= 5 =

Гладко заправленная постель смялась, покорно пустив её обратно. Беатрис вернулась к себе, рухнув на кровать. Первый день её ограниченной «свободы» начался знакомством со Мстителями. И закончился кружкой кофе на кухне. И осколками второй. Она глядела в потолок уже минут двадцать, будто белый глянец мог объяснить ей все причины того, почему её ненавидят некоторые из Мстителей. Ну вот, она снова отнесла его к их числу. Хотя он сам себя к ним не относит. И правда, отчего она причислила его в их ряды? Он убийца. Киллер. Один из самых опасных на свете, как говорили про него. Она не верила. Считала небылицами. Ужастиками. И относила его к числу придумок. Как и Тора. А новости — мало ли что показывают в сводках. Верить всем новостям — значит быть весьма недальновидным. Такие как раз и гибнут пачками, пока всё это творится. Да, она видела его в роликах. Погром на трассе, авария… и он. Терминатор в чёрной маске, что легко оторвал своей рукой дверь перевёрнутой машины. Когда смотрела этот момент — решила, что монтаж. Интернет, в принципе, отличается разнообразием странностей. Некоторые из таких «странностей» три дня назад оказались явью, выдернув её из-под носа «Гидры». Но в тот день он догнал её не за тем, чтобы убить. Он оказался в башне Старка, оказался среди тех, кто пришёл на помощь. Она так и не спросила Капитана Роджерса, почему они все помогли ей. В конце концов, она просто не привыкла к тому, что кто-то, помимо неё самой, вдруг беспокоится за её жизнь. Хотя, «беспокоится» слишком громкая фраза. Она здесь, потому что так нужно всем этим людям и Фьюри в частности. Не обратись он к ним за помощью, им не было бы до неё дела. Они и не узнали бы о ней. А сама Беатрис всё также скрывалась бы по штатам, меняя место жительства каждые полгода. Хотя, просто скрываться от преследователей, оставаясь столь же беспомощным, как любой другой неведающий житель планеты — слишком опасно. Она это выяснила однажды… Девушка задрала футболку, поглядев на старый шрам от ножевого. Именно тогда это стало последней каплей. С тех пор она научилась драться чуть лучше. Чтобы стать чуть опасней. Чтобы быть готовой, когда за ней придут. Но месяц шёл за месяцем. Она начинала верить, что про неё забыли. Однако… Когда её вновь нашли, она поняла, что спасения нет. Нигде. Ни в башне Старка, ни на другом полушарии. Покинуть Мстителей и скрыться — казалось наилучшим выходом из ситуации. Более привычным. Более родным. В конце концов, она живёт в бегах ещё со школы. А здесь — кто знает, ждёт ли здесь её иной исход. И вот, в тот момент, когда она почти достигла спасительно мелькавшего впереди «пожарного выхода», она услышала хлопок двери. И следом — нечеловечески ускоряющиеся шаги. Сердце рухнуло вниз, и она уже в тот момент понимала, кто пришёл по её душу. Он припечатал дверь железной рукой. Она ожидала, что следом Солдат вот-вот прихлопнет и её саму. Если он с такой лёгкостью проделывает все эти нечеловечески сильные вещи. Если он тот, кем его считают — ему ничего не стоило расправиться с ней одним махом. И всё же… Тот взгляд, что она увидела перед собой. Та необъяснимая печаль, неизмеримая тяжесть, что проглядывалась сквозь этот лёд — заставила её передумать. Лишь на миг, пока её не схватили. Урок на будущее, Беатрис — не реагировать на такие глаза. Пусть даже это глаза самого обаятельного убийцы на Свете. Стоит порадоваться, что это не экзамен жизни, а лишь генеральная репетиция. Нужно учесть и впредь не совершать таких ошибок. Одно она решила для себя точно — он ненавидит её. Причины ей неизвестны. Впрочем, весьма вероятно, что он ненавидит всех в округе. И живы они лишь потому, что сами — герои, а значит — весьма опасны ничуть не меньше. Что ещё раз подтверждает её мысль. Это их мир. И его. Но не её. Кто здесь и чужак — так это она… Стук в дверь прервал мысли. Беатрис