Часть 6

Прошло несколько дней, и напряжение между Литой и Эйвором немного ослабло, хотя ледяной холод в отношениях никуда не исчез. Они продолжали жить под одной крышей, но каждый занимал свою территорию, словно два незнакомца, случайно оказавшихся в одном доме. Их редкие разговоры были сухими и формальными, больше похожими на обмен информацией, чем на общение супругов. Однажды вечером, когда Лита стояла у входа в длинный дом, глядя на закат, Эйвор подошёл к ней и встал сзади. Она почувствовала его присутствие, но не обернулась. Несколько мгновений тишины и он наконец заговорил: — Лита, — его голос был спокойным, но в нём слышались нотки усталости. — Говори, — коротко ответила она, не отрываясь от созерцания заката. — Завтра я уезжаю. — Чего ты от меня ждёшь, пожелания счастливого пути? Эйвор нахмурился. Он действительно пытался наладить с Литой отношения, но она, словно дикая кошка, выпускала когти и шипела на него всякий раз, как он приближался. — Я не жду ничего, — ответил Эйвор, глядя на её спину. — Просто хотел, чтобы ты знала. Лита вздохнула, не поддаваясь искушению обернуться. Часть её, уязвлённая и разочарованная, притаившись внутри, тихо ждала, кто же победит в этой борьбе. Ей казалась, что если она сейчас посмотрит ему в глаза — вся её защита рухнет. Она медленно прикрыла глаза. Нужно было что-то сказать, но слова застряли в горле, словно колючки. Все их разногласия переплелись в один неразрешимый клубок. Страх довериться, а затем снова разочароваться в нём был слишком велик. — Надолго? — спросила она механически. — Пока не знаю. Вернусь, как только закончу дела. Тишина снова повисла над ними, нарушаемая лишь тихим шелестом листвы. Лита чувствовала, что Эйвор смотрит на неё, ожидая хоть какой-то реакции, хоть малейшего проявления чувств. Но она оставалась неподвижной, словно статуя. — Будь осторожен, — прошептала она наконец. Слова эти были произнесены почти неосознанно, будто вырвались сами собой. — Буду, — ответил он. Эйвор помедлил, словно собираясь сказать что-то ещё, но затем лишь тяжело вздохнул и ушёл. Лита слышала, как его шаги стихают вдали, пока окончательно не растворились в тишине надвигающейся ночи. Она осталась стоять у входа в дом, глядя на догорающий закат, который уже почти исчез за горизонтом. Её мысли были в беспорядке, и она чувствовала, как внутри неё борются противоречивые эмоции. С одной стороны она была рада, что Эйвор уезжает — это давало ей возможность немного остыть и обдумать всё, что произошло между ними. Но с другой стороны, её сердце сжималось от тревоги: что, если он не вернётся?

***

Потянулась вереница долгих дней ожидания. Лита старалась не думать о том, как пусто и холодно стало без его присутствия: в Рейвенсторпе, в доме, в спальне. Лита провела рукой по грубой ткани его плаща, оставленного возле двери, чувствуя, как её пальцы запоминают его текстуру. Запах кожи и костра, слабый, но всё ещё различимый, защекотал ноздри. Лита прикрыла глаза, представляя себе совсем другую жизнь с Эйвором. Она представила, как он, уставший после долгого похода или охоты, снимал плащ, бросая его небрежно на крюк у двери, а затем прижимал её к себе, согревая своим теплом. Как они падали на кровать, предаваясь страсти после долгой разлуки… Но ничего этого не было. Существовали только воспоминания, острые, как осколки стекла, ранящие сердце при каждой попытке вдохнуть полной грудью.

Драккар его волны рассекает,

Ветер в парусах завывает,

Он в бой идёт, где враг его ожидает,

Свет клинка его ночь озаряет.

