Глава 1

      Они втроём сидели на первом ряду, молча ожидая, пока команда вызванных медиков аккуратно спустит несчастного на дощатый пол, где уже расстелили носилки и приготовили капсулы, шприцы и аппаратуру для оказания первой помощи.       — Почему его просто не разбудят? — Негромко произнесла Стелла, чуть прищурившись наблюдая за суетливо-профессиональными действиями гончих. — Зачем усугублять его мучения?       — Чтобы он не сошёл с ума при пробуждении, — в тон ей отозвался Реми. — Представь, ты проснёшься после такого… — Подумал и исправился, — Если проснёшься.       В какой момент они перешли на «ты», он так и не понял. Просто сначала его в очередной раз допрашивал Мигель, потом девушка всунула ему в руки стаканчик с кофе, и вот они уже обмениваются ленивыми репликами, как старые знакомые.       Стелла дёрнула бровью, но промолчала. Обсуждать увиденное не было никакого желания. Да и что обсуждать? Личность парня пока не установлена, повреждения (кроме рваных ран от впившихся крючьев, на которых он висел) не зафиксированы, время произошедшего не ясно. Реми честно признал, вчера во время обхода, когда выгонял очередную парочку из зала, на экран фонарём не светил, ему это даже в голову не пришло. Поэтому если выяснится, что парень там уже висел, но без сознания, и Реми это упустил… Судя по многообещающему взгляду Мигеля он пойдёт под трибунал.       Авантюрин («малец, я тебя умоляю, давай без «господинов») сидел развалившись в кресле и подперев голову кулаком, лениво листая новостную ленту в телефоне. Долистав до конца, засунул телефон в карман, подавил зевок и покосился на Стеллу.       — Моя Леди, может ещё по кофе?       — Крутые детективы пьют не кофе, а виски с колой.       — Виски с колой тебе мог сделать только Галлахер. Я могу лишь предложить кофе.       — Вы знали детектива? — Вскинулся Реми, чуть подавшись вперёд и неосознанно вцепившись в край сиденья побелевшими от напряжения пальцами.       — «Знали» слишком громкое слово, — Авантюрин с тихим кряхтением сел ровно и покрутился, разминая спину и смачно прохрустев позвонками.       — Я работала в его баре, — Стелла тоже едва успела подавить зевок, — ой, извините. Да, ты прав, — она кивнула Авантюрину, — кофе не помешает.       Реми моментально потерял интерес к их разговору. Не то, чтобы ему было неинтересно слушать их слишком странный, как и сами они, флирт, но с куда большим удовольствием он бы послушал про Галлахера. Не то, чтобы он внезапно заинтересовался детективом, просто… он думал о произошедшем несколько раз, разумеется. Несколько дней. А точнее недель.       Реми вздохнул. Даже самому себе он не может признать, что только об этом и думал с того самого момента, как была раскрыта тайна Часовщика, Галлахер исчез, а Безымянные назвали его героем, спасшим Пенаконию.       Потому что Реми знал совершенно другого Галлахера. Не героя и не спасителя. Он мог бы быть чьим-нибудь преданным другом, но… Реми слабо представлял себе существо, которое смогло бы заинтересовать в себе настолько перегоревшего к жизни человека. Наверное, этот Михаил был действительно кем-то особенным для Галлахера.       Наверное, Реми действительно немного ревнует и завидует.       Есть ли у него кто-то, кто готов последовать за ним даже в Небытие? Исполнить его мечту даже после его смерти? Остаться с ним до самого конца? До самого его последнего вздоха?       Он посмотрел на вставшего меж разведённых ног Стеллы Авантюрина и гладящего её по голове. На Стеллу, обхватившую его руками за талию и положившую подбородок его на бляху ремня, из-за чего её голова неудобно задралась, но она и не думала отстраняться.       Интересно, приходят ли им в голову такие же вопросы?       