Глава 25

Сначала был запах. Терпкий, острый, обволакивающий — запах горящей плоти. Ещё до того, как я поняла, что происходит, дым уже разрывал лёгкие. Воздух вокруг полыхал, словно сам мир решил поджарить нас всех на одной сковородке. — Пожар! — закричал какой-то неизвестный голос. «Спасибо, Кэп. А я думала, мы просто начали новую практику по выживанию в аду.» Огненное кольцо охватывало деревню, будто заранее черченное по линейке — ровное, идеальное. Подозрительно идеально. Я прищурилась, сердце сжалось от нехорошего предчувствия. «Обычно, же всё более кривое. Техника огненного кольца никогда не была идеально ровной, хоть я и видела только две таких. Если она была бы идеальной, то жителям изнутри было бы сложнее выпрыгнуть, ведь поток более проч…» — Бля… — вырвалось у меня непроизвольно, а Лю Цингэ, который какого-то черта оказался рядом, будто чуйка сработала, вообще не добавлял в эту картину ничего прелестного. Зато прекрасно смотрел на меня с осуждением. Было в этом что-то неестественное. Нет, я конечно привыкла к местным «особенностям»: кто тут в детстве не подбрасывал крыс в храм или не резал пальцы для призыва духов? Особенно тёмные или демонические заклинатели, чего тут такого? Но вот такая оперативность… Чистенько, аккуратненько, будто репетицию проводили. Пожар — и сразу капкан. Никто не выскочил, никто не спасается. — Эти все дебилы внутри, вот он и зажег кольцо, — пробормотала я себе под нос, глядя, как плотная стена огня отрезает нам путь назад. — Шэнь Цинцю, что прикажете?! — донёсся голос Му Цинфана. — Да чтоб тебя, мне теперь ещё и командование дали? А слушать меня до этого кто будет?! Идите нахрен! Сгорайте к чертовой бабушке! Уже в следующую секунду деревня взорвалась движением. Из домов, которые, по идее, давно должны были сгореть, начали выбегать люди. Нет, не совсем люди. Лица — искажённые, с заострёнными зубами. Глаза — чёрные, без зрачков. Один ребёнок, семи лет от силы, вывернулся из-за угла и с криком бросился на Ли Цинцзюн, целясь ножом ей в живот. — Ё-моё, ещё и демоническая трансформация, — выдохнула я. — Не, я точно сваливаю. Голос внутри головы, уже ставший почти родным, язвительно прошептал: «А ты думала, они просто очень злые крестьяне?» — Что? — Лю Цингэ оказался рядом. Разумеется. Мой вечный спутник, как злая карма. — Ты бредишь, Шэнь Цинцю? — Да это вы тут придурки, а не я, — ответила ему, снося мечом голову одного из них. Хорошо хоть, как у гидры сразу две потом не вырастает. Он на мгновение замер, а затем хищно улыбнулся. — Ну хоть не скучно будет. Разогреемся, прежде чем сдохнуть. — Очаровательно, как всегда, — я перекатилась, отбивая клинок какого-то особенно рьяного дедка, который пытался откусить мне ухо. — Ненавижу вас, чтобы вы все сдохли. Мы с Лю сражались плечом к плечу. Он — как буря, каждый удар его меча — молния. Я — ветер: быстрая, скользящая, удары — точечные. Мы были противоположны, но идеально дополняли друг друга. Так вообще случайно получается, но нас уж слишком Шицзунь с Шишу вместе тренировали. — Раскинули нас по деревне, — прохрипел Лю. — Слишком быстро. Словно знали, что мы пойдём на разведку порознь. — Потому что это была ловушка, — я зарычала. — А вы, как идиоты, сунулись на запах жареных булочек. Вас кто-то сюда звал? Нет! Я собиралась крикнуть что-то ещё, но тут сзади резко возникла фигура — один из тех, кого мы считали крестьянами. Он двигался быстро, как вихрь, и прежде, чем я успела среагировать, холодная сталь легла к моему горлу. — Не шевелитесь, — его голос был мягким, почти заботливым. — Иначе я разрежу вашу прекрасную шею, как лоскут шелка. Все вокруг замерли. — Руки вверх. Все. Или Шэнь Цинцю лишится головы. «Ну вот и приехали», — только и успела подумать я. — С чего вдруг я такая ценная? — прошипела сквозь зубы, боясь двигаться. — Потому что ты — ключ, — прошептал он мне в ухо, и по спине побежали мурашки. — Ты — единственная, кто хоть как-то связан с демоническим культивированием. Ты — наследница У Яньцзы. Пройди через огонь — и наши люди уйдут. Или… умри, и я отпущу хотя бы часть твоих соучеников. Я хмыкнула даже не из-за угрозы, а потому что не знала, как пройти без демонической культивации. Вот только эта причина была не брать их с собой. При этом ещё и сама никогда не проходила. Нет, конечно собрать примерно около ядра темную энергию я могу… «Ну шикарно», — мысленно рявкнула я, держа такое выражение лица, будто меня всё заколебало. — Шэнь! — Лю Цингэ дёрнулся, но тот прижал лезвие сильнее. — Один шаг — и я перережу ему шею… — Её. — Что?.. — Я девушка. — Подожди… Чего? Я фыркнула, выгнув бровь, будто он только что спросил, где север. — В прямом, хотя, глядя