Глава 12. Медовое утро

Утренний свет мягко заливал комнату, как мед, растекаясь по белым простыням. Он пробирался сквозь беспорядочно растрёпанные пряди Харин, скользил по её плечам, оставляя золотистые отблески на коже. Она лежала на животе, прижавшись щекой к подушке, полунакрытая сбившимся одеялом, одна нога согнута, вторая вытянута — тело полностью расслаблено, как у кошки, уснувшей в лучах солнца. Феликс уже не спал. Он проснулся раньше, и какое-то время просто смотрел на неё — неотрывно, зачарованно — будто видел впервые. Его пальцы лениво чертили круги по её бедру, почти не касаясь кожи. Он придвинулся ближе и провёл носом по её шее, вдыхая запах: тёплый, сонный, с нотками вчерашней страсти. — Доброе утро, — прошептал он ей прямо в ухо и, не дожидаясь ответа, чмокнул в щеку. Потом — ниже, в изгиб шеи, туда, где кожа особенно чувствительна. — Знаешь, как сложно держать себя в руках, когда просыпаюсь рядом с тобой? Харин шевельнулась, сонно зарылась лицом в подушку, прикрывая глаза рукой. — Сколько ты на меня так пялился? — её голос был хриплым и низким, почти интимным. Феликс усмехнулся и приподнялся, опираясь на локоть. Его свободная рука нашла путь под майку Харин, погладила поясницу, затем чуть выше — кончиками пальцев обводя изгибы рёбер, спины, вызывая дрожь. — Недостаточно, — пробормотал он. Она не ответила, только что-то невнятно пробормотала, не поднимая лица. Тогда Феликс осыпал её щёку поцелуями, потом лоб, нос, снова щеку, губы — быстро, почти хаотично, словно не мог насытиться. Она зажмурилась, начала хихикать, толкая его в грудь: — Феликс! Прекрати! Щекотно! — голос у неё всё ещё был заспанный, но уже живой, искристый. — Нет, — прошептал он, продолжая целовать. — Я только начал. Он перевернул её на спину, нависая над ней, и, встретившись с её глазами, затаил дыхание. Они смотрели друг на друга несколько секунд — будто проверяли, не передумал ли кто-то. Харин слегка покраснела, отвела взгляд. Феликс усмехнулся, опускаясь губами к её груди, оставляя влажные поцелуи: — Такая стеснительная… А вчера так красиво кричала. Соседи теперь точно знают моё имя. Он поцеловал её живот. Затем чуть ниже. Харин вздрогнула. — Феликс… — выдохнула она, и звук её голоса был почти просьбой, почти стоном. — Теперь не слишком щекотно? — прошептал он и прикусил её внутреннюю часть бедра. Она тихо застонала, сжав простыню пальцами. Его руки скользнули вверх по её ногам, медленно, лениво, обжигающе. Она изогнулась, подаваясь навстречу, но в ту же секунду в комнате прозвучал неуместно громкий рингтон. Оба замерли. Он потянулся к телефону, взглянул на экран и скривился. — Ну конечно. Незапланированная репетиция. Именно сегодня, — Феликс откинул телефон и вернул руки на бёдра девушки, наклоняясь ниже. — Я могу не пойти. Влажный поцелуй в шею заставил Харин закатить глаза от удовольствия. Она очень туго соображала в этот момент, но один вопрос всё же смог пробраться сквозь пелену возбуждения: — Там будет Хенджин? — Да, — он поднял голову. — Всё под контролем. — В прошлый раз тоже было? — Харин, не о чем переживать, — он присел рядом, взял руку девушки. — Я буду в порядке. — он поднял её ладонь к губам и поцеловал каждый палец. — Значит, тебе пора собираться. Феликс чуть задержался, взглянув на неё в последний раз — будто стараясь запомнить каждую черту. Потом резко выдохнул и принялся одеваться. Он быстро натянул одежду, накинул куртку, но в последний момент всё же вернулся к ней. Нависнув, поцеловал в губы — не