Глава 42 Отношение Датча

      — Датч, Артур открыл казино в Валентайне, — сказал Хавьер боссу, который стоял неподалеку.       Мужчина курил трубку и молчал, пока мексиканец говорил. Хозия тоже был там. Выслушав, он просто молча курил, ничего не говоря. Видя, что никто из них не произносит ни слова, Эскуэлла продолжил.       — Ты, наверное, не знал об этом. Я не хочу называть это предательством, но ясно, что Артур преследует свои собственные интересы, а не наши.       Эти слова были довольно резкими. Хозия и Датч только что услышали об этом от Хавьера. Обоим нужно было время, чтобы переварить новость. Через некоторое время старик заговорил первым.       — Хавьер, выбирай слова. У Артура должны быть свои причины, и я ему доверяю.       Хозия много думал, но на данный момент он настаивал на одном: не делать поспешных выводов до разговора с Артуром.       Эскуэлла не испытывал недоверия к Моргану, но в этой ситуации было трудно не думать о худшем. По его мнению, такое поведение можно было расценить как предательство. Хотя Хавьер хотел доверять Артуру, у него были свои принципы. Мексиканец посмотрел на Датча, ожидая, что тот заговорит.       Усач затянулся трубкой. Он только что узнал об этом. Что сказать? Он почувствовал, что застигнут врасплох.       — Я поговорю с Артуром. Похоже, он что-то делает за моей спиной. Я думаю, он действительно больше не доверяет старому Датчу.       Усач тщательно подбирал слова. Хавьеру показалось, что босс не знал об этом и взял на себя ответственность, вместо того чтобы обвинять Артура. Даже слово «предательство» было заменено на «за моей спиной». Эскуэлла кивнул, решив, что ответ лидера справедлив.       Хозия понял иначе. Он уловил скрытый смысл в словах друга.       — Датч? Это Артур! — Старик нахмурился. Усач, держа трубку, перебил старика.       — Я знаю, знаю! Это Артур, я… Мне было интересно, не предал ли нас кто-нибудь во время фиаско в Блэкуотере.       Прежде чем Хавьер успел глубоко задуматься, Хозия не выдержал и громко сказал: — Ты спятил, Датч! Как ты можешь так говорить? Я собираюсь найти Артура и поговорить с ним об этом.       Старик не мог поверить в то, что услышал. Его старый друг намекал на то, что Артур предал их, хотя и не говорил этого прямо. Хозия понял, что имел в виду Датч. Он очень хорошо знал его, но чувствовал, что это в прошлом. Теперь он все больше сомневался в том, что думает его напарник. И он сам, и Датч знали, что Артур их не предаст. Так почему он сказал это?       Хозия был очень зол. Он не хотел больше ни думать об этом, ни оставаться там и слушать. Он решил обратиться непосредственно к Артуру, чтобы все прояснить. Он был ему как ребенок, и, пока все не прояснится, Хозия предпочел бы безоговорочно доверять ему.       Наблюдая, как старик поспешно уходит, усач не остановил его и не сказал больше ни слова. Он на мгновение задумался, а затем проинструктировал Хавьера.       — Я разберусь с этим. Пойди проверь Мику. Он уже несколько дней не возвращался в лагерь. Посмотри, не было ли у него каких-нибудь неприятностей.       Эскуэлла кивнул и ушел.       Наконец Датч остался один, поигрывая трубкой и долго глядя вдаль.

