I hear the angels cry

      У Кевина, да что уж греха таить у Рэй тоже, никогда не было нормальных отношений. Рэй привыкла к вечному насилию и принуждению. Она не знает какого это, когда с твоим мнением считаются, когда на тебя смотрят с нежностью и любовью. Рэй привыкла к жестокости, манипуляции, но никак не к любви. Привыкла к постоянной боли и унижениям, но не привыкла к аккуратным касаниям и нежным жестам. Она привыкла к связанным рукам, но не привыкла к искренним улыбкам, которые адресованы ей, только ей и больше никому.       Кевин Дэй привык к крикам, ссорам, привык, что его считают помешанным на экси. Но не привык к долгим взглядам, в которых кроется так много, что у него начинает кружиться голова. Привык к постоянным кошмарам и вечной работе над собой, но не привык к тихому шёпоту и легким объятиям, которые помогают справиться с панической атакой. Привык, что от него всегда чего-то ждут, но не привык, что кто-то может любить его просто так. Кевин привык, что он обязан вкалывать, чтобы доказать себе, что он чего-то стоим. Но не привык, что ему не обязательно доказывать ей, чтобы понравится.       Кевин Дэй и Рэй Джонс — два сломанных подростка, которые тонули в собственных страхах и никак не могли всплыть на поверхность. Жизнь помотала их обоих, она отчаянно била в самые чувствительные точки, наслаждаясь зрелищем. Ей словно нравилось смотреть, как бывшим воронам ломали крылья, а они отчаянно старались взлететь, чтобы доказать всем, на что они способны. Доказать, что их не так просто сломать, что следует приложить немного больше усилий, дабы они наконец опустили голову. И Кевин, и Рэй, имели возможность опустить крылья.       Кевин был на грани, когда ему сломали руку, не знал, что нужно делать, как теперь жить. А потом появились Лисы. И только с ними он смог вдохнуть полной грудью. Да, они не ладили, откровенно не ладили, и сейчас тоже не в самых лучших отношениях, но они стараются. Стараются выбираться все вместе, чтобы как-то наладить общение между друг другом. Скоро они все покинут команду, времени осталось не так много. С Лисами Кевин смог по-настоящему расправить покалеченные крылья, взлететь так высоко, что голова начинала кружиться. Это был так непривычно, но в тоже время так правильно. Он знал, что достоин этого. Знал, что хороший игрок. Знал, что его ждёт счастливое будущее в сборной. Но каждую ночь, закрывая глаза, он видел одни и те же глаза. Глаза, полные боли и разочарования. Страха и сожаления.       Рэй.       Она стала финальным решением уйти. Именно Рэй дала ему толчок, чтобы он смог наконец-то взять себя в руки и сделать всё, лишь бы покинуть это адское место. Каждую ночь, когда он засыпал, перед глазами была лишь одна картина.

