Часть 17 Сначала потушим картошку, а потом сигнальные огни

Поначалу, Лан (точнее, уже Ци) Ину было страшно. Ци-сюн и А-Цзы то его приняли, а как быть со слугами Лазурного Фонаря? Он же их не знает, вдруг они такие же злые, как те люди из деревни рядом с горой Юйцзюнь? Хотя... Вряд ли Ци-сюн станет связываться с плохими людьми. Се-лан не в счёт. Демонёнок, как ни старался, так и не сумел вникнуть в столь "высокие" отношения между братьями. Голос у Ци-сюна громкий, и из ссор, которые иногда возникали между кузенами, Ци Ину удалось понять, что во время восстания в Сяньлэ Се-лан сбежал, бросив Ци-сюна одного во дворце, буквально обрёк его на страшную и мучительную гибель, и после перерождения Ци-сюн начал мстить Се-лану за свою смерть, из-за чего Се-лан теперь на своего брата очень сильно обижается. С одной стороны, Се-лана понять можно... С другой- а чего он ещё хотел? Что после такого кузен будет продолжать его любить?.. А после того, как он сбежал, вместе с Хуа Чэном, бросив их в развалинах монастыря, у юноши отпали последние сомнения в том, что если князю демонов и небожителю придётся снова встретиться, общаться они будут сквозь зубы. Ци-сюн так точно. Снег крупными хлопьями падал на землю, похрустывал под ногами и, будь настроение Ци Жуна более мрачным, ему бы пришло на ум сравнение с пеплом и костями. Он снова остался без крыши над головой, ещё и с двумя малявками на шее- самое время сесть под ёлочку и впасть в хандру, и это даже было бы осуществимо, не будь сейчас зима. Всё-таки, унывать на улице в тёплое время года куда комфортнее. К тому же, сейчас его рукава оттягивали шесть золотых слитков, что автоматически избавляет их от доброй половины проблем, хотя бы, с той же едой. Лазурному демону как-то не слишком улыбалось скакать по сугробам, карауля перепёлок и зайцев. Да и ночевать лучше на постоялом дворе, нежели в какой-то случайной пещере, в которой неизвестно кто кроме тебя прячется. Осознание, что у него наконец достаточно средств, чтобы на какое-то время обеспечить себя и своего дешёвого сынулю (иначе что же он за отец такой), ну и чертилу заодно, ощутимо поднимало настроение, но злиться на Се Ляня он, разумеется, не перестал. Слишком уж всё обидно и по-идиотски получилось. Ладно (ЛАДНО) нападение юнаньских солдат на императорский дворец- желание царственного брата как модно быстрее свалить, перед этим завернув в сокровищницу, понять можно, хоть и сложно, но тут-то... Гуцзы и Лан (точнее, уже Ци) Ин тоже были какие-то пришибленные. И если мальчишка быстро отвлёкся на птичек, то демонёнок с каждым пройденным чжаном становился всё грустнее и грустнее. -Что будем делать?- спросил он, когда они отошли на приличное расстояние от деревни Водных каштанов, по пути завернув к Ле Хань, чтобы попрощаться и ещё раз напугать папашу Ле. -Пойдём домой.- Ци Жун с тоской посмотрел на занесённую снегом дорогу, которую ещё не успели укатать. Вот весело им будет сейчас переться по сугробам, но ничего не поделаешь.- Надо собрать уцелевших слуг и забрать кое-какие вещи. А дальше... Дальше, как пойдёт. Желательно- как можно дальше отсюда. Может, в Юнмэн. Может вообще уплывём в Чосон или ещё куда... Ха. Столько лет прожил, а за пределы страны ни разу не выезжал, непорядок. -Это далеко... -И замечательно. Чем дальше мы будем находиться от столицы и владений паршивого пса, тем лучше. Безопаснее. Тем более, теперь мой тупой братец навечно будет при нём, а это залог нашего с вами спокойствия. Чем больше Хуа будет занят Се Лянем, тем меньше будет цепляться ко мне. Ци Ин вздохнул. Умом он понимал, что так действительно будет лучше- они с Ци-сюном будут жить своей жизнью, возможно, князь демонов даже поумерит свою кровожадность, ведь теперь ему нужно не просто наводить смуту среди трёх миров, но и растить приёмного сына, а Се-лан продолжит заниматься своими мусорными божественными делами в компании Собирателя цветов под кровавым дождём, и наконец наступит вселенская гармония и счастье, и солнце будет светить ярче, трава станет зеленее, а небо голубее. Но в глубине души решение Ци-сюна свести своего брата с чокнутым Непревзойдённым казалось ему несколько... предательским. -Неужели тебе совсем не жалко Се-лана?- спросил он, когда они добрались до ближайшего посёлка и сняли комнату в гостинице. Гуцзы уже давно спал, утомлённый дорогой и сытным ужином, а демоны сидели у печки с ночным перекусом и время от времени подбрасывали в огонь щепки и фантики от конфет.- Ты ж его буквально продал Хуа Чэну, чтобы тот от тебя отстал. Вы же всё-таки братья... -А ему меня жалко?- привычно фыркнул Ци Жун, поглубже закутываясь в одеяло.- Чё-то не шибко он меня жалел. Что при жизни, что потом... Я его сколько раз предупреждал, что Хуа Чхэн озабоченный ублюдок, и что? Только морду мне бил, чтоб тупой братец молчал и не мешал Сань Ланушкины дифирамбы выслушивать. Вот и пусть теперь хлебает. Возможно, когда-нибудь до него дойдёт... Впрочем, это уже не мои проблемы. -И всё-таки... -Ты многого о нас не знаешь. Да и лучше тебе не знать, наверное... Просто Се Лянь из такой категории людей, которые считают, что только их мнение правильное, а прочие ничего не понимают в этой жизни, и их надо срочно просветить. Знаешь, что он своему наставнику ляпнул? Я, мол, богам служить не буду, я сам божеством стану. Вот и стал... на наши головы. Тётя с дядей тоже, блин... У них вся семья такая. Единственный сын императора, прямой наследник, ему законы учить надо, дабы править мудро и получить власть, которая и не снилась его отцу, а он решил в монахи пойти. В храм учиться уехал, дома только наездами бывал. Тётка по ночам плакала, особенно когда узнала, что он целибат выбрал, чтобы совершенствоваться. А ему уже гарем собирали, первых красавиц по всей столице выискивали, самых достойных... Она с внуками хотела няньчиться, да и я тоже... Думал, буду самым пиздатым дядюшкой, который сорит деньгами, и вместе с племяхами влипает в разные приключения. А потом Се Лянь вообще вознёсся. Ладно, император-монах, но император-божество... На двух стульях одной жопой не усидишь. Ци Ин вспомнил вечно рассеянный лик Се-лана, и потянулся к тарелке с пирожными. Он сам был племянником первого императора Юнани, занявшего престол после восстания в Сяньлэ, и примерно знал, как всё в королевских семьях происходит. Если трон не получает захватчик, то его получает наследный принц. Чаще всего- первенец. Правда, что в таком случае делать остальным наследным принцам, непонятно, но Ци-сюн иногда шутил, что они запасные, на случай, если первый наследный принц где-то потеряется, или разочарует царственных родителей и его аккуратненько "уберут". -Да, странно.- подтвердил он, облизывая выпачканные в сиропе пальцы.- Раз он единственный наследник, то обязан в первую очередь думать о своей стране. Его Величество Се же не вечный, да и к началу восстания был уже не молод... Неужели он об этом не подумал? Или думал, что если сын станет монахом, то управлять страной будешь ты? Лазурный демон пряднул ушами и прищурился на пляшущий в печке огонь. Потом выдохнул. С его губ сорвался крохотный лазурный огонёк, скакнул на поленья, и комната осветилась мягким зеленоватым светом. Почти как дома. Почти. -Я хрен знает, что они думали.- честно ответил он.