на твоё лицо, ты, похоже, и на женщин-то не особо засматривался. — Но… ты же… Шэнь Цинцю… — пробормотал он, через несколько секунд. — Ну да, — поддакнула я. — Женского пола. Удивительно, правда? Как вы тут вообще демоническую культивацию ведёте, если с полами всё так сложно? Пока он переваривал, я осторожно повернула голову к ученикам. Паника — это даже не то слово. Это был парад катастроф. Му Цинфан вжался в землю, будто собирался вспахать её носом и вырыть подкоп к моему освобождению. Ци Цинци рыдала так, будто её любимую шпильку сломали, и не факт, что из-за меня. Юэ Цинъюань держал меч с такой яростью, что тот, кажется, вибрировал от напряжения. Ли Цинцзюн пыталась скандировать какие-то защитные чары, но у неё от страха пересохло в горле. А Лю Цингэ… Ах, Лю Цингэ. — Один шаг, и я перережу ей горло! — повторил демон, будто хотел, чтобы его услышал кто-то глухой. Цингэ щурится на меня, на него, на нож. Ё-моё, ведет себя, будто умный, хотя все мозги давно отбил. — Ты, — обратилась к захватчику. — Держишь его слишком высоко, если хочешь перерезать горло — подвинь пониже. Сейчас ты максимум можешь поцарапать.Так что режь уже быстрее. Он не шевелился, даже нож не двигался — всё так же неловко прижатый к моей шее, словно он боялся не убить, а поцарапать и потом платить за мазь. Я вздохнула с показным разочарованием. — Так что, режешь, нет? Или тебе чернила выдать, чтобы ты тут расписался, как «пытался, но не смог»? У него передёрнулось веко. Я чувствовала, как напрягся. Видимо, до него всё же начало доходить, что со мной угрожать — задача неблагодарная. Особенно когда я, кажется, вообще не против. — Тихо! — резко выкрикнул он. — Все замерли! Ни шага! Ни звука! Словно по команде, из огня и дыма начали проступать другие фигуры. Прежде — неясные силуэты, теперь — демонические культиваторы с закрытыми лицами, рваной одеждой и сверкающими глазами, как у кошек в темноте. Ци от них струилась липкая, тёмная, как испорченная кровь. — Под контролем, — прошипел один, приблизившись к Сунь Цинли, держа в руке заклинательный клинок. — Эта зажатая, — донёсся голос со стороны, где находился Му Цинфан. Кто-то уже держал его за плечо, уводя подальше от остальных. — Девчонка с пикси — не сопротивляется, можно ломать. — Не трогайте её! — крикнула Ли Цинцзюн, и за это получила под дых от своего «стража». Теперь я ясно видела: каждый из десяти — в кольце, каждого взяли под «прицел». Не так, чтобы уже мертвы, но ровно настолько, чтобы любое движение стоило жизни. Ци Цинци упала на колени, едва не задохнувшись от подавляющего поля. Рядом демоница с перекошенным лицом вытянула из кармана что-то вроде мешочка с волосами — и начала нашёптывать заклятие. — Все они наши, — зарычал кто-то позади Лю Цингэ. — Если ты, стерва, не поможешь нам пройти — мы одного за другим сожжём в огне, и ты услышишь их визг. — Ну? — я подняла голос, чтобы уж сразу для всех. — Перережь мне горло, раз такая жара пошла. Вперёд, делай красиво, я ж не возражаю. Пауза, а потом — одновременное «щёлк» в головах Лю Цингэ, Юэ Цинъюаня, Чжун Цинли и Му Цинфана. Четыре пары глаз уставились на меня с выражением — где-то между «ты что несёшь» и «это была шутка, да?» А главное — они даже не двинулись. Ни один. — Ну вам же уже рассказали, чьей ученицей я была, — громко напомнила я, покачав головой, при этом даже коснувшись лезвия. А мои гениальные товарищи по несчастью стоят, пялятся и, судя по всему, гадают, что можно сделать. — А, понятно, — сказала я со вздохом. — То есть вы, значит, не просто в шоке, а ступили. Юэ Цинъюань смотрел на меня, как обычно с этим противным чувством, но в нём ещё было удивление от того, что я соглашаюсь на смерть. Чжун Цинли, кажется, вообще временно забыла, как дышать. Му Цинфан таращился, как будто я предложила не себя убить, а выйти за демона замуж. Лю Цингэ выглядел так, будто кто-то только что плюнул ему в чай и при этом похвалил его меч. То есть максимально оскорблённо. — Ты хоть понимаешь, что несёшь? — процедил он жестко, но голос малость дрогнул. Самую малость. Только для тех, кто знал, как он звучит в момент паники. — Ты не хочешь, чтобы меня убили? Миленько. — Это… не из-за тебя, — тут же отрезал он. — Просто… если ты сдохнешь, все остальные расползутся как тараканы. Кто их потом собирать будет? Опять мне?! — А что тебе ещё делать? — фыркнула я. — У тебя два хобби: махать мечом и молчать, как будто на язык налог ввели. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как дым прожигает лёгкие. Повернула шею, чуть наклонилась — и, не раздумывая, провела горлом по клинку. Резко, без драмы. Кровь брызнула, тёплая. «Вот теперь — посмотрим, что вы сделаете».