Часть 2 Праздничные юаньсяо после трудного дня

Се Лянь ощущал себя очень неловко- не то от умиротворённого вида Сань Лана, вооружённого ложкой, не то от хмурой физиономии младшего брата, во взгляде которого крупным текстом читалось явное "ДА КАК ЖЕ ВЫ МЕНЯ ОБА ЗА..." Он благополучно пропустил момент, когда в монастырь пришёл Собиратель цветов, и обнаружил что у них гости только тогда, когда Гуцзы в очередной раз разревелся. Громко. Наследный принц, хоть ему и неприятно было это признавать, находил, что между ребёнком и демоном много общего. Например, то, что они оба умеют издавать поистине душераздирающие звуки. Вот только Ци Жун орёт по поводу и без, а Гуцзы только когда пугается. А пугается он обычно когда его "отцу" причиняют вред. И если сам Се Лянь уже немного подустал от провокаций младшего и ему надоело реагировать на каждое колкое замечание- в конце концов, когда они были живыми людьми, у них как-то получалось более-менее ровно общаться- то Хуа Чэн, с молчаливого разрешения гэгэ, распускал руки по поводу и без. Да что ж такое... Он что, не может хоть пару дней побыть в тишине и покое? Желание побыть в тишине и покое посещало его всё чаще. Будь его воля, он бы вообще на Небеса нос не совал, но его постоянно дёргали туда по поводу и без. И если задания от Небесного Владыки игнорировать не получалось, то бесконечные скандалы Фэн Синя и Му Цина... Ци Жун и дети, хотя бы, ничего не крушат, даже наоборот. Вообще, он полдня проторчал в Небесной столице, мастерски скрываясь от своих бывших друзей и Владыки Линвэнь у Цяньцю, а вернувшись на землю, ещё час ходил по деревне, в поисках каких-нибудь интересных никому не нужных вещей, чтобы хоть немного проветрить голову, и ужасно устал. Будь он менее сдержанным и более лояльным к своим желаниям, то наверняка бормотал по пути что-нибудь вроде: "ой, задолбался я на этой работе... домой... домой скорее... отдохнуууть... в тишине... книжечка... домооой... домой... кровааатка...". А ещё вчерашняя картошка и свежий чай. Если честно, Се Лянь не рассчитывал на то, что его пригласят к ужину, и был готов довольствоваться последней булкой, но его буквально за шкирку усадили за стол, со словами "ешь и не выёбывайся". -Да как-то и не очень хотелось...- пробормотал Его Высочество скептически глядя к себе в тарелку. У него были большие сомнения насчёт кулинарных умений Ци Жуна. Ну, мясо, люди, это вот всё, вы понимаете. Что хорошего можно сделать при такой... кхем... специфической системе питания. К тому же, всё связанное с братцем вызывало у него какое-то необъяснимое отторжение. Зато Гуцзы был совершенно счастлив. -Ураа, папа готовит! Глядя, как мальчик, радостно захлопав в ладошки, с аппетитом набрасывается на еду, а следом к нему присоединяется и Лан Ин, Се Лянь почему-то ощутил себя круглым дураком, который ищет повод придраться, и больше ничего не сказал. Сперва, чтобы не провоцировать кузена на конфликт, а потом потому что не мог оторваться от тарелки (а когда оторвался, треснул Ци Жуна по лбу, за то, что тот по приколу потянул его за уши, не дав взять третью добавку). И теперь эта недоеденная добавка благополучно упокоилась в желудке Собирателя цветов под кровавым дождём. -Сань Лааан...- Се Лянь вроде и понимал, что целесообразнее было бы успокоить ребёнка (который повис на связанном демоне и пытается слиться с ним и Жое в единый организм), но он настолько задолбался, что смог только расстроиться из-за того, что на ужин опять будут подношения, и устало привалился плечом к дверному косяку. -Гэгэ, ты наконец вернулся!- Хуа Чэн одарил его счастливой улыбкой.- Я соскучился и решил тебя навестить! Ты рад? -Я рад.- наследный принц положил мешок в угол, в котором скопилось уже прилично другого барахла, и сел за стол для подношений.- А теперь объясните, что тут происходит. Ци Жун, ты опять его провоцируешь? Лазурный демон скорчил презрительную рожу. -Да я вообще молчал.- фыркнул он.