Часть 4 Главное блюдо деревни Водных каштанов

Во дворике монастыря весело летали плотницкие инструменты. Собственно, на этом можно было бы и закончить, если бы инициаторы строительных работ не сидели сейчас на крыше монастыря, наблюдая, как перед ними увлечённо махаются два небесных генерала. И если Хуа Чэн, временно оставшийся без своей сабли (он оставил Эмина в Доме блаженств, в наказание за то, что непослушный артефакт лез к гэгэ, пока его хозяин спал), прикидывал, как лучше объяснить Се Ляню, почему в его дворе лежат два трупа, то Ци Жун сохранял поразительные для столь нервного и импульсивного демона спокойствие и пофигизм. Во-первых, он этих припадочных с детства знает, для них такое поведение абсолютно нормально, а во-вторых, его маленькие прислужники порой выдавали такое же, если не хлеще. И казалось бы- ну дерутся и дерутся, чем бы дети ни тешились, как говорится, да только инструменты эта парочка петушар отдавать не собирается, а дело стоИт, и до возвращения Се Ляня времени всё меньше и меньше. Всё потому, что лазурный демон развёл Собирателя цветов под кровавым дождём на ремонт крыши. Чудом, не иначе. У паршивого пса очень избирательный слух, он реагирует только на команды Се Ляня, так что, в обычной ситуации все претензии тупого зелёного гоблина остались бы без внимания, но в дело, как обычно, вмешался случай. Хуа Чэн снова явился в монастырь без предупреждения, в крайне прескверном настроении зато без потёков подводки на морде, и хотел в очередной раз набить Ци Жуну лицо, но вместо того чтобы молча треснуть его между глаз, огрызнулся на брошенную язвительную фразу, а потом пошло-поехало. В конце концов у красного демона кончились аргументы, и он выдал свою коронную фразу про то, что он самый преданный, искренний и единственный верующий бога Сяньлэ, а все остальные- пыль под ногами, на что лазурный демон, которого уже малость подзатрахало слушать одно и то же (как будто других слов не знает) устало вздохнул: -Хуа Чэнжу, твоё самомнение скоро сделает нам в крыше прямую линию связи с Небесной столицей. Собиратель цветов надулся, а потом посмотрел на потолок, словно его самомнение уже начало упираться в ветхую крышу, которая от времени превратилась в крупное решето, и покачал головой. -Да серьёзно?.. Чёрт, я забыл... Откровенно говоря, он даже не подумал о том, что кроме двери стоит починить что-то ещё, а стоило бы, Его Высочеству наверняка будет приятно, а ему самому накинет больше очков симпатии, что приблизит его план по охмурению своего драгоценного божества ещё на немного ближе к финальной стадии с тремя поклонами и прочим. Лан Ин, который в это время размышлял, стоит ли ему падать в обморок от страха, или просто можно выйти за дверь и вернуться когда эти чокнутые взрослые перестанут кричать, быстро смекнул, что щас что-то будет, и оперативно уволок Гуцзы (разумеется, с разрешения Ци Жуна, которому самому не хотелось, чтобы эта любопытная мелочь лезла под руку) погулять, пока его не припахали к ремонту. К тому же, Хуа Чэн внушал ему ужас одним своим видом, в отличие от Ци Жуна, который, хоть и бранился как не в себя, ни разу не сделал демонёнку ничего дурного, в отличие от высоченного страшного одноглазого мужика. Едва за детьми захлопнулась дверь, красный демон снова бросил взгляд на дыры в крыше и вздохнул- на этот раз с какой-то обречённой тоской- а потом бросил на пол игральные кости и исчез. Вернулся он через десять минут, с ящиком гвоздей и молотков и в сопровождении Инь Юя, который героически тащил на себе охапку крепких досок. Лазурный демон даже сперва не поверил своему счастью- самого Се Ляня прохудившаяся крыша совершенно не беспокоила (логично, ведь в его углу кровля целая) и он даже не задумывался о том, что уже через пару недель начнутся дожди- и радовался ровно до того момента, пока ему не вручили лестницу и не заставили лезть на крышу чтобы помочь заменить старые сгнившие доски на новые нормальные. -В твоих интересах- принести хоть какую-то пользу.