Глава 10

- Хреновый у тебя амулет, - только и смог вымолвить охотник на монстров. - Или тот, кто нас водит, силен настолько, что простенькие чары ему одолеть - как высморкаться. - Есть предположения, кто это может быть? - Предположения есть, - Верген оглядывался по сторонам, пытаясь понять, где они находятся. - Вот только тебе они точно не понравятся. Где мы? Ты узнаешь места? Травница молча покачала головой. Местность и в самом деле была незнакомая. А еще ее смутил свет... - Мастер, мы вышли из деревни утром, верно? - Ну да, - кивнул ведьмак. А что? - Тогда почему солнце уже клонится к западу? Вздрогнув, Верген поднял голову, посмотрев на едва видимое за облаками светило. Тавра не соврала - оно и в самом деле клонилось к закату. Вопрос у него вырвался сам: - Так мы что, блудили весь день?! - По всей видимости - да, - кивнула женщина. - Кто бы нас не водил, это очень сильное существо. - Слишком сильное. - Ведьмак внимательно посмотрел на свою спутницу. - Я и с места не сдвинусь, пока ты мне не расскажешь все об этих кирпичниках. Кому они поклоняются? Что ты знаешь об этом? И я советую тебе быть откровенной, потому что сейчас от этого зависят наши с тобой жизни! Тавра отвернулась и заговорила спустя долгую-долгую минуту: - Они называют его Тем, кто приходит из Глубин. Говорят, что Ему поклонялись еще много столетий назад, и Его культ был распространен повсеместно. Особенно в тех областях, где почва болотистая, гуляет под ногами. Но культ Вечного Огня безжалостен, насколько тебе известно. А потому Тому, кто приходит из глубин, теперь поклоняются тайно... - Тавра, давай без этого мракобесия, - поморщился ведьмак. - Четко и внятно объясни мне - кто это такой! - Я не знаю, мастер. Мне известно только, что остатки этого культа можно встретить по всей бывшей Темерии, Редании и даже Нильфгаарду. Возможно, он есть и на Островах, но я в этом неуверенна. - На своем пути я встречал много культистов. - усмехнулся Верген. - И каждый культ поклонялся какому-то монстру. Я слышал, что на Островах поклоняются некой Мелюзине, почитают ее как богиню. Этот культ тоже существовал очень долго, пока туда не наведался один из ведьмаков Школы Волка. И оказалось, что великая Мелюзина не богиня, а всего лишь некий подвид сирены - эхидна. Просто старая, разожравшаяся и обнаглевшая сверх всякой меры! Может, и здесь нечто подобное? - Не знаю... - А с другими ведьмаками вы попадали в такие же передряги? - Нет! - Тавра помотала головой. - Ни разу! Мы всегда приходили в деревню, ночевали там, утром шли за травами, а вечером возвращались в Вызиму. Ведьмак задумчиво прошелся взглядом по густому ивняку, по кривым стволам деревьев, черным бочагам, а после посмотрел себе под ноги и вдруг поудобнее перехватил меч. - А скажи, когда вы возвращались, лодочник общался и с ведьмаками тоже? Или только с тобой? - Странный вопрос... - Ответь. Травница надолго замолчала, а после неуверенно проговорила: - Я точно помню, что однажды он обратился к Ламберту из Школы Волка, но тот сам не стал с ним говорить. А с другими моими спутниками он особо не общался... Зачем ты это спросил вообще? - Ты сказала, что ведьмаки, с которыми ты работала, пропали, - словно не услышав вопрос травницы, процедил охотник и вдруг опустился на корточки, ковырнул топкую глину и что-то извлек из нее. - И я, кажется, даже знаю - куда. Когда он показал Тавре свою находку, та пошатнулась, словно ее со всего размаху ударили по лицу, прижала ладони к губам, сдерживая крик и не сводя глаз с небольшого предмета, что лежал на ладони у охотника. - Это же... - Верно, - кивнул он и покрутил вещицу в руке. - Именно, Тавра. Это ведьмачий медальон Школы Грифона. - Но... - несчастная женщина стала бледной, как полотно, - но как?.. - Ты узнаешь медальон? Тавра медленно кивнула и прошептала: - Это медальон Редека. - Как ты это поняла? - По глазам, - Тавра прикоснулась к медальону