спеша, но с нажимом. Этот поцелуй был обещанием. — Подожди меня. Я вернусь — и закончу, что начал. — Обязательно, — ответила она тихо, глядя ему вслед. Как только дверь за ним закрылась, Харин протянула руку к телефону и, не раздумывая, набрала Сохи: — Встретимся в нашем ресторане? Мне есть что рассказать. Итальянский ресторанчик на углу маленькой улочки всё ещё был полупустым. Маленькие столики у окна, запах свежевыпеченного хлеба, оливковое масло с чесноком — всё было как всегда. Их место — в углу, под полкой с бутылками вина и старыми фотографиями в тёплых рамках — было свободно. Сохи уже ждала. В кожаной куртке, с небрежным пучком и телефоном в руке, она напоминала Харин героиню французского фильма. Увидев подругу, Сохи театрально развела руки: — Надеюсь это что стоящее? Харин опустилась на стул, сбросив пальто, и с довольной улыбкой уставилась на подругу. Сохи прищурилась. — У тебя был секс? — У меня был секс, — шёпотом, но с восторгом произнесла Харин, ёрзая на стуле. — Ну наконец-то! Это нужно отметить, — Сохи огляделась в поисках официанта и махнула ему рукой. — Сейчас полдесятого утра. — Когда есть повод — время не имеет значения. Официант не успел поставить тарелки на стол, а Сохи уже впилась взглядом в Харин, как голодный детектив в главного свидетеля. — Так, — прошипела она, подаваясь вперёд. — Говори. Я хочу услышать подробности. — Ну… это было… — Не смей сказать «хорошо», — Сохи грозно подняла палец. — Если после всего ты скажешь просто «хорошо», я тебя укушу. Харин закусила губу и, склонившись чуть ближе, зашептала, словно делилась самым большим секретом: — Это было… дико. Мы пришли с магазина и, знаешь, как обычно бывает… Слово за слово, и вот мы уже орём друг на друга. Он ушел в свою комнату, хлопнул дверью. Я пошла за ним. Он меня не слушал и пришлось применить запрещенный прием… Я повалила его на кровать и уселась сверху. — Ты что? — Сохи уронила вилку в тарелку с оглушительным звоном. — Да. — А он что? — Он… поменял нас местами, оказался сверху. И поцеловал меня. — Харин застыла на секунду, её лицо слегка порозовело. — А дальше… это было как волна, которая накрывает. Он не слишком нежничал — с самого начала задал такой ритм, что я чуть сознание не потеряла. Сохи не могла оторвать взгляда. — И ты не могла остановиться? — она тихо рассмеялась. — О, — Харин сделала глоток вина. — А ещё он разговаривает в постели. И не просто так… Всё, что он говорит, и как он это говорит — меня ужасно возбуждает. — Грязные разговорчики? — Сохи поиграла бровями и сделала глоток вина. — И как тебе такое? — Ты не представляешь… — Харин прикрыла лицо ладонями, как будто пытаясь скрыться от своих собственных воспоминаний. — О боже, зачем я тебе это говорю? — Слушай, а он из тех, кто «один раз и спать» или «разбудил и продолжил»? — Он сказал: «Я с тобой ещё не закончил», — прошептала она. Сохи удовлетворенно закивала: — Какой мужчина. Я в нём не сомневалась. — Всё было бы идеально… если бы не одно «но». Сохи тут же посерьёзнела: — Опять Хёнджин? Харин кивнула и покрутила вино в бокале. — Я знаю, это может звучать глупо. Но я не могу выкинуть это из головы. Между ними что-то было, Сохи. — Может, ты просто драматизируешь? — осторожно предположила Сохи. — Ты сейчас в уязвимом состоянии: влюблённость, секс, страх быть отвергнутой. Это всё наслаивается. Харин сжала губы, опустив взгляд. — Я бы согласилась, если бы не видела это своими глазами. А потом эта ситуация с препаратами… — она вздохнула. — Я боюсь, что всё