- грозно рыкнул на начавшего было возмущаться Ци Жуна одноглазый пёс.- Видит Небо, я бы с огромным удовольствием рассеял твою жалкую душонку и забрал Се Ляня к себе, а это убожество сравнял с землёй! Ци Жун непонимающе вздёрнул бровь. -Так а что мешает? Хочешь снести эту халупу- вперёд и с песней. А Се Ляню скажем, что ты чихнул. -Я те щас... -Да молчу я, молчу... В принципе, он был не особо против, что его припахали к починке крыши, даже с учётом того, что высказано предложение о помощи было в стиле Хуа-Хуа а сам он плотничать не умеет, он больше по умственному труду, ему выгодно, чтобы тупая псина по своей инициативе занялась строительными работами, а то пока ещё от братца дождёшься. Се Лянь с благодарностью (на взгляд младшего- с излишней) принимал все ухаживания Непревзойдённого, но требовать от него чего-то самостоятельно не хотел, уверенный, что и сам прекрасно справляется. Ага. Прекрасно, прям пиздец. То-то в доме чистота, красота, в шкафах полно еды, а в щели в стенах не задувает ветер. Это, если что, сарказм. Хоть с профессиональными содержанками его знакомь, может, наконец выучится просить помощи словами через рот. Мирно плавая в своих мыслях и краем глаза наблюдая за тем, что делает усевшаяся под одним из клёнов мелочь (кажется, воздушного змея или типа того), лазурный демон совершенно не обращал внимания на своего мерзкого сородича, и спокойненько орудовал гвоздодёром, мурлыкая под нос песенку. Зато Хуа Чэн принялся страдать. Он вспомнил, как вчера вечером Хэ Сюань отказался слушать его жалобы по поводу того, что его Высочество наследный принц до сих пор его морозит (хотя он возлагал большие надежды на праздник Середины осени, считая, что его без сомнений умный гэгэ обязательно поймёт кто зажёг для него столько фонариков, и обязательно его полюбит хотя бы на капельку больше), и как он разозлился на свою ранее безотказную жилетку для нытья, накинув чёрному демону грабительские проценты долга, хотя Черноводу это уже сколько веков как мёртвому припарки, разнёс свой кабинет, и уволил попавшего под горячую руку Инь Юя. Правда, потом быстро пришёл в себя и вернул воспрявшего было духом подчинённого обратно, отчего бедняга, кажется, расстроился. Какое-то время он молча пережёвывал своих внутренних тараканов, а потом вспомнил, что прямо сейчас рядом с ним сидит тот, кто знает его гэгэ так же хорошо, как он сам, если не лучше. -Насколько хорошо ты знаешь Се Ляня?- спросил он, когда они наконец закончили снимать испорченные доски и присели передохнуть- несмотря на то, что время близилось к ужину, на улице было жарко и безветренно, да и час возиться с занозистыми деревяшками надоест кому угодно. -Уж явно лучше тебя.- Ци Жун хрустнул пальцами и вытер вспотевший лоб.- Солнце светит, негры пашут, вот такая доля наша... Эй, хозяин, мне б на волю... -Обойдёшься. Радуйся, что я всё ещё не свернул тебе шею. -Я радуюсь... -Как-то плохо ты радуешься. -Я радуюсь про себя. Чё хотел? Хуа Чэн глубоко вздохнул, набираясь храбрости. Говорить на столь тонкую тему с кем-то кроме статуй Се Ляня и Черновода он не умел, и для него было реально тяжело объяснить свои возвышенные чувства к возлюбленному божеству кому-то столь тупому и нечуткому как Лазурный Фонарь в ночи. -Вот скажи, почему он до сих пор меня игнорирует?- страдальчески воскликнул он, вздымая к небу руки с молотком и гвоздями.