Часть 9

— Что мы здесь делаем? — спросила Мария, следуя за Клаусом по мрачным закоулкам склада. — Мы со Стефаном разбудили мою сестренку. Она нужна, чтобы Глория связалась с одной ведьмой, дорогая, — начал Клаус, но слова застряли в горле, когда в него вонзился кинжал. Мария ахнула, инстинктивно закрывая его собой. Ярость вскипела в её взгляде, когда перед ними возникла белокурая фигура. — А-а-а, прекрати! Клаус, скажи своей ведьме, чтобы она остановилась! — Милая, — усмехнулся Клаус, глядя на сифонку. — Ребекка, ты же знаешь, этот клинок меня не берёт. — Сколько лет прошло? — Почти девяносто, с тех пор как я заколол тебя. Но прежде чем ты начнёшь извергать проклятия, я хотел бы кое-кого тебе показать. Клаус кивком подозвал Стефана и приказал ему вспомнить всё. Несколько минут спустя Ребекка уже тонула в объятиях младшего Сальваторе, и они вместе покинули склад. — Они встречались? — спросила Мария, приблизившись к Клаусу. — Да, в двадцатых они были самой известной парой. — Клаус? — Что, любовь моя? — Для чего тебе нужны гибриды? Ты же бессмертен. — Не совсем. Белый дуб. Белый дуб может убить Первородного. Наш отец, Майкл, уже тысячу лет гоняется за нами, чтобы уничтожить. Гибриды нужны мне, чтобы убить его и воссоединить семью. — Почему твой отец хочет убить вас? — Он мне не отец. Моя мать согрешила с оборотнем и скрыла это. Всё всплыло, когда я убил человека. Эстер запечатала во мне зверя, а Майкл… он не смог смириться с её предательством и вырвал её сердце. Он решил, что его долг – убить меня, убить его позор. Но братья и сестра встали на мою защиту, и тогда он решил уничтожить нас всех. — Это ужасно. — Мы жили во времена викингов, дорогая. Майкл был одним из них. Всё это было в порядке вещей. — Но ты не виноват в том, что твоя мать… блудница. Клаус расхохотался, и Мария нахмурилась. — Что? — Ничего, милая. Всё хорошо. Мне кажется, у нас налаживается общение? — Один хороший человек намекнул мне, что глупо избегать того, что было предсказано задолго до моего рождения. — Как и избегать свои чувства? — Клаус хитро прищурился. — Этот человек – Катерина? Он заметил, как девушка вздрогнула, и её взгляд забегал по помещению. — Не бойся, я же обещал тебе, что оставлю её в покое. — И ты сдержишь своё слово? — Моя сестра возвращается, — сказал Клаус и, оставив Марию одну, покинул склад. — С каких пор мой старший брат стал водиться с ведьмами? — с отвращением спросила Ребекка. — Кол, Элайджа – да, они всегда любили ведьмочек, но не Ник. Он вас только использует. Но я вижу ваши переглядки. — Нет никаких переглядок, Ребекка. Я в плену у Клауса. — Почему? Что он тебе обещал? — Это не важно. Выбирай себе вещи, и пошли. Ребекка странно посмотрела на ведьму и подозвала к себе Стефана, пока Мария была в примерочной. — Так значит, ты у меня в плену, любовь моя? — прошептал гибрид, возникая за спиной полуобнажённой девушки. — Клаус, — тяжело выдохнула Мария. — Это не проходной двор! И хватит так бесстыдно меня разглядывать! — Это принадлежит мне! — заявил он, указывая на её тело. — Нет. Несмотря на предсказание, я принадлежу себе! И всегда буду принадлежать себе! — Ты Петрова?! — ворвалась в примерочную вампирша. — Так ещё и оборотень! Как такое может быть? Её удивило присутствие в примерочной полураздетой Марии её брата, но решила узнать об этом позже. — А ты? — перевела она взгляд на Клауса. — Тебе было мало? Татия? Катерина?! Они отравляли нам жизнь, а ты решил в третий раз довериться их проклятому роду! — Успокойся, Ребекка, — произнёс Первородный, закатывая глаза. — Спасибо за рассказ, друг,— вдруг обратился он к Стефану. — Я не претендую на твоего брата! — воскликнула Мария. — Если бы не это предсказание… — Какое предсказание? — удивлённо спросила блондинка и тут же ошеломлённо ответила на свой же вопрос: — Это ты та девушка! — Да, мы связаны с Клаусом. Наши волки запечатлены, и никто не может это исправить. — Тогда я просто убью тебя! Ты не будешь конфликтом в нашей семье! Ребекка бросилась в атаку, но Мария чудом оказалась быстрее. Она прижала Первородную к стене и запустила руку в её грудь, обхватывая сердце. Блондинка скорчилась от