Она отошла от плаща. И снова, как и каждый вечер, не в силах совладать с собственными мыслями, пошла гулять по засыпающему Рейвенсторпу. Пройдя мимо кузницы, Лита услышала шорох в кустах. Остановившись, она присмотрелась. — Сволка? — тихо спросила она, вглядываясь в темноту. Вдруг чья-то рука коснулась её плеча и Лита резко развернулась, чуть не потеряв равновесие. Её ухватили за талию, не дав упасть. Лита широко распахнула глаза, глядя на стоящего перед ней Сигурда. — Ярл, — выдохнула она. Не убирая руки с талии девушки, Сигурд кивнул Басиму, и тот молча удалился. — Зачем же так формально? — спросил Сигурд. Лита мягко убрала его руку и сделала шаг назад. — Когда вы вернулись? Где Эйвор? — Прибудет позже. У него ещё остались незавершённые дела. — Почему вы не с ним? — Он уже большой мальчик. Вполне может справиться самостоятельно. Сигурд внимательно смотрел на девушку, наслаждаясь моментом. В тусклом свете факелов её лицо казалось особенно нежным. Лита чувствовала себя немного неловко под его пристальным взглядом, но старалась сохранять хладнокровие. — Знаешь, ты сегодня выглядишь особенно очаровательно, — сказал Сигурд, слегка улыбнувшись. Его голос был мягким и глубоким, словно бархат. Лита покраснела, но постаралась скрыть своё смущение. — Спасибо, ярл, — ответила она сдержанно. — Но почему бы вам не поспешить к своей жене? — Она наверняка уже спит, — заметил Сигурд. — Может, найдём время для прогулки вдвоём? Это не займёт много времени. Лита почувствовала, как сердце забилось быстрее. — Я… не уверена, что это хорошая идея, — пробормотала она, стараясь избежать прямого отказа. Сигурд вздохнул, но не отступил. — Тебе столь неприятна моя компания? Лита нервно сглотнула. Она ощутила лёгкое волнение, когда ярл подошёл ещё ближе. Теперь между ними оставалось совсем немного пространства, и она чувствовала тепло, исходящее от его тела. — Нет, конечно… — начала она, запинаясь. — Просто… я думаю, мне нужно вернуться. Сигурд слегка наклонил голову, продолжая смотреть на неё с лёгкой усмешкой. — Разве тебя кто-то ждёт? — Нет. Но всё-таки… — Всё-таки что? — перебил её Сигурд, сделав ещё один шаг ближе. — Что тебя останавливает? — Это неправильно, — прошептала она едва слышно. — Мы не можем… мы не должны. — Боишься остаться со мной наедине? Сигурд поднял руку и нежно провёл пальцами по её щеке. Лита замерла, боясь пошевелиться. Она хотела оттолкнуть его, но тело отказывалось подчиняться. — Пожалуйста, Сигурд, — еле слышно попросила она. — Не делай этого. Но Сигурд лишь улыбнулся, глядя на неё сверху вниз. — Просто дай мне этот вечер, — попросил он. — Один вечер. Мы просто прогуляемся. Лита открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Она понимала, что должна сказать «нет», но сердце уже начало предательски биться в такт его словам. — Ну же, Лита. Ты ведь тоже хочешь этого, правда? Лита опустила голову, не в силах