Он отвернулся прежде, чем Авантюрин смог поймать его взгляд. Что толку гадать? Если раньше они, возможно, и задавались такими вопросами, то сейчас они могут дать уверенный ответ на каждый. Реми тряхнул головой, отгоняя лишние мысли. Настроение и так стремится в минус бесконечность, а размышление на подобную тему сейчас способно вогнать его в экзистенциальный кризис самоопределения на долгое время.       А у него нет на это времени. Ни у кого из них нет. Им необходимо найти того, кто это сделал, и как можно быстрее, пока об этом не узнали главы кланов и не полетели их головы. После падения клана Дубов реакция на любые нестандартные ситуации слишком острая. А их ситуация далека от стандартной.       Он вновь посмотрел на суетящихся медиков. Парня наконец-то спустили вниз, и он скрылся за спинами склонившимися над ним людей. Реми попытался присмотреться, чтобы понять, что они там такого интересного увидели, но быстро бросил эту затею: с его ростом это было невозможно. Потом справедливо рассудил, если будет что-то из ряда вон выходящее, старший детектив муд… Мигель с ними поделится. Он бросил косой взгляд на Стеллу и Авантюрина, с ними точно поделится. А они — с ним.       Он на это надеялся.       — Как думаете, — задумчиво подал голос Авантюрин, повернув голову в сторону возвышения, из-за чего его слова звучали слегка невнятно, — мы можем уже идти спрашивать, что они нашли?       — Ты бы ещё к ним отошёл и оттуда спрашивал, — хмуро отозвалась Стелла, отстраняясь от него и разминая шею       — Я говорю, — Авантюрин повернулся к ним, — пойдём спросим, что там с парнем и уйдём уже отсюда. Мы хотели ещё попасть в миг Полутьмы.       — И ничего-то у вас не получится, — поспешил огорчить их Реми.       — Чёй-то?!       Синхронно удивление вышло слишком комичным, чтобы Реми не прыснул нервным смехом. Они правда не понимают? Они же…       — Мы главные подозреваемые. Никто ни вас, ни меня из Золотого мига не выпустит, пока не установят личность этого… — Реми замялся, пытаясь подобрать определение. Слово «убийца» не подходило, ибо жертва жива. «Маньяк»? Пока рано говорить об этом. — Садиста.       Он не очень доволен выбором слова, но другие подходят ещё хуже.       Стелла и Авантюрин переглянулись и вновь синхронно пожали плечами.       — Тогда пошли в бар Галлахера, — тут же предложила девушка, — смысл тут задницы просиживать? Думаю, когда господа детективы обнаружит что-нибудь, они нам сообщат. Или не сообщат, если уж мы подозреваемые. — Она задумалась на мгновение, хмыкнула и пробормотала себе под нос, — забавно, подозреваемой в таком я ещё не была.       — Новая строчка в резюме, — согласился с ней Авантюрин и протянул руку, помогая ей встать. Потом повернулся к Реми и вопросительно изогнул бровь. — Ты с нами?       Реми помедлил. С одной стороны он хотел задержаться и постараться хоть что-нибудь выяснить о произошедшем. Да, Мигель его не выносит и вряд ли поделится хоть малой толикой информации. Да, он сейчас подозреваемый, даже главнее, чем Безымянная и КММ-щик, ведь они сюда пришли после него. Да, его коллеги, бывшие коллеги, даже не-коллеги, ведь он так и остался лишь помощником детектива, смотрят на него искоса и с недоверием… Но он не терял надежды и веры в свою способность располагать к себе людей и вытаскивать у них информацию даже против их воли. За что его очень быстро начал ценить наставник.       С другой же стороны Реми хотел ещё раз посетить бар наставника. Там до сих пор, не смотря на то, что прошло уже достаточно времени по меркам Пенаконии, ощущалось его присутствие: брошенная пачка сигарет на барной стойке, перекинутая пара перчаток на дверце приоткрытого шкафчика, шейкер, одиноко стоящий на нижней стойке. Шивон сама не прикасалась к вещам, оставленным им, и другим не давала. Грустно шутила, что надеется, однажды Галлахер вернётся и сам уберёт оставленный за собой бардак.       