это не просто моя фантазия. И что если я ошибаюсь, то окажусь в дурацком положении. Опять. Сохи пожала плечами: — Тогда спроси. По-настоящему. Без намёков и полуфраз. Если он ничего не скрывает — скажет. А если начнёт юлить… ты почувствуешь. — Да. Наверное, так и надо. Сохи взяла вилку: — А пока — ешь. Ты заслужила не только хорошую ночь, но и горячую пасту. И компанию, которая готова слушать всё это снова, если нужно. Харин улыбнулась, уже спокойнее. Сохи положила руку ей на ладонь: — Ты не одна в этом. Я рядом. И ты справишься. Спросишь, узнаешь — и двинешься дальше. В любом случае. Харин слабо улыбнулась. — Спасибо, что терпишь все мои загоны. — Милая, ты видела мои? Мы друг для друга — бесплатная терапия. Так что ешь. Харин аккуратно подцепила вилкой пасту, но вместо того, чтобы отправить её в рот, вдруг подняла глаза на подругу. — А как там Сынмин? Сохи, которая только собиралась сделать глоток вина, замерла. Выражение лица сменилось почти мгновенно — лёгкая улыбка стёрлась, взгляд стал отстранённым. — Без понятия, — бросила она коротко, поставив бокал обратно на стол. Харин нахмурилась, удивлённо моргнув: — В смысле? Вы же… Ну, вроде всё было норм? Сохи вздохнула и откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди. — После того секса он будто испарился. Почти не появляется. А если и да — ведёт себя так, будто между нами ничего не было. Ноль флирта, ноль эмоций. Просто… пусто. — Серьёзно? — прошептала Харин, откладывая вилку. — Серьёзнее некуда, — хмыкнула Сохи. — Я сначала думала: «Окей, может, стесняется, может, переваривает». А потом поняла, что он просто избегает меня. Типа «сделал дело — и в кусты». Харин растерянно покачала головой: — Прости, я даже не знаю, что сказать… Сохи вдруг резко наклонилась вперёд и легонько потрепала Харин по плечу, с той самой своей ухмылкой, в которой жила вся её суть: — Да ладно тебе. Не парься. Это наши приколы, мы сами разберёмся. Но бегать за ним я не собираюсь — не на ту напал. Хочет отморозиться? Флаг в руки. Харин взглянула на неё с тревогой: — Но тебе же не всё равно, да? — Конечно, не всё равно, — откровенно ответила Сохи. — Просто я не из тех, кто держится за того, кто не держится за меня. Могу пережить, но не позволю сделать из себя дурочку. Она снова потянулась к вину и сделала глоток, уже более спокойно. В её лице снова появилась знакомая лёгкость — та, которая спасала её в любых ситуациях. — У меня есть работа, бокал вина и ты, наконец-то получившая горячий секс, — с усмешкой добавила Сохи. — Так что я в порядке. Просто слегка раздражена. — бокал вина опустел. — А теперь доедай пасту, пока я не съела и твою. И не вздумай забыть — я жду вторую серию. Сколько там у вас было заходов? Харин залилась румянцем. Обе рассмеялись, и на какое-то время всё вокруг снова стало лёгким и простым. Расправившись с десертом, подруги распрощались на весёлой ноте и разошлись каждая своей дорогой. Харин не спеша двигалась в сторону дома, покачиваясь на лёгкой волне вина и хорошего настроения. На экране телефона высветилось сообщение от Феликса — она как раз печатала ответ, когда входящий звонок разрезал тишину. — Ну надо же… — принимая вызов, усмехнулась Харин. — Большой брат решил вспомнить о моем существовании? — Ты что, пила? И не в моём баре? — вместо приветствия — фирменный братский упрёк. — У нас с Сохи получился незапланированный обмен новостями. — И что рассказывала? — Сохи? Да так, по мелочи. На свидание вроде собирается, — Харин с улыбкой прикусила губу. Ни