- Знаю только, что дяде было некогда, потому что он императором работал и дела императорские решал, а тётка... В детстве думал- хорошая женщина, добрая, умная, а потом понял, что нифига она не умная. Бесхребетная она. Се Ляню во всём потакала, мне тоже... Мне- потому что матушка просила, чтобы обо мне заботились, а Се Лянь любимый сынуля. Вот и выросло из нас... Я-то ещё ладно, у меня детство ты слышал какое было, а вот брата только после восстания припечатало. Мне недавно Фэн Синь проболтался, как они после бегства жили. И таки шо мы имеем: Его Высочество Се Лянь стал божеством, а князем Сяоцзином никто даже не думал заниматься, так что, даже не случись вся эта хуеверть с засухой и Поветрием ликов, осталась бы империя без императора, рано или поздно. Хотя, в масштабах вечной жизни всё- тлен. -Это да... Они замолчали. Лазурный огонь отбрасывал на стены причудливые тени, и Ци Ину подумалось, что, наверное, в логове Лазурного Фонаря было очень красиво. Ци Жуна же захлестнули неприятные воспоминания, и он снова впал в хандру. Обидно признавать, но осознание того, что семье тётки было на него плевать, и он, хоть и окружённый роскошью, рос как та трава под забором, среди показухи, лжи, и лицемерия, пришло лишь спустя годы посмертия. Небеса, какой же он всё-таки был тупой... -Но сейчас-то вы помирились.- демонёнок всё не унимался.- А если Хуа Чэна переклинит? Се-лан ведь снова будет считать, что это ты виноват. Мол, нарочно свёл его с больным головой ублюдком, хоть он и не хотел. -Пфе. И чо? Я ему не нянька. Руку дам на отсечение- не вмешайся я, они бы всё равно снюхались, не сейчас, так позже. Ну там, ОЗАРЕНИЕ на царственного брата снизошло, или ещё как-нибудь. Хотел бы я знать, чем этот паршивый пёс на самом деле его зацепил... Ложился бы ты спать, лучше. Нам вставать рано. *** Разорённое логово Лазурного Фонаря блуждающего в ночи и раньше производило довольно угнетающее впечатление, только укрепляющееся после прогулки по лесу повешенных, а сейчас и подавно. Несмотря на то, что прошло всего несколько месяцев, когда-то просторная подземная резиденция стремительно пришла в упадок. Хотя в ней ещё сохранились остатки былого величия, а кровь давно засохла, в пещерах всё ещё чувствовался гнилостный запах, а из-под снега, который намело аж до главного зала, выглядывали кости с ошмётками плоти. Пару минут князь демонов печалился, склоняя царственного брата и его кровавый хвост разными нехорошими словами на всех языках, которые только знал, а потом разглядел на снегу свежие детские следы. Возможно, это был просто какой-то потерявшийся в лесу ребёнок. А возможно и нет. Постояв ещё немного, и просканировав пространство на предмет своей ци, он решительно тряхнул головой. -Так, ладно, харе скорбеть. Пошли. Они двинулись вглубь одного из боковых проходов. Гуцзы, в памяти которого ещё были свежи воспоминания о грозном и страшном демоне, который жутко смеялся и грозился сварить его живьём, расхныкался, и попросился на ручки, а Ци Ин, не в силах справиться с внезапно охватившим его трепетом, вцепился в рукав Ци-сюна. Такие громадные помещения его пугали. Интересно, это сама гора такая, или Лазурный Фонарь и его свита сами тут всё расчистили? Юноше почему-то упрямо представлялись пятилетние дети, падающие под весом отбойных молотков и совковых лопат. -Сука, шестьсот лет коту под хвост...- бормотал Ци Жун, отпинывая от себя обглоданную черепушку.- Вот какого хрена... Шестьсот лет, вдумайтесь. Он нашёл это место, когда смог собрать себя в кучу после очередной истерики паршивого пса Хуа, у которого случился творческий кризис. Это, если что, отцензуренная версия для общественности, потому что на самом деле всё было куда хуже: красный озабот (на самом деле, он тогда действительно словил что-то вроде творческого кризиса, что неизбежно случается с людьми искусства, которые посвятили всю жизнь чему-то одному) позвал его в гости, что УЖЕ звучит как завязка для романа ужасов, и отвёл в святая святых- свою мастерскую, заполненную статуями наследного принца Сяньлэ. Ци Жун сначала офигел от количества (он такое видел только когда храмы царственного братика начали повсюду строить), а потом от качества, потому что, хоть и красиво, но, сука, не похож. Это ему и высказал. На что Хуа Чэн и объявил, что у него творческий затык, и раз уж лазурное ничтожество имеет наглость быть похожим на его драгоценного бога, ему придётся поработать моделью, а потом достал из шкафа пресловутый наряд божества в короне из цветов. А когда Ци Жун (относительно) вежливо отказался, пришёл в ярость и случилось бы непоправимое, не успей почти Непревзойдённое Бедствие двинуть ему коленом в пах и выскочить в окно. Псина, в отместку, устроила ему близкое знакомство с призрачными бабочками, так что, Лазурному Фонарю пришлось срочно менять место жительства, бросив уютный пик в бамбуковом лесу и перебравшись в центральную часть страны. Вспомнив, скольких духовных и моральных сил ему стоил ударивший в мозг Хуа спермотоксикоз (и как только они потом умудрялись общаться, наверное, коллективное помешательство на нервной почве, не иначе), лазурный демон едва сдержался, чтобы не вспыхнуть. Мда-уж. Се Лянь после того, как поиграл с Безликим Баем в игольницу, хотя бы целым остался, а вот он... Сверху упала какая-то чудом уцелевшая конечность, отчего Гуцзы пискнул, и всеми руками и ногами вцепился в Ци Жуна, а Ци Ин задрал голову к потолку. -Что тут случилось? Князь демонов тоже задрал голову, но ничего, кроме стаи летучих мышей, облепивших выступ в горной породе, не увидел. -А. Это Хуа Чэн выебнуться перед зрителями решил.- отозвался он.- Знаешь, почему его Кровавым дождём прозвали? -Потому что он с зонтиком ходит? -Не. У него фирменная фишечка есть: концентрирует свою ци и направляет в противника, отчего противник взрывается. Естественно, кровь и кишки фонтаном в разные стороны... Вот поэтому и зонтик носит. Кто-то даже считает, что сначала он был белый, а красным стал из-за впитавшейся крови, а это значит что? Что псина не любит стирать! Демонёнок глупо заморгал. Он всё никак не мог привыкнуть к манере общения Ци-сюна, и не всегда мог понять, всерьёз он говорит, или нет. -Что, правда? -Нет, блять, пизжу. Может, и умеет. Жрать готовить вот точно не умеет. Зато чужие жизни рушит просто прекрасно. Особенно мою жизнь. Ци Ина передёрнуло. Он вспомнил замусоленный свиток с перечнем небесных чиновников и выдающихся демонов, в котором описывались Великие Бедствия. Там же была указана легенда, благодаря которой Хуа Чэн стал Собирателем цветов под кровавым дождём. Многие находили её по-своему романтичной, но юноше она казалась ужасно нелепой. Сначала взорвать висящие под потолком пещеры трупы, а потом закрыть зонтом цветочек, чтоб не испачкался... Логичнее было бы сделать наоборот. Он снова задрал голову к потолку, где покачивались оборванные верёвки (в некоторых ещё застряли куски чьих-то конечностей), и попытался вспомнить точнее. Что-то тут не сходилось. -Хуа Чэн разорил гнездо одного свирепого демона...- пробормотал он, чувствуя, что вот-вот сделает какое-то важное открытие.- Который вешал трупы, чтобы они истекали кровью... И после этого его прозвали Кровавым дождём... Ци-сюн... это... это же был ты, да? -А ещё он убил всех моих слуг.- мрачно подтвердил Ци Жун, приседая рядом с разбитой статуей мусорного божества, и поднимая осколки своей маски.