- Я всё делаю для него, а он говорит, что мы замечательные друзья! Ци Жун потянулся, хрустнув спиной, и отполз повыше, чтобы случайно не упасть и не сломать себе что-нибудь принципиально важное. Похоже, внутренние переживания псины Хуа достигли того предела, когда он был готов ради своей одержимой любви переступить через гордость и принципы, надо же. Нет, он, конечно, слышал о том, больной головой Собиратель цветов без ума от его тупого братца, но чтобы прям так... А откажешься говорить- тебя с крыши спустят пинком под жопу, и скажут, что так и было. -Да потому,- он даже по лбу себя постучал для наглядности.- что мой брат капельку совсем тупой. Рискни ты и скажи ему напрямую что-нибудь вроде, "гэгэ, хочешь, сосну в храме?"- он будет долго тупить, зачем ему в сосна храме, и вообще вокруг клёны растут. Хуа Чэн незамедлительно занёс руку для удара. -Се Лянь не тупой!- рявкнул он, моментально свирепея. -Не ори.- лазурный демон изловчился и перехватил его руку, сжав запястье одноглазой истерички вспыхнувшей призрачным пламенем ладонью, отчего псина ойкнула и принялась трясти обожжённой конечностью.- Ладно, не тупой. Но от реальности оторванный. Всегда так было. И при жизни и после вознесения. Он намёков вообще не понимает. -И что мне делать? -Ты меня спрашиваешь? С каких пор я стал твоим личным исповедником? В таком случае, с тебя пять тыщ. ОпАчКи... Пока Хуа Чэн переваривал сказанное лазурной тварью, Ци Жун приложил ладонь к глазам, чтобы лучше рассмотреть входящих во двор монастыря молодых людей, чья аура переливалась ослепительным божественным светом. Сперва у него ещё были сомнения на их счёт, но потом тот, кто был в светлых одеждах, что-то сказал своему товарищу в тёмных одеждах, тот в ответ закатил глаза, а потом они одновременно заехали друг другу в челюсть, отчего Лан Ин мигом всполошился и, схватив Гуцзы в охапку, поспешил спрятаться в доме. Князь демонов согнул пальцы в выразительный и очень неприличный жест. Эти два ублюдка могли попытаться надеть на себя личину, но вытравить из себя ненависть друг к другу и привычку пиздиться в любой ситуации, которую они пронесли через всё бессмертие, не так-то просто. -Опять они...- Хуа Чэн раздражённо поморщился.- Как же бесят! А самое дерьмо- я ничего не могу им сделать! -Ну да, гэгэ же обидится... Пригнись! Над их головами пролетел рубанок. -Они что, реально всегда такие? Как Се Лянь их до сих пор терпит? -Просто смирился. Если эта пара одноклеточных хотя бы раз за полчаса не подерётся, они сдохнут в страшных муках. На что хочешь спорю, когда они друг друга впервые увидели, у них обоих на лбу выступила надпись "НАКОНЕЦ ДОСТОЙНЫЙ ПРОТИВНИК!" *** Его Высочество наследный принц был выжат как лимон. После собрания он зачем-то пошёл во Дворец литературы, где его мигом нашла Линвэнь и вежливо но настойчиво вручила несколько свитков с отчётами по делу о Баньюэ и призраке жениха (которые небожитель, занятый домашними проблемами, написал кое-как и от балды), велев переписать их по форме и дополнив подробностями, и мысли о том, что ему весь вечер придётся просидеть над бумагами, вгоняли его в тоску. Возможно, он ужасно обленился, но как бы хорошо было просто спокойно поужинать, слушая щебет Гуцзы о том, что интересного он увидел за день, и поесть чего-нибудь вкусного, Ци Жун ведь наверняка приготовит, ещё отругает его за то, что царственный брат опять свинтил хрен знает куда с утра пораньше и даже записки не оставил, а если Сань Лан придёт (и не попытается избить кузена) то вообще будет замечательно. В общем... В общем, он долго не мог подобрать слов к тому, что увидел, когда поднялся на гору к монастырю Водных каштанов. Фэн Синь и Му Цин, в облике Фу Яо и Нань Фэна, катались по земле, увлечённо разбивая друг другу лица. Вокруг валялись гвозди, стамески, ножовки и ещё какие-то вещи для ремонта, на земле рядом с домиком валялись старые доски, а на крыше, как куры на насесте, восседали Непревзойдённое и почти Непревзойдённое Бедствия и с интересом наблюдали драку богов войны. Обогнув дерущихся друзей по широкой дуге, принц зашёл в дом. -Что случилось?