- Этот твой "самый преданный верующий" припёрся минут десять назад, насовал мне в рожу, напугал детей и сел жрать. Се Лянь посмотрел на красного демона с обидой. Судя по раскрашенной физиономии кузена, он попытался спасти еду, и за это ему конкретно досталось. Надо же, знал, что царственный брат придёт голодный, побеспокоился... наверное, надо сказать ему спасибо. А вот Сань Лан мог бы подождать его возвращения. Не то, чтобы ему прям жалко, но блин, он об этой несчастной картошке полдня мечтал! -Вкусно?- наконец спросил он, снимая шляпу и пристраивая её рядом с плошкой для благовоний. -Очень!- Хуа Чэн поставил пустую миску на стол, и посмотрел на него с обожанием.- Гэгэ превзошёл сам себя. Се Лянь сделал страшные глаза, чтобы Ци Жун снова что-нибудь не вякнул- ещё одного скандала он сегодня уже не перенесёт- и аккуратно взял князя демонов под локоть. -Сань Лан, я рад, что ты нашёл время, чтобы меня навестить, но я сегодня очень устал.- мягко сказал он, выпроваживая ничего не понимающего Хуа Чэна за дверь.- Давай встретимся завтра, мне ещё нужно помочь старосте деревни. -Гэгэ, я мог бы... -До завтра, Сань Лан, буду ждать тебя к вечеру! Уфф... Он без сил сполз на пол и поднял глаза на младшего. Ци Жун смотрел на него с такой ехидной ухмылкой, что Его Высочеству захотелось добавить ему пару синяков. -Что смотришь? -Да просто интересно.- лазурный демон сел поудобнее и выпрямился, чтобы едва наконец притихшая малявка не так сильно давила ему на шею своими ручонками.- С чего это ты вдруг отказался от общества своего верного пса? -Я устал. Я могу хоть иногда устать? -Ещё чего. Улыбайся и махай, ты же всегда так делаешь. Меня тоже затрахало веселиться в этой атмосфере пиздеца, но держусь же! Се Лянь хотел возразить, но, покрутив фразу младшего и так и эдак, решил, что в его словах что-то есть. -Я спать.- объявил он, подходя к своей циновке, и падая на неё прямо в сапогах.- Потрудись вести себя тихо. -Может, ты меня развяжешь для начала? Наследный принц повернул голову. -Чтобы ты сбежал и принялся за старое? Обойдёшься. -А, то есть, по-хорошему ты не хочешь, пАнЯтна... -Да чтоб тебя... Жое, иди сюда. Шёлковая лента мигом размоталась и, не веря своему счастью, метнулась к хозяину. Ци Жун ей не нравился. У них с первых секунд установилась взаимная неприязнь. Се Лянь удовлетворённо выдохнул, и закрыл глаза. Никаких больше ссор на сегодня. Хватит! Ему нужен отдых. Подождав, пока братец перестанет ворочаться и наконец заткнётся (у Се Ляня была отвратительная привычка бормотать всякую хуйню пока он засыпал) лазурный демон поднялся, держа на руках задремавшего приёмыша и, немного поспорив с собственной совестью, которая твердила, что детей Се Ляню лучше не давать- ну правда, все дети, которые оказываются рядом с Его Высочеством наследным принцем, в конце концов становятся демонами, чё за фигня- подложил сопящего мальчика под бок кузену. Пускай спят. Не зная, чем себя занять, он вышел на улицу и немного побродил по двору. Скривился на клёны (на кой хрен их так много вообще, лучше б что-нить полезное росло, яблоки там какие-нибудь, или локвы), и уселся на крылечке. Технически, можно было бы свалить... только куда. Паршивый пёс в этот раз конкретно ему втащил, похоже на сотрясение, и это довольно-таки неприятно. Будет плохо, если у него закружится голова и он потеряет сознание где-нибудь в лесу. Его дешёвый сынуля и так умудряется чудить, даже если его держат за руку, что будет, если он останется без присмотра? Здешняя флора и фауна это не только волки. Сожрёт какой-нибудь низкоранговый демон, и привет. Не, нафиг. Сначала надо привести этот мясной костюм хотя бы в подобие порядка, а потом уже думать, как лучше отсюда свалить. Ещё и этот придурок одноглазый сюда ходит как к себе домой, будто ему мёдом намазано... или говном? Муха блядская. Да ещё всякий раз с таким видом, будто он тут хозяин, а Се Лянь просто у него живёт. Только вот пользы от него шиш да маленько, ни по хозяйству не шуршит, ни еды в дом не несёт, только жрёт и скамейку просиживает в надменной позе. Раз так обожает своего "гэгэ", чё ж в Призрачный город на ПМЖ не забрал? Пшик все его красивые слова, пшик и фикция, пиз-дёж. А братец, тупица наивный, только и рад, что хоть кто-то на него внимание обращает. Сидит с лапшой на ушах и норм ему. Тьфу, противно. Неужели правда не понимает, что его