***

      Всё началось резко, так неожиданно, что Кевин и сам не понял. Всё началось с банального интервью, где интервьюер имела смелость сказать, что Рико затмевает Кевина. Что возможно Кевин мог бы играть лучше, мог стать первым, обойти Рико. Он мог стать лидером, победителем. Возможно, именно Кевин должен был носить единицу на скуле, а не Рико. Именно он должен был быть капитаном, а не Рико. Кевин. Это всегда должен был быть Кевин.       Когда слухи просочились в массы, независимо от ответов Кевина, Рико и Хозяина. Люди стали развивать эту тему, говорить о ней, переговариваться. Рико злился, он взрывался от ярости, что его считают не первым. Ведь Рико король, Рико привык быть впереди всех. Даже Кевина. А Кевин молчал. Молчал и играл, потому что другого не умел. Ему разрешили играть, на остальное ему наплевать, даже, если придётся вечно оставаться вторым. Как-нибудь переживёт. Главное, что клюшку держать может. Остальное само придёт.       Тренер решил тогда взять всё в свои руки. Устроил небольшое испытание между сводными братьями. Он поставил Рико и Кевина друг против друга. Заставил их играть на полную мощность, чтобы они наконец доказали — кто на самом деле является королём.       Кевин не играл в полную силу. Нет. Он знал, что если будет выкладываться на все сто, то Рико будет зол. А если Рико зол, то он будет отыгрываться на других. Нет, он не тронет Кевина, потому что хозяин запретил. Потому что Кевин важная фигура на доске, потому что его лицо всегда светится на камерах. Но есть двое слишком близких Кевину людей, на которых Рико отыграется в полной мере. Кевин знает это, помнит об этом. И видит это в глазах брата, который сжимает свою клюшку. Кевину ничего не остаётся, как подыграть. Сделать так, чтобы Рико стал первым. И неважно, пусть его считают трусом или неудачником. Но он защитит своих близких. А их осталось не так много.       Рико победил, оно и неудивительно. Кевин старательно пропускал снаряды, позволял ему обойти себя, заработать дополнительные очки. Кевин сделал всё, в надежде, что Рико успокоится и останется доволен.       Но Рико не остался доволен.       И хозяин тоже.       Последующие сорок минут им пришлось выслушать, что Кевин старательно гробит свой талант, чтобы Рико был лучше. Что он должен выкладываться на полную, чтобы оправдать своё нахождение в этой сраной команде, которую Кевин ненавидит. У него под кожей зудит каждый раз, когда он выходит на поле в черной форме, когда смотрит на татуировку, то под кожей начинает зудеть и ему хочется разодрать её. Хочет, но не может, последствия будут отвратительны. И он это знает. Знает, поэтому молчит и ничего не говорит. Молча слушает хозяина и не смотрит на него. Глаза опускает в пол, чтобы случайно не увидеть злость в глазах сводного брата. Это отвратительно. Это страшно.       Рико был зол из-за слов хозяина. Зол, расстроен. В нём полыхала ревность. Все эмоции смешались в одну и произошёл взрыв. В порыве этого взрыва Рико доказал, почему его следует бояться. Почему у Свиты каждый раз сжимается сердце, когда на них падает затуманенный, от злобы, взгляд. Рико доказал. Доказал, что может отнять у Кевина всё, что он имеет.       Рико ударил Кевина ракеткой по руке, раздробив его кости в щепки.       В короткий миг он отнял у него всё, чего Кевин добивался столько лет. Он сломал все его мечты, раздробил их в щепки, также, как и кости в его руке. Рико оставил Кевина в раздевалке зализывать раны, прекрасна зная, что если ему не оказать первую помощь, то Кевин никогда не сможет выйти на поле. Что Кевин умрёт прямо сейчас в этой раздевалке, потому что Рико показал, что первым может быть только он.       Но Рико не учёл один факт.       Рэй.       Рэй, которая не может спокойно спать по ночам и периодически выходит из комнаты, чтобы пройтись и проветриться. И именно в ту ночь судьба решила сжалиться над Кевином, потому что Рэй знала, что нужно делать. Потому что у неё и Жана были нужные медикаменты, чтобы оказать ему первую помощь.       