- спросил он у жмущихся в уголке детей. -Папа и красный гэгэ чинили крышу, а потом пришли злые дяди и начали кричать и драться.- дрожащим голоском пролепетал Гуцзы, чья мордашка покраснела от слёз.- Мусорный гэгэ, пожалуйста, прогони их, я боюсь... Лан Ин, который тоже дрожал от страха, энергично закивал. Вздохнув, Се Лянь положил свитки на стол, и присел рядом с детьми. -Ну что вы, хорошие мои.- он погладил ребёнка и демонёнка по волосам.- Не бойтесь. Эти дяди не злые, просто вспыльчивые. Сейчас я их угомоню. Он снова вышел во двор, но вместо того, чтобы растащить валяющихся в пыли генералов Наньяна и Сюаньчжэня по разным углам, тоже залез на крышу. До этого он ни разу не видел, чтобы Сань Лан и Ци Жун хоть как-то мирно взаимодействовали, и ему было интересно посмотреть. А Фэн Синь и Му Цин скоро устанут и успокоятся. -В моём детстве к чаю было три вещи.- рассказывал Ци Жун, ковыряя гвоздём дырку в штанине.- Первое, это нихуяшечки- и если ты не понял, это не название конфет. Второй вариант это ореховые шарики в карамели. Сейчас они стали вкуснее, так как у них в принципе появился вкус, потому что восемьсот лет назад они были как сосать камень, понимаешь? Чё-то во рту мельтешит, и ты не понимаешь- то ли конфета не растворилась, то ли зуб сломался. И третье, как мне кажется, самое бесчеловечное, это те всратые ириски для поднятия уровня железа в крови. Хуа Чэн понимающе закатил глаз. -Оооо... -Если что, туда добавляли сгущённую кровь крупного рогатого скота. Ты вообще можешь себе представить, чтобы живые дети дрались за кровавые конфеты?.. А потом ели кровавые конфеты?.. Собиратель цветов неопределённо кашлянул, поневоле вспомнив своё детство, и решил не комментировать. Живые- не живые, а вот мелкая шушера, которая прислуживала лазурной бестолочи, действительно любила драться за конфеты. К тому же, он увидел, что к ним поднимается Се Лянь и мигом потерял интерес к разговору. -Гэгэ! -Здравствуй, Сань Лан.- Се Лянь смущённо улыбнулся.- Ты решил починить крышу? Хуа Чэн незамедлительно надулся от осознания собственной важности и принялся многословно рассказывать, что всё именно так и есть. -А, то есть, я, по-твоему, здесь для прикола торчу...- поспешил обидеться Ци Жун, которого приветствием не удостоили.- Ясссно... Наследный принц умело проигнорировал его возмущение, и спросил: -Неужели вы умеете общаться как нормальные лю... демоны? -Ты не поверишь, но мы даже иногда проводим время втроём.- презрительно скривился Хуа Чэн.- Обычно, когда это ничтожество приходит без приглашения. -Ого. А зачем? -Чтобы всем вместе сидеть, тупить и чувствовать себя старыми, понимаешь?- отозвался Ци Жун, у которого, едва царственный брат залез к ним, моментально испортилось настроение, и он резко вспомнил о том, что пока он здесь торчит, его дешёвый сын трясётся от страха.- Нам всем уже немножечко за восемьсот, столько вообще не живут! Надувшись, он спрыгнул вниз прямо через дыру в крыше, эпично приземлившись прямо на мешок с барахлом, которое Се Лянь, как обычно припёр со здешней помойки. -Ой бляяя... Мой позвоночник... Судя по ощущениям, в мешке было что-то очень твёрдое и острое. Мысленно ругнувшись, князь демонов пнул мешок, отчего тот развязался, и из него выкатилось несколько потрескавшихся от времени цветочных горшков. Ну и к чему это? Се Лянь тут цветочки на свою могилку решил разводить? В доме и так тесно, а он всё носит и носит... Хэ Сюань как-то дал ему медицинский справочник, чтобы бесявый щенок (несмотря на то, что он умер позже остальных Бедствий, Карась всё равно упрямо считал себя старше и опытней двух неуравновешенных малолеток) хоть полчаса посидел спокойно, и оттуда Ци Жун вычитал про душевную болезнь, которая связана с накопительством разного бесполезного