Часть 5 Домашняя лапша для грустного дождливого вечера

На деревенском рынке было непривычно шумно. Причиной этого был молодой мужчина в потрёпанных зелёных одеждах, который цепко держал за воротник одного из жителей деревни, а его зелёные глаза полыхали недобрым огнём. Невдалеке стояли ещё двое: молодой монах в белых одеждах и соломенной доули за спиной, и маленький мальчик, очень похожий на разбушевавшегося мужчину, испуганно жмущийся к ноге человека в белом. -Даочжан Се...- монаха робко тронули за плечо.- Вы не хотите угомонить своего брата? Он же его так задушит. -О, не волнуйтесь.- лицо Се Ляня было совершенно безмятежным, словно озёрная гладь в погожий денёк.- Ци Жун меру знает. Небожителю сперва не понравилось предложение младшего взять его с собой на рынок (он всерьёз беспокоился за жизнь торговца картошкой, Ци Жун ведь ужасно вспыльчивый, а его принципиальность в некоторых вопросах затмевает самых упёртых чиновников Средних небес), и он согласился на это только после того, как кузен клятвенно заверил его, что не будет трогать беднягу, но потом его беспокойство улетучилось. Конечно, Гуцзы, которого наследный принц собирался взять с собой чтобы заставить нести покупки вывести погулять, очень послушный мальчик, но дети легко теряются в толпе, а так он будет под присмотром. К тому же, так у них появится ещё пара рук. Сплошная выгода. Принимать какие-либо меры и спасать несчастного мужчину от агрессивного демона он не собирался. Его он уже не раз видел в деревне, и знал, что он является не самым хорошим человеком. В частности, он отвратительно относился к женщинам, и был искренне уверен, что более глупых созданий этот свет ещё не видел. Он был вдовцом и у него была взрослая дочь, которая, вместо того, чтобы благополучно выйти замуж и строить собственную семью, была вынуждена жить с отцом на правах прислуги. В деревне все об этом знали, и очень жалели бедную девушку, но не лезли к соседу из-за его крутого нрава. Се Лянь уже не первый раз видел, как он обращается со своим ребёнком, и даже пытался что-то сделать, но разговоры ничего не дали, а затевать драку небожитель не хотел, поэтому просто молча расстраивался. Зато Ци Жун не расстраивался и не молчал, молчать это вообще не про него. Впервые став свидетелем, как здоровый и крепкий дядька кричит на забитую несчастную девушку, утверждая, что он уже слишком немощен и слаб, чтобы самому таскать тяжёлые корзины с рисом (и вообще выходить со всеми работать в поле), лазурный демон, который тогда ещё был связан Жое, разговорился с бедняжкой- царственный братец тогда как раз вышвырнул его подышать воздухом во двор, понадеявшись, что кузен отвлечётся на птичек и хоть ненадолго заткнётся- и выведал у неё про все семейные проблемы. Се Лянь как раз застал конец их разговора, а именно обрывок фразы, сказанной кузеном: "и батю своего тоже приводи, этот князь демонов ему чапалах даст". Тогда он отругал младшего, запретив ему разговаривать с прихожанами и обещать им всякую фигню, но познакомившись с отцом девушки поближе, решил что это довольно неплохая идея. Ему самому тоже временами хотелось ударить этого махрового женоненавистника, да только в таком случае тот ляжет и больше не встанет. Так что, он был совершенно не против того, что Ци Жун осуществит своё обещание и напугает непутёвого папашу до мокрых штанов. Ци Жун был в ярости. Нет, конечно, ему глубоко плевать на эту девчонку, но её папаша... Неуёмная энергия травмированного собственным отцом князя демонов наконец нашла выход. Ну в самом деле, это уже перебор. Царственный брат затирал ему, что люди здесь поголовно добрые и хорошие, а чё-то нихрена. -Ты что, в забое работаешь?