Она впервые увидела Кевина в таком состоянии. Он умирал, прижимая окровавленную руку к груди и трясся. Толи от боли, толи от страха — непонятно. Но Рэй привыкла к экстренным ситуациям, она жила в одной комнате с Жаном и видела его в состоянии и похуже. Кевин был удивлён, что она решила помочь ему. Именно ему.       Между ними всегда были странные отношения, они могли пообщаться вне поля, но это не заходило дальше коротких бесед. Но этого хватило, чтобы сблизиться. Чтобы помогать друг другу. В Гнезде нельзя дружить, нельзя доверять, но Кевин закрыл на это глаза, когда здесь появились две проблемы для Рико. Рэй и Жан стали головной болью всех. Сломанные дети, которые огрызались и были готовы перегрызть глотку всем. Они сплотились так быстро, что Кевин и не успел понять, как он оказался третьим. Не успел понять, как этот неуправляемый подросток плотно засел у него в голове. Как он стал проводить с ней всё свободное время, как стал пытаться учить немецкий, но всё безуспешно. Рэй плотно поселилась в его мыслях, отказываясь оттуда выбираться. И это пугало. Кевин не имел права вступать с кем-то в отношения, ради их же безопасности. Но он плюёт на это и продолжает сближаться с Рэй. Потому что ему кажется, что это правильно.       Именно из-за того, что они всегда втроём, что они семья. Кевина привели в порядок быстро, ну, по крайней мере Рэй сделала всё, что в её силах. А после помогла добраться до кровати. Она не отвела его в комнату к Рико, позволила пойти к ней и Жану. Разрешила спать на своей кровати, пока сама она сидела за столом.       Кевин думал. Много думал. Много думал и не знал, как поступить. В его голове была одна мысль, которая не давала ему покоя. Он не сможет здесь играть, нет. Рико не даст ему выйти на поле, не даст нормально играть. Кевину нужно бежать, нужно бежать, поджав хвост и не оглядываться. Да, он должен поступить, как эгоист, как чёртов мудак. Но он должен. Он больше не может здесь оставаться.       Кевин дожидается, когда усталость возьмёт над Рэй верх и тихо поднимается с кровати. Он знает, что ему нужно делать. И от этого хочется рвать на себе волосы, понимает, что предаёт свою семью, но по-другому не может. Ему нужно уйти, сбежать, скрыться.       Рэй находит его, когда Кевин пытается вскрыть дверь. Выходило у него скверно, если честно, но он старался. Кевин вздрагивает, чуть ли не подпрыгивает, когда слышит кашель за своей спиной. Успел уже попрощаться с жизнью, когда обернулся и увидел Рэй. Спокойно стоящую у стены и смотрящую так разочарованно.       — Что ты делаешь, Кевин? — её голос настолько спокоен, что у него мурашки по коже бегут. Кевин знает, что она понимает. Знает, что он хочет сделать. Но всё равно спрашивает. Спрашивает и надеется, что ошиблась.       Вот только Рэй не ошиблась.       — Я так больше не могу, Рэй, — Кевин вздыхает тяжело, протирая лицо не сломанной рукой. — Он не даст мне играть, они… они не дадут мне выйти на поле. А я… я       — Ты решил, что лучший вариант сбежать? — Рэй не даёт ему договорить, заканчивает фразу за него и Кевин благодарен, потому что он не может сам произнести это.       — Да… я…понимаешь, он стал опасен. Он не контролирует себя.       — Он всегда был опасен, Кевин. Просто до этого тебя не касалась его злость. И вот, ты ощутил это на себе и решил, что пора бежать, поджав хвост, верно? Оставить нас, когда говорил, что считаешь нас семьёй. Настоящей семьёй.       — Да. ты права. Прости. Пошлите со мной? Уйдём вместе, попробуем выбраться, — Кевин начинает прокладывать в голове варианты побега, но ход его мыслей тут же обрывается.       — Нет, Кевин. Ты можешь уйти, но не мы. Ты не принадлежишь Морияма, да, воспитывался ими, но не принадлежишь. А мы, — Рэй указывает на себя. — Мы — вещь, инвестиции, игрушки. Называй, как угодно, но мы не такие как ты. Я и Жан не можем просто так взять и сбежать посреди ночи. И ты знаешь это, Дэй, знаешь, поэтому сбегаешь, пока мы не видим. Пока оба спим, даже не прощаясь.       