Часть 3 Простит утка, а гусь не простит

В груди наследного принца шевелился червячок какого-то необъяснимого невнятного беспокойства. За Ци Жуна и детей он не волновался: во-первых, перед уходом он обнёс территорию монастыря барьером из божественной ци, достаточно прочным, чтобы через него не просочились всякие почти Непревзойдённые, и не устроили переполох в деревне (с его кузена станется припереться на рынок и потолковать с продавцом картошки, и не факт, что несчастный торговец после этого останется со всеми конечностями); во-вторых, лазурный демон слегка успокоился, и даже стал относительно вменяемым и вполне охотно занимался детьми и (по настроению) домом. То, что Ци Жун и так был вполне себе нормальным, а все основания считать его безумцем строились исключительно на дворцовых слухах и словах Хуа Чэна, ему почему-то в голову не приходило. В общем, в младшем Се Лянь был (в кои-то веки) уверен. Зато он не был уверен в Собирателе цветов под кровавым дождём. Сань Лан наверняка очень огорчился, когда его отправили домой, и принцу было совестно за столь некрасивое поведение по отношению к своему другу. Наверняка он захочет его навестить. На Непревзойдённых его защита не распространяется, и что случится, когда красный демон явится в монастырь, вполне понятно. Не то, чтобы ему было жалко Ци Жуна и того несчастного, в теле которого он обитал, но снова устраивать драку со скандалом в его доме... Можно подумать, ему Фэн Синя с Му Цином мало. Нужно поскорее закончить с делами, и возвращаться обратно. Если Сань Лан уже у него, кто знает, что он может учудить. К его большому облегчению, во дворе монастыря было тихо. В доме тоже никто вроде не орал, зато рядом с ящиком для пожертвований было сложено несколько корзин с едой. -Я дома!- объявил Се Лянь, осторожно открывая дверь, чтобы на него снова не упала верхняя часть дверного косяка, а то с утра по башке уже прилетело, было очень неприятно. Надо будет купить гвоздей и всё обратно прибить. Хотя, вряд ли поможет, тут, по-хорошему, надо всё сносить и строить заново. В воздухе подозрительно пахло рисовой водкой. Поморщившись от запаха, он решил уточнить: -Все живы? -Относительно. На первый взгляд всё было нормально. Гуцзы и Лан Ин что-то рисовали, усевшись в уголке, а Ци Жун сидел за столом для подношений, всё с тем же "какжевыменяза..." на лице. Про себя Его Высочество подумал, что в последние дни к физиономии кузена буквально приклеилось это выражение вселенской задолбанности. Ещё немного покрутив головой, он обнаружил Хуа Чэна. Грозный Непревзойдённый демон спрятался за бочкой для мытья, но его местонахождение выдал Эмин, радостно выскочивший на голос наследного принца. Это немало обеспокоило Се Ляня. В его понимании, прятаться могли все остальные, но никак не Хуа Чэн. -Сань Лан, что случилось?- спросил он, подходя к сныкавшемуся среди хлама князю демонов, который, заслышав шаги своего обожаемого божества, спешно спрятал лицо в ладонях.- Ты в порядке? -Гэгэ...- голос Хуа Чэна был полон отчаянной мольбы.- Не смотри на меня... -Тааак... Ци Жууун?.. -Ага, чуть что, сразу Ци Жун.- моментально обиделся лазурный демон.- Тунлу откроется- тоже я буду виноват? -Да я не это... -Это-это! У тебя всё на лице написано. -Я серьёзно. Вы что, подрались? Ци Жун тяжко вздохнул, и почесал нос. -Псина, выходи.