дрожащими пальцами, - Видишь, у грифона нет одного камешка в глазнице? Он выпал, когда на Редека напал утопец. Это настоящие рубины. После боя я постаралась найти камушек, но не сумела и предложила компенсировать эту потерю, но Ред... Она замолчала, и охотник не стал выпытывать дальше. Он сразу понял. что травницу и ведьмака из школы Грифона связывали отношения гораздо более тесные, нежели простое сотрудничество. - Он мог просто потерять медальон... - наконец проговорила травница и подняла полные слез глаза на ведьмака. - Ведь так бывает, правда? - Правда, - он медленно кивнул. - Тем более, что тут лишь медальон, а не полный комплект костей. Возьми. Ведьмак протянул ей медальон и добавил: - Прибери его. Если мы найдем Редека, то он будет счастлив, если ты вернешь ему цацку. Эти игрушки очень дорогие. Их сложно зачаровывать. Тавра кивнула и, спрятав медальон, торопливо провела рукавом по глазам, а после проговорила: - Что будем делать, мастер? - Выбираться. - Верген повертел головой. - Мы где-то в глубине Болот - это плохо. Если мы не выберемся на сухое место, то мы не переживем ночь. Но прежде давай попробуем понять, в какой момент мы попали под влияние этого... Монстра? - Но что нам это даст? - Еще не знаю. Но я уверен, что это надо сделать. Но прежде давай отойдем отсюда подальше. - Но куда... - Подальше! - Рявкнул ведьмак и, развернувшись, внимательно осмотрелся. - Куда угодно, Тавра, но подальше! Пошли! И, не слушая возражений травницы, быстро пошел вперед. Топкая болотная грязь тут же зачавкала под ногами, словно не желая отпускать своих жертв. Однако оба человека торопливо перебирали ногами, стремясь убраться подальше от этих гиблых мест. Впрочем, очень скоро стало понятно, что бежать некуда. Болото казалось бескрайним, и не было ни намека на тропу. Солнце меж тем опускалось все ниже и вскоре уже скрылось за густым кустарником. На землю опустились сумерки, и ведьмак остановился. - Стоп. - Что такое? - Тавра, в очередной раз проведя рукавом по глазам, замерла. - Что случилось, мастер? - Дальше идти нельзя. - Но почему? - Ты не видишь в темноте. И мне бы не хотелось вытаскивать тебя из трясины. - Ты предлагаешь заночевать... Здесь? Усмехнувшись, охотник на монстров оглянулся: - Именно здесь. Смотри, - он указал себе под ноги. - Видишь, почва тут относительно твердая. Костер развести не из чего, но это и к лучшему - меньше монстров будем привлекать. Однако если на нас нападет кто-то из болотных тварей, то у меня хотя бы будет возможность нормально двигаться. Относительно нормально, конечно, но это лучше, чем биться, стоя по колено в воде. Травница медленно кивнула и опасливо огляделась по сторонам. Ей доводилось бывать на Болотах и ночью, но еще ни разу она не попадала в такую передрягу. ...Или попадала? - Мастер, - негромко позвала она, - ты считаешь, что все прошлые разы монстр точно так же водил меня по Болотам? - Я не знаю, - пожал плечами Верген. - Возможно. Меня смущает, что ты видела, что рядом с тобой в лодке сидит ведьмак, в то время как его уже могло не быть рядом. Вряд ли монстр мог держать тебя по контролем на таком расстоянии. Все же Вызима довольно далеко. Может, он влез тебе в голову и что-то внушил тебе? - Ты у меня спрашиваешь? - Нет, я просто размышляю, - отмахнулся охотник. - Пытаюсь понять, что с нами произошло и что происходило с тобой. Почему ты приглянулась этому монстру. - Может, он питает ненависть к ведьмакам? - Слишком уж он разумен для монстра... И вдруг его словно молнией пронзило, и он, шагнув вперед, схватил травницу за плечи. - Он слишком умен для монстра! - Ты хочешь сказать, что он... - начала было Тавра. - Он... И не успела она договорить, как где-то в стороне раздался леденящий душу вой. Оба - и ведьмак, и травница - одновременно вздрогнули и обернулись, стараясь разглядеть источник звука. Однако в густых сумерках это было невозможно, и даже охотник