Реми в такие моменты всегда тактично делал вид, что не видит её внезапно заблестевших глаз и покрасневшего носа.       Он сам до сих пор не прекратил с ним разговаривать. До сих пор он из раза в раз задаёт Галлахеру волнующие его вопросы или просто рассуждает вслух, обращаясь к нему. Разумеется, когда он остаётся один. Если находится в толпе, то делает всё то же самое, но мысленно. И всё ждёт, ждёт, что наставник вернётся к нему, хотя бы, если не физическим телом или привидением, то как мем или сгусток воспоминаний, концентрация мемории — неважно, как. Реми столько раз представлял себе этот момент, столько раз продумывал диалоги, слова, которые он скажет, с какими жестами обратится, что… Уже даже немного неловко.       Если бы кто-нибудь узнал о его мыслях… Он бы скончался от стыда, не меньше.       — Малец?       Реми медленно сфокусировал взгляд на всё ещё ожидающем его ответа Авантюрине и также медленно кивнул.       Выбирать между дружелюбной парочкой, которой до него по большому счёту нет никакого дела, и Мигелем, который только и ждёт подходящего момента, чтобы прихлопнуть его как надоедливую мошкару раз и навсегда, очень легко. Кроме того он снова, в этот раз даже легально и по веской причине, сможет посетить бар наставника без сальных комментариев неслучившихся коллег. ***       Сегодня она — легкомысленная профурсетка, разряженная в розовые шелка и прикрывающая блестящую розовую помаду на губах розовым же веером. Сегодня у неё лёгкое и игривое настроение. Предыдущая её инсталляция произвела фурор — она видела шок того пепеши-детектива, наслаждалась им из темноты, пристально следя за каждым изменением мимики. Появление Безымянной и одного из Десяти Сердец стало неприятным сюрпризом, ей, тогда ещё ему, пришлось поспешно сбегать — она наслышана об этих двоих, там, где они, там всегда проблемы для всех окружающих.       Сейчас она немного жалеет, что не задержалась, может, если бы она спряталась в тенях и затаилась, её бы не заметили, и она бы узнала, к какому выводу пришли «великие детективы».       Узнали ли они её почерк? Ведь они уже трижды сталкивались с её шедеврами.       Она приветливо кивнула бармену и безмолвно согласилась, чтобы ей обновили вино в бокале. Лучше не отвлекаться на воспоминания. Не сейчас. Когда вернётся домой, скинет одежду и очередную личину, погрузится в горячую ванну с ароматической пеной… И вот тогда…       Она отпила вина из бокала. Какое счастье, что в Миге сумерек практически нет Услады. Она ненавидит этот сладко-приторный газированный напиток и искренне не понимает тех, кто жить без неё не может.       Но о вкусах не спорят.       Она отсалютовала бокалом и подмигнула наблюдающему за ней мужчине с противоположного конца барной стойки.       Для следующего шедевра он плохо подходит, но как способ закрепиться здесь на какое-то время, как возможное алиби, как… развлечение на пару вечеров его можно рассмотреть.       А пока она будет развлекаться с ним, можно будет не торопясь искать локацию и претендента для своего шедевра, а также продумывать концепцию постановки.       Она легко соскользнула с барного стула и, подхватив бокал, покачивая бёдрами направилась к заинтересовавшемуся ей мужчине. Она человек, и ничто человеческое ей не чуждо.       Мужчина ослепительно ей улыбнулся и тоже встал со стула, развернув соседний, чтобы ей было удобней сесть.       Если клан Гончих хоть что-то из себя представляет, они свяжут ранее произошедшее в трёх мигах с четвёртым. Но она в этом сомневается. В конце концов прошло уже больше полугода с момента её дебюта.       Она подала мужчине руку, чтобы он помог ей элегантно забраться на стул, и взмахнула веером, в очередной раз за сегодня отгоняя лишние мысли. Она подумает об этом завтра, а пока…       — Угостите девушку вином?