Часть 15

Саске. Настроение было на высоте. Я чувствовал себя уверенно, пока не приехал на работу. Тут позвонил отец. В такую рань? Что ему нужно? — Здравствуй, отец. — Здравствуй, сын. Ты где? — Только подъехал к работе. Что случилось? — Случилось. В каком клубе находишься? — На выезде, в стрип‑клубе. — Через час буду. — Хорошо. Но что… — Приеду скажу. Не по телефону. — Понял. Что‑то не так. Даже сейчас, когда я живу отдельно и веду свой бизнес, его звонки заставляют меня нервничать. Через час отец вошёл в мой кабинет. Не один — с ним был Итачи. Я встал, поздоровался, предложил сесть. Попросил администратора принести кофе.Мы расположились: я — за своим столом, они — напротив, на диване. Их взгляды будто прожигали меня насквозь. — Ну? — не выдержал я. — Отец, ты хотел поговорить? Зачем Итачи здесь? Что случилось? — И да, и нет, — ответил отец. — Итачи оказался здесь случайно. Дело в том, что мой сын пытается меня обмануть. Врёт своему старику. — Не понимаю, о чём ты. — Да ну? — Если ты про Сакуру, это не твоё дело. Наши отношения никого не касаются. — Девчонку я не трогаю. Мне всё равно, с кем ты проводишь время. Если любишь пожалуйста. Я приму её, если вы решите пойти дальше. Девочка хорошая. Но я не об этом. — Тогда о чём? — До меня дошла информация. — Какая? — Ты продал два клуба? Я тяжело вздохнул. — Да, продал. В чём проблема? Они не приносили прибыли. Шли ко дну. — Что будешь делать дальше? — Открою два стрип‑клуба. Они работают и приносят доход. Почему ты вмешиваешься? Я сам зарабатываю, ты это знаешь. Имею право распоряжаться бизнесом? Или мне нужно твоё разрешение? — Не за этим я приехал. У меня другие сведения. Ты водишь меня за нос. — Не понимаю. — Почему и как ты выкупил компанию Харуно? Зачем? Молчание. Откуда он узнал? — Ну, что молчишь? — Выкупил. Компания прибыльная. Ещё купил их дом. — Зачем? Ты понимаешь, что сделал? — А что? — Из‑за тебя они получили деньги и сбежали из страны. А мне остались должны. Напряжение начало спадать. Они ещё не знают… Пусть не узнают о моей ошибке. — Сколько они тебе должны? Озвучь сумму. — Около шести миллионов. Я сглотнул. Если разделить на две части, смогу отдать за год. Прибыль есть — компания, стрип‑клубы… Нормально. — Я отдам. — Что?! — Отдам. Не сразу, частями. Сейчас есть три миллиона, вторую часть, через полгода. Составим договор. — Ты в своём уме?! Любовь мозги отшибла? Думаешь, я приму твои деньги? Ты по миру пойдёшь, если за каждого будешь отдавать долги! — Не за каждого. Тебе нужны деньги. — Нужны. Но не от тебя. Или ты хочешь спасти родителей своей девушки? Отвечу прямо: я уважаю твой выбор, но когда дело касается семьи, я выбираю семью. Если её родители появятся здесь, им не жить. От меня ещё никто не уходил. — Я понял. — И ты… — он указал на меня, — поможешь мне. Или пойдёшь против семьи из‑за девушки? Провокационный вопрос. — Нет. Я не пойду против семьи. Мне действительно было всё равно на её родителей. Ради них я и пальцем не пошевелю. Чёрт, это был выход. Почему я не подумал об этом раньше? Убрал бы их — и дело с концом. — Отлично. Это всё, что я хотел узнать. Я выдохнул. Тело слегка дрожало. Встал, протянул руку — он пожал её. — Удачи, сынок. — И тебе, отец. Итачи протянул мне руку. Всё это время онмолча наблюдал. Необычно для него. — Что ты наделал, Саске? — тихо прошептал он. — О чём ты? — Ты знаешь, о чём. Я посмотрел ему в глаза. — Это ты рассказал отцу? Откуда? — Свои сведения. Но я не рассказал самого важного. — Чего же? Что тебя остановило? — Не хочу вносить раздор в семью. Никому не скажу. Тот, кто знал, уже мёртв. Знаемтолько мы. Будь спокоен, Сакуре никто ничего не скажет. Если только… — Если только что? — Её родители смогут держать рот на замке. — Ты знаешь, что они звонили? Итачи улыбнулся. — Я знаю всё, брат. Профессия такая, знать всё. — Что хочешь за молчание? — Ничего. Люблю глупого младшего брата, даже с его выходками. — Спасибо, брат. — Не за что. Удачи. Мы обнялись и разошлись. Я рухнул в кресло, закрыл глаза, облокотился на спинку. Однажды отец всё узнает. И тогда мне конец. Не в физическом смысле — но мой статус в семье будет уничтожен. Я стану предателем. А ещё узнает Сакура. И я потеряю ее навсегда. Но я сделаю всё, чтобы этого не случилосьУбью любого, кто попытается ей рассказать. Итачи — исключение. Ему я доверяю как себе. Каждый раз, приезжая к Сакуре, я боюсь увидеть в её глазах боль, обиду, страх. Боюсь, что ей всё расскажут. Боюсь, что её родители позвонят и выложат правду. Она не догадается сама. Она не настолько испорчена. Но если узнает — выберет их. Сомнения разъедают меня. Каждый день я просыпаюсь с мыслью: «Это последний день, когда я с ней». Раньше я поступал с ней жестоко. Больше — никогда. У меня есть компромат на её родителей. Но кого она послушает — меня, манипулятора и издевателя, или тех, кто её вырастил? Хотя… «вырастили» — громко сказано. Эти «родители» продали её за деньги. Хватит думать о плохом. Пока ничего не произошло — нет смысла переживать. Если ситуацию можно изменить — не стоит нервничать. Если нельзя — тем более. Я допил кофе и погрузился в бумажную работу. Не заметил, как наступил вечер.