- велел он. Из-за бочки для мытья донеслось категоричное "м-м!" -Ууу... Зря. -Да что у вас тут случилось? Сань Лан! Выходи или я сам тебя вытащу! В углу что-то упало, и Хуа Чэн наконец вылез из своего укрытия. Руки он по-прежнему прижимал к лицу. -А теперь убери руки от лица. -Гэгэ... Принц поморщился от этого молящего тона и нахмурился. В этом доме хоть один день может пройти нормально? Вот от кого, а от Сань Лана он такого не ожидал. -Сань Лан. Опусти руки. Хуа Чэн, пребывавший сейчас в человеческом облике, глубоко вздохнул, и покорно убрал руки от лица, явив миру донельзя расстроенную физиономию и роскошные чёрные круги вокруг глаз. Се Лянь поперхнулся воздухом. Красный демон и раньше подводил глаза, что, по мнению небожителя, очень ему шло, но в этот раз макияж пошёл явно не по плану. Чёрная подводка, которую, судя по всему, пытались смыть, живописно растеклась по щекам Непревзойдённого, отчего он выглядел до ужаса комично. Принц едва сдержался, чтобы не хихикнуть в рукав. Впрочем (и он в этом не сомневался) Ци Жун наверняка оборжал ненавистного сородича за них двоих, удивительно, что его за это не избили до полусмерти. -О, Небеса... -Красный гэгэ теперь похож на панду!- Се Лянь пропустил момент, когда Гуцзы подошёл к ним и залез на колени к Ци Жуну, и нашёл в себе лишь силы удивиться тому, что демон не спихнул ребёнка на лавку, а наоборот, приобнял, теснее прижав мальчика к себе.- На этого... гема... гимо... ги-ма-лайского енота. Папа, я правильно сказал? -Да. Его Высочество потёр точку между бровей. -Это что? -А это ему Черновод новую подводку для глаз подогнал.- Ци Жун покривился на страдальческую морду паршивого пса, и пододвинул к приёмышу миску с грушами, а то он так до самой смерти будет сидеть и бояться.- Очень стойкую. Ши Уду недавно утопил корабль каких-то чужеземных торговцев, которые таможенный взнос не заплатили, и среди груза была косметика. Он отдал её Ши Циньсюань. Та передарила Карасю. Карась передарил Хуа. -Вот как... -Хорошая штука, качественная. Умеют же делать. Чем уже только не оттирали, её даже спирт не берёт. Лазурный демон был вымотан не меньше царственного брата. Он почти час убил на то, чтобы прекратить истерику Хуа, и предложить по меньшей мере с десяток способов, чтобы исправить потёкший макияж- после того, как в пылу драки (пользуясь тем, что ему дали негласное разрешение распускать руки, одноглазый урод в очередной раз вывел его на конфликт и в очередной раз напугал обоих детей) выплеснул в лицо красному демону кувшин с водой. Ну кто ж знал, что всё так будет? Будь он менее заёбанным, позлорадствовал бы- мало того, что псина подавлена тем, что Се Лянь видит её в таком неприглядном состоянии (он же должен быть во всём идеальным для гэгэ!), так её ещё и деревенские девушки обхихикали. Впору тоже маску надевать, как Инь Юю, эта хрень только через пару недель смоется, и то не факт. Вообще, не совсем понятно, чего он так распереживался. Вполне неплохо получилось. В самый раз себя любимого в небесных пьесках играть, будет похоже. Тем более, Се Лянь мигом заахал и принялся многословно убеждать своего милого Сань Лана, что ему очень даже идёт. Уж что-что, а врать его братец превосходно умеет, ещё с детства на нём тренировался. Обидно, но эти двое определённо стоят друг друга, вон как спелись. Противно. Ну, хотя бы его больше не держат на привязи, и то хорошо. -Мы вам не мешаем, не?- спросил он, прикрывая Гуцзы глаза ладонью- бесстыжий братец, не стесняясь вообще никого, схватил Хуа Чэна за руки, с пылом влюблённой барышни разливаясь о том, что всё хорошо, и уж он-то точно что-нибудь придумает, чтобы спасти своего дорогого друга от позора на весь Призрачный город и его окрестности. Наследный принц глупо похлопал глазами и отпустил ладони Хуа. -Это не то, что ты подумал. Лазурный демон устало потёр глаза. -Ага. Конечно. -Эм...