приподняла голову. — Войдите. Она села на кровати, ожидая появления Капитана Роджерса. Быть может, мистера Старка. Но дверь с шипением открылась. И в комнату осторожно заглянула голова Питера. — Не помешаю? — заранее извиняясь, пробормотал парнишка. — Питер! — Беатрис и сама не ожидала, что так обрадуется этому пареньку. Кажется, она никому из здешних обитателей не радовалась так, как Паркеру. — Входи, конечно! Парень радостно заулыбался, заскакивая в комнату. Он держал в руках рюкзак и явно только что оказался в башне Старка. — Что, прямо с учёбы? — девушка кивнула на рюкзак. — А, — он взглянул на ношу, запоздало вспоминая о своём визите. — Да, я пишу диссертацию по квантовым частицам. Мистер Старк и его лаборатория — просто кладезь полезных знаний! Он с энтузиазмом рассказывал об этом, глаза горели огнём, стремлением познать всё это, стремлением жить. По-детски задорным позитивом. И, в то же время, смелостью и отвагой. — Что? — Питер смутился, обнаруживая её улыбку. Беатрис пожала плечами. — Я не успела поблагодарить тебя, — проговорила она. — Спасибо, что помог в тот день. — О, это, — парень искренне стушевался, опуская взгляд и теребя рюкзак. — Да брось. — Нет, правда, — без тени шутки, всерьёз проговорила девушка. Паркер поднял взгляд, наблюдая эту искренность. И дружелюбно улыбнулся. — Был рад помочь, Беатрис, — пробормотал он. — Просто «Трис», — она улыбнулась в ответ. — Договорились, — вновь сверкнул улыбкой паучок. — Если бы не твоя паутина, — покачала головой Трис. — Полетела бы ярусом ниже вместе со своим бедным байком, — она погрустнела, припоминая утрату двухколёсного коня. — Хей, — подросток прошёл в комнату, подходя ближе. — Не переживай за байк. Я понимаю. Но, в каком-то смысле, он спас тебя тогда. Да, это, действительно, правда. Байк спасал её. И не раз. — Что-ж, — отбрасывая грусть, радушно улыбнулась ему девушка. — По чашке какао? Ты в гости? — О, кстати об этом, — спохватился Паркер, надевая лямку рюкзака на плечо. — Я к тебе по просьбе мистера Старка. Он сказал, что ты отключила связь. Она действительно отключила. У неё должна оставаться хоть минимальная крошка свободы. Пусть даже эта свобода в отсутствии связи с ней по первой прихоти её надзирателя-миллиардера. Улыбка растаяла. Трис, перебарывая опасения, вопросительно глядела на паучка. — Он просил тебя зайти к нему в лабораторию, — и, наблюдая её явную озадаченность, ободряюще кивнул на дверь. — Пойдём, я покажу. Я иду туда же.

***

Две высоких крепких фигуры неспешно шагали в сторону помпезно сверкающего клуба. — Мы ехали столько времени ради этого? — Баки с неизменной мрачностью исподлобья взирал на яркую вывеску. Суровый взгляд Барнса заслоняли отросшие пряди тёмных волос. Капюшон чёрного балахона выглядывал из-под кожаной куртки. Не знай Стив нынешнего Баки — решил бы, что тот на задании. — Задумал вытащить меня в клуб? — вновь проворчал его недовольный баритон. — А, что, бывал раньше в клубах? — поднял бровь Роджерс, покосившись на друга. Тот промолчал, с недоверием косясь на вывеску. — Нет, — коротко отрезал Барнс. Капитан усмехнулся. — Я тоже, — признался он, сворачивая прочь от клуба в сторону набережной. Удивлённый его манёвром Баки последовал примеру лишь спустя секунду. Они шли по косой, вразвалку приближаясь в сторону жадных криков прибрежных чаек. Шли с несвойственной их силе медлительностью. Стив никуда не спешил. А Барнс, растеряв всю мрачность, с отстранённой грустью и долгожданным умиротворением поглядывал вдаль на горизонт. И, кажется, впервые за долгое время оказался по-настоящему спокоен. Наблюдая это, Роджерс довольно хмыкнул. Они приблизились к кромке лишь спустя минут двадцать ходьбы. Вывеска бара давно исчезла из виду, как и шум улиц. Всё заглушили плески бьющихся о камень волн. Визг чаек. И гудки отплывающего вдали лайнера. Баки