используют? Обидно. Он-то считал его самым умным человеком на земле, а оказалось, что за сияющим образом божества в короне из цветов и самого лучшего на свете братика прячется инертное и трусливое чмо. Потом он вспомнил, что сегодня, вообще-то, праздник, и окончательно расстроился. День Середины осени. Раньше он его любил (впрочем, с каждым годом всё меньше и меньше), а после смерти этот фарс не приносит ничего кроме расстройства. Наивные последователи тратят кучу денег на ритуальные фонари, чтобы почтить своих божеств, а те ещё недовольны, мол, чё так мало. Что для простого смертного громадные траты, для небесных ублюдков всего лишь повод похвастаться, у кого больше. Вот и всё. Может, юансяо приготовить? Вдруг настроение появится. У Гуцзы так точно. Дети любят сладкое. Его демонята всегда радовались, когда им перепадали печенье или конфеты... А чё так стемнело быстро? В дверях показался сонный Се Лянь. -Почему ты положил Гуцзы рядом со мной?- спросил он недовольным тоном. Лазурный демон скрипнул зубами. -А что? Не нравится, что рядом с тобой кто-то лежит? Чё тогда Хуа Чэна на пол не гонишь? Его люто вымораживало, что единственное нормальное спальное место в доме занимают два лицемерных бессмертных ублюдка. Се Лянь искренне считал, что то убогое подобие заботы (читай- обеспечение базовых потребностей, и то, через известное место, на котором люди обычно сидят) которое он проявляет к Гуцзы и Лан Ину, это более чем достаточно, чтобы им было хорошо. Да только даже такому отбитому на голову демону как Ци Жун очевидно, что это нихуя не так. Спать на голом полу и жрать что попало- охренеть какие жилищные условия! Царственный брат мог сколько угодно убеждать себя в том, что обеспечил надоедливых иждивенцев всем необходимым, но на деле даже приблудной кошке уделяют больше внимания. Чё он вообще их к себе приволок? Потому что в детстве не разрешали таскать всякую хрень с улицы, а теперь он взрослый и сам решает, что и кого тащить? -Я чуть его не придавил, когда вставал.- кажется, до наследного принца дошло, что его слова прозвучали немного не так, как он планировал.- В следующий раз лучше предупреди. -Следующего раза не будет.- Ци Жун ответил ему горькой усмешкой.- Не будем м больше посягать на твоё имущество, не переживай. -Ты неправильно понял... -Всё я давно понял. Отстань. Чё встал вообще? Выспался, так займись чем-нибудь. И без тебя настроение ни к чёрту. Подул ветер, сдувая тёмные ночные облака, и гору осветило мягким лунным светом. -Полнолуние...- пробормотал Ци Жун, щурясь на золотистый кругляш. В обрамлении дымчато-серых кудрявых облаков он напоминал яичницу-глазунью.- Интересно, с Небес она правда выглядит больше чем с земли, или Карась напиздел? -Что?- не расслышал Се Лянь, чьи мысли были заняты предложением Ши Циньсюаня посетить Небесную столицу и отпраздновать день Середины осени со всеми богами. -Ничего. -Эм...- Его Высочество ощутил некоторую неловкость. Он плохо представлял, о чём говорить с кузеном, когда на того находило спокойное настроение. Ему было более привычно, когда тот скандалил и ругался.- Мне нужно будет ненадолго уйти. На пару часов, не больше. -Ой, сделай одолжение, не приходи до утра, а лучше вообще потеряйся!- раздражённо рявкнул лазурный демон, демонстративно отодвигаясь от старшего и его омерзительно мечтательной физиономии.- У тебя же есть дворец на Небесах, какого хрена ты тут торчишь? -Откуда... -Оттуда! Все знают, что ты ходишь в любимчиках у Цзюнь У, не поверю, что после третьего вознесения он не выделил тебе жильё. Вали туда, тебе та самое место среди этих лицемерных уродов! -Ци Жун! Да что на тебя нашло? -А что?- Ци Жун поднялся, отряхивая зад, и одарил обиженно хлопающего глазами родственничка мрачным взглядом.