- шипел он с милой улыбкой во все двадцать пять (давайте будем объективны) зубов, встряхивая свою жертву за воротник видавшей виды ватной куртки.- А? Камни на своём горбу таскаешь? Жертва лазурного Бедствия судорожно помотала головой- говорить она не могла из-за всепоглощающего ужаса, вызванного зловещим взглядом безумного родственника здешнего даочжана. Ци Жун хищно улыбнулся и ещё раз тряхнул крестьянина, который всё это время болтался в получжане над землёй, за грудки. -Нет?- спросил он, облизывая губы, словно уже примеривался к покусанию.- То есть, ты всё-таки, мужик? Или тебе яйца нужны для того, чтоб в штанах что-то болталось? Чё молчишь? Язык проглотил? Или ты только на тех кто слабее орать можешь? -Н…нееет…- пролепетал крестьянин. Его лицо покраснело, а на лбу вздулись жилки, словно он задыхался.- П… простите… -А ты не у меня прощения проси, ты у ребёнка своего прощения проси, чмо. Тут Се Лянь не на шутку обеспокоился. Ему совсем не хотелось, чтобы один из жителей его подшефной деревни умер от страха, даже если он такое вот… чмо. -Ци Жун, достаточно, я думаю, он уже всё понял, отпусти его пожалуйста.- поспешно воскликнул он, шагнув к кузену на случай, если тот его не послушает. Ци Жун брезгливо разжал пальцы, отчего мужчина плюхнулся на землю и, поскуливая от страха, кое-как поднялся и, пошатываясь, уковылял в толпу. Возможно, ему показалось, но дочь этого убожества, которая поспешила следом за своим папашей, перед тем как уйти, бросила на него благодарный взгляд. -Что?- фыркнул он, подходя к царственному брату, и приобнимая за плечико Гуцзы, который мигом отцепился от штанов мусорного гэгэ и вцепился в рукав отцовского ханьфу.- Я ещё что-то не так сделал? Наследный принц помотал головой. -Да пока ничего…- остальные люди, поняв, что даочжан Се не только не собирается ругать своего чокнутого родственничка, но и даже с ним солидарен, тоже разошлись по своим делам, и рынок снова наполнился привычными, хоть и немного приглушёнными звуками. Теперь обсуждений минимум на неделю хватит- тема с летающим горшком со взрывными солениями и небесным генералом, разгуливающим по крыше дома деревенского старосты, давно себя исчерпала, а драка двух небесных чиновников во дворе монастыря оказалась не такой интересной, чтобы её мусолить.- Побудешь с Гуцзы, пока я хожу за продуктами? -И опять купишь какое-нибудь дерьмо. -Ци Жун… -Ладно…- князь демонов раздражённо закатил глаза.- Список хоть не потеряй. Сынок, пошли отседова, этот план был провальный. Небожитель кротко вздохнул, и, поудобнее перехватив корзинку, направился к лотку с овощами. Случилось, не иначе как, чудо, и ему наконец-то выдали причитающееся жалованье. Точнее, ту его часть, которая осталась после вычета за ущерб, нанесённый имуществу Небесной столицы. То ли счетоводы Дворца литературы то-то пересчитали, то ли у Владыки Цзюнь У было хорошее настроение и он решил поощрить своего милого Сяньлэ (Ци Жун так часто употреблял словосочетание «милый Сяньлэ», когда между братьями заходил разговор о Небесном императоре, что у Его Высочества начали закрадываться какие-то смутные и тревожные подозрения), то ли виноват сам Ци Жун. А точнее- его недавняя инициатива. Се Лянь напрочь позабыл про всученные ему Владыкой Линвэнь свитки с забракованными отчётами и обещание привести непутёвого братца и его подобранного ребёнка в гости к Повелителю ветров. После сытного ужина (он даже не предполагал, что водные каштаны могут быть настолько вкусными, и схомячил аж две порции, а потом ещё и за Сань Ланом доел) он немного поиграл с