. — Клянусь, Джин, если бы я хоть что-то знал раньше… — Но Фред и Джордж знали, — прошептала она. Не вопрос. Не обвинение. Просто факт, который прожёг её изнутри. Рон замер. — Похоже, знали, — глухо ответил он. — Может, даже Перси… Джинни выдавила нервный смешок, но в нем не было веселья. — И никто не сказал мне. Никто даже не намекнул. — Думаешь, мне сказали? — в голосе брата зазвенел гнев. — Я узнал только сейчас, от мамы. Она… чёрт, она плакала, Джинни. Я никогда её такой не видел. Грудь сдавило. — Значит, это правда, — прошептала она. Рон взъерошил волосы, пытаясь справиться с наплывом эмоций. — Что нам делать, Джинни? — Рон провел рукой по волосам. — Ты же не думаешь, что мы позволим этим Ноттам тебя забрать? — Я не знаю, Рон, — прошептала она. — Но у нас мало времени. Рон сжал кулаки, его лицо побледнело от злости. — Всё из-за долга перед этими слизеринскими тварями, — процедил он, вскочив на ноги. — Они думают, что могут делать с нами что угодно только потому, что их предки заключили дурацкие сделки? Это бред, Джинни! Мы найдем способ вытащить тебя из этого! — Род нашей мамы заключил ту блядскую помолвку с Ноттом-старшим, — с горечью добавил он, сжав кулаки еще сильнее. — Какого черта они до сих пор считают, что могут распоряжаться тобой? Джинни молча уставилась в окно, наблюдая, как утренний свет плавится в росе на траве. Она с самого детства была влюблена только в Гарри и видела себя только его женой. Каждое воспоминание о нем, каждая мечта о будущем теперь казались ей размытыми, будто покрытыми слоем старой пыли. Как могло быть иначе? Ведь ее судьбу решили за нее задолго до ее рождения. Она сжала губы, чувствуя, как внутри поднимается паника. — Рон… как я скажу об этом Гарри? — едва слышно произнесла она, глядя на брата. — Как он это воспримет? Рон провел рукой по волосам, тяжело вздохнул и сел обратно на кровать. Джинни судорожно вдохнула, её пальцы дрожали. — Джин, мы что-то придумаем. Должен быть способ… Она покачала головой. — Это магия крови, Рон. Древняя. Если бы выход был, мама бы нашла его. — Ну, тогда найдём мы, — упрямо бросил он. Хлопок. Резкий, хлёсткий, он разорвал тишину, словно удар по хрупкому стеклу спокойствия. Рон вздрогнул, рефлекторно сжимая палочку, а Джинни замерла, чувствуя, как по позвоночнику пробежал холод. Они оба знали этот звук слишком хорошо. — Кто-то аппарировал, — прошептал Рон, бросая быстрый взгляд на окно. Джинни сглотнула. Она не знала, кого ожидать, но нутром чувствовала: это не случайность. Вторая вспышка магии. Ещё один хлопок. Теперь было ясно — их двое. — Рон… — её голос дрогнул, когда золотые нити магии, охватывающие её запястья, начали светиться слабым, тревожным сиянием. Он заметил это и выругался. — Если это они… — он развернулся к двери, но не успел сделать и шага. Раздался стук. Ровный. Спокойный. Уверенный. Снаружи, за дверью, кто-то стоял. Молли глубоко вдохнула, но, не колеблясь, распахнула дверь. Джинни видела их ещё до того, как ступила в холл. Двое. Первого она узнала мгновенно. Мистер Нотт. Высокий, статный, сдержанный, его лицо сохраняло вежливую, почти скучающую маску, но в глазах пряталась безграничная уверенность. Второго она видела раньше. Не так близко, но достаточно, чтобы помнить. Теодор Нотт. Его нельзя было не заметить в Хогвартсе. Даже если сама Джинни никогда не пересекалась с ним лично, она слышала о нём от подруг, видела мельком в Большом зале, знала, что он всегда держался особняком, без суеты, но с таким выражением лица, словно знал что-то, чего не знали остальные. Темноволосый, высокий, с выразительными тёмными глазами, он никогда не пытался привлекать внимание, но делал это естественно. И вот теперь он стоял перед ней. — Добрый вечер, миссис Уизли, — ровно произнёс мистер Нотт. Его голос был низким, наполненным безупречной учтивостью. — Прошу прощения за столь ранний визит. Молли, несмотря на выражение отчаянного упрямства, ответила сдержанно: — Вы могли бы просто не приходить. Легкая пауза. — Мы могли бы. — Мистер Нотт спокойно кивнул. — Но тогда мы бы предали магию. А мы всегда чтим договоренности. Джинни стиснула зубы. — Это ошибка, — её голос дрогнул, но она заставила себя смотреть прямо на него. Теодор чуть склонил голову набок, его взгляд задержался на ней. — Думаешь? Она сжала кулаки. — Я не часть этого. Я не… — Не моя невеста? — его губы дрогнули в лёгкой