выдержать этот гипнотизирующий взгляд. Сигурд взял её за подбородок, заставляя снова посмотреть на него. — Я представляю, как тебе одиноко, — продолжал Сигурд, притягивая её ближе. Внутри у Литы шла борьба между долгом перед Эйвором и внезапно вспыхнувшим влечением к его брату, которое она просто не имела права чувствовать. Но от его прикосновения всё внутри сжалось в тугой узел. Он играл на её чувстве одиночества. Знал, на что нужно надавить. «Прогулка…» звучало так невинно, но Лита понимала, что согласившись, она попадёт в капкан, из которого вряд ли сумеет выбраться. Сигурд, видя её колебания, продолжил наступление. Он провёл рукой по её волосам, заправив за ухо выбившуюся прядь. Его прикосновение было одновременно обжигающим и пугающим. Но что-то внутри толкало её в объятия этому опасному соблазну. — А он совершенно не ценит то, что получил. О, его слова были словно яд, медленно просачивающийся в её мозг. Лита почувствовала, как рушится последняя стена её сопротивления. Голос разума отступал перед волей желания. — Хорошо, — наконец сдалась она. — Только одна прогулка. Сигурд усмехнулся, будто выиграл важную битву. Он взял её за руку и повёл за собой в темноту ночи, подальше от кузницы, прочь от посторонних глаз. Ночной воздух был прохладным и влажным. Они шли молча, изредка обмениваясь взглядами. Лита чувствовала себя одновременно виноватой и возбуждённой, не в силах сопротивляться искушению. Сигурд завёл её дальше по лесной тропе и остановился. Обвив её за талию, он прижал Литу к стволу большого дерева. — Ярл… — голос Литы звучал почти умоляюще. Сигурд наклонился ближе, и Лита почувствовала его дыхание на своей коже. Его губы коснулись её губ, мягко и осторожно. Сначала она попыталась отстраниться, но его поцелуй становился всё глубже и требовательней. Разум кричал «НЕТ!», но тело словно предало её. Она ответила на поцелуй, утопая в ощущении долгожданной близости. Руки Сигурда скользнули ниже, обхватывая её бёдра. Лита вздрогнула, но не оттолкнула его. Она знала, что это неправильно, что она предаёт Эйвора, предаёт себя, но что-то внутри неё толкало её вперёд, в эту пропасть запретных удовольствий. Поцелуи становились всё более жаркими, и вскоре их губы уже не могли насытиться друг другом. Сигурд оторвался от её губ и начал осыпать поцелуями её шею, ключицы. Лита застонала, запрокинув голову назад. Она чувствовала, как её тело горит от желания. Одежда мешала, сковывала движения. Сигурд медленно расстегнул её плащ, позволяя ему соскользнуть на землю. Лунный свет ласкал её обнажённые плечи. Она дрожала, но не от холода. Ей было стыдно, страшно и… до боли сладко. — Сигурд… — прошептала Лита, чувствуя, как её ноги подкашиваются. Ещё немного и он подхватит её на руки и понесёт вглубь леса, туда, где трава мягкая и влажная от росы. Туда, где под сенью вековых деревьев, они станут одним целым, забыв обо всём на свете.

