Часть 14

После того как мы полежали и отдохнули. Быстро вскочив, я хлопнула в ладоши. Он смотрел на меня с удивлением. — У меня идея. Сыграем в карты? — Ты уверена в своей идее? — его глаза заблестели азартом, на лице расплылась улыбка, в которой читалось лёгкое пренебрежение. — Уверена. — Ты хоть умеешь играть? — с ухмылкой спросил он, скептически приподняв бровь. — Умею, — бросила я обиженно. — Ладно, ладно. Я тебе верю. На что будем играть? Карты у тебя есть? И во что, собственно, играем? — Карты есть, ещё от тебя остались, — я резко покраснела до кончиков ушей. Стояла перед ним голая, нервно жестикулируя — Ты чего покраснела? — Он тоже осознал нашу… незащищённость. Его взгляд невольно скользнул вниз, и я почувствовала, как жар приливает к лицу. — А‑а‑а, ничего, — забормотала я, метнувшись по квартире в поисках халата. Найдя, накинула его, затем принесла второй ему. — Надень, пожалуйста, — протянула халат, зажмурившись. Приглушённый смех разнёсся по комнате. Он не сказал ни слова. — Всё, можешь открывать, — я осторожно приоткрыла сначала один глаз, потом второй. — Ну так? Во что? На что? — Он встал с дивана, завязывая халат. — В покер. Без интереса. — Так неинтересно, — он закатил глаза и улёгся на диван. Я потянула его за руку, пытаясь поднять, но он оказался в разы тяжелее меня. — Ну‑у‑у‑у, давай поиграем, ну пожалуйста. Давай. Он приоткрыл один хитрый глаз, улыбаясь — Хорошо, — сел на диване. — Давай поиграем. Но я не буду играть без интереса. — А на что тогда? Денег у меня нет. Да у меня вообще ничего нет. — Давай на желание  и в покер. Играешь? — Он протянул руку для пожатия. — Играю, — я ответила на рукопожатие. Я поставила чайник. — Тут чай не подойдёт. — А что надо? — Коньяк или виски. На крайний случай, бурбон. — У меня ничего такого нет. Значит, будем пить кофе. Тоже крепкий напиток, как даст по голове давлением, будешь мучиться хуже, чем при похмелье. — Тоже верно. Присаживайся, — он указал на стул напротив. — Уже намухлевал? — Не‑а. Не люблю жульничества. И сам таким не занимаюсь. — Хорошо. Саске раздал карты. Сердце колотилось, как заведённое. Первая партия подходила кконцу. — Ну что? — улыбнулся он. — Вскрываемся? — Да. — Ну вскрывай, — он кивнул на мои карты, облизнув губу. — Фулл‑хаус, — выложила я на стол. — Не думаю, что у тебя флеш. Не может бытьНе верю. — Ц‑ц‑ц, — покачал он головой. — Что же теперь делать? — Он притворно опечалился, а затем широко улыбнулся, выкладывая флеш‑рояль. — Тебе? Мои глаза округлились. — Как? — Вот так. Фортуна меня любит. — Нельзя так говорить, — буркнула я. Он лишь пожал плечами. — Ещё играем? Или ты уже сдалась? — Играем ещё, — твёрдо ответила я. — Харуно, азарт до добра не доводит, — предупредил он. — Я отыграюсь, и всё. Он покачал головой. — Все вы так говорите. Я раздала карты. Из‑за того, что они никак не шли, я заметно заволновалась. Вот уже конец партии. — Вскрываемся? — Ага. Только не говори, что у тебя опять флеш. — Не могу. Он у меня. А у тебя? — Каре. — Не везёт тебе, Харуно. Будем ещё? Или остановимся? — Пожалуй, хватит, — я встала, собрала карты и убрала их в коробку. — Что за желание? — спросила я. Он мечтательно и чуть ехидно улыбнулся. — Они тебе не понравятся. Но, — поднял палец, — это карточный долг. А карточный долг, сама знаешь… — Знаю, — буркнула я. — Во‑первых, я хочу, чтобы на протяжении недели ты встречала меня голой. На протяжении недели я буду приходить к тебе после работы. По щекам разлился румянец. Но это долг — ничего не поделаешь. — А ещё? — Ты выполняешь всё, что я тебе скажу. — Поняла. — Умничка. — Не буду больше с тобой играть. — Я и не просил. Наоборот, я уточнял, точно ли ты хорошо подумала, что играть со мной, хорошая идея. Я знал, что отлично играю. — А почему тогда не отговорил? — Зачем? Теперь у меня полная свобода действий. Теперь ты моя на целую неделю. — Рабыня? — спросила я. Он помотал головой. — Никогда не считал тебя рабыней и не буду, — его лицо стало строгим. — И когда начнётся? — Завтра понедельник? — Я кивнула. — Тогда с завтра и начнём. Весь оставшийся вечер мы смотрели «Игру престолов». Саске то и дело фыркал. — Не фыркай. Это мой дом, и мы будем смотреть то, что я хочу. — Я ничего не говорю. Просто я его смотрел два раза: первый один, второй  с Томико. «Это его… девушка? Да?» — сердце гулко застучало, болезненно сжалось в груди. «Мы же не встречаемся. Получается, он ей изменяет? А я просто кукла в очередной раз, для его удовольствия?» — Это кто? — тихо спросила я, хотя не хотела задавать этот вопрос, ответ мог разбить меня. — Моя младшая сестра, — ответил он. Камень упал с сердца. — Ты чего такая печальная стала? — Ничего. — Сакура? — Ничего. Всё нормально. — Не нормально, я же вижу. Ты ревнуешь? — С чего ты взял? Ты человек свободный, можешь делать что хочешь. С чего бы мне тебя ревновать? — Я не свободный, но у меня нет девушки, — он улыбнулся. Я повернулась к нему. — Как это? — Потом поймёшь, — он продолжал улыбаться. — Сколько твоей сестре? — решила я перевести тему, так как его слова остались для меня загадкой. — Восемнадцать через неделю исполнится — Понятно. Дальше мы смотрели сериал в тишине. Онхотел что‑то сказать, но я шикнула: — Т‑ш‑ш. Сейчас напряжённый момент. Он замолчал. После сериала мы ещё раз поужинали. Я расстелила диван, сходила в душ — конечно, не одна. — Ты останешься? — спросила я. — Если ты не против. — Нет. Мы легли. Мне постепенно начало всё это нравиться: тёплое, крепкое тело рядом, которое бережно укутывало меня в одеяло и прижимало к себе.