- И растерзал меня своими бабочками. И всем потом говорил, что я вешаю трупы потому что завидую его кровавому дождю. А потом появился Хэ Сюань, и к подражанию великому Собирателю цветов добавилось желание подражать аппетиту чёрного Бедствия... В среднем, у меня в распоряжении бывало около трёхсот душ. Демонята знаешь какие прожорливые? Их всех надо было кормить, желательно три раза в день. Пленных людишек тоже надо было кормить, чтоб не схуднули и не подохли раньше времени. Мясо лучше всего вялить на сквозняке, так лучше хранится. Да и шибко любопытных заклинателей отпугивало... Впрочем, кого это ебёт, если Хуа Чэн сказал, что это не так. -И Се Лянь ему верит... -Его просто на тренировках много по голове били. Плюс ещё сто лет в гробу под землёй. Хотя... Он и при жизни был какой-то блаженный. -И ты до сих пор его оправдываешь. -Да. Знаю. Привычка. *** В котле привычно кипел суп, наполняя воздух густым мясным ароматом, дрова под ним привычно потрескивали, а вокруг привычно сидела сильно поредевшая свита лазурного демона во главе со своим начальником. Гуцзы привычно сидел на коленях отца, прижимаясь к нему, в попытке хоть немного согреться. Несмотря на большой костёр, в пещере было холодно, и малыш невольно вспомнил фразу, когда-то сказанную папой мусорному гэгэ: "мы зимой грелись как воробьи." И правда, сейчас им только и оставалось, что пыжиться и думать что уже тепло. Папа сказал, что пока они поживут здесь, потому что идти куда-то зимой небезопасно, и пообещал, что как только наступит весна, они найдут себе новый дом. В принципе, не так уж и плохо. С прежним отцом они жили куда хуже, а так ему есть что кушать, с кем играть, и крыша над головой не течёт. Наверное, со стороны его новая жизнь могла показаться просто ужасной, но малыш был всем доволен. Папа рядом, А-Ин рядом, мёртвые братцы и сестрицы его не обижают, в отличие от детей, живущих в его деревне, да и вообще, быть сыном самого Лазурного Фонаря оказалось очень прикольно. Хоть и опасненько. Они обосновались у запасного выхода из пещеры, перетащив туда всё необходимое. Раньше здесь был небольшой подземный сад, который Его Превосходительство обустраивал лично, подбирая растения, которые могли выжить в сыром и тёмном помещении, но после того, как Сяо Гу и Сяо Лин возомнили себя пиздатыми садовниками... Зато здесь не дуло и рядом протекал ручей со свежей водой. Не ахти, какие условия, но зиму пережить можно. Бывало и хуже. Идти сквозь снег и метель пешком чёрт знает куда с детьми, пускай почти все они были уже благополучно мёртвыми, не самая лучшая затея, и хочешь-не хочешь, а куковать им тут до весны, пока снег не сойдёт, а дорога не подсохнет до приемлемого состояния. А там можно хоть в Чосон, хоть к чёрту на куличики. Откровенно говоря, первое время он на что-то надеялся. Ну, типа на чудо. Что Се Лянь про них всё-таки вспомнит и свяжется с ним по духовной сети. Ну там, у Линвэнь, например, спросит, или у Ши Циньсюаня, остались же у него какие-то крохи совести. Но, очевидно, царственному брату тоже надоело играть в семью. Тем более, что рядом с ним его "самый преданный и единственный верующий" со своими льстивыми речами о том, какой гэгэ непогрешимый, умный, и как он всё правильно делает. Ощущение, что взбреди Се Ляню в голову схлопнуть Вселенную, или уподобиться младшему и начать есть людей на завтрак, обед и ужин, Хуа Чэн только умилится, и пропоёт свою любимую мантру про то, что всякое действие его возлюбленного божества суть истина в последней инстанции, а кто с этим не согласен- редиски позорные. Ну, или что-то в этом роде. Страшная ситуация, на самом деле. Ци Жуну уже не первый раз приходило в голову, что царственный брат хорош исключительно в моменте. Любит он ворваться туда, куда не просят, на ходу разрывая на себе рубашку, наворотить хуйни, и искренне не понимать, почему все недовольны, он же помочь хотел от всей широты своей благородной душонки. Ещё и обидится на этих неблагодарных. А когда поймёт, что сделал только хуже, мигом прикинется ветошью и сделает вид, что у него лапки, и вообще он мимо проходил. Единственный, на ком ему удалось удерживать внимание больше пары месяцев- чудом недобитое юнаньское отродье Лан Цяньцю. Тут к братцу при всём желании не подкопаешься, вырастил так вырастил, под своё подобие. Удивительно, что мальчишка вознёсся, а не очередным демоном стал. Естественно, без проблем не обошлось. И если вопрос с обогревом и пресной водой решился относительно легко (деревьев в лесу много, а ручей фильтруется естественным образом), то прокорм двадцати двух демонв и одного живого ребёнка с той же лёгкостью никак не решить. Спасибо ещё, что кровавый дождь не сломал печати, наложенные на кладовую, где хранились горшки с соленьями и запас круп и муки на небольшую войну, иначе было бы совсем хреново. Но пресными лепёшками и редисом сыт не будешь, а полдня сидеть в засаде, чтобы отловить пару худосочных кроликов, которых едва хватит на бульон... И если Гуцзы не жаловался (прежний отец почти не давал ему мяса, аргуменитруя тем, что оно стоит больших денег, что не мешало ему регулярно покупать выпивку) то свита Лазурного Фонаря, особенно те, кто был помладше, не привыкшая к такому скудному рациону, начала потихоньку впадать в уныние. -Зззараза... Он очень долго это откладывал. Ближайший пункт питания это как раз та самая деревня, в которой жил Гуцзы, и нынешнему лазурному демону (раньше он бы таким даже не заморочился) было немного неловко тащить своего дешёвого сына в родные края с целью поживиться парой-тройкой его соседей- вдруг расстроится? Но и дальше сидеть на голодном пайке тоже не вариант. Его жутко задолбало нытьё слуг. Ну, или можно будет зайти на рынок и купить какой-нибудь другой еды, а то осточертело одним рисом питаться. К тому же, оставлять Гуцзы с остальными демонятами пока что просто опасно, они хоть и дети, а заиграются- с непривычки на запчасти разберут. -Ладно. Цзы-Цзы, Гу, Лянь, Фэн, собирайтесь, пойдём навестим соседей. *** Ци Жун (равно как и Се Лянь) не отличался особой чуткостью и состраданием ко всяким левым людишкам, особенно, если это была его потенциальная еда, но даже он почти сразу заметил, что в деревне что-то случилось. Обычно, едва завидев демонят в зелёных одеждах и с призрачными огоньками над головой, крестьяне в ужасе разбегались кто куда, и начиналась весёлая игра в салочки на выживание, а сейчас почему-то никто никуда не бежит. Расслабились за это время, что ли? Впрочем, присмотревшись внимательней, лазурный демон заметил, что некоторые дома разрушены, а большую часть местного населения, вяло бродящего по улице со скорбным видом, составляют только дети и старики. Странно. Неужели его свита постаралась? Да ну, нет. Он строго-настрого запретил демонятам таскать еду без разрешения, и они прекрасно знают, что наказание будет страшным и незамедлительным, даже если Его Превосходительство находится на расстоянии. У него всё-таки есть хоть какие-то понятия о чести и совести, в отличие от не будем говорить кого. Потом он разглядел на мясном прилавке разделанную тушу коровы, и потерял интерес к окружающей действительности. Гуцзы находился в центре внимания. Он упросил папу разрешить ему поговорить со знакомыми, и теперь стоял в толпе деревенских детей и болтливых кумушек, которые мигом засыпали его вопросами разной степени важности и идиотизма. В деревне его не слишком любили- сказывалась репутация отца- и, пока все те, кто дразнил его, умирали от зависти, мальчик торжествовал. Так им, пускай завидуют. Мусорный гэгэ наверняка бы начал тереть переносицу, закатывать глаза со скорбным видом, и вздыхать, что его брат дурно влияет на такого чудесного и замечательного ребёнка, зато приятно-то как! К тому же, мусорного гэгэ здесь нет, а противный Фао Лян, который вечно задирает нос, потому что его отец получил в наследство большой надел земли и тепероь обеспечивает соей чуть ли не всю провинцию, вот-вот расплачется и побежит к матери, клянчить себе очередное ханьфу лучше чем у "этой грязной лягушки". Правда, ему быстро надоело, и он сбежал обратно к отцу. Пока его дешёвый