барахла, и название которой он при всём желании не смог бы выговорить. Может, у его братца и впрямь крыша поехала? Ну не мог же он просто по привычке подрабатывать сборщиком мусора, он же снова божество, ему должны зарплату выдавать! Хоть какую-то... Или она вся уходит на то, чтобы восстановить то, что он раздолбал в Небесной столице? В таком случае, почему Му Цин и Фэн Синь своё бабло исправно получают? От них ущерба больше. Странно, если не сказать, подозрительно. Увидев, как его отец падает головой вниз прямо на огромный мешок мусорного гэгэ (без шуток, это подобие парашюта из грубой и залатанной в нескольких местах мешковины внушало мальчику смутный ужас), Гуцзы сперва жутко испугался, но поняв, что с родителем всё в порядке, немного успокоился, а угнездившись у него на ручках, повеселел окончательно. Правда, его всё ещё нервировали звуки с улицы (судя по всему, те странные взрослые нашли спрятанные за поленницей метлу и лопату и начали драться уже ими), но рядом с папой он чувствовал себя в безопасности. Мусорный гэгэ, конечно, всё ещё порывался говорить про него всякие гадости, но малыш давно перестал его слушать, считая, что странный монах просто завидует. -Папа, почему мусорный гэгэ не прогнал этих злых людей?- спросил он, покрепче прижимаясь к отцу. -А? А... Мой тупой брат считает их своими друзьями, так что ему срать, что они там делают. Не обращай внимания, им скоро надоест. Зачем вообще сюда припёрлись... Дверь содрогнулась от удара такой силы, что с потолка посыпалась солома и трупики каких-то жучков. -Так, ну это уже ни в какие ворота... Э БЛЯ! А НУ ПОШЛИ ВОН ОТСЕДОВА!! Под укоризненные причитания Се Ляня, который всё ещё сидел на крыше, лазурный демон, вместе с ребёнком, выскочил из дома, едва не запнувшись о разлёгшегося на крыльце Фэн Синя, чья физиономия напоминала помятый помидор. -Вам что, делать нечего?!- заорал он, от души пнув тупого слугу наследного принца куда-то в печень.- Нашли место! Пиздуйте к себе и там деритесь! Твою ж мать! Се Лянь, ты ничё сделать не хочешь, не? Или ты тоже теперь великий слепо-глухо-немой? Предложи им в слова поиграть, что ли... Очевидно, до братца наконец дошло, что ещё чуть-чуть, и они будут жить под открытым небом, и он поспешно спрыгнул на землю и завёл с Му Цином разговор. Раздражённо сплюнув в траву, Ци Жун вернулся в дом и, спустив сына на пол, полез под стол. Жрать уже охота, и мелких тоже пора кормить. Под агрессивный стук молотка (похоже, Се Лянь наконец призвал чёртовых божков к порядку и заставил их заниматься общественно-полезными работами), лазурный демон задумчиво разглядывал корзинку с водяными каштанами, которую с утра принесла одна из местных девушек. Смешно, но иногда у них дома даже хлеба не было, а этого добра всегда хватало с избытком- всё-таки, местный продукт. Только морочиться сегодня как-то неохота. И так с крышей заебался. Может, пожарить чего-нибудь? Хотя, суп тоже неплохо бы, давно не ели... с тех пор, как царственный брат своё убойное жужево сварил и на них с псиной протестировал. Жесть, аж вспоминать стрёмно. Когда Се Лянь наконец закончил помогать Хуа Чэну чинить крышу и заставил своих друзей прибраться во дворе, разложив раскиданные вещи по местам и проследив, чтобы они оба вернулись на Небеса (нехуй тут, пусть свои дворцы разносят), он уже закончил нарезать ингредиенты для жаркого и разогревал сковородку. Увидев, что в дверях монастыря появился Его наглое Высочество с маньячащим за спиной Собирателем цветов под кровавым дождём, который имел ужасно кислый вид- вероятно, он снова рассчитывал на то, что гэгэ порадует его очередной тарелочкой отравы- Ци Жун ощутил, что у него начинают ныть виски. Да блять... Мало он провёл в обществе этого угашенного, ещё надо?! Он вообще-то не планировал его кормить. Кому вообще понравится вечно недовольный придирчивый гость, который всячески показывает что ему не нравится твоя стряпня но, тем не менее, исправно жрёт? Черновод намного более благодарный едок, по сравнению с Хуа Чэном, он хоть и жрёт как не в себя, зато всегда доволен и спасибо говорит. Увидев, что его непутёвый братец уже стоит у плиты и что-то жарит, Се Лянь поспешно направился к нему и с интересом сунул нос в сковородку. -Что готовишь? -Не твоё дело.