Глава 25 Разъяренный Шериф и Старый Шериф

      Столкнувшись с разъяренным шерифом, Блейк занервничал, но Артур остался невозмутим. Он улыбнулся и сел на стул, наблюдая, как шериф Мэллой некоторое время бушевал, прежде чем Морган наконец заговорил.       — Шериф, вы вляпались в неприятную историю. — сказал Артур.       Это была типичная фраза для мошенника, все равно что сказать: «Считай, что ты уже покойник».       Шериф Мэллой указал на Моргана, дрожа от гнева. — Ты чёртов идиот! У меня из-за тебя все эти неприятности!       Пока шериф бушевал, швырял вещи и колотил кулаками по столу, Морган достал сигарету, зажег ее от спички, которую Блейк тут же протянул ему, и затянулся.       — Кто-нибудь должен принести шерифу стакан воды. Он, кажется, слишком взволнован, — сказал Артур. — Мы только что помогли ему разобраться с двумя преступниками. В чем тут наша вина?       Морган затушил сигарету после первой затяжки, мысленно напомнив себе, что курение вредно для его здоровья. От этой привычки трудно избавиться, особенно в подобных ситуациях.       Удивительно, но слова Артура успокоили Мэллоя, возможно, потому, что он дал выход своему гневу, а может, потому, что ему нужно было собраться с мыслями. Он сделал глоток воды, которую принес ему его заместитель, и снова сел за свой стол. Взяв себя в руки, он оглядел «гостей» с ног до головы, прежде чем обратиться к Артуру.       — Давайте будем откровенны. Вы, наверное, думаете, что я в сговоре с бандой О’Дрисколла, потому что я брал у них деньги…       Блейк кивнул, помощник шерифа тоже. Это снова вызвало гнев шерифа Мэллоя, но он сумел сдержать его и продолжил: — Да, я взял их деньги, но все это было для защиты этого города, а не для себя! Вы знаете, как мало у нас в Валентайне официальных помощников шерифа? А сколько людей у проклятой банды О’Дрисколла?       — Я разрешил им собирать деньги за защиту с городских торговцев, но только потому, что они обещали не грабить проезжающих через Валентайн торговцев и не причинять вреда горожанам. По крайней мере, не рядом с Валентайном…       Шериф Мэллой, казалось, не мог сдержать раздражения и продолжал изливать его. — Я знаю, что в последнее время они переходят границы, требуя больше денег за защиту от торговцев, которые уже заплатили. Я знаю об этом, вероятно, из-за ограбления поезда Корнуолла. В последнее время Пинкертоны начали шнырять… Но дело не в этом. Эта ситуация возникла совсем недавно!       — Если бы мы продержались еще немного…       Артур не согласился. — Вы не можете ожидать, что они просто остановятся.       — Вы не понимаете. Они как тараканы, которых невозможно убить или искоренить. Когда страсти улягутся и Пинкертоны переключатся на другие цели, большие шишки забудут о них, и они снова вылезут из своей дыры. Те, кто выступает против них, часто оказываются мертвы или даже хуже.       — Предыдущий шериф Валентайна пытался оказать им сопротивление. Вы знаете, что произошло?       Морган собирался прервать его, но решил позволить Мэллою продолжить. Он поудобнее устроился в кресле, приготовившись выслушать историю самооправдания благородного шерифа.       — В то время я был простым помощником шерифа, молодым и слабым. Старый шериф был другим. Он был честным человеком, типичным представителем закона Старого Запада. Он отказался идти на компромисс с этими негодяями. Он арестовал некоторых из них и даже повесил нескольких. Мы все думали, что это отпугнет банду О’Дрисколла от Валентайна.       — Я так понимаю, старого шериф плохо кончил?       Шериф Мэллой пристально посмотрел на Моргана и продолжил: — Плохо? Его семья жила недалеко от города. У него были жена, сын, невестка и трое очаровательных внуков…       Артур мог догадаться, что последует дальше.       — Однажды после работы старый шериф вернулся домой и обнаружил, что вся его семья — пять человек — повешена на дереве перед их домом. Только его пятилетняя внучка осталась внизу, оплакивая свою мать…       Морган нахмурился, и все присутствующие, казалось, впервые услышали эту историю. Помощник шерифа Коул выглядел недоверчивым, а Блейк был потрясен. Дети, пострадавшие в трагедиях, всегда вызывали сочувствие.       Шериф Мэллой глубоко вздохнул и продолжил: — Хотя старый шериф был в отчаянии, он должен был оставаться сильным ради своей внучки. Она была всем, что у него осталось. Он слишком беспокоился о ее безопасности, чтобы работать, поэтому остался с ней дома, а я приносил им продукты.       — Какое-то время мы были осторожны, опасаясь, что банда О’Дрисколла захочет отомстить. Я проверил, как там старый шериф и его внучка после работы.       — Но вы не можете защищаться от подонков вечно.       — Я помню ту ночь, когда это случилось. Я работал в ночную смену в участке, когда увидел пламя, поднимающееся со стороны старого дома шерифа. Я бросился туда, но было слишком поздно. Шериф Мэллой замолчал, погрузившись в свои воспоминания.