Кевин не знает, что ему ответить. Не знает и молчит. Смотрит в её глаза и внутри у него все обрывается. В них столько разочарования, которое она старательно пытается скрыть под маской безразличия. Потому что только так можно выжить. Потому что показывать истинные эмоции запрещено. Их обернут потом против тебя.       Рэй ждёт некоторое время. Ждёт, что Кевин хоть что-то скажет, но он молчит. Молчит и не знает, что сказать. Не знает, как оправдаться, потому что Рэй права. Слишком права и от этого внутри всё разрывается. Кевин предаёт их. Оставляет на произвол судьбы. Знает, что Рико будет отыгрываться именно на них, пока Кевин будет спокойно сидеть у отца, к которому собирался поехать.       Когда Рэй понимает, что ответа не будет, она обходит Кевина, присаживаясь перед ручкой двери. Она вынимает из волос невидимку, начиная ковырять ей замок, пока не слышит желанный щелчок. Поднимается и смотрит в зеленые глаза Дэя, ожидая его дальнейших действий. Делает принципиальный шаг от двери, предоставляя ему выбор.       Он может уйти, а может остаться.       Всё зависит только от него самого.       — Дверь открыта, можешь идти, — тихо говорит она, не отрывая взгляда. Кевин даже дыхание задерживает, растерянно хлопает глазами не понимая одного. Зачем?       — Почему? — на выдохе говорит он, не совсем понимая, почему она ему помогает.       — Ты зависим от игры, ты умрёшь, если не сможешь играть. А я хочу, чтобы ты был счастлив, даже если не с нами, — всё также спокойно говорит Рэй, а в её глазах разочарование только увеличивается. Он ожидал все. Крики, ругательства, но не понимания.       — Ты понимаешь, почему я это делаю?       — Ага, но это не значит, что я это одобряю.       Рэй честна с ним и Кевина это подкупает. Перед ним стоит выбор. Уйти или остаться. Уйти или умереть. И Кевин давно сделал выбор, Кевин решил это ещё, когда вставал с кровати во тьме и выходил с комнаты.       Он делает шаг в сторону Рэй, останавливается перед ней и смотрит. Долго и пристально, словно размышляя, а стоит ли? А может остаться? Здесь все, кого он знает, кого любит, кем дорожит.       Кевин слегка наклоняется и оставляет лёгкое, невесомое касание на её губах, прежде чем прошептать «прости».       Кевин сделал свой выбор. Он выбрал уйти.

***

      Кевин знал, что Рэй тяжело. Он видел это в её взгляде, в нервных движениях. Она постоянно старалась сбежать, скрыться. Отказывалась общаться первое время со всеми. Даже с Кевином. Она пряталась в своей скорлупе, чтобы снова не получить наказание. Потому что она привыкла так жить. Потому что Гнездо ломает даже самых сильных. Кто бы что не говорил, но спустя несколько лет, каким бы сильным ты не был, ты сломаешься. Потому что тебя заставят. Кевин это знает, поэтому даёт ей время.       И не зря.       К началу сезона Рэй меняется. Она становится живее. Улыбка на её лице появляется всё чаще, она больше не дёргается от неожиданных прикосновений. Стала спокойно спать по ночам, хотя раньше это была самая главная проблема. Рэй начала ходить к Бетси, после сделки с Кевином, конечно, но начала.       Кевину тоже было нелегко первое время, он знает какого это, когда ты вырываешься из адского пекла и попадаешь в обычный мир, где тебя не поджидает насилие на каждом углу. Поэтому помогает. Не отходит ни на шаг. Сделка с Эндрю расторгнута, поскольку Кевину защита больше не нужна, но теперь защита нужна Рэй. Потому что она не сможет справиться сама. И Эндрю помог её подтолкнуть к решению своих проблем.       Кевину нравится наблюдать за такой Рэй. Которая не боится смотреть на других, спокойно разговаривает с сокомандниками. Которая перекрашивает волосы, избавляясь от триггеров, которые продолжают переносить её обратно в Гнездо.       Рэй открывается с новой стороны. Кевин снова может разглядеть Рэйчел. Ту, что умерла ещё тогда, в родном городе. И пусть сама Рэй отказывается это принимать, но изменения заметны. Кевин уверен, осталось совсем немного, чтобы она тоже смогла расправить крылья и взлететь.