За спиной змеиные речи,

Обещают счастье обманом.

Но верны лишь те, кто, словно свечи,

Не гаснут, но сжигают себя за всех нас.

— Прекрати! — она из последних сил упёрлась руками ему в грудь. — Я не хочу! Но Сигурд словно не слышал её. Его руки уже задрали подол её платья, скользя по гладкой коже. Лита зажмурилась, чувствуя, как его пальцы обжигают её. В голове вдруг всплыло лицо Эйвора. Вина острым ножом пронзила её сердце. Это предательство, чёрное и грязное, навсегда останется с ней. Лита резко оттолкнула Сигурда. Он отшатнулся, удивлённо глядя на неё. В его глазах читалось смятение и похоть. — Я сказала «нет»! — прокричала Лита, её голос дрожал от напряжения. — Как ты можешь? Как можешь поступать так с Эйвором? Она развернулась и побежала прочь, прочь от него, прочь от этого места, где её чуть не сломали. Слёзы душили, но она не останавливалась. Ей нужно было бежать, бежать как можно дальше, словно это поможет искупить вину. Лита бежала из леса, но словно забегала ещё глубже в его дебри. Корявые ветви деревьев цеплялись за её одежду, волосы, но она продолжала мчаться вперёд, словно преследуемая невидимым врагом. Всё вокруг казалось искажённым, будто реальность размыло водой. Луна, окрасившаяся багровым, пробивалась сквозь кроны деревьев, бросая причудливые тени, которые танцевали на земле, словно демоны, пытающиеся схватить её за ноги. Ей казалось, что она слышит голоса — тихие шёпоты, которые обвиняют её, называют предательницей. Но среди этих голосов выделяется один, знакомый и… родной. Это голос Эйвора, просивший её остановиться. Она хочет повернуться, чтобы увидеть его, но что-то удерживает её. Она боится встретиться с ним взглядом, ведь тогда ей придётся признаться себе самой в том, что произошло. — Прости, — слёзы вдруг начинают катиться по щекам Литы. Она продолжает бежать, но спотыкается о выступавший из земли корень. Как только её лицо коснулось твёрдой земли, Лита открыла глаза. Она тяжело дышала, пытаясь сообразить, где находится. Пошарив рукой в темноте, она ощутила под собой намокшую простынь. Влажные от пота волосы разметались по подушке. Лита тяжело выдохнула. — Сон. Это всего лишь сон, — прошептала она высохшими губами. Лита села на кровати, пытаясь унять дрожь. Сердце колотилось, словно пойманная птица. Образы из сна до сих пор преследовали её, не давая вздохнуть полной грудью. Запах леса, прикосновения Сигурда, голос Эйвора — всё это казалось слишком реальным. Лита поёжилась, как от прикосновения холодных рук. Ей хотелось вымыться, смыть с себя эту грязь, осевшую на душе́. Но приятная тянущая боль внизу живота говорила о том, что не всё в этом сне было так уж ужасно. — Боже, — прошептала Лита, положив руку на живот. Тихо ступая по полу, она прошла к умывальнику и плеснула в лицо холодной воды. Как бы она не сопротивлялась, но её тело не в состоянии было побороть низменные желания. Будь Эйвор сейчас рядом, она не задумываясь бы бросилась к нему в объятия. Лита посмотрела на своё отражение в натёртой до блеска металлической пластине. Бледное, словно у привидения лицо, растрёпанные волосы, усталый взгляд, не лишённый желания быть любимой, желанной, принадлежать кому-то целиком и полностью. Она прикрыла глаза, заменяя воспоминания о Сигурде, воспоминаниями о первой ночи с Эйвором. О его сильных руках, горячем дыхании. И это было слаще того, что она испытала во сне. Лита чувствовала, как внутри разгорается пламя. Эти воспоминания были настолько яркими, что она почти могла почувствовать его присутствие рядом. Тело напряглось, когда она представила, как он обнимает её сзади, прижимаясь своим горячим телом. Лита тихо простонала, ощущая, как желание нарастает. Её пальцы скользнули вниз по животу, оставляя за собой след мурашек, и задрали подол ночнушки. Она прижалась бедром к краю умывальника, почувствовав лёгкое покалывание там, где кожа соприкасается с прохладной поверхностью. Не смотря на это, ей вдруг стало жарко. — Эйвор… — она прошептала его имя, будто заклинание. Она представляла, как его губы касаются её шеи, оставляя влажный след. Его руки уверенно скользили по её телу, находя самые чувствительные места… Но внезапно Лита остановилась. Она поймала себя на мысли о том, что делает, и её щёки вспыхнули от стыда. Что она творит? Она ведь только что сбежала во сне от Сигурда, чтобы едва проснувшись, предаться греховным мыслям? Лита быстро отошла от умывальника. Нужно было отвлечься. Может, прогуляться? Но мысль о том, что ей придётся выйти наружу, вызвала новый приступ страха. Однако и оставаться здесь тоже было невозможно. Мысли о Сигурде и Эйворе продолжали крутиться в голове, вызывая противоречивые чувства. Накинув плащ, она побежала