Гуцзы, помыл посуду, и объявил отбой, без всяких угрызений совести плюхнувшись на свою циновку и заснув едва успев натянуть на себя одеяло. После того, как Сань Лан починил крышу, в доме стало гораздо теплей чем раньше, поэтому принц благополучно продрых где-то до трёх часов ночи. Разбудили его шум дождя и тихая (хоть и относительно цензурная) брань. Зевая, Его Высочество сел в постели и сонно уставился перед собой. Жое дремала, свернувшись на его подушке как маленькая белая змейка, дети мирно посапывали в уголке, а его непутёвый братец сидел за столом для подношений, в окружении призрачных зелёных огоньков, и что-то писал, время от времени сверяясь со свитками. Некоторое время Се Лянь пытался осознать происходящее, а потом наконец сообразил. Осознав, ЧТО это за свитки, его буквально подбросило над циновкой, и перепуганный небожитель ринулся спасать свои труды. Мало ли, что взбредёт Ци Жуну в голову, расхлёбывай потом… -Положи на место!- зашипел он, выхватывая у младшего отчёты. Ци Жун устало потёр глаза. -И тебе доброй ночи. -Это документы из Небесной столицы.- Се Лянь прижал скрученные в трубочку листы бумаги к груди со рвением матери, защищающей родного ребёнка.- Даже не смей тянуть к ним свои руки! Хочешь, чтобы я снова держал тебя на привязи? Чёрт, я только поверил, что ты всё-таки можешь вести себя нормально, а ты опять за своё! Что это?! Он гневно уставился на лежащую на столе стопку листов, исписанных почерком кузена, намереваясь продолжить свою уничижительную тираду, но так ничего и не сказал, а потом бросил документы на пол, и сел рядом с надувшимся демоном, принявшись перебирать его записи. Местами заляпанные тушью листы действительно содержали информацию из его отчётов, которые относились к делу о призраке жениха и происшествию с призраком нерождённого, но дополненную такими подробностями, о которых сам наследный принц даже не подозревал. -Что ты делаешь?- спросил он уже более дружелюбно. -Вношу правки в этот пиздец.- Ци Жун сердито потёр лоб, живописно размазав по нему тушь.- Теперь ясно, почему тебе зарплату не платят, я бы за такую халтуру тебе тоже денег не давал. Се Лянь внезапно ощутил что-то похожее на стыд. Конечно, Ци Жун ужасен и ненавидит его, но, несмотря на это, пытается о нём… заботиться?.. Да, разумеется, Сань Лан прав: Лазурный Фонарь блуждающий в ночи- отвратительное и кровожадное чудовище, которое не за что уважать. Но Ци Жун, его бестолковый кузен, на самом деле не такой уж и противный, даже с учётом того, что он демон. Жестокий и кровожадный. Который, тем не менее, всё ещё к нему привязан, пусть эта привязанность и выражается в столь извращённой форме. К тому же, красивый храм и три тысячи фонарей негасимого света это, конечно, чудесно, но вкусно кушать хочется каждый день. Небожитель непроизвольно коснулся цепочки с кольцом, которое подарил ему красный демон. А ведь Ци Жун сразу сообразил, что висит на его шее, в отличие от тех же Фэн Синя и Му Цина, предупредить царственного брата пытался… как и другие божества в Небесной столице. Только от них он отмахнулся вежливо, а младшему на ровном месте нагрубил. -Спасибо.