на монстров, который видел гораздо больше, чем обычные люди, сейчас не мог сказать наверняка, что там, в густом ивняке, движется: зверь или ночная птица. Вой повторился, но уже с другой стороны. Верген одним движением сорвал с себя тяжелый шерстяной плащ, швырнул его на землю и глухо проговорил: - Встань мне за спину и внимательно смотри по сторонам. Когда монстр выйдет на нас - убегай. Я возьму его на себя. Беги так, как никогда до этого не бегала, поняла меня?! - Но ты... Закончить фразу она не успела. Вокруг них вдруг стремительно сгустился туман, в котором замелькали какие-то тени, которые лишь отдаленно напоминали человеческие фигуры. Зарычав, ведьмак крутанул меч в руке, настраиваясь. Мысли у него, впрочем, были невеселые. Одолеть туманника можно, хотя и сложно. Но он тут, судя по всему, не один. К тому же места незнакомые, да и гиря на ноге в виде перепуганной травницы явно будет мешать этому бою. Фигур вокруг становилось все больше, и в какой-то момент Верген сбился со счета. А еще вдруг поймал себя на мысли, что все происходящее иррационально. Плотный белый туман, десятки снующих вокруг силуэтов, замогильный вой... Медальон. Прижав ладонь к груди, ведьмак сжал в пальцах серебряный медальон, с каким-то затаенным облегчением почувствовав едва-едва заметную вибрацию. Совершенно не такую, какая бывает при приближении болотных тварей. Последний кусочек головоломки встал на место, и ведьмак медленно опустил меч. - Это чародей. - Что?! - Тавра, стоя за его спиной, вздрогнула. - Чародей?! - Никакой монстр не сумел бы водить нас с утра и до ночи. Никакой монстр не сумел бы тебе внушить образ знакомого человека. Тем более внушить так, что у тебя не возникло ни тени сомнений. Монстры для этого слишком тупые. А те из них, которые обладают разумом - не обладают подобными способностями. Разве что высшим вампирам под силу подобное, да и то не в таком объеме. Это чародей, Тавра. Чародей, который все это время использовал и тебя, и этих несчастных людей. В ту же секунду из пелены тумана выскочила высокая изломанная фигура с непропорционально большой головой. Глаза туманника сияли во мраке, точно две маленьких луны. Он, замерев на секунду, оскалился, бросился вперед, стремясь достать свою добычу острыми когтями. Тавра, взвизгнув, зажмурилась, закрыла ладонями лицо, но ведьмак не шелохнулся. Он не поднял меч, даже когда туманник был в двух шагах от него, не попытался увернуться от кошмарных когтей и не закрыл глаза. А туманник в ту же секунду... В ту же секунду расплылся безобидным серым туманом. - Я так и знал. Усмехнувшись, Верген поднял меч и сложил пальцы в знак, готовясь накрыть и себя, и свою спутницу магическим куполом. - Я так и знал, что это иллюзия, - а после вдруг крикнул: - Хватит этих игр! Покажись! Первые несколько мгновений ничего не происходило, а после из тумана вдруг стала складываться новая фигура. И несмотря на то, что она была небольшой, пугала почему-то гораздо больше, нежели фигуры туманников. Тавра, открыв глаза, с изумлением смотрела на того, чье лицо было скрыто клубами серого тумана. Однако она была знакома с болотными жителями гораздо дольше, а потому, вне всякого сомнения, узнала этого человека. - Бабушка Упра?! - Пусть на тя, холерна баба! - Раздался из тумана скрипучий голос. - Разве мало я тя поучала, мало добра творила? А ты все едино смерть желтоглазу с собою таскаешь! Ведьмак, по-прежнему напряженно сжимая меч, прислушивался к разговору. В том, что их врагом был кто-то из жителей деревни, он даже не сомневался. Тавра же меж тем ответила: - Они охраняли меня... - На Болотах тебя, курью дочь, берег Тот, кто Топи ведает! К чему за собою два меча таскала, а? - Я вам не мешаю? - Не выдержал ведьмак. - Мне может отойти, пока вы договори... В ту же секунду неведомая сила отбросила его в сторону, заставив прокатиться по грязи и лишь чудом не напороться на свой же меч. Удар