к тому месту, куда её водил Эйвор. Ледяная вода сковала тело колючими объятиями, выдавив весь воздух из лёгких. Но Лита стояла неподвижно, чувствуя, как холод пронизывает каждую клеточку тела. Она едва удержалась, когда ноги начали терять чувствительность. Повернувшись в сторону берега, Лита увидела Эйвора. Его силуэт казался размытым в утреннем тумане, но он смотрел прямо на неё. Она пошла вперёд, желая поскорее выбраться из ледяных объятий реки, с трудом передвигая ноги. Вода словно цеплялась за неё, тянула назад, сопротивлялась каждому движению. Ноги проваливались в песок, а дыхание становилось всё тяжелее. Собрав последние силы, Лита вырвалась из воды и, спотыкаясь, бросилась к тому месту, где стоял Эйвор. Но с каждым шагом его фигура становилась всё менее чёткой. Эйвор исчезал прямо у неё на глазах. Когда она, наконец, добежала, перед ней оказалась лишь пустота. Холодный ветер обвивал её мокрое тело, заставляя дрожать ещё сильнее. Она упала на колени, обхватив себя руками. Было ли это видение, мираж, созданный её измученным разумом? — Лита? Что с тобой? Почему ты в таком виде? — Хайсам бросился к ней, поднимая на ноги. Лита хотела ответить, но зубы стучали так сильно, что она не могла произнести ни слова. — Быстрее, нужно в дом, — он подхватил её на руки. Усадив её у очага и замотав в одеяло, Хайсам сел рядом. Жар огня немного согрел окоченевшее тело Литы, но дрожь всё не проходила. Она сидела, безучастно глядя на огонь. — Выпей, — он протянул ей кружку с дымящимся отваром. — А то захвораешь. Дрожащей рукой Лита взялась за кружку, поднеся к губам, сделала небольшой глоток. — Эйвор… Он был здесь? — наконец спросила она. — Я не видел. Но вчера вечером приплыли Сигурд и Басим. Чуть не выронив кружку, Лита повернула к нему голову. — Сигурд? — она вновь посмотрела на пляшущие языки пламени. В голове всплыли обрывки воспоминаний о прошедшей ночи. Может ли быть… Нет, это точно был сон! — Тебя это беспокоит? Лита покачала головой, пытаясь собраться с мыслями. Хайсам кивнул, но в глубине его глаз виднелось понимание, словно он знал намного больше, чем говорил. — Что заставило тебя зайти в воду? — осторожно спросил он. — Сон. Очень реалистичный сон. В свете огня Хайсам заметил румянец, тронувший щёки девушки. И в ту же секунду, словно почувствовав, что речь идёт о нём, в зал вышел Сигурд. Удивлённо посмотрев на сидящих у огня, он подошёл ближе. Лита, следившая за каждым его неторопливым шагом, сжала кружку крепче. — Доброе утро, — сказал он, пристально глядя ей в глаза. Его взгляд задержался на ней многим больше, чем требовалось. — Мне пора, — Хайсам поднялся с лавки, понимая, что их нужно оставить наедине. Оставшись наедине с незваным гостем из своих сновидений, Лита опустила взгляд на кружку, отвар в которой начал остывать. Сигурд занял место Хайсама. — Хорошо спалось? — спросил он. — Да, неплохо, — пробормотала она, чувствуя, как жар поднимается к лицу. Ей теперь было невероятно трудно скрыть смущение, находясь рядом с ярлом. Неловкое молчание нарушалось лишь потрескиванием дров в очаге. Лита чувствовала на себе взгляд Сигурда, пронизывающий насквозь. Она невольно втянула голову в плечи, стараясь казаться как можно меньше и незаметнее. — Ты не выглядишь отдохнувшей. Дурной сон? — его обволакивающий голос заставил Литу вздрогнуть. — Д-да… Сон. — Расскажешь? — Сигурд насмешливо прищурился. — Скажи, мы вчера виделись? — Ты не помнишь, виделись мы или нет? Забавно. — Сигурд, я… — Мне нравится, когда ты называешь меня по имени. — Просто ответь на вопрос. — А если не отвечу? Лита нахмурилась. Ей казалось, что Сигурд играет с ней, испытывая её терпение. — Так виделись или нет? — Предположим, что да. И что из этого следует? Лита до крови прикусила губу. — А может и не виделись, — Сигурд провёл пальцем по её губе, стирая выступившую капельку крови. — Не трогай меня, — Лита отшатнулась, как от удара. — А кто мне запретит? Здесь я устанавливаю правила. — Я здесь, потому что ты ревновал свою жену к Эйвору, но сам сейчас поступаешь не лучше. — Просто раньше я его не понимал. — Сигурд? — их разговор прервал голос Рандви. В глазах ярла мелькнула тень досады, но он быстро взял себя в руки, одарив жену своей фирменной, слегка высокомерной улыбкой. — Рандви, моя дорогая жена. Ты как всегда вовремя. — Я тебя ни от чего не отвлекаю? — Ну что ты, разве ты можешь меня отвлекать, душа моя? Сигурд нехотя поднялся. — Проводить тебя в твою комнату? — спросил он у Литы. — Сама дойду. Задержав на ней взгляд, Сигурд наконец отвернулся. Пройдя мимо Рандви, он вышел на улицу. Рандви вышла следом. Лита теперь сидела в одиночестве, продолжая гадать, что же это было — сон или воспоминание?