Часть 3. Месть невесты-призрака. Глава 1

Ночь была ясной и ветреной. Как ни странно, на новом месте я чудесно выспалась. Надев форменное ханьфу, я торопливо прошла во внутренний двор. Этот выход к воротам вел через столовую, где уже устроился Пэй Чжао. Гляньте, а у хозяина дома сегодня отличное настроение! Увидев меня, он помахал рукой. – Малыш Су, не хочешь за завтраком составить мне компанию? – Пэй Чжао встал из-за стола и мгновенно оказался передо мной, тепло улыбаясь. Вот как ему удается в два движения отрезать мне все пути к отступлению? Наверное, брат Пэй очень талантлив в игре Го, как и все отличные тактики. Надо бы как-нибудь сразиться. – У меня много дел в управе, поэтому я очень спешу. – Невозмутимо отказалась я. – Хорошего дня. И уже собиралась по-тихому улизнуть, но он выставил руку, не давая мне пройти. – Никакого телесного контракта. – Прошипела я сквозь зубы. – Мы подписали договор. – А что, и это считается? – Похоже, братец Пэй развлекался от всей души. – Хозяин, о чем это вы толкуете? – Фэй Юань появился с кухни, неся поднос с чашками и чайником. – Да вот, чиновник Су бунтует – придумал, как снизить арендную плату. – Сообщил этот шутник, хитро глядя на меня. – Вот и правильно. – Неожиданно принял мою сторону Фэй Юань. – За насмешки – один лян! – Сердито прошептала я. – Но разве мы не друзья? – Огорошил меня неожиданным вопросом Пэй Чжао. – Д-друзья. – Неуверенно подтвердила я, еще не понимая, к чему он клонит. – А если друзья, почему не можем вести себя как прежде? – Как прежде? – Я даже не нашлась, что сказать. В этом самом "как прежде" было довольно много телесных контактов, только обычно по моей инициативе. Это на что он намекает вообще?!! Я растерянно моргнула. Нет, об этом мне нужно поразмышлять в спокойной обстановке. Воспользовавшись тем, что внимание Пэй Чжао переключилось на Фэй Юаня, я шмыгнула мимо и быстрым шагом, но стараясь не уронить достоинства, потопала к воротам. Вслед донеслось насмешливое: – Малыш Су, тебе что, совсем не нужно серебро? *** Пара дней ушла на мелкие, но срочные дела. Улучив свободную минутку, я вернулась к расследованию “Дела Лунвана”, как я его называла про себя. У меня появились новые мысли насчет таинственного клейма, и я снова зарылась в архивы. По помещению ходили служащие управы, кто-то кивал мне, но все были заняты и в пустые разговоры не вступали. Вдруг в общем деловом шуме мое внимание привлекли два голоса: – Привет, ты слышал новости? – Это какие же? – Министерство чинов издало приказ о повышении жалованья служащим управы Мэйцзин! – И тебя это удивляет? – Ну, неожиданно как-то. – А я считаю – давно пора. Я победно улыбнулась. Вот тебе, братец Пэй! Теперь мне хватит и на оплату жилья, и на любимые книжки! *** Проводив утром Су Цы, князь быстро позавтракал и взяв подарки и одного лишь Фэй Юаня в сопровождающие, отбыл из усадьбы Пэй. Именно на сегодня была назначена свадьба командующего городской стражей Фу Цзыю и барышни Ду. Поместье Фу было украшено традиционными красными полотнищами и цветами, в воротах гостей встречал гордый и счастливый отец семейства. Князь раскланялся с ним. Уважаемого гостя старший господин Фу проводил в свой кабинет и усадил пить чай. Князь удивился, что не увидел младшего брата – Фу Цзычжо. – Ох, в этих свадебных хлопотах я совсем не следил за этим мальчишкой. Увязался поди за старшим братом, где ему еще быть. Князь и чиновник Фу неторопливо пили чай и рассуждали о политике, только Фэй Юань чем дальше, тем больше нервничал – не слишком ли долго проходит обряд встречи с невестой. Словно подтверждая его опасения, в комнату вбежал управляющий с криком: – Старший господин! Беда! Несчастье приключилось! *** Не успела я толком погрузиться в свои архивные изыскания, как меня нашел крайне встревоженный начальник управы. – Су Цы, сегодня утром у городских ворот обнаружили погибшую девушку. Выяснилось, что это госпожа Ду. – Та самая, которая должна была выйти замуж за командующего Фу? – Ахнула я. – Именно. Дело затрагивает высокопоставленных чиновников. Управляющий столичным округом поручил это дело управе Мэйцзин, а я поручаю его тебе. Я почтительно поклонилась, принимая