боли, в её глазах застыл страх, в котором отражались волчьи глаза Марии. — Ты же… — Не пробудила проклятие? Да. Я не знаю, почему я такая! И что мне с этим делать! Я потеряла всех, всю свою семью. У меня осталась только Катерина, и я обменяла свою жизнь на её, потому что она моя единственная родственница! Мария будто только сейчас осознала произошедшее. Оттолкнув от себя блондинку, она накинула кофту и выбежала из магазина. Ребекка долго смотрела ей вслед, не в силах унять страх перед этой девушкой. Мария бродила по городу, размышляя о своей жизни. Почему-то ей казалось, что от Первородной исходит добро, родственная связь, но всё оказалось ложью. Она подошла к складу, у которого стоял грузовик. Мария нахмурилась, услышав крики, и вбежала внутрь. Перед ней лежал Стефан со сломанной шеей, но она не успела ничего понять, как её прижали к стене. Клаус крепко держал её за горло, возвышаясь над своей наречённой. Он сдавливал хрупкую шею девушки всё сильнее. — Ты знала? Знала?! Отвечай! — Клаус… — прохрипела Мария. Она пыталась сопротивляться, но не могла. Её магия бездействовала, а волчица забилась в угол от страха.  На глазах Марии выступили слёзы. — Признайся! Ты узнавала о Майкле специально?! — Нет! — еле выдавила девушка. — Ты же сам рассказал… — Ты знала, что она жива?! — Кто? — Не строй из себя дурочку, Мария! — Ник, отпусти её! — неожиданно вступилась вампирша. — Она не знала. — С чего ты взяла? — обернулся на неё брат, но руку с шеи девушки не убрал. — Я видела её глаза тогда. Она не знала, что Елена выжила. — Елена? — с трудом выдохнула девушка, находясь в шоке. Клаус отпустил её, и Мария рухнула на пол, кашляя.  Она прикоснулась к своей шее и вздрогнула от боли. На ней наверняка останутся синяки. Девушка захлебнулась в слезах.  Она не думала, что Клаус позволит себе такое, словно и не было тех слов, что он говорил ей на поляне. Он не хотел смотреть на её мучения, но сам чуть не задушил её. Волчица, забившаяся в угол её души, не хотела выходить.  Ей было так же больно и страшно, как и Марии. Ребекка помогла девушке встать и добраться до отеля. — Я не знаю, что с ним случилось, — вдруг начала разговор блондинка. — Он ещё в магазине хотел обратно уложить меня в гроб из-за нашей с тобой стычки. Клаус защищал тебя. Он защищает всех, кого любит. — Он меня не любит, — произнесла Мария, вытирая слёзы. — Всё это… это глупое наречение! — Нет. Я видела его. Когда я заговаривала о тебе, он менялся. — Он чуть не задушил меня, Ребекка! — сорвалась на крик девушка. — Я не знала о Елене. Я правда оплакивала её. Про свой, про наш день рождения я и вовсе забыла. Это был траурный день для меня! — Он боится быть преданным. — Это не оправдание ему. За всё это время я не дала ни единого повода! А он… Я её не чувствую теперь. — Что? Кого ты не чувствуешь? — быстро спросила вампирша, услышав, как Клаус хотел зайти в комнату. — Волчицу, — горько усмехнулась девушка. — Я так сильно хотела всё это прекратить, а сейчас, когда я не чувствую её в себе, я не чувствую часть себя. Моя магия не сработала на нём, как, собственно, и на тебе. — Ты… — Да, я хотела опробовать, но ничего. Пусто. Он всё уничтожил во мне. — Ребекка… Мария вскочила с кровати и обернулась к двери. Первородные оба услышали стук её испуганного сердца. — Иди, присмотри за ним, — намекнул он на Стефана. Мария прижалась к стене, не сводя глаз с гибрида. Она боялась его. Теперь правда боялась. Боялась той боли, что он может ей причинить. — Мария… Его голос раздался, словно гром в поле, и девушка вздрогнула. Он подошёл к ней и хотел дотронуться до волос, но её мольба остановила его. — Пожалуйста, не надо. Я не знала, что Елена жива. Он не говорил мне. — Я верю. Прости меня, дорогая. — Я не чувствую её, Клаус. — Я слышал. — Из-за тебя я не чувствую часть себя. Как бы я ни хотела от неё избавиться, теперь она где-то там, как и моя магия. — Ты сама их заперла. Из-за страха. — А почему я испугалась? Мария вдруг подняла на него глаза, полные слёз. Гибрид ничего не ответил ей и просто исчез из комнаты.  Мария рухнула на колени, заливаясь слезами, заполняя ими ту пустоту, что теперь сияла внутри неё.