сынуля где-то бегал, Ци Жун уже успел орагнизовать своих демонят (кроме Сяо Гу, которому опасно доверять что-то сложнее ложки, да и ту лучше не надо) и отправить их за овощами и мукой, и выбил себе неплохую скидку (но всё равно остался недоволен, потому что планировал ещё поругаться с мясником, ну, по классике). Да что тут творится, в конце концов? К ним лично явилось Великое Бедствие, где шок и трепет?! Может, рожу пострашнее скорчить? За его спиной осторожно кашлянули. Вздрогнув, лазурный демон развернулся, и упёрся взглядом в переносицу пожилого мужчины в когда-то синем, а теперь грязно-голубом цикуо и необыкновенных усах. -Чё надо? Мужчина сглотнул, непроизвольно сделав шаг назад, но глаза не опустил. -Нижайше прошу прощения, господин Ци Жун. Моё имя Чжун Гуан, я здешний староста. -А... Ну, здорова, достопочтенный Чжун. Чё надо? Есть такие люди, которые, казалось, существуют со времён сотворения мира, и речь сейчас не о столетних бабушках и дедушках, которые застали изобретение первого мельничного колеса, о чём с удовольствием рассказывают всякому благодарному (и не очень) слушателю. Просто в один прекрасный денёк Его Превосходительство Лазурный Фонарь вышел погулять в здешний лес, и обнаружил на месте рощицы небольшую деревеньку, а в ней- парня по фамилии Чжун. А ещё через пару десятилетий деревенька разрослась, а количество Чжунов увеличилось до двух семей. И сколько уже народу сменилось (не только стараниями почти Непревзойдённого, кто-то просто переехал), а они всё держатся. Чжун-акробат, Чжун-земледелец, Чжун-скотовод, Чжун-башмачник... Теперь вот, Чжун-староста. Ци Жун уже давно перестал их считать. Лазурный демон устало вздохнул, и покрепче прижал к себе Гуцзы. Ну да, конечно. На что он ещё рассчитывал. Сейчас их выгонят взашей, спасибо, что жрачку купить позволили. Хотя, эти ничтожества должны земные поклоны бить, что он реально заплатил за продукты, а не спёр то, что требуется, как делал обычно. -Что у вас тут случилось? Умер кто-то?- спросил он, так и не дождавшись никакой ответной реакции. -Ну, не то, чтобы умер... Видите ли, у нас тут... проблема. Чжун Гуан замялся, и принялся теребить рукав куртки. -Мы сперва-то, по глупости, думали, что это вы на нас прогневались из-за того случая... "Чё?... А... Ну да..." -Это точно, Чжун-лао громче всех орал, что проклятая лазурная тварь взбеленилась и теперь не остановится, пока всех нас до последнего младенца не сожрёт.- вклинился в их разговор мясник, вытирая испачканные в крови руки о замусоленный передник.- Только знаете, сомнительно, что вы могли связаться с подобным сбродом. Мы вас, Ваше Превосходительство, прошу прощения, не одно десятилетие знаем... Староста громко сглотнул, и обеспокоенно оглянулся на подошедших Сяо Гу, Лянь-Ляня и Фэн-эра, нагруженных мешками со снедью. Демонята, которые уцелели после внезапного визита паршивого пса Хуа Чэна только потому, что были в патруле, а потом ещё выхаживали своих шимэй и шиди, которым чудом удалось выжить после кровавого дождя, сердито хмурились. Их ужасно обижало то, что их господина считают таким вот больным на голову чмом. Понял, что пахнет жареным, Чжун Гуан наконец испугался. -Ваших-то ребяток мы давно знаем, такие хорошие, вежливые...- залебезил он. Он бы ещё долго возносил хвалу демонятам из свиты лазурного Бедствия, если бы Ци Жун его не перебил: -Мы точно щас про моих паршивцев говорим? Ну серьёзно. Это его-то слуги воспитанные и вежливые? Да больших шкодников свет ещё не видел! В Игорном доме не проигрывают благовоспитанных молодых господ, так что вся его свита состоит из малолетней шпаны, которую стоило приличных усилий приструнить и обучить дисциплине, и оставшись без присмотра они тут же начинают бедокурить и баловаться. Староста снова заохал, прижимая ладонь к сердцу. Князь демонов на это только поморщился. Вот что бывает, когда ты происходишь из семьи занюханного актёришки. Семью Чжун он знал буквально до седьмого колена (а парочку из них даже съел, хех), и был знаком с их экспрессивной манерой поведения, но блин, это уже чересчур. -Так ведь это сущая правда, господин Ци Жун! Ваши слуги и погромов не устраивают, и лишнего не берут, а эти... Он бессильно махнул рукой. -Мда уж... Ещё немного попричитав, Чжун Гуан наконец перешёл к сути вопроса. Оказалось, что не прошло и пары недель после исчезновения Лазурного Фонаря, как на деревню напали жуткие демоны с жуткими рожами, ограбили несколько домов, и увели и их владельцев и немногую скотину. Даже кур спёрли, вместе с яйцами. Так повторилось ещё несколько раз, и вскоре в деревне практически не осталось взрослых дееспособных людей. По первости все, разумеется, грешили на Ци Жуна, потому что детей эти чудища не трогали, но потом вспомнили, что все его прислужники имеют отличительный знак, и немного успокоились. "Заебись. Отлучился, называется, к брату в гости. И чё делать теперь?" Не, так-то понятно, чё делать, сцапать вон тех троих бабулек, и бежать, часика за четыре мясо промаринуется, и нормально, только вот бежать почему-то не хочется, потому что, какого хрена. Это всё-таки его подотчётная территория. Все окрестные ублюдки знают, что во владения Лазурного Фонаря в ночи лучше не соваться, потому что он ёбнутый и гореть заживо не прикольно. Стоит во всём разобраться. Странно... И с чего его вдруг стало беспокоить благополучие потенциальной еды? Се Лянь его вроде не кусал. -Среди этих, как ты говоришь, демонов был качок со свиной головой? Нет? А такие, в гэйдзинах и с рогами на полдвора? Тоже нет? Хмм... Значит, это не Чжу. Что логично- зачем ему самому искать себе свежий товар, если в Игорном доме полно перекупщиков, да и на стороне у него вроде тоже поставщики имеются. И не вышибалы из личной охраны одноглазого пса. Да и, будь это кто-то из Призрачного города, он бы почувствовал. Демоны, особенно низкого ранга, не слишком хорошо умеют скрывать свою ци, да и несёт от неё, бывает, похлеще, чем от помойной ямы. Так, стоп... -Знаете, вам лучше с моим сыном поговорить.- Чжун Гуан смог совладать с собой и даже выпрямил дрожащие коленки.- Он у меня умный, целый год в заклинательском ордене жил, от него будет куда больше толку, чем от этого старика. Сяо Су, поди сюда! Сяо Су, он же Чжун-младший, околачивавшийся поблизости, подошёл и почтительно поклонился, но с таким лицом, будто предпочёл бы сейчас общество разъярённых гепардов. Что логично- его схватили вместе с последней партией пленников, и наверняка ему не слишком понравилось в гостях у лазурного Бедствия. А жалко. У него дома всё-таки красиво. Было... Ци Жун потёр лоб и спустил Гуцзы на землю. -Так, малявки, найдите себе занятие и не сломайте ничего.- обратился он к своей свите.- Сынок, от братца Ляня не отходи, хорошо? Папка скоро придёт. С этими словами, он подцепил Чжун Су под локоть и потащил подальше от толпы. *** -Сначала напали на семью Ли, они почти рядом с озером живут, прям за деревней, в старом рыбацком домике.- перечислял Чжун Су, рисуя на бамбуковой табличке примерный план деревни со всеми постройками и посадками.- Потом были сёстры Чи, они вот здесь живут, рядом с лесом, и дальше прям по всей улице. Два, три дома за раз... Всё выносят, до последней нитки, хватают тех, кто физически посильнее. Покушались на амбар, но в тот раз нам повезло- приехал какой-то заклинатель на ручном тигре, всё про вас спрашивал, прогнал этих уродов. Недели две к нам не совались, а потом снова припёрлись. К Фао Шеню не совались только потому, что у него ракетница есть. Он ей уже разок поигрался, еле пожар потушили. И самое странное- никакие талисманы этих демонов не берут. Такое вообще возможно?! -Не. Невозможно.