папку с приказом. Не теряя ни минуты, я отправилась осматривать место происшествия. На крыльце управы меня ждала неугомонная Жушуан, которая тут же увязалась следом. – Братик Су, ты отправляешься на расследование? – Жушуан, прости, но мне совсем некогда. – Я тебя не задержу. Можно с тобой? Посмотри, какие у меня теперь есть замечательные инструменты! – Все это она выкрикивала на бегу, торопливо семеня за мной. Так мы и прибыли к месту происшествия – впереди я, далеко сзади пыхтящая и розовая от бега Жушуан. Тело барышни Ду лежало прямо перед городскими воротами. Стража держала любопытных на почтительном расстоянии в ожидании чиновника из управы Мэйцзин. Пока я разговаривала с командиром патруля, Жушуан добралась до места происшествия. А потом просочилась и за оцепление, с деловым видом заявив, что она со мной. Я не стала отвлекаться по пустякам. Первичный осмотр всегда очень важен, можно найти зацепки, которые впоследствии выведут на преступника. Потом в управе тело детально осмотрит специальный дознаватель. При жизни барышня Ду была очень красива. Мягкие правильные черты лица, нежная кожа, изящные руки. Девушка была одета в красное платье невесты, и вышитые красные башмачки, один из которых свалился с ноги. В прическе блестела золотая заколка с кораллами. Жушуан присела рядом с телом и внимательно осмотрела его, даже принюхалась. – Признаков отравления или борьбы я не вижу. Повреждения характерны при падении с большой высоты. – Спасибо. – Кивнула я. Подозвала стражника и попросила унести тело. Мы с Жушуан поднялись на ворота. К счастью, ночью было довольно ветрено, и в пыли, которую нанесло с дороги, я отчетливо видела строчку следов от маленьких башмачков, которая заканчивалась на парапете городской стены. Следы располагались через равные промежутки. Выглядело это так, словно девушка неспешно поднялась по лестнице, спокойно забралась на парапет и шагнула вниз. Над этими сведениями следовало как следует поразмышлять. Спускаясь, я услышала, как по толпе зевак пронесся шепоток: "Призрак невесты снова вышел на охоту!" Жушуан, прыгавшая позади со ступеньки на ступеньку, беззаботно поинтересовалась: – Братик Су, а теперь мы куда пойдем? Я развернулась к Жушуан и попросила ее идти домой. – Но почему? – У тебя нет официального статуса, это может вызвать пересуды. – Но в Циншуй я везде следовала за тобой, и даже оказалась очень полезной! – Да, но сейчас мы в столице. А дело касается двух весьма высокопоставленных семей. – Поняла. – Понурилась девушка. – Ты прав, я пойду домой. – До встречи. Жушуан я, конечно, расстроила, но мне было совершенно некогда переживать по этому поводу, срочно нужно было сделать тысячу дел. Начать я решила с усадьбы семьи Ду, тем более, что она поблизости. Родители девушки были совершенно раздавлены несчастьем. Все, что они могли сказать – они совершенно не понимают, почему это случилось. Ду Лань жениха знала с детства и питала к нему глубокие чувства. Сам командующий Фу души в ней не чаял. Он очень долго ждал согласия Лань, в сторону других девушек даже не глядел. Мне нужен был портрет барышни Ду, и мать вспомнила, что командующий Фу заказал недавно портрет у какого-то известного художника. Вроде бы он его даже забрал у мастера накануне свадьбы. Женщина снова расплакалась. Видя такое глубокое горе, я поспешила откланяться, взяв разрешение поговорить со служанкой молодой госпожи Ду. По опыту подобных дел я предполагала, что прислуга даст гораздо более полезные сведения о сердечных и прочих делах барышни, если станет говорить. Если же не станет – это тоже скажет о многом. Служанка Ду Лань, Сяо Цинь, плача и ломая руки, рассказала, что молодая госпожа больше симпатизировала младшему брату, Фу Цзычжо. Они даже хотели сбежать вместе. Но почему-то Ду Лань вдруг передумала. Она сказала, что все поняла. Что первый молодой господин семьи Фу – честный и порядочный человек, он не заслуживает такого позора, и ради благополучия двух семей она должна пойти на этот брак. – Может ты заметила что-то необычное в тот вечер? – Ничегошеньки! – Ответила служанка, горестно вздыхая. – Я помогла госпоже подготовиться ко сну и ушла. – Твоя