Часть 14

«I'm acting strange like I don't know myself.

You give me reasons»

— She Wants Revenge. Reasons.

— Что? Я обернулась с расширенными от шока глазами. Пора бы уже привыкнуть, но Барнс всё ещё не перестаёт удивлять. Похищение, вынужденное сотрудничество и теперь эта безумная затея, которая с необъяснимой лёгкостью сорвалась с его языка. Насколько же у него мрачный склад ума? Наверняка он постоянно изучает обстановку вокруг, придумывая тревожные сценарии и находя выход из них. — Ты слышала, — он заявил с нажимом, — К тому же тебе не впервой. Да пошел ты. Едкое, отвратительное чувство обиды вспыхнуло в груди, его слова будто хлестнули меня по лицу. Как он только смеет разбрасываться такими словами, будто я хотела погрязнуть в этом дерьме, будто получала удовольствие от одной только мысли о погребении свежих трупов. Но ведь он прав, ты далеко не святоша. Черт возьми, а ведь я действительно поверила, что имела хоть какую-то власть над судьбой, хоть какое-то подобие контроля, но оно просочилось сквозь пальцы так же быстро, как и появилось. — Мигель может вернуться в любой момент, да и гости… — я крепко зажмурилась, проклиная гребаных агентов, которым приспичило явиться в этот сраный мотель. Мотель, где совсем недавно произошла перестрелка, вынудившая пойти на отвратительные поступки. Может, если я подольше пробуду во мраке, то это всё окажется смехотворным сном? — Меньше слов. Где здесь чёрный вход? Конечно, нет. Нужно двигаться, иначе всё пропало. В кои-то веки я благодарна Джеймсу за то, что он проявил инициативу, потому что мой мозг будто заморозили, я не была способна трезво мыслить, не говоря уже об исполнении плана. Тело мелко дрожало, спина покрылась холодным потом, воодушевляя на панические мысли. Хорошо хоть за трупами ничего отмывать не нужно, Барнс просто свернул им шею. Добрым вещам радуешься. Позади мотеля простирался густой лес, так что, долго не мучаясь, Джеймс, подхватив безжизненные тела на руки, спешно покинул мотель. Заодно приказал мне переложить весь кэш в запирающийся на ключ ящик, прихватить лопату и догнать его, не закрывая главную дверь, чтобы всё выглядело естественно. А оспаривать его решения мне вовсе не хотелось, я была согласна на всё, лишь бы не отхватить от Мигеля. Лишь бы не подставить его. Мне было даже страшно подумать, как Мигель мог отреагировать на эту ошеломительную новость. Да, лучше, если он ничего не узнает. Двуличная букашка. Несмотря на то что на улице царил мрак, а высокие столбы елей перекрывали любой свет своими ветвями, откидывая подвижные тени, Джеймс категорически запретил пользоваться фонарем. Мы не должны привлечь внимание, повторял он, методично роя яму под старым широким деревом. Вся его одежда перепачкалась из-за грязи. Плохо. Очень плохо. У каждого, кто взглянет, могут возникнуть подозрения. А вдруг Мигель уже вернулся? А что, если за нами сейчас наблюдают? А вдруг за агентами прибудет целая группа? Паранойя не давала мне вздохнуть спокойно, да ещё и эта проклятая тишина леса, нарушаемая лишь звуками лопаты, с каждым её взмахом будто била меня по черепушке. Джеймс, не церемонясь, закинул тела в яму и немедленно начал закидывать их серой землёй, которая постепенно покрывала, словно умывала, лица молодых агентов. Я не могла оторвать взгляд от этой жуткой картины, их тела исчезали так просто и легко, будто их никогда и не было. Барнс с таким хладнокровием проделывал эту грязную работу, без видимых зазрений совести, будто закапывал гнилой мусор, что мне стало не по себе. Для него это пугающе нормально. Внезапно Джеймс остановился и с хрустом воткнул штык в сырую землю. Я сосредоточилась на собственном слухе, со страхом ожидая услышать чужие шаги или щелчок предохранителя, но, к удивлению, уловила приглушённую вибрацию. — Ты это слышал? — я настороженно оглянулась. — Похоже у ублюдков был мобильник для связи. Только не это… Джеймс резко вскочил и, не моргнув глазом, прыгнул в яму. Похоже, ему было плевать на то, что под ногами гнили тела — грязь липла к голым рукам, к коже, но он с неистовой боевой силой рыл землю, выискивая карманы. — Нашёл. — Барнс выпрямился во весь рост и победно