- Не нравится, что я говорю- так дай нам уйти! Бесишь! На кой ты вообще нас к себе припёр? И не надо мне лечить про благие намерения и прочую херню- не поверю! Он сам не знал, из-за чего так разозлился. То ли из-за воспоминаний, то ли из-за того, что все вроде как незначительные мелочи вроде мерзкой еды, вредной ленты-оборотня, нытья Гуцзы, и тумаков от паршивого пса Хуа, который, с молчаливого одобрения "гэгэ" окончательно распоясался, наконец слепились в один большой комок, который переполнил чашу его (большого, но не безграничного) терпения, то ли из-за этой блаженно-идиотской рожи. Небось, братец уже мыслями давно на Небесах. Его наверняка пригласили на праздничный банкет, а это точно не на "пару часов". Пока все всех обсудят, пока дождутся фонариков... Фонарики. Сука. Не сдержавшись, Ци Жун в сердцах сплюнул на землю, и ушёл в дом, оставив царственного брата в непонятках. Наверняка, он теперь думает, что кузен не только психованный, но ещё и истеричка. Ну и насрать. За окном промелькнула вспышка божественной ци, означающая что ракета Се Лянь-1 стартовала в тропосферу и вот-вот осчастливит своим появлением Небесную столицу. "Выйди и зайди нормально"... Черновод довольно подробно описывал эпическое вознесение мусорного божества и ущерб, который он нанёс дворцам, оказавшимся поблизости. Ну и поделом. Нехер строиться в неположенном месте. Хотелось сделать что-нибудь гадостное. Например, заорать, и пнуть табуретку, так, чтобы высадила окно. Или сорвать со стены и сжечь этот идиотский портрет бога в короне из цветов, белым пятном висящий на щелястой стене, или сделать ещё какую-нибудь бессмысленную вредительскую глупость, чтобы отвести душу хоть немного. Но нельзя. И не потому, что он в очередной раз выхватит от Се Ляня или Хуа Чэна- это, конечно, больно и унизительно, но не смертельно, а потому, что Гуцзы испугается, и снова начнёт рыдать. Расстраивать приёмыша демон не хотел, поэтому просто вспыхнул зелёным огнём- единственное, на что хватало его сил, помимо регенерации- и разразился громкой возмущённой тирадой по поводу всяких блаженных, которым хоть всё лицо заплюй, утрутся и спасибо скажут. Гуцзы тихой мышкой сидел на циновке мусорного гэгэ и испуганно смотрел на отца, не зная, стоит ли сейчас открывать рот. Обычно, когда его родитель злился, лучше было не лезть к нему под руку, но в последнее время всё поменялось. Если раньше отец легко мог дать ему затрещину, то после того, как они побывали в логове зелёного демона, перестал это делать, только ругаться начал сильнее прежнего. Зато с ним стало так интересно! Малыш даже не представлял, что на самом деле его отец может делать такие удивительные вещи. -Папа, ты сильно злишься?- наконец решился он нарушить своё молчание. Ци Жун замолк, и посмотрел на мальчишку, который комочком сжался в углу циновки. Вот ведь... Он так разозлился, что совершенно забыл о том, что это отродье дома, а не на улице, вместе с Лан Ином. Молчаливый демонёнок ему не нравился, но был полезен и проблем почти не создавал. В отличие от того же Се Ляня. -А?- он потёр глаза.- Да, я злюсь. Я пиздец как злюсь. Но ты тут ни при чём. Не бойся. Иди сюда. Гуцзы моментально успокоился, подбежал к присевшему на одно колено отцу, и удобно устроился у него на руках. Вот ещё странность- раньше отец редко брал его на ручки, и вообще был не слишком доволен тем, что к нему лезут со всякими нежностями. -Ты на мусорного гэгэ злишься?- уточнил он, восторженно глядя, как пламя, которое до этого окутывало его отца распадается на крохотные огоньки и медленно тает в воздухе. -Угу. Наградила судьба братцем, никаких врагов не нужно... ну да ладно. Юаньсяо сейчас сделаем, будешь? Малыш энергично закивал. Конечно он будет юаньсяо! Сегодня же праздник, нужно кушать всякие вкусные штуки и зажигать фонарики в храмах, и желать друг другу всякое хорошее, и обязательно оставить лунный пирожок для богини Чаньэ, а то ей грустно жить на луне без своего мужа. Ну, мама так рассказывала. Вот только ни фонариков, ни пирожков после её смерти у них дома никогда не бывало. Да и сейчас... Отец говорил, что мусорный гэгэ тоже какой-то бог, а этот крохотный домик, в котором они все живут, его храм, но ему фонариков зажигать как-то не хочется. -Сестрички из деревни вчера принесли нам мандаринов.- поделился он с отцом, когда тот спустил его на пол и полез в шкаф с посудой.