госпожа вышла из дома одна глубокой ночью. И никто из слуг ее не заметил? – Никто. Я решила дать служанке время успокоиться, а пока занялась осмотром комнаты Ду Лань. На первый взгляд – ничего особенного. Обычная комната молодой девушки из обеспеченной семьи. Изящная ширма с рисунком сосны и журавлями. Милые безделушки. На столике рядом с креслом – несколько книг. Я посмотрела названия. Надо же, классическая литература, а не какие-то любовные романы. Рядом на скамеечке лежал узел с вещами. – Этот узел собрала твоя госпожа? Девушка кивнула. – Могу я взглянуть? – Да, конечно. Я развязала его. В тонкое одеяло были завернуты смена одежды, кошелек и немного украшений: золотые и серебряные заколки, нефритовые браслеты, пара очень ценных, из нефрита цвета овечьего жира. Одежда была небогатая, но добротная. В самый раз для дальней дороги. И еще какой-то сверток. Бинты, порошки – да тут целая походная аптечка. – Барышня когда-нибудь выезжала далеко? – Насколько я знаю, она никогда не покидала столицы. Надо же. А собралась в дорогу, как бывалая путешественница. Это открывало новые черты молодой госпожи Ду – как практичной и вдумчивой. – Барышня Ду брала его с собой, когда ушла на встречу со вторым молодым господином Фу? – Нет. – Уверенно ответила девушка. – Точно не брала. Значит, Ду Лань все решила еще накануне вечером. Тогда становится еще более непонятно, зачем она покончила жизнь самоубийством. – Сяо Цинь, а теперь подумай хорошенько: твоя госпожа кроме встречи с господином Фу делала что-то необычное? – Необычное? – Удивленно и растерянно переспросила служанка. – Да, что-то, что она никогда раньше не делала или не говорила. – Моя госпожа… – Сяо Цинь почти успокоилась и начала сосредоточенно что-то вспоминать. – Барышне вдруг ни с того, ни с сего померещился шум дождя. – Шум дождя? – Да, она вдруг замерла перед окном, а потом позвала меня послушать, как шумит дождь, какой у него мелодичный звук. Но в этот день была сухая погода, хоть и пасмурная. Я ничего не услышала и ни дождинки не увидела. – Такое с ней бывало раньше? – Ни разу не замечала. Это было уже что-то. *** Художник из управы сделал копию портрета и ее вывесили в городе на специальных досках объявлений возле всех городских ворот и у главного рынка. Глашатай объявлял, что любой, кто знает что-то о судьбе барышни Ду, должен прийти и рассказать об этом в управе Мэйцзин. Особых надежд я не питала – три четверти таких свидетелей просто хотят, чтобы их заметили. Но сейчас для нас ценна была любая подсказка. И вот нашлись люди, которые видели молодую госпожу Ду вместе с Фу Цзычжо, младшим братом командующего Фу. Они встречались поздно вечером накануне свадьбы, то есть за несколько часов до ее гибели. Нужно было поговорить с Фу Цзычжо, но дома его не оказалось, и никто из домочадцев не знал, куда он подевался. Только ближе к вечеру один из патрулей наткнулся на него, грязного и мертвецки пьяного возле восточных ворот. Фу Цзычжо даже не знал, что барышня Ду погибла. Или очень умело притворялся. Патруль отвел его в темницу и оставил отсыпаться. Я как раз возвращалась в управу, когда помощник догнал меня с сообщением, что нашли Фу Цзычжо. Очень своевременно. По дороге я попыталась сложить собранные сведения хоть в какую-то картинку. Заключение Жушуан и мои наблюдения показывали, что девушка покончила жизнь самоубийством. Причем в момент гибели рядом с ней больше никого не было. С большой вероятностью принуждение можно исключить. В то же время, у меня сложилось впечатление о барышне Ду Лань как о разумной и практичной девушке. Кроме того, если бы после разговора с Фу Цзычжо она приняла такое решение, вряд ли была такой решительной и спокойной. В любом случае, нужно было поговорить с этим молодым человеком… Вдруг меня окликнули. К нам подошел взволнованный Пэй Чжао. Он услышал новости и просто рвался принять участие в расследовании. – Не переживай, сейчас я не нуждаюсь в твоей помощи. – Отказалась я и уже собралась продолжить путь, но брат Пэй поймал меня за рукав. – Братья Фу – мои друзья детства. Это тяжелый удар для всей семьи Фу, поэтому я обязательно должен принять участие в расследовании.