усмешке. — Уизли, ты ведь чувствуешь. Клятва уже внутри тебя. Она почувствовала, как пульсирующая магия сжимается вокруг запястий. — Это несправедливо. Мистер Нотт легко кивнул. — Жизнь редко бывает справедливой, мисс Уизли. Но магия требует своё. Молли вскинула подбородок. — Я не отдам свою дочь. Теодор посмотрел на неё и, прежде чем его отец успел заговорить, спокойно добавил: — И вам не нужно, миссис Уизли. Мир разорвался хлопком. Джинни даже не успела закричать. Холодный воздух ночи, вихрь магии, странное ощущение пустоты внутри — всё слилось в одно. Она чувствовала, как её тело словно вытягивает из реальности, как невидимая сила рвёт её с места. Зрение помутнело. Пол под ногами исчез. В одно мгновение она была в родном доме, окружённая запахом выпечки, теплом камина, сердитым голосом Рона. В следующее — она уже не там. Хлопок. Её ноги коснулись твёрдой поверхности, и она едва не пошатнулась, но чьи-то пальцы крепко сжали её локоть, удерживая. Джинни дёрнулась, рванула руку, но хватка была твёрдой. — Тише, Уизли, — раздался знакомый голос рядом. Теодор Нотт. — Я не дам тебе упасть. Она подняла голову, моргая, пока зрение не прояснилось. Они стояли не в Норе. Вокруг возвышались тёмные силуэты особняка, скрытого в ночной дымке. Высокие колонны, каменные стены, густая тишина, нарушаемая лишь лёгким шелестом листвы. Это не просто дом. Это имение Ноттов. Джинни снова дёрнулась, и Теодор наконец разжал пальцы, позволяя ей отойти на шаг. — Что, чёрт возьми… — её голос дрогнул, и она прикусила губу, не желая показывать слабость. Мистер Нотт-старший повернулся к ней, его взгляд был всё так же спокоен. — Добро пожаловать, мисс Уизли. Её сердце гулко стучало в груди. Она попыталась шагнуть назад, но наткнулась на пустоту — пути назад не было. — Вы не имели права! — её голос дрогнул, но взгляд метался от Теодора к его отцу. Мистер Нотт-старший спокойно посмотрел на неё, не демонстрируя ни раздражения, ни злорадства. — О, мисс Уизли, право у нас было. И оно было запечатано магией. Джинни ощутила, как золотые нити магии на её запястьях дрогнули, как невидимые оковы, которые ни разорвать, ни игнорировать. — И что, это аморально,— процедила она сквозь зубы. Теодор хмыкнул, засунув руки в карманы. — Уизли, неужели ты правда думаешь, что вопрос морали здесь что-то меняет? Она резко повернулась к нему. — Почему ты такой самодовольный? Тебе это нравится? Он чуть склонил голову набок, с ленивой усмешкой глядя на неё. — Разве не интересно? — в его голосе не было ни злобы, ни насмешки. Скорее — лёгкое развлечение ситуацией. — Судьба, кровь, обязательства… звучит почти романтично. И я получил красивую невесту. Джинни сжала челюсти. — Я тебе не принадлежу. Теодор чуть сузил глаза, но улыбка не исчезла. — Ошибаешься. Мистер Нотт-старший шагнул ближе, его голос был спокоен, как гладкая вода. — Вам не о чем беспокоиться, мисс Уизли. Вы теперь будущая часть нашего рода. Джинни похолодела. — Я не могу выйти замуж, — голос её дрогнул, но она продолжила, сжимая кулаки. — По закону. Пока я не закончу Хогвартс, брак невозможен. Мистер Нотт наклонил голову, ухмылка на его губах стала ещё шире. — О, разумеется, — протянул он. — Мы прекрасно осведомлены о магических законах. Джинни замерла. — Тогда зачем вы меня забрали? Мужчина в плаще, до этого молчавший, наконец заговорил. — Закон не запрещает нам претендовать на тебя заранее. Контракт заключен, Джиневра. Мы не можем нарушить его так же, как и ты. Она стиснула зубы. — Это абсурд. Я не вещь, черт возьми! Младший из двоих хмыкнул. — Ты удивишься, как часто магические контракты считают иначе. Она сжала руки в кулаки, ощущая, как ногти впиваются в ладони. — Тогда я просто вернусь в Хогвартс. Учеба продолжается, и вы не можете мне запретить. Старший Нотт чуть прищурился. — Конечно. Никто не собирается удерживать тебя в запертой комнате. Мы лишь хотели… напомнить. Джинни почувствовала, как холод пробежал по её спине. — Напомнить? Теодор оттолкнулся от колонны и сделал шаг ближе. — О да, — его голос был почти ласковым. — Напомнить, что время идёт. Что ты не свободна. Что, выпустившись, ты вернёшься… домой. — Это не мой дом,— прошипела Джинни. Он склонил голову набок, изучая её взглядом, в котором читалось лёгкое развлечение. — Посмотрим, сколько ты ещё будешь так думать. Джинни стиснула зубы, пытаясь взять себя в руки. Её мысли