- пробормотал он, отводя глаза. -Спасибу твою на хлеб не положишь. Иди завтра за получкой, чё хошь делай, хоть на коленках перед Цзюнь У ползай. Небось сжалится над своим милым Сяньлэ. *** Его Высочество наследный принц трижды оббежал весь рынок в поисках ЕДИНСТВЕННОГО МАТЬ ЕГО демона в толпе, но так никого и не нашёл, и уже начал было ругать себя за непредусмотрительность- ну РАЗУМЕЕТСЯ Ци Жун воспользовался моментом и сбежал, наверняка бросив Гуцзы где-то среди торговых рядов, зачем ему лишняя обуза, а если всё-таки прихватил мальчика с собой, то бедняжка (и он был твёрдо в этом уверен) проживёт ровно до того момента, когда лазурное Бедствие хорошенько проголодается, ну не мог же он просто сдуру ляпнуть, что съест Гуцзы, правильно, наверняка у него свои виды на ребёнка, и ему быстро надоест играть в папу и сына- а потом зацепился взглядом за стайку деревенских детей, сидящих в теньке под деревьями, среди которых виднелась знакомая растрёпанная голова. Ци Жун сидел на поваленном дереве, в окружении мальчишек и девчонок, которых, казалось, совершенно не пугало присутствие самого Лазурного Фонаря в ночи- возмущённый тем, что к нему относятся со столь вопиющей непочтительностью, почти Непревзойдённый сообщал о своём статусе чуть ли не каждому встречному (впрочем, деревенские уже запомнили, что брат даочжана Се давно и прочно болен головой, и не обращали на его вопли никакого внимания), держа на коленях Гуцзы, что-то рассказывал, и выглядел совершенно довольным. Остальные дети тихими мышками сидели вокруг. Донельзя удивлённый этим зрелищем, Се Лянь подошёл поближе. Он ещё раньше задавался вопросом, откуда в логове Лазурного Фонаря столько демонят- почти все слуги Ци Жуна были детьми и подростками, за исключением пары десятков взрослых демонов, осуществлявших то ли охрану, то ли отлов будущей еды для князя демонов. Возможно, это потому, что детьми проще помыкать. А возможно, и по иным причинам. -…белый властвует над Небесами, красный правит на земле, чёрному подвластны воды…- услышал он. Похоже, Ци Жун рассказывал какую-то сказку. -А зелёный?- спросил один из мальчишек. -О… У зелёного нет ни власти, ни несметных богатств, ни бесчисленных последователей. Но он обладает самым ценным сокровищем во всех трёх мирах. -Ух ты! Каким? Лазурный демон мягко улыбнулся, отчего Се Ляню захотелось протереть глаза, и положил ладонь на макушку сидящего у него на коленях Гуцзы, который, как и собравшаяся вокруг детвора, слушал с раскрытым от восхищения ротиком и горящими глазами. -Он владеет сердцем ребёнка.- коротко ответил он. Небожитель громко кашлянул. -Брат, пора домой. Ци Жун моргнул, выпав из своего умиротворённого состояния, и воззрился на царственного брата с недовольством. Вот ведь хмырь болотный, умеет припереться в самый неподходящий момент и испортить всё веселье! Он только во вкус вошёл. -Ну пошли.- проскрипел он, вставая и старательно демонстрируя вредному братцу своё скверное настроение.- ЫыЫыЫть, грыжа моя… -Братец,- один из деревенских паршивцев тоже вскочил на ноги, и доверительно схватил его за подол ханьфу.- А ты правда великий и могущественный демон? Лазурный демон незамедлительно продемонстрировал ему всю ширину и хищность своей ухмылки- под влиянием тёмной ци внешний вид его мясного костюма малость изменился в, как ему самому казалось, лучшую сторону, хотя Се Лянь находил эти перемены весьма печальными. -Пхе. А то! Пред моим могуществом меркнут даже эти жалкие Непревзойдённые убожества! Они просто завидуют тому, какой этот князь демонов замечательный, и распускают про меня грязные сплетни! Особенно этот ничтожный пёс Хуа Чэн! -А можно мы ещё придём послушать твои истории?- застенчиво спросила одна из девочек, которая была посмелее. -Конечно.- он благополучно пропустил убийственный взгляд Се Ляня, которым тот одарил разболтавшегося кузена.- Этот князь демонов знает мнооого историй… -Ты вообще головой думаешь, или только в неё ешь?!- возмутился наследный принц, едва они немного отошли от рынка, в качестве наказания впихнув младшему тяжеленную корзину с продуктами. -А ты?