- Се Лянь почему-то ощутил некоторое смущение, словно его застали за какой-то очевидной глупостью, которую вновь вознёсшемуся восьмистадвадцатилетнему божеству делать несолидно.- Может, лучше сходите, разберёте подношения? Услышав про подношения, Собиратель цветов под кровавым дождём было подскочил со скамейки, но потом вспомнил, что потёкшая подводка всё ещё на нём, и сел обратно. Мало ли... вдруг опять кто-то припрётся, здешние крестьяне просто омерзительные остряки. Будь его воля, он бы сравнял эту деревню с землёй, но нельзя- гэгэ не одобрит. А жалко. Одарив братика и его цепную дворнягу тяжёлым взглядом, Ци Жун поднялся и, взяв Гуцзы за руку, поволок его на улицу. Следом за ними тихонько выскользнул Лан Ин, который, едва князья демонов сцепились, прикинулся ветошью и до сих пор не отсвечивал. Наверное, ему здесь тоже не нравится и тоже больше некуда деваться. Про себя Ци Жун решил, что когда подвернётся момент сбежать без опасений за эту хлипкую смертную тушку, он заберёт с собой не только своего дешёвого сынка, но и этого малолетнего дохлика. С Се Лянем ему наверняка придётся несладко, да и нянька не помешает, особенно такая мало едящая и исполнительная. Немного понаблюдав за детьми, которые почти сразу нашли себе занятие и принялись что-то мастерить из щепок, оставшихся после колки дров, он принялся изучать содержимое мешков с едой. Мысли вновь привычно закрутились вокруг персоны его тупого родственничка. Интересно, в какой момент всё свернуло не туда?.. Ощущение, что братцу в какой-то момент напихали в голову опилок вместо мозгов. Не, ну как иначе объяснить, что он ни с того ни с сего взялся привечать в этом своём подобии дома такого отбитого на голову ублюдка как паршивый пёс Хуа Чэн? Ладно, его не слушает- для Се Ляня слова младшего всегда были чем-то неважным и раздражающим, что можно игнорировать и иногда реагировать на вопросительные интонации, но не могло же быть такого, чтоб небесные чиновники, которые от одного имени Хуа Чучундры начинали мелко дрожать, не высказали об этом психе пару "ласковых". Странно... Вообще- чё за приколы такие? Столько лет никому не было дела до того, что какой-то там "призрак жениха" кошмарит невест, а тут Се Лянь в очередной раз вознёсся, и резко вспомнили. Ещё это выступление в его логове... Паршивый пёс после последнего раза не вспоминал о нём почти две сотни лет, даже на попытки навести шок и трепет в своём городе реагировал постольку поскольку (по крайней мере, морду он ему бил исключительно на нейтральной территории и недолго), а тут нате. Сперва Ци Жун был искренне уверен в том, что это именно царственный брат решил нанести ему визит, притащив с собой "группу поддержки", но поразмыслив на холодную, так сказать, голову, пришёл к выводу, что это очередная комбинация Хуа Чэна. Ну не Лан Цяньцю же, в конце концов. Тупой юнанец был в таком шоке, что сразу было понятно, что он попал к нему домой случайно и вообще планировал провести тот вечер по-другому. И эта стычка в гробнице... Судя по слою пыли и тому, что осталось от подношений, братец не навещал родителей вообще никогда, с чего вдруг туда попёрся? И вообще... Опачки, утиный труп. Может, утку сегодня запечь? Вино вроде ещё осталось. -Папа,- его невесёлые размышления были прерваны малышом Гуцзы, который, вдоволь наигравшись, придумал очередной ужасно важный вопрос,- А если курочка высидит утиное яичко, из него вылупится утёнок или цыплёнок? *** Ши Циньсюань увлечённо рассказывал о своих проблемах с божком-пустословом, перетянув на себя внимание обоих детей, и время от времени поглядывал то на угрюмо сидящего в углу стола Собирателя