- Ци Жун, отвлёкшийся на внезапную новость о том, что его всё-таки разыскивал Лан Цяньцю (заклинатели обычно предпочитают летать на мечах, а не кататься на тиграх), слушал в пол-уха. Надо же, всё-таки братец ему не соврал. Он честно думал, что Се Лянь его так запугивает, наравне с угрозами сдать бесячего родственничка своему в будущем возлюбленному Сань Лану в качестве свадебного подарка, а оказывается, юнаньский щенок действительно пытался разыскать виновного в падении его ничтожного королевства, построенного на костях граждан Сяньлэ. Интересно, он предъявил бы ему за смерть своих родителей? Технически-то, императорскую чету убил Се Лянь. -А ты в талисманах разбираешься, Чжун Су? - заметив, что от него ждут более развёрнутых ответов, он хрустнул спиной, и поглубже запахнулся в плащ, чтобы снежинки не падали за воротник.- Чо-то ты не шибко смахиваешь на заклинателя. Чжун Су неловко хихикнул, и капнул тушью на криво нарисованные ёлочки. -Что, отец рассказал, да? Он всем хвастается, что я целый год в Цинхэ пробыл. Только я туда чернорабочим ездил, дороги подправлять помогал, дома строил... сам орден только издалека видал. Разве вот, слушал много... Тамошние заклинатели не особо болтливые, но что-то да услышишь, вот и запомнил, и про флаги, и про талисманы... -М. Ясно. Так-то, ты правильно запомнил. Есть такие талисманы, что и Непревзойдённого из строя выведут, а мелкую сошку вообще развеет нахер. Так что... либо у вас дерьмовые талисманы... либо это очень хитрожопые демоны. Я не чувствую никакого стороннего присутствия. Физиономия Чжун Су озарилась радостным пониманием. -А, я понял! Эта, как её, энергия ци, да? Я про неё тоже слышал. -Хороший у тебя слух... Ну чё, закончил? Давай, бери свои художества, и пошли. Если честно, он сомневался, что грабителями были настоящие демоны, но, как говорится, пока не доказано, не ебёт, что сказано. Для начала следовало их изловить, а уж потом выяснять, кто оно, и что оно. Чжун Су его сомнения поддержал. Он как-то встретился лицом к лицу с водным гулем, и был уверен, что демоны, разоряющие дома его соседей, не очень-то смахивают на настоящую нечисть, даже пытался донести свои мысли до отца, но тот, как и большинство местных, его не послушал. Разбойники выглядели как демоны, вели себя как демоны, значит они демоны и есть. Только где вы видели демонов, которые пользуются оружием? Хуа Чэн не в счёт, у него Эмин как младший брат, за которым приходится ухаживать, потому что родаки внезапно сдохли а сдать малявку в приют рука не поднимается. Или приснопамятного гуля, который не топит свою жертву, а мутузит её веслом? С гулем вообще оказалась мерзотнейшая история. Пока они обходили деревню по периметру, расставляя вокруг охранные огни (узнав, для чего Лазурный Фонарь на самом деле использует свои огоньки, Чжун Су искренне восхитился, а узнав, что будет, когда в ловушку попадётся жертва, восхитился ещё раз, и принялся сравнивать их с какими-то мудрёными талисманами, из чего Ци Жун сделал вывод, что мальчишка в своём Цинхэ всё-таки ограничивался не только строительными работами), сын старосты поделился краткой историей семьи его дешёвого сынули, и заодно рассказал, как на самом деле погибла мать Гуцзы. -В общем, поплыли они на озеро, то ли за рыбой, то ли каштанов собрать, не помню уже.- рассказывал он, следуя за Ци Жуном, который, устав терять сапоги в сугробах, призвал внутренний огонь, и дальше попёр как танк, оставляя за собой неглубокие лужи.- Гуцзы со мной на берегу оставили. Это его и спасло... он же плавать не умеет, да и маленький тогда ещё совсем был. В общем, доплыли до середины где-то, Фанг уже сеть закинул, значит, всё-таки, за рыбой, и тут этот гуль вылазит. И прямо в лодку. Я пока соображал, что к чему, он Луань за волосы и в воду... А потом смотрю, этот папаша года к берегу чешет на третьей скорости. Вылез, вся спина разодрана и в крови... Говорил, что не смог жену спасти, но я-то видел, что он даже не пытался. Знаю, о мёртвых либо хорошо, либо ничего... Да только пропащий он был человек. Раньше прибухивал, а после этого вообще в запои уходить стал, о сыне почти не заботился... эх. -Кроме правды.- обронил Ци Жун, ощущая какое-то смутное отвращение к себе. С одной стороны, он был рад, что избавил мир от такого ничтожества, с другой- он больше месяца проторчал в ЭТОМ. Противно. И Се Лянь ещё был уверен, что мальчишке будет лучше с родным папашей... Мда. Небо внезапно озарилось багровым сиянием, хотя для вечера было ещё рановато. Пока деревенские охали и ахали, обсуждая необычное природное явление (некоторые с присущим недалёким людишкам суеверным ужасом всерьёз утверждали, что сейчас наступит конец света), Ци Жун приложил ладонь к глазам, заслоняясь от всполохов, и флегматично хмыкнул: -О. Небеса горят. Староста снова схватился за сердце. -Мы что, все умрём?! -Все когда-нибудь умрут. -Тогда что происходит?! -В Небесной столице пожар. Значит, мой братик дотуда добрался и порядки наводит. Ничего интересного. Чжун Су, который задержался в пещерах лазурного Бедствия в попытках разыскать Гуцзы (да, он ответственный), вспомнил глупо хлопающего глазами человека в белом, поразительно схожего с хозяином этих жутких владений, и сочувствующе покивал. Звучит дико, всё-таки, никому не хочется быть съеденным, но Ци Жун и его свита почти не доставляли проблем, а если на его территорию случайно забредал какой-то ребёнок, то можно было быть (почти) полностью уверенным, что его вернут родным максимум к вечеру, умытого и накормленного. Да и всякая низкоранговая нечисть старалась обходить эти места стороной. Можно сказать, почти Непревзойдённый выполнял половину работы генерала Наньяна, которому то ли просто было лень разбираться с молитвами своих верующих, то ли он не считал нужным спускаться на землю ради убийства очередного водяного гуля, будто у них тут не земледельцы живут, а заклинатели. -Значит, тот странный человек ваш брат?- уточнил он.- А что он на Небесах забыл? -А я ебу?- хмыкнул Ци Жун, выплёвывая очередной зелёный огонёк, и отмечая его место на наспех нарисованной карте.- Так-то, он там работает. Так, ладно, в деревне закончили, пошли по периметру обойдём, на всякий случай. *** В амбаре было тепло, тесно и шумно. По идее, жителям деревни незачем было собираться в одном месте, да ещё вокруг чокнутого кровожадного демона, который любит человеческую плоть, но вести о том, что этот самый кровожадный демон добровольно согласился помочь им избавиться от напасти, несколько притупили страх перед Лазурным Фонарём в ночи, да и то, что он каким-то образом приютил бедняжку Гуцзы, да ещё в открытую зовёт его своим сыном, тоже сыграло большую роль в доверии к почти Непревзойдённому. К тому же, всем было любопытно, как этот почти Непревзойдённый будет ловить проклятущую нечисть в одиночку. Время уже перевалило заполночь, и всю эту толпу, взбудораженную обещанной теоретической свободой от набегов и видом горящей Небесной столицы, которая, судя по перемещению багрового сияния, куда-то спешно улетела, надо было чем-то накормить. Детей так точно- они уже начали хныкать от голода и усталости, но спать, несмотря на угрозы их родных, не желали. Будешь тут спать, когда такое интересное вокруг происходит, и кушать хочется. Осмотрев запасы, Ци Жун прикинул примерное количество собравшихся (выходило около тридцати человек, плюс четыре демона разной степени подрощенности) и решил остановиться на чём-нибудь простом и не содержащем в себе рис. Тушёная картошка с мясом. Идеально. И вкусно. Гуцзы дремал на руках Лянь-Ляня, а Сяо Гу и Фэн-эр копались в ларях с картошкой, пытаясь прикинуть количество, Чжун Гуан припёр переносной алтарь генерала Наньяна, и принялся молиться ему столь истово, что Фэн Синь, где бы он сейчас ни находился, наверняка икал не переставая, а к лазурному демону, сидящему за низким столиком в окружении деревенской детворы, снова подсел Чжун Су. Рядом, на наспех сложенном кострище, стоял громадный котёл (не такой эпический, какой был у Ци Жуна, но тоже приличных размеров), в котором жарилось мясо. Сам князь демонов уже закончил резать лук, и, вытирая о плечо слёзы, сгружал его в котёл. -Забавная вы всё-таки парочка.