замер, вдыхая полной грудью влажный воздух. И Стив, понимая его, и сам вобрал в лёгкие влагу, чувствуя микроскопические брызги на коже лица. Не удержался, прикрывая глаза. — Признайся, ты думал про клуб, — Барнс усмехнулся, хоть взгляд, устремлённый вдаль, и оставался хмурым. — Я думал про клуб, — негромко признался Капитан, усмехнувшись следом. — Пока ехали — передумал. Наш организм так устроен, что напиться ни ты, ни я не сможем. — Знаю, — мрачно признался Джеймс. — Пробовал. Роджерс вопросительно покосился на друга. Баки стоял, с невесёлой задумчивостью рассматривая волны. Вертикальная складка пролегла меж бровей. А тёмные пряди мягко откликались на порывы прибрежного ветра. — Когда бросил тебя на берегу, — вспоминая, объяснил Солдат. — И ушёл. — Ты хотел сказать, когда спас меня из воды, — довольно вспоминая его первые признаки возвращения памяти, поправил Стив. Барнс с укором взглянул на него, явно не согласный с этим высоким заявлением. Но в очередной раз — спорить уже не стал. — Когда ушёл, спустя время — вспомнил всё, — продолжил Солдат. — Думал, напьюсь, — он помолчал. — Не вышло, — усмехнулся. Роджерс понимающе кивнул, опуская взгляд под ноги. — Так ты расскажешь, зачем учинил погром? — он, помедлив, поднял взгляд, скосив его на друга. Баки смолчал, тоже опуская взгляд. Стиснутые челюсти заставили желваки вновь заиграть на скулах. — Не вписываюсь в вашу компашку, — криво усмехнулся Солдат, ничуть не думав шутить. Стив фыркнул. — Брось, — протянул он, сунув руки в карманы своей толстовки и несогласно поведя плечами. — Ты такой же, как и все там. Такой же, как и я, — спокойно проговорил Роджерс, абсолютно не сомневаясь в сказанном. — Твоё место среди нас. Барнс поморщился, опуская взгляд под ноги. Тёмные пряди заслонили лицо. Сильное тело, напряжённое, словно каменное изваяние. — Вот и она считает также, — угрюмо вымолвил он. Капитан, развернувшись к другу всем корпусом, с улыбкой вскинул брови, надеясь, что не ослышался. — Беатрис? — уточнил он, стараясь не выдать довольной ухмылки. Мрачный Барнс прошёлся тяжёлым взглядом по набережной, вновь утыкая его себе под ноги. — Да, спасённая девушка, — хмуро признался он. — Так, вы поговорили? — в душе клокотало веселье и искренняя радость за Баки. — Поговорили, — безэмоционально отзеркалил Солдат, хмуро разглядывая воду. А Стив, теряя улыбку, понял причину погрома. Точнее, причина так и осталась в тайне. Роджерс терпеливо молчал, надеясь услышать больше, и заминая в себе щемящее сочувствие. — Что она тебе сказала? — мягко спросил Стив, заранее ощущая всю внутреннюю борьбу друга. Баки не отвечал. Поднял взгляд, рассматривая небо. — Что я точно не из «плохих», — спустя долгую минуту, тихо процитировал он. Слова тепло легли на сердце. И в то же время болезненно кольнули его. Эта девушка смогла разглядеть в его друге то, что не может разглядеть в себе сам Зимний Солдат. Улыбка скользнула по лицу и растаяла в сочувствии. Стив разглядывал профиль друга, что безрадостно рассматривал воду. Будто та, словно таблетка, давала немного облегчения. — Она права, — твёрдо подтвердил Капитан. Барнс нервно усмехнулся. — Разве? — раздражённо хмыкнул он, стиснув зубы и метнув в Роджерса рассерженный взгляд. Рассерженный на себя. Ну и на Гидру. — Что-то много похвалы для убийцы, — съязвил он. — Будто вы все ослепли. Стив укоризненно покачал головой. — Ты был запрограммирован, — повторил он упрямую фразу. — А, значит, не виноват в этих смертях. И сам это знаешь. Джеймс горько поморщился. И, помедлив, поднял на него тяжёлый взгляд. — Вот только «мои» руки в крови, Стив, — прохрипел он тихо. — Баки, — несогласно протянул Капитан, собираясь успокоить. Барнс с рычанием мотнул головой, прерывая заранее все его дальнейшие попытки. И шумно выдохнул, опуская взгляд под ноги. Будто это могло помочь ослабить гнев. — Ты