***

      Элисон сидит на диване, разглядывая свои ногти. Тренер снова собрал их после тренировки, чтобы озвучить план на ближайшее время и расписание игр. Которые начнутся уже в ближайшие две недели. Не то чтобы кто-то был также заинтересован в его речи, как Кевин, Нил и Рэй. Из всех в команде, только они трое настолько зависимы от игры.       — Как вы смотрите, чтобы выбраться куда-то в выходные, — неожиданно подаёт голос Элисон, переключая внимание всех на себя. Множество вопросительных взглядов тут же устремляются на неё ожидая предложений.       — Например? — тут же вклинивается Дэн, явно удовлетворённая данным предложением. Именно старшекурсники были за, чтобы наладить контакт с монстрами.       — Не знаю, тут недалеко есть озеро, пока погода позволяет можно пойти, — предлагает свой вариант Элисон, бегло оглядывая всех в комнате.       — У нас скоро сезон, нам нужно тратить время на тренировки, — тут же отзывается Кевин. Ну конечно, что он ещё может сказать? Кевин Дэй — сын экси, все его мысли заняты этой игрой. Ну и половина. Другая половина занята шестым номером, который сидит сейчас рядом и задумчиво разглядывает собственные пальцы.       Рэй всё ещё не сняла перчатки, потому что раны не до конца зажили, но она больше не раздирает их дальше. Старается переключить своё внимание на что-то другое, лишь бы не наносить себе увечья.       — Кевин, — тут же встревает Нил, желая прервать его монолог про необходимость тренироваться. — От пары часов ничего не будет. Я за, — в конечном итоге говорит Джостен.       — Мне кажется это хорошая идея, — кивает Рене, улыбаясь. Она когда-нибудь не улыбается?       Оставшиеся Лисы тоже поддержали данное предложение. Молчали лишь Кевин и Рэй, которая продолжала разглядывать свои перчатки.       — С Кевином всё понятно, Рэй ты как?       Элисон вырывает её из мыслей. Рэй несколько раз моргает, слегка наклоняя голову вбок. Губы поджимает, словно не зная, что на это ответить. Кевин примерно понимает причину такого затруднения и уже хочет ответить за неё, но Рэй решает заговорить.       — Не фанат воды, — коротко и ясно отвечает, а после глаза обратно к перчаткам опускает. Пальцы тут же сжимают края ткани, потому что в голове воспоминания проскальзывают в голове. Кевин знает, что сейчас в её голове.       — Почему?       — Слышали что-то про пытку водой? — небрежно бросает она, словно в этом нет ничего необычного. Словно это нормально.       Но это ненормально.       — Что? — немного непонимающе переспрашивает Мэтт, не совсем понимая к чему это.       — Ну, в одном китайском рассказе 1884 года упоминается пытки водой. Логику уловили?       В комнате виснет напряженная тишина, от которой хочется спрятаться. Лисы не знают, что нужно на это отвечать, а Рэй не планирует поддерживать эту тему. Рэй продолжает сжимать ткань перчаток. В какой-то момент Кевина это начинает раздражать. Он перехватывает её руку, сжимая в своей, показывая, что он рядом. Он здесь. Она может на него положиться.       — Если вы не заставите меня лезть в воду, то я за.       — Кхм, ладно, тогда решили? — Дэн прокашливается. — Не знаю, как вы, но я планирую выиграть этот сезон. — тут же переводит она тему.       — Это конечно супер, — тут же начинает Никки, указывая в сторону Рэй и Кевина. — Но мы будем это обсуждать?       Рэй усмехается, поднимаясь с дивана. Она тянет Кевина за собой к выходу.       — Не будем, Ники, — единственное, что она говорит, перед выходом из комнаты.       Она слышит его возмущения, которые переходят на шепот, видимо, решил обсудить что-то супер важное, по его мнению.       — Он теперь не отстанет, — говорит Кевин, чуть сильнее сжимая ладонь Рэй.       — Я знаю.       Но это не так важно, верно?