о каком свидании, конечно, речи не шло. — Понятно, — голос остался спокойным, но Харин слишком хорошо знала брата, чтобы уловить скрытое раздражение. — Ну она же у нас свободная девушка, правда? — с нажимом, чуть растягивая слова, сказала девушка. — Я понял, Харин, — тон стал холоднее. Посыл уловлен. Она довольно прищурилась. — Что хотел? — Ты уже дома? — Почти. — Отлично. Я нанял нового менеджера по продвижению. Он завезёт тебе документы. Забери их и послезавтра принеси мне в бар. — А ты сам не можешь? — Занят. — Чем это ты там так занят, интересно? — Я за городом. — С кем? — вопрос был слишком быстрый, почти автоматический. — С Чанбином. Решили немного проветриться. — Ага… Воздух подышать. Ну да. А заодно затереть пару душевных ран, которые, судя по всему, ты сам и нанёс, — фраза прозвучала на удивление легко, почти весело, но укол был точным. — Забери бумаги, — отрезал Сынмин и тут же сбросил вызов. Харин покачала головой. Влезать в отношения брата и подруги она не хотела, но чувствовала: история ещё не закончена. Эти двое — из тех, кто не умеет просто расставаться. Слишком похожи. Слишком упрямы. Она уже подходила к дому, когда замедлила шаг. Ветерок тихо колыхал волосы, фонарь отбрасывал мягкое свечение на тротуар. В телефоне лениво крутилась лента Instagram — котики, еда, новая книга. Харин слишком внимательно вчитывалась в описание и вздрогнула, когда за спиной вдруг раздался голос. — Я знал, что встречу тебя. Харин резко обернулась. Хенджин стоял в нескольких шагах. Весь какой-то скрученный, сгорбленный, с покрасневшими глазами будто несколько ночей не спал. Он был похож на свою тень. На человека, от которого хотелось держаться как можно дальше. — Что тебе нужно? — голос дрогнул, но она осталась на месте. — Я хотел поговорить. Это важно. Ты должна знать правду. — Мне нечего с тобой обсуждать, — перебила она и шагнула в сторону, собираясь пройти мимо. Но он тоже сделал шаг — загородил ей путь. — Осторожно, Харин. Он не тот, за кого себя выдаёт. Он манипулировал мной. Он добрый, ласковый — ровно до того момента, пока ты ему полезна. Ты думаешь, он тебя любит? Это игра. — Перестань. Уходи. Она попыталась отойти, но в следующую секунду он схватил её за запястье. Хватка — резкая, сухая. Не больно, но достаточно, чтобы она замерла. — Ты не понимаешь! Он использует тебя! Так же, как использовал меня! Он… — Эй! Голос прозвучал резко и чётко, как выстрел. Хенджин застыл. Из-за припаркованной машины медленно вышел мужчина в чёрной куртке. Он держал в руке папку. — Руки убрал! Хенджин метнул взгляд на незнакомца, потом — на Харин. Его пальцы дрогнули. Он отступил и почти бегом растворился в темноте улицы. На несколько секунд повисла звенящая тишина. Харин опустила взгляд на запястье, машинально потирая место, где только что была его рука. Потом — медленно подняла глаза. И остолбенела. Крис. Чёрт возьми, это был Крис. — Харин? — он нахмурился, делая шаг ближе. Голос — обеспокоенный, мягкий. — Ты в порядке? Он не причинил тебе боль? Она отпрянула от его протянутой руки, как от огня. — Почему ты здесь? — Я… новый менеджер по продвижению. Сынмин попросил передать тебе документы. — Он поднял руку с папкой, почти оправдываясь. — Я не знал, что… — Спасибо, — холодно, слишком резко. Она выхватила папку и развернулась, не дав себе ни секунды на эмоции. Шаг. Второй. Потом — почти бегом. Не оборачиваясь. — Спокойной ночи. — донеслось ей в спину. Тихо. Почти шёпотом. Но Харин услышала. И сердце предательски сжалось.