цветов, чья физия всё ещё носила на себе следы чёрной краски (оттереть эту дрянь окончательно не смогло даже какое-то супер-пупер средство для снятия макияжа, которое принявший женский облик Повелитель Ветров прихватил с собой по просьбе Его Высочества Се Ляня), то на уехавшего в голодный обморок Повелителя земли, то на хмурого молодого мужчину, от которого исходили довольно ощутимые волны демонической ци, стоящего у плиты с видом "не подходи- убьёт". А что. Ци Жун бы и убил- будь иные обстоятельства, и не будь он занят готовкой. Псина, конечно, рвалась вышвырнуть его на улицу, вместе с его тупым приёмышем, и упросить гэгэ сварганить что-нибудь особо убойное, чтобы точно отравиться вкусно пожрать и снять стресс от неудачного макияжа, но Се Ляню хватило одной омерзительно милой улыбочки и железно-ласкового "Сань Лан, сядь на место", чтобы ублюдочный демон, как дрессированная собачонка, поспешил выполнить приказ. Только бить женщин, даже если они небесные чиновницы, некрасиво а временами ещё и опасно для здоровья. Своего и окружающих. Вот так дунет и всё, нету дома, одна дверь останется, как в той книжке, которую не так давно Се Лянь притащил с очередной порцией мусора. Только там что-то про волка и поросят было. Царственный брат, видимо, надеялся, что от него отстанут- Ци Жун, которому уже было в падлу пересказывать прилипчивому большеглазому отродью истории из своей жизни, те, которые можно было рассказать ребёнку без риска потом нарваться на полуночную истерику из-за внезапных кошмаров, хорошенько поклевал старшему мозги, дабы тот наконец осознал, что раз Гуцзы Ци Жуну теперь приёмный сын то он его дядюшка, и выклянчал в деревне какую-нибудь детскую книжку. В принципе, братик с заданием справился, но... -Спасибо, конечно, но я такое никому читать не стану.- объявил лазурный демон, бегло просмотрев содержимое книжки, на обложке которой значились какие-то иностранные авторы.- Иначе сам будешь объяснять ребёнку про волшебную говорящую булку, которая катается по лесу и бычит на попадающихся на пути зверей. И чего Се Лянь потом на него накричал?.. Настроение у него было совершенно ни к чёрту. Мало того, что с приходом небесной девки и- внезапно- Черновода в женском обличи снова начался цирк с отмыванием ебальника паршивой псины Хуа, так ещё вредная богиня попыталась поднять на него руку, спасибо, Се Лянь не позволил, заявив, что дополнительных скандалов ему сегодня больше не требуется. А он всего-то поздоровался... Комплимент сделал её большим... глазам. В отличие от царственного брата, он нормальный. Правильно, так сказать, ориентированный. Се Лянь всем вокруг навешивает, что у его кузена плохо с головой, да только выходит с точностью наоборот, почему-то. Будь он нормальным, сразу бы понял, что эти обезьяньи ужимки Хуа Чэн вокруг него выделывает не просто так. Так надоело об этом думать... А не думать тоже не выходит, потому что эта красно-белая парочка горных уток постоянно перед глазами маячит. Они с Лан Ином даже втихаря поспорили, что ещё пара-тройка дней слюнявых фразочек и переглядок, и они засосутся. Причём, Ци Жун был уверен. что Се Лянь будет до последнего отрицать последний факт падения его как мужчины (ха, как будто его полового бессилия недостаточно, стал бы императором вместо дяди, позора было бы на всю страну). Типа, не целовались, а духовные силы восполняли, или типа того. Тьфу, противно. Впрочем, подобные мысли ни коим образом не мешали ему готовить. То ли Се Лянь в последнее время обленился, то ли ещё чего, но он не только плюнул на родного папашу Гуцзы и на самого мальчишку, хотя до