- Ци Жун незамедлительно треснул старшего по носу лопаткой для жарки. Вы гляньте- раньше выносил ему мозги тем, что у него в логове бардак и антисанитария (которую, вообще-то, развёл его любезный Сань Ланушка, до него всё было чисто и красиво), а сам ни руки ни рожу не помыл, и в еду лезет. Даже его демонята так себя не вели. Уж на что мозгов не было, а понимали, что с немытыми лапками их за стол не пустят, только они дети, а тут- взрослый вроде как обученный манерам и этикету лоб. Тьфу!- Пиздуй умойся, чучело. Се Лянь не обиделся, и потопал к тазику для умывания. Сань Лан, конечно, был недоволен тем, что Его Высочество стал непозволительно много позволять своему кузену, но самого небожителя всё устраивало. Сейчас он хотя бы мог уделять побольше времени собственным делам и работе. Чёрт, свитки... Хуа Чэн с недовольным видом ковырялся в тарелке, пытаясь разглядеть в месиве из овощей намёк на мясо. Мало ли... -Это что?- спросил он, подцепив кусочек чего-то белого. -Водяной каштан.- Ци Жун изо всех сил сдерживал раздражение, хотя больше всего на свете ему хотелось вставить паршивому псу в глаз палочку для еды. -А это?- красный демон ткнул палочками в кусочек чего-то чёрного. -Грибы. -А это? -Тебе что, справочник по садоводству пересказывать? Ешь что дают, и не выёбывайся. Непревзойдённый брезгливо поморщился и демонстративно отодвинул тарелку подальше от себя. -Отвратительно. Лазурный демон почувствовал, что ещё чуть-чуть, и он вспыхнет прямо за столом. -Слушай, не нравится- не ешь!- рыкнул он, изо всех сил стискивая кулаки, чтобы не сорваться и не напугать Гуцзы, хватит с него уже стресса за сегодня.- Иди к себе, и там жри чё хочешь, тут тебе не ресторан! Се Лянь тоже начал сердиться. Непонятно почему, но в последнее время Сань Лан начал вести себя всё хуже и хуже, когда как Ци Жун начал наоборот исправлять своё поведение. Видимо, вселенная не терпит пустоты. Только вот ему столь некрасивые перемены в своём друге совсем не нравятся. Что на него нашло? -Сань Лан!- он потёр точку между бровей.- Перестань! Что за капризы? Вкусно же. Одноглазый демон поспешно вернул тарелку на место, и даже съел пару кусков. -Гэгэ, мне кажется, эта тварь слишком много себе позволяет...- начал он, кивая на лазурного демона, который что-то негромко говорил Гуцзы, вытирая устряпавшемуся в подливке мальчику рот краем рукава. Не, ну серьёзно! Он же доходчиво объяснил Се Ляню, что представляет из себя его тупой кузен, и тот даже сначала его слушал, но потом его драгоценное божество с какой-то радости принялся доверять этому чокнутому ублюдку, настолько, что даже ест еду, приготовленную его руками. А если Ци Жун решит его отравить?! В своём праведном возмущении он как-то упустил то, что сам ни разу не попытался приготовить что-нибудь для наследного принца, или сделать ещё что-то полезное по хозяйству, кроме починки крыши и новой двери- только посуду один раз за всеми помыл. А чёртово лазурное ничтожество и жрать на постоянке готовит, и прибирается, и за детьми смотреть успевает, странно, что жалованье за свои услуги няньки, кухарки и домработницы не требует. -А мне кажется, мы нормально распределили обязанности.- пожал плечами Его Высочество, которому были непонятны терзания князя демонов.- Я работаю, Ци Жун готовит... -...ты- не ебёшь никому мозги!- закончил за него лазурный демон.