- продолжил парень прерванный час назад разговор. Познакомившись с Ци Жуном поближе, он ужде не испытывал такого трепета перед этим встрёпанным мальчишкой аж на три года младше него.- Бог мусора и почти Непревзойдённый демон. -Ну, насчёт "почти" ты б так не звиздел...- хмыкнул Ци Жун, шмыгая сопливым носом- лук попался какой-то слишком уж ядрёный- и кивая Сяо Гу, который подтащил к нему три ведра крупной свежей картошки без ростков.- Так, малявки! Кто хочет помочь- начинайте чистить картоху. Кто не хочет- пошли нафиг отседова! Нечего уши греть, а то отрежу и сожру, пока тёпленькие. Малявки захихикали, и дружно побежали к родителям, клянчить столовые ножи. -Ловко вы с ними.- не удержался от завистливого вздоха Чжун Су, подбираясь поближе к огню. -Ну так, у меня опыта почти на семьсот лет.- самодовольно ухмыльнулся князь демонов, помешивая мясо лопаткой.- И при этом каждый второй уверен, что детей я люблю только жрать. "Хуа Чэн",- сообразил Чжун Су, припомнив самодовольную рожу одноглазого мужчины в красном камзоле, и его высокопарные речи о жалкости и ничтожности Лазурного Фонаря. Даже с учётом того, что в ту ночь он впервые вживую встретился с этим хвалёным Непревзойдённым Собирателем цветов под кровавым дождём, парня буквально вымораживала его манера речи. И ещё больше его вымораживало бездействие монаха в шляпе доули. Се Лянь, который, вроде как, был божеством, и, вроде как, должен был вести себя подобающе, скулил и плакал, как обиженная на весь белый свет барышня, и периодически взывал к некоему Сань Лану. Сань Лан почему-то не отзывался, возможно, потому, что его в пещере не было. -А насчёт моего дражайшего братика...- лазурный демон устало и как-то обречённо вздохнул, будто вспомнил о чём-то настолько опостылевшем, что уже и злиться не хочется.- Тут вообще всё крааайне интересно. -Было восемь сотен лет назад королевство.- рассказывал он, в очередной раз поддёргивая рукава, чтобы не мочить их в бульоне.- И была в его составе одна провинция с довольно скверными людишками. И всё было нормально, пока в этой провинции не случилась жуткая засуха. А в королевстве был один очень добросердечный принц, который к моменту засухи вознёсся и стал божеством. И он не придумал ничего лучше, чем попросить у Повелительницы дождя её волшебную шляпу и попытаться восстановить соседушкам водно-щелочной баланс. Чжун Су почесал в затылке. -Я что-то вроде читал об этом. Как его... Ся... Се... Сянь... -Сяньлэ. -Да. Хотя, там больше про Поветрие ликов писали. И что дальше было? -В общем, ничего хорошего из этиого не вышло, потому что пара десятков дождей ничего не решит, но соседи обиделись и припёрлись выяснять, почему целый один бог войны не может поправить экологическую катастрофу. А потом Поветрие ликов, хаос, анархия, пиздец, и вот обожествлённый принц бежит нахуй из столицы, вместе с деньгами, родителями и прислугой, а его двоюродный брат остаётся один на один с вражеской армией и умирает страшной смертью. А спустя восемьсот годиков случается "счастливое" воссоединение. -Да уж... То есть, выходит, вы друг о друге столько лет не слыхивали, а потом Се Лянь про вас вспомнил и пришёл повоспитывать? Так, что ли? -Ннне совсем... Ну, поначалу я тоже так думал. Что он про меня вспомнил наконец... А оказалось, это Хуа Чэн его ко мне приволок. Каким боком с ними Цяньцю оказался, я вообще не ебу. -Цяньцю? Лан Цянцю, генерал Тайхуа, покровитель востока? А он что там забыл? -Говорю ж- хуй его знает.- Ци Жун, рисуясь перед сидящими рядом малявками, которые так старательно ловили каждое слово гэгэ демона, что совсем забыли, что им нужно чистить картошку, крутанул в руке нож, и взял из миски морковку покрупнее.- Мне как-то выяснять не очень хотелось. Но да, царственный брат резко вспомнил, что мы с ним родственники, и приволок нас с Цзы-Цзы к себе. Почти два месяца в его халупе тусили. А потом разбежались, кто куда. Они с Хуа Чхэном в одну сторону, мы с сыном в другую. Соль подай. *** Где-то под утро одна из ловушек лазурного Бедствия разразилась душераздирающим воем. Следом завопила ещё одна, потом ещё, и спустя пару минут деревню заполнил хор стенающих призраков. Пока деревенские, не приученные к такой специфичной охранной системе, ловили панику, Ци Жун оперативно впихнул ничего не понимающего Гуцзы Лянь-Ляню и, подцепив сонного и оттого отчаянно зевающего и мёрзнущего Чжун Су за шкирку, поволок его на улицу. Неведомые страшные демонюги, похоже, окончательно уверовали в свою безнаказанность, и даже не пытались хоть как-то скрытничать: огоньки засекли их прямо на входе в деревню. Пока пацан скромно стоял у яблоньки, аки красна девица на выданье, и косил глазом на кучку плечистых рогатых и хвостатых чудищ в соломенных плащах, которых огоньки притащили в одно место и окружили кольцом из призрачного пламени, лазурный демон, напустив на себя самый что ни на есть грозный вид, стоял рядом с пленниками и пытался прощупать хоть какой-то намёк на потустороннюю ауру. Никакой ауры-ни светлой, ни тёмной- у грабителей не прощупывалось. Да и вообще, выглядели они как-то неправильно. Не по-демонически. -А, так вот что в лесу выло...- прокомментировал кто-то из подошедших крестьян.- А мы думали, помирает кто-то. -Это всё уже лет сто назад померло.- Ци Жун взмахнул рукой, и огоньки, тихо и пакостливо хихикая, потащили свою добычу в амбар. Ну, а куда ещё, не к Чжунам же их тащить, не поместятся.- Поверь, ему это не мешает. Поглазеть на тех, кто причинил им столько горя, собрались все жители деревни, отчего амбар снова был набит до отказа. Особый энтузиазм выказывали, почему-то, те, кому удалось сбежать из логова Лазурного Фонаря- то ли от стресса, то ли предыдущая спасательная кампания им меньше понравилась. Особенно старался некий Фао Хуа, который всё причитал про какой-то урожай, который эти негодяи затоптали, и требовал немедленно что-то с этим сделать, если честно, Ци Жун так и не понял, что. Обратно, что ли, его посадки растоптать? -Ну, дознавателем я ещё не работал.- хмыкнул он, облизываясь. А ничо разбойники такие, жырррненькие, наверное, вкусненькие, вот бы их с собой забрать, этого мяса им надолго хватит. -Позвольте спросить, а кем вы работали?- робко спросил Чжун Гуан. -Оооой, кем я только не работал... Поваром работал, начальником работал, братом наследного принца работал, специалистом по брачным отношениям работал, патологоанатомом работал, революционером работал... Даже учителем подрабатывал какое-то время на общественных началах. Он протянул руку, и резким движением сорвал с ближайшего монстра лицо. Несколько секунд в амбаре стояла озадаченная тишина, а потом Ци Жун разразился безумным хохотом: -ПФЕ, ДА ЭТО НИКАКИЕ НЕ ДЕМОНЫ!!! Чжун Су, который всё ещё стоял за его спиной, картинно шлёпнул себя по лицу и простонал с некоторой долей обречённости: -Уй бляяяя... А я говорил. Староста, опасливо косясь то на ржущего демона, то на угрюмую человечью рожу, выглядывающую из соломенного каркаса, озадаченно почесал в затылке. -Это как понимать? -Это как понимать?