этого так хотел вытащить ненавистного родственничка из его тела, что аж кушать не мог, но и плавненько перекинул заботу о пропитании всех живущих в монастыре на его плечи. А Ци Жун и не против. Чем дальше Его охуевшее в край Высочество царственный брат будет находиться от продуктов, тем лучше. Внемли он уговорам Хуа- сейчас в обмороке был бы не только Черновод. Он уже замариновал утиную тушку, и теперь оставалось только её запечь, а после поделить аж между семью персонами. Се Лянь же такой добренький и правильный, когда дело не касается его младшего брата и всего, что с ним связано, разумеется, он пригласит внезапно объявившихся гостей на ужин. Только вот сегодня к ним припёрлось чёрное Бедствие, а о его прожорливости каких только сказок не сочиняют. И причём. Всё правда. Лазурного демона даже попрекали тем, что он завидует повелителю Чёрных вод, и именно из-за этого жрёт людей в немереных количествах. Только вот, у Ци Жуна дома куча мёртвых детей, которых тоже нужно кормить, а Черновод жрёт в одну харю. Ну, и рыбов своих с драконами кормит. Этого тупые людишки почему-то не учитывают, предпочитая верить сплетням, которые старательно распускает Собиратель цветов под кровавым дождём. То, что он сам ранее принадлежал к "тупым людишкам" лазурный демон старался не думать. Тем более, сейчас он вообще ни то ни сё. Из духовки запахло жареным, отчего Черновод моментально переехал в обморок прямо из обморока. Наверное, тяжело жить с постоянным чувством голода. Впрочем, ему это мало интересно. Ещё бы лепёшек сделать... -Братюнь, кинь масло. ДА НЕ В МЕНЯ!!! -Ваше Высочество, как вы...- Циньсюань выразительно кивнул в сторону разоравшегося демона, который был вынужден присесть, чтобы бутылка растительного масла не угодила ему в голову.- Ну, с этим... уживаетесь? Се Лянь, которого застал врасплох вопрос Повелителя ветров, пожал плечами. -Вполне неплохо. Он как-то не задумывался о том, как им с кузеном живётся под одной крышей, только отметил, что получив свободу, лазурный демон угомонился и перестал блажить по поводу и без, да вести себя стал относительно дружелюбно. Почти как в детстве. Почти... Главное- дома тише стало. Ци Жун скорчил недовольную рожу, но промолчал. Нравится братику поднимать самооценку за его счёт- и хрен с ним. Пускай тешит себя иллюзиями о праведности и благородстве. Наверное, в такие моменты он кажется себе очень важным. Удивительно, что вокруг столько желающих ему поддакивать. Мысленно обложив Се Ляня, Хуа Чэна и излишне восторженную Повелительницу ветров самыми изощрёнными ругательствами, которые только знал, он замесил тесто, и накрыл его полотенцем, чтобы немного поднялось. Как раз, когда закончит, и утка приготовится, главное Черновода в последнюю очередь накормить, а то вместо весёлого ужина всех будет ждать грустное отпаивание лечебным чаем без ничего. -Ты вообще в курсе, кого сюда принесло?- спросил он Се Ляня, когда Гуцзы, очарованный жизнерадостной небесной сестричкой, упросил её выйти на улицу, чтобы что-то показать, а та незамедлительно поволокла за собой Мин-сюна. -Конечно.- небожитель, казалось, не совсем понимал, чего от него хотят, и вообще выглядел ужасно рассеянным. Настолько, что не стал спорить, когда ему в руки сунули нож и потребовали нарезать овощи, желательно без дополнительных ингредиентов в виде отрезанных пальцев.- Это Повелитель ветра Ши Циньсюань и Повелитель земли Мин И. Слух лазурного демона резанули слова "повелиТЕЛЬ ветров", но он решил обдумать это позже. Сейчас его беспокоило немного другое. -Значит, этот твой ничего тебе не сказал...