Глава 16 Стремление к Жизни

      Киран держал кинжал, который вручил ему Артур, и смотрел на толстого О’Дрисколла, которого Хавьер прижал к земле. В нем происходила жестокая внутренняя борьба.       Но Толстяку О’Дрисколлу было все равно. Как только он услышал слова Моргана, он понял, что эти люди собираются с ним сделать. В отчаянии он закричал: — Отпустите меня! Позвольте мне разобраться! Я справлюсь. Позволь мне убить этого труса, Кирана! Я сильнее его! Я присоединюсь к вам, дайте мне шанс! Пожалуйста, дайте мне шанс — ах!       Хавьер, разозлившись, сильно пнул его.       Члены банды О’Дрисколла действительно были отбросами общества, они предавали своих, не задумываясь, и не проявляли никакой лояльности.       Артур, заметив нерешительное поведение Кирана, ободряюще похлопал его по плечу и сказал:       — Ты это слышал? Он бы не колебался ни секунды. Подумай об этом, что плохого ты сделал? Ты просто несчастный человек, которого заставили вступить в банду О’Дрисколла. Если бы ты не присоединился, они бы убили тебя.       Морган заметил, что рука Кирана напряглась, когда он слушал его. И продолжил: — Я не прав? Они хорошо к тебе относились? Тебе понравилось проводить время с О’Дрисколлами?       Киран покачал головой и сказал: — Нет, нет… Меня заставили. В противном случае они угрожали убить меня. Я не сделал ничего плохого… на самом деле, я просто выполнял поручения и ухаживал за их лошадьми… Я неплохой человек…       На лице несчастного отразилась глубокая боль, когда он погрузился в мучительные воспоминания. За те месяцы, что он был вынужден вступить в банду О’Дрисколла, он видел, как они совершают всевозможные злодеяния, и искренне презирал их. Да, он совершал преступления, но ему не доставляло удовольствия убивать. Он был просто маленьким человеком, пытающимся выжить.       Киран крепко сжимал нож, стоя там.       — Этот человек хорошо относился к тебе раньше?       — Нет… Нет, он даже избил меня сегодня утром.       Артур, видя состояние парня, почувствовал смесь разочарования и жалости. В этом и заключалась трагедия слабых — их постоянное уклонение делало их слабыми. Датч всегда говорил, что месть — это роскошь, которую они не могут себе позволить. В прошлом Морган тоже в это верил. Но теперь он вспомнил кое-что еще.       Месть — это игра слабых. Уклонение — это их сущность, а месть — это их возрождение.       — Ладно, у нас не так много времени. Поторопись. — сказал Артур, мягко подталкивая Кирана.       То ли из-за силы Артура, то ли из-за неустойчивости парня, Киран упал прямо на Толстяка О’Дрисколла, и кинжал вонзился ему прямо в спину. Но позиция была неправильной. Толстяк закричал от боли, но крови было немного.       Видя, что О’Дрисколл не собирается умирать в ближайшее время, Хавьер потерял терпение и выстрелил ему в голову со словами: — Хватит. Не теряй больше времени.       Морган кивнул, оттаскивая Кирана от тела О’Дрисколла. — Теперь ты один из нас. Отныне ты будешь следовать за мной.       Парень стоял, ошеломленный. Он убивал не в первый раз, но это было самое удивительное.       Артур не дал Кирану долго стоять на месте. Он крепко похлопал его по спине. — Иди собери лошадей и привези тела обратно, погрузи их на лошадей. Не забудь оружие. Оставь мне хорошего коня, ты поедешь на моем.       Хавьер, выслушав инструкции напарника, с любопытством спросил: — Ты сказал, что у тебя был план до того, как мы начали. Это как-то связано с этими телами?       Морган подтвердил: — Да, я объясню позже.       После того, как он помог Кирану собрать лошадей, тела и оружие, Артур сказал ему: -Хорошо, возвращайся в лагерь. Нам нужно еще кое о чем позаботиться. Есть вопросы? Например, можешь ли ты убежать?       — Нет, нет, сэр, я бы не посмел… — Даффи все еще немного боялся.       Артур от души рассмеялся. — Ты бы не посмел. Все из лагеря О’Дрисколлов мертвы, и ты единственный, кто остался в живых. Как ты думаешь, что Кольм с тобой сделает? Ладно, мы уходим. Едь на северо-восток, вдоль ручья вверх по ущелью, и ты увидишь лагерь. Подожди нас там. Если возникнут какие-либо вопросы, упомяните имя Артура Моргана.       Артур закончил инструктаж и уехал с Хавьером, забрав лошадей, нагруженных телами. Киран остался стоять рядом с лошадью Артура, чувствуя себя ошеломленным. Парень недолго оставался ошеломленным. Звуки, издаваемые животными вдалеке, заставили его быстро сесть на лошадь и следовать указаниям по направлению к лагерю.