сам составлял список в этом блокноте, мелкий, — мрачно изрёк Солдат и, помедлив, тяжело взглянул на Роджерса. Стив понимающе молчал, засунув руки в карманы и, хмурясь, ожидал продолжения. — И, тем не менее, я живу в башне Старка, хоть мне и было бы легче в любой замшелой квартирке, — Баки с укоризной просверлил его холодным взглядом. Капитан упрямо смолчал. Да, уговорить друга жить у Старка — далось ему с большим трудом. Он бы и рад позвать его жить к себе. Вот только квартиру в Вашингтоне он продал. И вот уже пятую неделю ищет новую в Бруклине. Решил вернуться в родные края. Ирония, но, кажется, он начинает понимать, что найдёт своё жилище не столь близко к центру. А, по сему, пока продолжаются поиски, и сам грешит тем, что живёт в башне Старка. — Я знаю список, Баки, — тяжело подтвердил Стив. — Но в башне тебе безопасней. Ты и сам видишь, что Гидра ещё жива. Солдат с ненавистью стиснул зубы. — Имя заслужено, верно? — ядовито процедил он. Роджерс печально хмыкнул. Тут не поспоришь. — Пока мы не покончим с Гидрой, пока не решим твою проблему — нам лучше не разъединяться, — терпеливо объяснил он. Хотя в душе остался уверен, что лучше не разъединяться в принципе. Никогда. Не только потому, что так лучше будет ему, Стиву. Но и потому, что так будет легче Баки. Он помнил себя. Помнил, как проснулся и понял, что остался совсем один. Наедине со всей той многотонной тяжестью, что тянулась со времён Второй Мировой. Он не желает такого Барнсу. И не даст отгородиться от него. — Если так ничего и не придумаем, — продолжая разговор, с тяжёлой решимостью проговорил Джеймс. — Лучше запереть меня где-нибудь, чтобы я никому не навредил. — Ба-а-ки, — несогласно покачав головой, примирительно протянул Стив. — Я всё сказал, — упрямо отсёк Барнс. — Я больше не хочу никому навредить, — добавил он тише. — Тем более тем, кто этого не заслужил. И отчего-то Роджерс вдруг отчётливо понял, о ком сейчас речь. — Не навредишь, — успокоительно заверил Капитан. — Я прослежу, — ухмыльнувшись, добавил он. — И перестань винить себя. В том, что было, ты не виноват. Барнс помрачнел. — Не виноват? — с иронией хмыкнул он. — Может, у Старка спросим? По спине прошёлся неприятный холод. Баки в отчаянии. И депрессия ещё не скоро отпустит его. С его-то послужным. Тем более, столь опасная шутка не вызывала ничего, кроме тревоги. Баки горько усмехнулся, наблюдая эти изменения на лице Стива. — А говоришь, «не виноват», — проворчал он. — В башне тебе безопасно, — твёрдо обрубил Роджерс. — И пока это так — всю твою биографию Тони знать не обязательно, — он тяжело помедлил. — Как и остальным, — тихо добавил Капитан, исподлобья поглядев на друга. Барнс, напрягшись, взглянул на Капитана. Потерянно, отчаянно. Виновато. Да, он понял намёк. И понял, что сам Стив помнит список. Весь. — А ведь она даже не знает, — Джеймс сглотнул ком в горле. — Баки, — предупреждающе покачал головой Роджерс. — Считает, как и ты, — продолжал с нарастающей вспышкой Барнс. — Только непонятно, почему. — Бак, — успокоительно позвал Капитан, уже жалея, что затронул эту тему. Но Джеймс уже завёлся. — Я — «точно не из «плохих»? — прорычал он, цитируя слова девушки. — Джеймс, — уже твёрже позвал Роджерс. — Она просто не знает! — продолжал раскаляться Солдат. — Она не знает, что я такое… — Сержант Барнс! — рявкнул Стив. И Баки угрюмо смолк. Взгляд прояснился. Он огляделся, выискивая любые признаки возможного обнаружения. Профессиональная привычка. После чего, не найдя источник угроз, всё же накинул на голову капюшон. Капитан подошёл ближе, примирительно закидывая руку на плечо друга. Тот продолжал невесело молчать, рассматривая выложенную камнем набережную. — Пойдём, — ободряюще протянул Роджерс. Барнс поднял на него озадаченный взгляд. — Пошли-пошли, — с настойчивой улыбкой кивнул Стив. — Хочу тебе кое-что показать.