***

      За клиникой, в казино.       Прибыл особый гость, не похожий на остальных. Этот человек был хорошо одет и сопровождался множеством охранников. Оживленная атмосфера в зале утихла, когда вошла эта группа, и все стали наблюдать за происходящим.       Этой группой был не кто иной, как Левит Корнуолл, который пришел выслушать признание Кольма. Одрисколл сказал, что люди, которые его ограбили, сейчас находятся в Валентайне. Приехав, он услышал о новом небольшом казино и решил сначала проверить его, чтобы убедиться, что люди, которые ограбили его, действительно были там и нанесли ущерб его репутации.       Пробыв там некоторое время, Левит заинтересовался работой казино. Казино предлагало бесплатные напитки и множество новых методов азартных игр, которые показались ему довольно интересными. Поэтому он обменял несколько фишек и решил сыграть несколько раундов. Сначала Корнуэлл подошел к столу, за которым играли в Техасский Холдем, намереваясь посмотреть, нет ли каких-нибудь новых приемов.       После того, как его охранники вежливо попросили игрока уйти, Корнуэлл сел. Игра продолжилась.       Левит, не глядя на свои карты, поставил все свои фишки в банк. Остальные игроки за столом сбросили карты. В течение следующих пяти раундов он повторял те же действия. Всем стало ясно, что он не обычный игрок, и другие игроки вышли из-за стола. Крупье, заметив ситуацию, тихо подал знак служащему и продолжил раздачу карт.       — Неинтересно, я думал, будет что-то новенькое… — заметил Корнуэлл своему охраннику. Когда официант принес напитки, Левит просто посмотрел на них, но не притронулся.       Видя, что никто больше не хочет играть с ним, потому что его богатство не позволяло выиграть, один человек не выдержал и громко сказал: — Ха-ха-ха, как это может быть неинтересно? Позвольте мне сыграть несколько раундов с этим джентльменом.       Говоривший был мужчиной в черно-красном костюме, который выступил вперед из толпы и сел за стол. Корнуэлл, взглянув на вновь прибывшего, с интересом осмотрел его.       — Оу? Похоже, этот джентльмен в приподнятом настроении. Давай посмотрим, хватит ли у тебя фишек.       Новоприбывшим был не кто иной, как Датч, который пришел проверить все в одиночку. Усачу не понравилось отношение богача, но он улыбнулся.       — Кто-то должен преподать вам, богачам, урок. Такие люди, как вы, не всегда могут устанавливать правила. — Крупье быстро раздал карты, и вокруг собралось много игроков. Вскоре карты были розданы.       Корнуэлл, не глядя на свои карты, бросил все свои фишки в банк и с улыбкой сказал: -Видишь ли, если у тебя не хватит фишек, тебе придется признать поражение, даже не взглянув на мои карты. Мне даже не нужно знать, какие карты у меня есть.       Видя, что Левит использует свои деньги, чтобы доминировать, не заботясь о выигрыше или проигрыше, а просто желая победить, зрители выказывали недовольство. Некоторые нетерпеливые даже начали ругаться, но не из чувства справедливости, а потому, что им было невыносимо видеть, как богатый человек выпендривается. Однако охранники Корнуолла были высокими и сильными, что удерживало их от любых необдуманных действий.       Покуривая трубку, Датч тоже поставил все свои фишки в банк, не заглядывая в карты. Он видел, как Киран подал знак новому крупье, дочери старого Фрэнка. В этот момент Датч понял, что не может проиграть, поэтому продолжил разговор с богатым человеком, стоявшим перед ним.       — Правила таковы, как вы говорите, но всегда найдутся несогласные. Я хочу преподать вам урок.       Датч не знал Корнуолла. Но из-за неприязни к таким богатым людям усач решил преподать ему суровый урок. Первоначальную цель приезда сюда можно было бы пока отложить в сторону.       Видя, что незнакомец бросает ему вызов, Левит не рассердился. Ему это показалось довольно интересным, с чем он давно не сталкивался. Поэтому он попросил своих охранников обменять еще фишек и продолжил свои прежние действия.       Датч нахмурился. На глазах у множества людей у него было не так уж много денег. Он не мог напрямую попросить у Кирана кредит, чтобы его не уличили в мошенничестве с казино. Немного подумав, у него появился план.       Усач выложил на стол облигации, которые он забрал в Корнуолле, и обменял их на фишки. Казино принимало не только наличные, но и залог, который можно было быстро оценить и обменять на деньги, хотя и по низкой цене. Но Датчу было все равно.       Сидевший по другую сторону стола Корнуэлл, увидев облигации, спокойно просмотрел коды и сразу же подтвердил, что именно они у него украдены. Он отреагировал не сразу, но спокойно спросил:       — Могу я спросить, как вас зовут, сэр?       Датч, думая, что Корнуолл высоко ценит его, улыбнулся и сказал: — Милтон, Джим Милтон.       Левит улыбнулся, но про себя выругался. Чертов Датч ван дер Линде. Корнуэлл узнал его.       Игра продолжалась.