был такой силы, что на какие-то секунды Верген лишился чувств, а когда пришел в себя, то ни Тавры, ни таинственной жительницы из деревни кирпичников уже не было. Не было даже тумана, лишь молодой серп луны выглядывал из-за низких облаков. Кряхтя и отпуская не особо лестные высказывания и в адрес проклятых ведьм, и в адрес травниц, охотник поднялся на ноги. Он по-прежнему не понимал, куда ему идти, да к тому же еще и потерял ту, которую должен был защищать. Плохо. Очень, очень плохо. Налетевший ветер принес неприятный запах торфа и мертвечины, а потому ведьмак торопливо отбросил ненужные мысли и сосредоточился. Он на Болотах. А тут нужно держать ухо востро. Неизвестно, чем деревенской ведьме не угодили ведьмаки, но одно точно - травница ей нужна. И даже понятно, для чего: она лечит людей, никому не отказывает в помощи. Но почему ведьма питает такую ненависть к ведьмакам? На этот вопрос у него не было ответа. Обычно чародейки и деревенские ведьмы старались дружить с охотниками на монстров, ведь именно им можно было сбыть залежавшиеся редкие компоненты для эликсиров, дать заказ на необычного монстра или даже попросить отыскать редкое растение. Эта же видела в ведьмаках врагов. Но почему? Хорошо, допустим, Рэжл из Школы Кота избил кого-то из деревни. Но тот же Редек, по словам Тавры, и слова дурного никому не сказал. Да и он сам ничего не сделал. Ничего такого, за что его можно было бы ненавидеть. Очень странно. Порыв ветра повторился, и Верген поежился. Нет, определенно лучше обдумывать подобные вещи, сидя в теплой корчме, подальше от этих проклятых мест. А еще неплохо бы рассказать о подобном Охотникам на колдуний - в эту секунду ведьмак очень хорошо понимал их мотивы. Таких ведьм и в самом деле стоит отправлять на костер, чтобы зря не губили простых людей. Стряхнув со штанов особо крупные комья грязи, он поднял с земли свой плащ и закинул его на плечо. Меч, впрочем, он прятать не спешил. На Болотах опасны не только чокнутые ведьмы, но и утопцы, пиявки и леший знает, что еще. Лешаки, к слову, тоже могли встретиться. И вдруг внимание ведьмака, который бездумно всматривался в даль, что-то привлекло. Камни. Скорее даже каменные останцы. Но откуда они здесь, на болотах? Ему понадобилось буквально несколько секунд, чтобы понять, что это. Круг. Друидский круг. Ведьма водила их по Болотам и привела в самое их сердце. Где, собственно, и находился древний круг друидов. Роща друидов. С трудом вытягивая ноги из чавкающей грязи, ведьмак пошел вперед. Камни не устояли бы на трясине. А это значит, что там довольно твердая почва. А потому там можно будет развести костер, спокойно провести ночь, а утром уже решить, что делать дальше. А еще... И словно в ответ на его мысли, он вдруг почувствовал, как на поясе дернулся мешочек с кристаллами, которые ему дал Иерофант на Скеллиге. Неужели тут поблизости есть что-то, в чем сохранилась остаточная эльфийская магия? А может, произойдет чудо, и в роще обнаружится... Портал?! Но откуда? Однако раздумывать он не стал, а просто продолжил идти, стремясь как можно скорее добраться до твердой почвы. Недавние события настолько сильно выбили его из колеи, что он был просто неспособен на какие-то эмоции. Произойдет чудо, и он найдет портал? Очень хорошо. Нет? Что ж, значит, придется искать дальше. Думать же о том, куда делась та проклятая ведьма и Тавра, ведьмаку было откровенно больно. Почему-то он не сомневался. что старуха не навредит травнице: не станет плевать в колодец, из которого предстоит пить всей деревне. Ведь где еще найти человека, который с завидным постоянством станет ездить на болота лишь для того. чтобы помочь кирпичникам? А потому Тавре в лучшем случае вновь запудрят мозги и отправят в город. Однако мысль о том, что он взял деньги, а свою часть уговора не выполнил, заставляла Вергена страдальчески морщиться. Нет, определенно утром стоит наведаться в