- незамедлительно отозвался Ци Жун, поудобнее перехватывая сидящего на другой его руке Гуцзы. -Хоть немного соображай, что несёшь!- Се Лянь правда не на шутку обеспокоился. Ладно, здешние крестьяне, они довольно невозмутимые, уже навидались всякого, но его не на шутку встревожило недавнее заявление Лан Цяньцю. Его бывший ученик всерьёз вознамерился отыскать лазурного демона, чтобы уничтожить его с концами, отомстив за свою семью и свой народ. Вдруг ему захочется нанести визит своему наставнику, чтобы уточнить какие-нибудь подробности, касающиеся бойни на пиру Чистого золота? Ци Жун же совершенно не следит за речью и мелет то, что думает, точнее, не думает, и что тогда?- Ты своей смерти ищешь?! Раз так, то может, мне стоит послушать Сань Лана и сдать тебя ему? Князь демонов воззрился на него со столь неприкрытой обидой, что небожитель посчитал своим долгом уточнить: -Цяньцю не успокоится, пока не отыщет тебя и не уничтожит, понимаешь? Хватит выпендриваться. -Оооооу, неужели Его Высочество царственный брат всё-таки беспокоится обо мне?- в зелёных глазах хищным пламенем сверкнул демонический огонь, но физиономия лазурного демона выдавала его с головой.- Вот это да! Записал бы, да руки заняты! Принц устало потёр точку между бровей. Будь он более смел и более к себе лоялен, признал бы, что младший брат ему всё-таки не безразличен, но, когда дело касалось Ци Жуна, он не отличался ни тем ни другим, поэтому промолчал. Зато Гуцзы незамедлительно скуксился. Он мало что запомнил из того, что происходило в пещере, потому что благополучно потерялся, пока искал отца, и нашёл его только потому, что его встретили слуги зелёного демона, и отвели куда надо, но некоторые вещи всё-таки врезались в память. Например то, что этот демон тоже очень боялся, почти как он сам, и как и он был ужасно растерян происходящим, в частности- появлением красивого дяди с огромным мечом за спиной, который сначала раскричался, потом заплакал, а потом он окончательно потерялся в разветвляющихся коридорах, и заревел уже сам- от страха и безысходности- после чего к нему прибежали две остроухих девочки в зелёных платьицах и со странными огоньками над головой- такими же, какими плюётся папа- вытерли ему слёзы, сунули в рот вкусный леденец и, схватив за руки, увели к отцу. А если этот дядя с мечом придёт и убьёт папу?! Он тогда останется совсем один! ААААААААААА!!!!! Паника-паника-паника!!! -Папа, пожалуйста, не умирай!- захныкал он, обнимая отца за шею.- Я не хочу жить с мусорным гэгэ! Се Лянь подавился воздухом. -А сейчас обидно было.- расстроился он.- Гуцзы, ну что ты… -А ну тихо!- незамедлительно вскинулся Ци Жун, которому совершенно не нравилось, что ему пищат прямо в ухо.- Никто ещё не помер! Се Лянь, ёптваю, фильтруй базар! До дома не мог дотерпеть, что ли?! -Я просто... -Каааак у тебя всё просто! Всю жизнь просто! «Просто»- это твой девиз! Просто то, просто это, просто решил, просто сделал, просто взял и спизданул, а нихуя всё не просто, прикинь?! Всё вообще сложно! Чё глазами хлопаешь, давай успокаивай теперь это отродье, сам виноват! Дядюшка хуев! *** К вечеру снова зарядил дождь. К тому времени хандра обитателей монастыря достигла своего пика: Гуцзы не на шутку перепугался за отца, и его настроение не смогла исправить даже Жое, Жое расстроилась оттого, что Гуцзы с ней не играет, Лан Ин расстроился за компанию, Се Лянь потому, что у Сань Лана были дела в Призрачном городе, и он не смог прийти к ним в гости, а у Ци Жуна после переезда в смертное тело скверное настроение практически всегда, особенно когда погода резко меняется. Его никто не предупреждал, что биологический