бешено метались, ища выход. Но прежде чем она успела заговорить, чертов Нотт продолжил, снова усмехнувшись. — Ах, милая Джинни… — протянул он с тем самодовольным тоном, от которого у неё внутри всё закипело. — Есть ещё одна новость. Как оказалось, Хогвартс предоставляет замечательную возможность возвращения на последний год обучения всем кто не окончил обучение из-за ... сложных событий войны. Её глаза расширились. — Что?.. Джинни чувствовала, как внутри закипает ярость. — Ты шутишь, — процедила она сквозь зубы, глядя прямо в самодовольное лицо Теодора Нотта. Он лениво усмехнулся, неторопливо поправляя мантию, будто у него впереди весь день. — О, милая Джинни, — его голос сочился ядовитой учтивостью, — я когда-нибудь шутил о таких вещах? — Ты не можешь! — её руки дрожали от сдерживаемой злости. — Нет могу, — перебил он, приподняв брови с притворным удивлением. — Как оказалось, Хогвартс весьма заботится о своих учениках. Им ведь так важно, чтобы все мы имели равные возможности. Особенно после войны. Он наклонил голову, ухмылка на его губах стала шире. — Так что я решил воспользоваться этой замечательной возможностью. Буду доучиваться. А это значит… — он сделал театральную паузу, словно наслаждаясь каждой секундой её реакции, — мы будем учиться вместе. Джинни резко выдохнула, её ногти больно впились в ладони. — Ты специально это делаешь, — её голос дрожал от злости. Тео чуть склонил голову набок, его кофейные темные глаза вспыхнули каким-то непонятным интересом. — О, конечно, — признался он почти игриво. — Мне же нужно как-то убедиться, что моя дорогая невеста не забудет о нашем маленьком соглашении. — Я. Тебе. Не. Невеста. — каждое слово Джинни произносила с отчетливой угрозой. — Пока, — поправил Тео и медленно, но намеренно убрал невидимую соринку с рукава. — Но не волнуйся. Мы же не хотим торопить события. Впереди у нас целый учебный год… Джинни смотрела на него, гнев и страх смешивались в ней в нечто раскалённое, но холодное одновременно. Он думал, что выиграл? Она заставит его пожалеть о каждой секунде, когда он посмел так с ней разговаривать. Джинни тяжело дышала, пытаясь взять себя в руки. — Если ты думаешь, что я просто смирюсь… — О, я ни в коем случае так не думаю, — перебил Тео с нарочитым интересом. — Наоборот, я с нетерпением жду, когда ты начнешь метаться, искать лазейки, плести свои маленькие интриги. Это будет… увлекательно. Он смотрел на неё, словно шахматист, предугадывающий каждый ход противника, чистый слизеринец. — Ты отвратителен, — выдохнула Джинни. Тео усмехнулся, будто она только что сделала ему комплимент. — Ты ещё не видела меня в действительно отвратительном настроении, Уизли. Джинни стиснула зубы. — Я вернусь в Хогвартс. Я буду учиться, как и планировала. Ты не изменишь моих планов. Тео изогнул бровь. — Прекрасно. Я же сказал, никто не будет держать тебя в клетке. Ты можешь жить своей обычной, скучной жизнью… Пока. — Пока? Он лениво шагнул ближе, и Джинни почувствовала, как внутри всё сжалось от напряжения. — Время идёт, Джинни, — его голос стал тише, почти шелковым. — Хогвартс — всего лишь отсрочка. В конце концов, ты всё равно окажешься там, лежащей на алтаре. Она вздрогнула, но тут же подняла подбородок выше, не позволяя ему увидеть даже намек на страх. — Я сама решу, где моё место. Тео усмехнулся. — Посмотрим. — Оставь свои больные фантазии при себе! — парировала Джинни. Он отступил назад, небрежно кивнув своему отцу. — Мы закончили. Старший Нотт, до этого молчавший, снова поднял руку. Воздух дрогнул, и с глухим хлопком пространство сжалось вокруг неё. Гостиную «Норы» прорезал резкий звук аппарации. Джинни не успела даже моргнуть, как ее ноги снова коснулись знакомого деревянного пола. Рон был там. Он всё ещё держал палочку, его лицо побелело от ярости. — Джинни! — он шагнул к ней, схватил за плечи. — Что… что они сделали?! Она покачала головой, пытаясь собраться с мыслями. — Они просто… — её голос сорвался, она глубоко вдохнула. — Они просто напомнили мне, что я теперь я не принадлежу себе, как будто я вещь, этот Теодор… Рон сжал кулаки. — Эти ублюдки… Миссис Уизли подбежала к ней, крепко обняла. — Всё в порядке, дорогая, ты дома. Всё хорошо… Но Джинни знала — ничего не хорошо. Она вернулась. Но Тео Нотт тоже вернётся. И теперь он будет в Хогвартсе. Рядом. Эта мысль сжала её горло сильнее любого магического контракта.