деревню! А еще лучше вернуться в город и обратиться в один из Орденов. К тем же Охотникам на колдуний. Пусть они занимаются этим делом! У них побольше опыта в борьбе с колдуньями... И теми, кому эти ведьмы поклоняются! "А кто тебе сказал, что ты выберешься с болот живым?" По коже у ведьмака прошел мороз. Он не понял, была ли это его собственная мысль, или же кто-то вложил ему ее в голову, но она была очень неприятной. Нет, он не боялся смерти: еще ни один ведьмак не умер от старости, лежа в теплой постели. И охотник не сомневался, что и он окончит жизнь где-то в лесу или руинах старинного замка, выслеживая очередного катакана или бруксу. Но почему-то именно сейчас ему хотелось две вещи: кружку горячего вина с пряностями и оказаться где угодно, но только не здесь. Постепенно болотистая почва сменилась старой разваливающейся гатью, а после и вовсе камнями, которые едва-едва поросли чахлым мхом. Еще несколько шагов и охотник выбрался на ровную поверхность, лишь тогда позволив себе оглядеться. Он стоял на небольшом плато, со всех сторон окруженном высокими камнями-останцами, которые были покрыты замысловатыми рунами и письменами. Однако надписи эти были настолько старые, что ведьмак не мог прочесть ни слова. К тому же часть рун была явно эльфийская, а в наречиях остроухих он совершенно не разбирался. Коснувшись рукой мешочка, в котором лежали полученные от друидов кристаллы, он вновь огляделся, но в этот раз уже внимательнее, силясь понять, есть на поляне что-то хотя бы отдаленно напоминающее портал или около того. Однако ни один из камней ни коим образом не был похож на вычурную арку или хотя бы ее часть. Впрочем, плюс тут все же был, при чем весьма весомый плюс: сражаться, стоя на твердой земле, все же проще, чем делать это же, но по колено в болотной жиже. Стоило Вергену об этом подумать, как он услышал шаги. Кто-то довольно тяжелый шлепал, по воде, причем шлепал явно в направлении плато. И ведьмаку даже не надо было гадать, кто же это может быть. Он брезгливо отбросил насквозь мокрый плащ и поудобнее перехватил серебряный меч. Мгновение - и из темноты вышел тот, чьи шаги ведьмак слышал. Возможно, издали ночного гостя можно было бы принять за человека. Но стоило ему приблизиться, как любые сомнения бы пропали: это точно не человек! Ведь у людей не бывает синюшной кожи, длинных черных когтей и острых клыков. А еще от них не воняет гнилой болотной водой и мертвечиной. Утопец бросился вперед с такой скоростью, что ведьмаку пришлось увернуться, пропуская его мимо себя. Он надеялся достать его мечом по спине, но утопец, как ни странно, успел вывернуться и взмахнул кошмарными когтями, так что теперь уклоняться пришлось ведьмаку. Позади раздалось шуршание. Верген, каким-то шестым чувством поняв, что оттуда ему тоже грозит опасность, перекатился, взмахнул мечом, вовремя отбив удар черных когтей. А из темноты выбегали все новые и новые твари. И они, в отличие от того туманника, были реальными. Прекрасно понимая, что вскоре сюда сбежится половина болотных обитателей, охотник перестал сдерживаться. Бесстрашно бросившись вперед, он поднырнул под лапищу утопца, полоснул его мечом, скользнул дальше. снеся голову следующему, а после сложил пальцы в знак и, не желая сил, коротко выдохнул. Огненная волна была не слишком жаркой, но утопцам, кожа которых была столь же чувствительна к солнцу и теплу, как и кожа жаб, явно стало некомфортно. Парочка из них, коротко рявкнув, отскочили во тьму, а оставшиеся отпрянули в стороны, образовав вокруг ведьмака своеобразный круг почета. Тот же, не медля, вновь шагнул вперед, замахнулся мечом и... И вдруг понял, что каменная площадка под ногами начинает проседать. На мгновение отведя взгляд, Верген пропустил момент, когда один из противников вновь кинулся на него. А в следующую секунду это стало не важно, ведь ведьмак вместе со сбившим его с ног утопцем провалился под землю...