- лазурный демон прокашлялся, и переадресовал вопрос пленнику.- Чё молчишь? Отвечай, когда князь тебя спрашивает! Он с силой пнул разбойника по коленке. Тот в ответ разразился грязной бранью. Поморщившись, Ци Жун снова сплюнул призрачный огонёк, и мужчина умолк, будто ему склеило губы. -Люди...- презрительно процедил он.- Трусливые никчёмные тупые людишки, которых даже отбросами не назовёшь. Годы идут, времена меняются, а подобные подзаборные шавки всё никак не переведутся. Кстати, я рассказывал, что однажды у меня появились подражатели, решившие, что скопировать лес повешенных это гениальная идея? Оба Чжуна помотали головами. Слушать кровожадные байки почти Непревзойдённого им совершенно не хотелось, но, похоже, подробностей будет не избежать. Да и вообще, слышать от Бедствия, который подражает другим Бедствиям, что его самого кто-то копирует, было странно. -И как?- осторожно спросил Чжун Гуан. -Жилистые, заразы.- лазурный демон скривился от неприятных воспоминаний.- И невкусные. Пришлось выкинуть. Я своих паршивцев дрянью кормить не стану. -Понятно.- Чжун Су не удержался, и тоже пнул одного из разбойников по коленке.- А с этими что делать? Они же кучу народа увели, дай бог, что не прирезали никого... -Найдём.- лазурный демон хищно оскалился, и засучил рукава.- Думаю, сидят ваши соседушки где-нибудь в пещере под ближайшей горкой, ждут рыночного дня. А потом... Он красноречиво облизнулся. К ночи всё благополучно разрешилось. Приехал какой-то хмурый чиновник из соседнего посёлка, молча выслушал печальную историю о похищениях и грабежах, мельком глянул на подгоревших во время допроса с пристрастием бандитов, уточнил, не лучше ли будет отдать их под суд и повесить, как полагается, получил в ответ успокаивающие "сами разберёмся", посветлел лицом, заверил обеспокоенных крестьян, что уже следующим утром их родные вернутся домой, и спешно уехал обратно. Следом за ним, ведя на верёвочке честно пойманную жратву, ушёл и Ци Жун с детьми. *** Хэ Сюань красочно описывал урон от шторма, который в данный момент бушевал в Чёрных водах, поминая Ши Уду разными нехорошими словами. Время от времени в беседу влезал Ши Циньсюань, который то визжал, то просил Хэ-сюна браниться потише. На заднем фоне слышался плеск волн и раскаты грома. Иногда такое случалось- последствия какого-то незапланированного цунами, сместившего рельеф рядом с обиталищем Черновода- чем его владелец был жутко недоволен (учитывая, с каким тщанием он выбирал себе место под фундамент будущего дворца), но сделать, к сожалению, ничего не мог. В такие дни его резиденция раскачивалась, как во время землетрясения, а сам хозяин и его возможные гости чувствовали себя командой корабля. При чём тут Водяной самодур, Ци Жун так и не понял. Помнится, одна из их редких бедственных посиделок пришлась как раз на такой пик сейсмической активности, и пока лазурное Бедствие, вместе с Мин И, весело катался по полу, распевая "ты морячка, я моряк, ты рыбачка, я рыбак, ты на суше, я на море, мы не встретимся никак" (точнее, пел только Ци Жун, а скелет Повелителя земли работал подтанцовкой), а Карась, невозмутимый, как капитан рыболовецкого судна, ходил то на кухню то обратно под немыслимыми углами, великий и грозный Собиратель цветов под кровавым дождём пытался усидеть за столом, и, в итоге, ездил вместе с ним, вцепившись в столешницу и пытаясь сохранить невозмутимый вид. Жалкое было зрелище, откровенно говоря. Псина совершенно не умеет отпускать ситуацию и веселиться, по сравнению с ним даже строгий и педантичный Хэ Сюань кажется эстравертным экстравертом, который за любой кипеш, кроме голодовки. Действительно, они с Се Лянем идеальная пара. Будут сутками сидеть в обнимку, прокрастинировать, вздыхать, звать друг друга по имени, и влюблённо таращиться. Тьфу. И чего вспомнил... Причина нахождения Повелителя ветров в Чёрных водах каким-то невообразимым образом сочеталась с пожаром на Небесах: Ци Жун долго не мог собрать разрозненные сведения, полученные, по большей части, из матюков Хэ Сюаня, причитаний (и ещё более заковыристых матюков) братьев Ши, и едких комментариев владыки Линвэнь, в единое целое. Выходило, что Небесный император то ли сошёл с ума и был захвачен Безликим Баем, то ли Безликий Бай все эти столетия притворялся Небесным императором, то ли хуй его разберёт, но они с Се Лянем точно что-то не поделили, а потом всё кааак вспыхнет! Ещё в небесных разборках затесались призрачные бабочки, Инь Юй с его прилипчивым шиди, советник Мэй Няньцин, и гигантская статуя Его Высочества Сяньлэ, а потом все дружно попёрлись в Чёрные воды и устроили там погром. Единственное, что Ци Жуну удалось понять совершенно точно, так это то, что все небесные чиновники резко перешли из богатого сословия в категорию лиц без определённого места жительства, а Се Лянь, в обнимку с Хуа Чэном, отправились ловить спятившего Цзюнь У, который сбежал. Ну и дичь. Ещё через пару недель к ним приползла Сюань Цзи, вся в копоти и с совершенно дикими глазами, воняющая дымом, и с воплем "у меня хата сгорела, я у тебя поживу", а потом началось, не побоюсь этого слова, натуральное паломничество. За пять месяцев (Ци Жун честно ждал, пока снег как следует растает, а земля подсохнет- не хотел грязь новыми сапогами месить) у них перебывала чуть ли не четверть небесного пантеона, начиная от Повелителя ветров, неизменно в компании Хэ-сюна и корзины с морепродуктами (морепридурками, как говорит Сяо Гу) и Фэн Синя с Му Цином, и заканчивая владыкой Линвэнь. И если от богини никаких особых проблем не было- чаще всего она либо ела и спала, либо болтала с Сюань Цзи, либо пересказывала разные сплетни; то придурочные генералы едва не обрушили пару несущих стен, сцепившись по какой-то одним им ведомой причине, после чего были неучтиво выставлены княжескими пинками за дверь. Впрочем, припёрлись они не зря: от них Ци Жун наконец получил тот самый недостающий кусочек, благодаря которому паззл наконец сложился. Итак. Первое: Цзюнь У- это Безликий Бай, он же Бай Усянь, бывший наследный принц королевства Уюн и первый воспитанник советника Няньцина (охтыжбля). Второе: он очень хотел сделать своего милого Сяньлэ своим преемником, но за восемь сотен лет подзаебался ждать, и поставил Се Ляня перед выбором, а потом с психу сжёг Небесную столицу, после чего весело гнался за всеми уцелевшими божествами аж до самой Тунлу (бля). Третье: с подачи деды Мэя Се Лянь попёрся следом за ним, взяв в группу поддержки самого советника, бывших дружков, и любимого красного пса, и едва не помер, а Фэн Синь внезапно обнаружил, что у него есть сын (оуе). Четвёртое: пока бесполезные генералы зализывали раны, полученные от Белого Бедствия (а Фэн Синя ещё и Цоцо, сынок его новоявленный, покусал), Хуа Чэн смотрел, как Се Ляня возят носом по полу, а потом поцеловал его взасос, разрушив проклятые канги и распавшись роем призрачных бабочек вместе с Эмином, предварительно толкнув пафосную речь про свою уникальность, как последователя бога в короне из цветов, а потом всё начало разрушаться, и они еле выбрались (бля, БЛЯ). Ну, и на сладкое: так как Небеса сгорели, боги теперь живут на земле, кто где, а Его Высочество угнездился на горе Тайцан, подальше от развалин храма Хуанцзи и усыпальницы родителей, и видеть никого не желает (бляяя...). Вот за последнее было очень обидно. Впрочем, это же Се Лянь. Как обычно, поманил за собой, пообещав теоретическое светлое будущее без разногласий, а Ци Жун, как обычно, ему поверил. Что