- пробормотал он, обжаривая раскатанное тесто на сковороде. -Что? Что Мин И это Черновод? Да, я знаю. А ты как догадался? -Ну...- Ци Жун покосился на притихшего Собирателя цветов. Князь демонов сидел, откинувшись на стену и, казалось, дремал. Эмин, пользуясь тем, что хозяин на него не смотрит и, в случае чего, не стукнет, тихонько выпрыгнул из ножен и принялся кружить вокруг Се Ляня, мурлыкая, как котёнок, чтобы наследный принц обратил на него внимание и взял на ручки.- Вряд ли в этом мире есть ещё один унылый чел, который вечно ходит с лицом "а у нас будет что-то типа обЭда". Это если бы Му Цини и Фэн Синь притворялись кем-то другим и по привычке ссорились и закатывали глаза. Его Высочество вздрогнул, едва не попав себе ножом по пальцу. -Ты чего? -Ничего. Слушай, давай завтра про это поговорим? -Ну давай... -Сестричка, а нам правда можно будет навестить тебя на Небесах?- в монастырь вернулись Ши Циньсюань и приплясывающий от восторга Гуцзы. Следом мрачной тенью просочился недовольный Хэ Сюань.- И мне и папе? Мусорный гэгэ сказал, что людям туда нельзя, тебя не отругают? -Не отругают.- Повелитель ветров ласково погладил взбудораженного мальчика по голове, и подошёл к братьям.- Ваше Высочество, я хотел бы через пару дней пригласить вашего племянника и его... кхем, отца к себе в гости, вы не против? Брат сейчас занят подготовкой к своей Небесной каре, а Владыка отлучился по делам до конца недели, это не создаст совершенно никаких неудобств. Се Лянь моргнул и посмотрел на ребёнка, который присел рядом с Эмином и осторожно погладил его по эфесу, отчего клинок радостно задрожал- видимо, малыш ему понравился. "Племянник"?.. Он уже не один раз тыкал кузена носом в то, что раз уж тот взялся притворяться отцом Гуцзы, то должен вести себя подобающе, но ему ни разу не пришло в голову, что в таком случае, он приходится мальчику двоюродным дядей и ему тоже стоит вести себя подобающе, а не так, как сейчас. Тем более, что Ци Жун действительно старается заботиться о своём подобранном ребёнке, хотя, по мнению принца, выходит это у него так себе. -Хорошо.- вздохнул он, про себя содрогнувшись от мыслей о том, что его бедовый братец может учудить в Небесной столице.- Когда я соберусь на Небеса, мы вас обязательно навестим. -Я тебя умоляю- МОЛЧИ.- прошипел он, с силой потянув начавшего раскрывать рот братца за ухо.-Я делаю это только ради Гуцзы, понял? -Да ты чо, а я подумал, что ты перед ней выслужиться хочешь. -Я тебя сейчас ударю. -Ух ты, даже предупредил! Прям настоящее божество- доброе, а главное справедливое! Сейчас начнёшь, или подождёшь, пока эта ветреная девчонка свалит? Небожитель поперхнулся воздухом. -У тебя лепёшка подгорает.- пробормотал он, снова возвращаясь к нарезке овощей. -Тьфу ты! Всё из-за тебя! Наконец все уселись за стол. Циньсюань завёл разговор с Ци Жуном, который принялся вспоминать, как тоже однажды встретил божка-пустослова, но, в отличие от родителей небесной девки не стал слушать, чего он там бормочет, а просто привязал докучливого призрака к какому-то дереву за хвост тройным морским узлом на бантик и ушёл, а Мин И сразу повеселел и уткнулся носом в тарелку, потеряв интерес к происходящему. Даже Хуа Чэн оживился, и нехотя принялся ковыряться в тарелке, всем своим видом показывая, что стряпня чёртова зелёного гоблина ему не по нраву и вообще у гэгэ лучше. Сам Его Высочество наследный принц общего веселья почему-то не разделял, захандрив на ровном месте- то ли из-за воспоминаний о днях, когда тоже был вынужден проводить время в обществе божка-пустослова, то ли из-за внезапного осознания собственной моральной незрелости.