папаша Гуцзы такой метеозависимый. Глядя как младший, привычно бухтя что-то недовольное, растягивает тесто для лапши, с таким лицом, словно прикидывает, хватает ли длины для того, чтобы перекинуть макароны через потолочную балку и на них повеситься, наследный принц внезапно подумал, что наверное стоит всё-таки перед ним извиниться хотя бы за вчера. В конце концов, если бы не Ци Жун, он бы до сих пор мучился с отчётами. Пока он размышлял, как лучше подступиться к кузену, чтобы не нарваться на очередную порцию возмущений, Ци Жун подошёл к нему. -Только попробуй уронить, и я оторву тебе голову.- предупредил он со сладкой и гадкой улыбочкой, вручая царственному брату один из концов длиннющей верёвки из теста.- Чего рожу кукурузишь? Подумаешь, немножечко увлёкся. Се Лянь моргнул. -Извини за сегодня.- сказал он, придерживая лапшу обеими руками.- Был неправ. -Эм… Ну ладно… Лазурный демон покрутил пальцем у виска. Он уже давно перестал фильтровать эмоции царственного брата. Се Ляня постоянно мотало от одной хуйни к другой, и ему порядком надело их разгадывать. В самом деле, он уже не знает, чего хочет! Сперва приставал к нему, пытаясь вытащить из уютной смертной тушки, прикрываясь заботой о молодом отце и его сыне, потом плюнула это дело, а теперь завёл по новой, оправдывая свой гадостный характер уже тем, что где-то там ходит-бродит паршивый щенок Цяньцю, который (ладно, это допустимо) жаждет его смерти, хотя он, вроде как, всё понятно объяснил, дальше что?.. Наконец он удовлетворился длиной лапши и поставил её вариться, а потом начал резать овощи для зажарки. Мяса тупой братец разумеется не купил, а жаль, было бы сытнее и вкуснее. Или он решил посадить всю семью на вегетарианскую диету? Не, то, что он спустя столько лет игнора взялся воспитывать непутёвого родственничка, который, по его мнению, пал на самое днище социальной ямы, это ладно. Не паршивого же пса Хуа наставлять на истинный путь, в конце-то концов, он, по мнению Се Ляня, идеален абсолютно во всём, а то, что не подстраивается под его идеальность, царственный брат мастерски игнорирует. Но детей-то чё бы не покормить? Животный белок нужен для роста и развития организма (привет медицинская энциклопедия Черновода, угу), и уж Гуцзы, как единственному обитателю этой халупы, который растёт и развивается, он необходим. Жаль, что Се Лянь этого не поймёт, даже если натыкать его носом в статью о пользе мяса, ему-то всё равно, что жрать, за восемьсот (точнее, шестьсот с чем-то) лет наверняка научился хомячить из помойки. Пха, поучает этого князя демонов, что негоже Великому Бедствию, пусть и всего лишь почти (ох уж это «почти»!) Непревзойдённому питаться человеческой плотью, сам жрёт плесневелые булки чуть ли не недельной давности. Не божество, а убожество какое-то. Эх… Когда они наконец улеглись спать, Его Высочество наследного принца пробило на разговор. Точнее, на очередную воспитательную беседу. Ему вдруг пришло в голову, что жизни лазурного Бедствия и детей оставляют желать лучшего, и им надо срочно заняться чем-нибудь полезным. -Надо бы начать режим соблюдать.- начал он, обращаясь преимущественно к кузену, который был большим любителем поспать до обеда. -Лежим, вот и лежим.- сонно отозвался Ци Жун, не открывая глаз. -И зарядку нужно каждый день делать. -Ну так-с... Но лучше нафиг. -И вставать утром в восемь. -А ложиться в двадцать семь. -И выучить японский язык! Лазурный демон придушенно хихикнул. Эк царственного брата понесло, на ночь глядя. А в чай ему, случаем, не плюнуть? -Ну так валяй... начинай...- обронил он, зевая во весь рот.- Аригато-итадакимас! Тооодескааа...