ж, значит не судьба. Видимо, царственному брату и впрямь милее льстивая ложь, нежели может и грубая, но истина. Ну и хуй с ним. Он уже не маленький глупый князь Сяоцзин, бегать за братиком и навязываться не будет, больно чести много, перетопчется. Они перебрались на север, в Шаньдун, и обосновались в окрестностях Циндао. Чжун Гуан, конечно, просил господина Лазурного Фонаря никуда не уходить, видимо, не хотел остаться без защиты от разных мелких демонов, но Ци Жуну уже всё настолько остопиздело, что он его даже слушать не стал. Не, нахер. Решил, так решил. Подальше- и от столицы, и от Призрачного города (бедняга Инь Юй там наверняка совсем зашивается без начальства), и от Хуанцзи, и от треклятой деревни Водных каштанов, и от Се Ляня, и от себя самого. Точнее, от своей прошлой жизни. Это он умеет просто прекрасно. Один раз так от себя сбежал, что аж помер. К тому же, теперь он не просто Великое Бедствие, а самый настоящий отец, и хочет, чтобы его сын вырос нормальным человеком, а для этого нужно, как минимум, пристроить его в школу, а какие тут школы? Разве что, храм Пэй Мина, до которого от горы Юйцзюнь аж двое суток добираться, а если пешком, то ещё дольше получится. Короче, не вариант. В общем-то, на этом можно было бы и закончить, но годика через три, в очередной раз проводив своего дешёвого сынулю на занятия, лазурный демон решил пройтись по местному рынку. Он неспешно прогуливался между лотками со всякой мелочёвкой вроде деревянных шпилек и игрушек, как вдруг заметил на прилавке с храмовой атрибутикой нечто очень странное. Торговец, который с самого утра скучал и сердился, потому что его вытеснили от храма более шустрые конкуренты (на самом деле, он просто проспал), оживился, и принялся расхваливать свой товар. Врал при этом безбожно, утверждая, что таких благовоний как у него молодой господин не сыщет и в императорской столице. Впрочем, Ци Жуна заинтересовали вовсе не благовония, а две стрёмные статуэтки для домашнего алтаря, выполненные в виде человека в одежде странствующего монаха и шляпе доули, покрашенного белой краской, и человека в камзоле и с бумажным зонтиком над головой, покрашенного красной краской. -И чё это?- князь демонов с озадаченным видом разглядывал странную парочку. Без сомнений, это были Се Лянь и Хуа Чэн, но какой дебил будет им поклоняться? Ладно, Се Ляню, возможно, есть кому поклоняться, дворников и уборщиков вокруг много, самое то для бога болезней и мусора. Псина тут каким боком? -Это мусорный бог Се Лянь. -Я вижу, что это мусорный бог Се Лянь! Рядом кто? Торговец посмотрел на него, как на идиота. -Молодой господин, вы что, из пещеры вылезли? Лазурное Бедствие, который всё посмертие из этих пещер вылезал только по сильной надобности, брезгливо поморщился. -А если и вылез? Какого хрена. Или вы тут все в глаза долбитесь? Не можете бога от демона отличить? Торговец вытаращился на странного молодого человека в зелёных одеждах, который, рассердившись, принялся сверкать своими невозможно зелёными глазищами и скалиться, будто уже примеривался откусить ему голову, посмотрел на портрет новоявленных божеств, который был выполнен гораздо лучше фигурок, произвёл некие сравнительные действия, и похолодел от ужаса. Некоторые, то ли шибко начитанные, то ли шибко бесстрашные, утверждали, что мусорный бог Се Лянь приходится прямым родственником чокнутому почти Непревзойдённому демону, Лазурному Фонарю блуждающему в ночи. "Брешут", как и все думал торговец. До сегодняшнего утра. Зато теперь стало ясно, почему странный покупатель так тупит- о лазурном Бедствии уже почти четыре года не было ни слуху ни духу, небось, и впрямь из пещеры вылез. Ци Жун несколько раз возвращал брови на место. Из сбивчивого рассказа торговца- кажется, человечишка догадался, кто перед ним, несмотря на наложенную маскировку- складывалась совершенно нелепая картина. Некоторое время назад (год, не более) в императорской столице начали строить храмы в честь бога Се Ляня и демона Хуа Чэна, а к нынешнему дню их влияние распространилось настолько, что переплюнуло владыку Цзюнь У. Мужья (на этом месте торговец выразительно сплюнул на землю, демонстрируя своё отношение к подобным бракам), в одно мгновение подмяли под себя все три мира, и среди народа прочно укрепилось поверье, что они приносят в дом любовь, удачу, семейное и финансовое благополучие а так же увеличивают член, но исключительно вместе, потому что Хуа Чэн без своего любимого обрушит на голову незадачливого последователя всевозможные кары, а Се Лянь просто сам по себе лох. -Нихуя себе...- только и смог выдавить он. Стоило бы наверное порадоваться за братика- лазурный демон так и не смог решить для себя, что его больше бесит, сам родственничек-уродственничек, или то, как с ним поступили, потому что, будем честными, больше половины небесного пантеона- говно. Но как-то не хочется. Раз у Се Ляня теперь всё хорошо, мог бы и сказать... Даже на свадьбу не позвали, волки позорные, а ведь как грозились. К тому же, что-то ему подсказывает, что все эти блага, которые одноглазый псих, от щедрот своих, отсыпал Се Ляню, имеют под собой очень гадкое и прозаичное основание. Сколь бы возвышенными фразами не бросался этот ушибленный о храмовую статую божества в короне из цветов ублюдок,большую часть этого он делает в первую очередь для себя. Казалось бы- у тебя есть власть и сила, ещё и объект восьмисталетней страсти наконец навечно под боком, обвязанный красной ниточкой тройным морским узлом на бантик, живи радуйся, чё, так нет... -То есть, я правильно понял, что небесные ублюдки добровольно прогнулись перед этой паршивой псиной Хуа...- медленно протянул он, вертя в руках нефритовые чётки с фигуркой дракончика. А ничего так, симпатичные, может, взять?..- Нет, он, конечно, говорил, что уничтожит весь мир ради моего тупого братца, но чтоб прям так... Торговец покрутил в руках фигурку Собирателя цветов под кровавым дождём, и со вздохом поставил её на место. -Монахи из здешнего храма говорят, что прежний Небесный император погиб в пожаре в Небесных чертогах, и ваш брат должен вскоре занять его место.- первая паника уже прошла, и он несколько приободрился.- Даже какую-то бумагу официальную показывали. Я бы сам прочёл, читать не умею...- походя пожаловался он, указывая на поблёскивающие на холме крыши роскошного храма, выполненного всё в той же красно-бело-золотой гамме. -Зачем читать, торгашу считать надо.- Ци Жун скривился, как от зубной боли, и, бросив на прилавок несколько монет, пошёл вниз по улице, помахивая приглянувшимися чётками. На душе было паршиво. Мда уж... А хитрый, однако, ход. Подарить своему "гэгэ" власть над всеми богами, типа, вот тебе, любимый муж, торговая лавка, развлекайся, всё для тебя. Пока Се Лянь будет занят божественными проблемами, псина будет пафосно сидеть в Игорном доме, пафосно попивая пафосное вино из пафосного бокала, и упиваться своим превосходством, потому что в душе он всё та же обиженная на весь белый свет десятилеточка, которая уверовала в свою безнаказанность на основании того, что её поймал сам наследный принц, и всё самоутверждается и самоутверждается. Мало ему было власти над миром демонов, можно подумать. И когда он, наконец, лопнет?.. Впрочем, это уже давно не его дело. Взгляд зацепился за книжную лавку, в витрне которой красовался роскошный походный набор для каллиграфии. Губы лазурного демона сами собой растянулись в хищной ухмылке. Интересно, он успеет подписать статуи псом вылюбленного Се Ляня и паршивого пса Хуа Чэна прежде, чем монахи из храма вышвырнут его на улицу? Надо проверить.