- Мусорный гэгэ ушёл к реке и не увидел, поэтому мы с Лан Ином их спрятали. Ци Жун коротко усмехнулся. А этот щенок не такой бесполезный, как ему показалось вначале! Соображалка есть. Это хорошо. -Ну, значит отпразднуем как положено. Хоть и не хочется... Последнюю фразу он пробормотал себе под нос- совсем тихо, но Гуцзы всё равно услышал. И уточнил: -Потому что ты не любишь мусорного гэгэ? Лазурный демон устало вздохнул. -И поэтому тоже.- он достал кастрюлю и налил в неё воды.- Видишь ли, дорогой ты мой засранец, у твоего папки довольно сложные отношения со всеми этими праздниками, богами и прочей ересью, так что... Эх, да ты всё равно не поймёшь. Забудь пока. Тащи лучше мандарины. И чертилу этого зови, пусть дров принесёт. Пока дети были заняты делом, он поставил кастрюлю на плиту и полез под стол, где Се Лянь хранил припасы и специи. Разумеется, никаким разнообразием там и не пахло. Впрочем, за столетия посмертия лазурный демон наловчился довольно неплохо готовить, и при желании мог состряпать приличный ужин из ничего. Мысленно пожелав любимому братику всего самого хорошего, чтоб он у себя на празднике икал не переставая, он достал рисовую муку, кусок сморщенного имбиря, горшочек засахарившегося мёда, ещё немного покопавшись, выудил из корзинки с крупой мешочек чёрного кунжута. Не то чтобы идеально, но должно хватить. -Папа, вот мандарины.- он пропустил момент, как к нему под руку подлезла встрёпанная головушка.- А ещё мы видели большущую чёрную бабочку! А-Ин сказал, что это маха... мах... маху... -Ма-ха-он.- по слогам отчеканил Лан Ин, сваливая у плиты охапку дров.- Ци-сюн, он всегда слова путает? -Мне-то откуда знать?- Ци Жун зажёг огонь под плитой и, подумав, вручил детям по мандарину.- Я это отродье знаю меньше месяца. Не сношай мне мозг. Се Лянь вернулся, как и обещал, через пару часов, озарённый светом золотисто-жёлтых фонарей негасимого света, и с таким видом, будто был не на пиру небожителей, а на первом свидании, на котором его поцеловали взасос. Про себя Ци Жун подумал, что видок у братца просто отвратный. Чё там у них произошло? Радует, что они с детьми уже поели, иначе от этой смущённо-счастливой рожи у него непременно бы пропал аппетит. -Папа, можно мне добавки?- спросил Гуцзы, когда Его лицемерное Высочество наследный принц наконец изволил войти в дом. -И мне.- Лан Ин, снявший перед ужином свои бинты, протянул было миску, но увидев, что в монастырь вернулся Се Лянь, которого пугали следы Поветрия ликов, навечно запечатлённые на лице демонёнка, стушевался и прикрыл лицо ладонью.- Ой... Се Лянь замер в дверях. Он был в приподнятом настроении, и был уверен, что его не перекроют выкрутасы младшего, но Ци Жун и тут умудрился отличиться. От лицезрения столь мирной и в какой-то мере праздничной картины у него даже все слова из головы пропали. Он наивно думал, что все уже давно спят. Но в плошке торчало несколько зажжённых палочек благовоний, а на столе стояло блюдо с ароматным фруктовым бульоном, в котором плавали белые рисовые шарики- традиционное праздничное блюдо, которое подавали на стол вместе с лунными пирожками. Только фонариков не хватало. Впрочем, их и так было в избытке, отчего на горе стало светло, как днём. -Что вы едите?- спросил он, усаживаясь за стол. Просто так спросил, не зная, как завязать разговор.- Юаньсяо? А мне можно? Ци Жун надменно фыркнул. -Ты же такое не ешь.- язвительно отозвался он, отодвигая миску с угощением от загребущих лапок братика.- Они недостаточно сладкие. Столь простая пища не для изнеженного желудка принца-привереды. Небожитель тяжко вздохнул. Действительно, в детстве он был очень избирателен в еде, и рисовые шарики в сладком бульоне казались ему совершенно невкусными. Матушке всегда приходилось уговаривать его съесть хотя бы пару ложек чисто номинально. Удивительно, что Ци Жун об этом знает- когда они с тётей Ци переехали к ним во дворец, он уже это перерос и ел всё, что подавали к столу. -Откуда ты знаешь? -Тётка рассказала.- лазурный демон некоторое время изучал растерянную физиономию царственного брата, а потом нехотя потянулся за чистой миской.- Я однажды так её доконал, что она не выдержала и пересказала всё твоё детство под предлогом "Жун-эр, почему бы тебе не взять пример с Се Ляня и начать вести себя поспокойнее". На, жри, пока я добрый. Приятно подавиться.