***

      Когда Киран увидел вдали дымящуюся заброшенную деревню, он подумал, что, должно быть, это она и есть. Странно, но с этой точки обзора он никого не увидел.       Когда он въехал в лагерь, то увидел лошадей и повозки, но людей не было. Прежде чем он успел спросить, есть ли там кто-нибудь, из деревянных домов по обе стороны дороги вышли несколько женщин с ружьями. Они направили оружие на Кирана, но не стали стрелять сразу, узнав в лошади, на которой он ехал, лошадь Артура.       — Не стреляйте! Ар… Артур Морган! Он послал меня! — Киран поднял руки, показывая, что не хотел никого обидеть.       Морган отдал ему свою лошадь именно потому, что предвидел подобную ситуацию, зная, что, будучи чужаком, Киран может столкнуться с враждебностью.       Мисс Гримшоу, держа в руках дробовик, медленно приблизилась к Кирану. — Изложите свое дело, сэр.       Подняв обе руки, парень попытался управлять лошадью ногами, не желая вызывать недоразумений. — Мистер Морган и его мексиканский спутник спасли меня от банды О’Дрисколлов. Он предложил мне место с вами. У них есть другие дела, требующие внимания, поэтому они сначала отправили меня сюда.       Фраза «спасен от банды О’Дрисколла» сработала хорошо, так как враждебность окружающих заметно уменьшилась.       Пожилой мужчина, лицо которого уже раскраснелось от выпитого, опустил свое старое ружье и, пошатываясь, двинулся вперед. — Добро пожаловать. Не хотите ли чего-нибудь выпить?       Мисс Гримшоу, привыкшая к пристрастию мужчины к выпивке, не опустила оружие, а вежливо спросила. — Как вас зовут, сэр?       — Киран, Киран Даффи.       — Хорошо, мистер Даффи. Поскольку мистер Морган пригласил вас, я доверяю его мнению. Вы можете подождать его здесь. В лагере сейчас не очень удобно, так что вам придется немного подождать дома в одиночестве. Надеюсь, вы не возражаете. Как только мистер Морган вернется, я официально поприветствую вас.       Это был самый безопасный способ действий, учитывая, что в данный момент в лагере не было мужчин. Что касается старика? В глазах мисс Гримшоу, несмотря на то, что он был старейшим членом банды, он никогда не вносил ничего полезного.       Он был просто старым пьяницей, всегда с полупустой бутылкой виски. Никто не знал его имени; все называли его «Дядюшка», независимо от возраста. Он носил пистолет скорее для того, чтобы пугать людей, чем для какой-либо реальной пользы.       Вскоре Кирана «сопроводили» в комнату, которую ранее занимала чета Адлеров, которые вернулись на свою ферму, оставив дом пустым. Услышав, как снаружи закрылась дверь, Даффи остался один в комнате, не зная, что его ждет. В одиночестве время, казалось, тянулось медленно, и он начал размышлять о своей жизни.       С детства он работал на конюшнях. Он вспомнил, как его отец всегда мечтал поехать в Калифорнию, надеясь забрать туда семью. Он тоже с нетерпением ждал этого. Но холера забрала его отца. Затем холера забрала его мать.       Выжил только он.       После того, как его отец и мать умерли, он, естественно, потерял работу на конюшне.       Люди часто говорят, что если ты не можешь выжить, то должен пойти в армию. По крайней мере, ты мог бы прокормиться. Он ушел, но, оглядываясь назад, понимает, что его служба в армии была поистине невыносимой. В конце концов, как и ожидалось, он не смог остаться и ушел из армии.       Позже, чтобы выжить, он встретил нескольких друзей в таверне и какое-то время умудрялся обходиться мелкими кражами. Но, честно говоря, криминальный путь тоже не был для него гладким. Его друзья были убиты один за другим, и в конце концов он снова остался один.       Все еще оставаясь в одиночестве, примерно в это же время он столкнулся с бандой О’Дрисколла…       «Ха-ха, оглядываясь назад, я понимаю, что жизнь никогда не давала мне выбора, не так ли?»       Киран горько рассмеялся про себя. Он не ожидал, что его будущая жизнь будет чем-то отличаться от жизни О’Дрисколлов. Он помнил только последние слова своей матери, обращенные к нему: живи, стремись жить.