поднял гаджет, глядя на меня исподлобья, — Надо закругляться. По дороге обратно Джеймс лохматил волосы руками, всячески пытаясь избавиться от пыли и придать им свежий вид, а я гипнотизировала взглядом его металлическую руку, в которой он держал мобильник. — Так что там было? — тихо поинтересовалась я, мысленно прикидывая, вернулся ли Мигель и заметили ли гости наше отсутствие. — Одно сообщение. Руки крепче сжали рукоять лопаты — пальцы побелели от усилия. Всё это мне не нравилось. Если агенты выходили на связь с кем-то, значит, они были кому-то нужны. Либо это были ценные кадры, либо дело, в которое они влезли, было до дрожи важным. А раз начальство требует отчёт — значит, кому-то невтерпёж. Возможно, они что-то заподозрили и отправили подмогу. Добравшись до черного входа, Джеймс пропустил меня вперед, а сам, пристально осмотрев местность, крепко прикрыл дверь. Сомнения оккупировали тело, руки дрожали, ноги не слушались, я, спотыкаясь, добежала до стойки ресепшена. И к счастью, никого не обнаружила. Мигель ещё не вернулся. Оборачиваюсь, чтобы взглянуть на часы над головой. Прошло буквально двадцать минут. Охренеть, как быстро Джеймс взял себя в руки и справился с… трупами. Было что-то в этом мерзкое, радоваться тому, что никто не заметил, как мы заметали следы преступления, язык не поворачивался обозначить всё своими словами. Может, потому что ты это делаешь во второй раз? — Чёрт, он с паролем, — Джеймс грузно опустился на кресло, потирая колени испачканных джинсов, крепко сжав мобильник пальцами. — И что теперь? — Есть у меня одна идейка. Пальцы быстро забегали по клавиатуре, и вот экран успешно разблокировался. Как ему это удалось с первого раза? Осторожно я присела на соседнее кресло, достала ключ из кармана, переложила деньги в первый ящик, мельком поглядывая на Джеймса. — Как ты это сделал? — я прикусила губу, прикидывая, насколько развёрнутым окажется его ответ. Но не тут-то было. — А вот и ты, дамочка! В холл неожиданно ворвался парень, громко хлопнув дверью, приковав к себе наши подозрительные взгляды. Он нахально улыбнулся, облокотился о стойку и многозначительно подмигнул мне. — Я тебя обыскался. Напряжение как рукой сняло, гость ничего не знает, это просто идиотская попытка обольстить меня. Что ж не в первой, его поведение меня не поколебило. Прочистив горло, я встала с готовностью нацепить вежливую маску. А вот Джеймса видимо это не устроило. Злобно сверкнув глазами, он поднялся с кресла, и я почувствовала несильное похлопывание по плечу. Мелкая дрожь поразила тело, и я недоуменно перевела взгляд на его руку. Просто присядь, идиотка. Запоздало смекнув, я уселась на место и невольно уставилась на шнурки кроссовок. Всё в пыли, а бока разукрашены зеленовато-жёлтыми разводами от бега по свежей траве. Надеюсь, всё обойдётся без потерь, и я смогу мирно избавиться от грязи. — У неё перерыв. — сухо бросил Барнс и кивнул: — Чего тебе? Пыл веселого парня явно утих при виде мощной и недружелюбной персоны Джеймса. Надо же, как быстро меняется настрой напыщенных идиотов в присутствии намного более серьезной и сильной фигуры. Пожевав губы, он забегал глазами, несвязно бормоча себе под нос. — Да так, ключи хотел сдать. — Спасибо, что дождался нас. — Джеймс расплылся в плотоядной улыбке и медленно поднял со стойки ключи. — Всего доброго. С его интонацией это прозвучало как «держись подальше от нас». Что, собственно, и подумал побледневший парень. Впервые за всё наше знакомство я была рада, что связалась с ним. Что ни говори, Джеймс мог запросто начхать на приставучего парня и вальяжно откинуться в кресле. Впрочем, предаваться иллюзиям я не спешила, ему до дрожи нравится контролировать ситуацию, нравится возможность обнажить клыки и вселить страх в человека. Это Барнс умел лучше всего. — Я просто вбил Хайль Гидра, — заговорил он, стоило парню скрыться из его поля зрения. Хайль Гидра! Тело в очередной раз дернулось, как от удара, я судорожно вздохнула. Тошнотворный девиз вызывал не менее отталкивающие воспоминания. Нет-нет, нельзя отдаться припадку, я не в уютной компании Брока, а рядом с вынужденным союзником. Главное — отвлечься, подумать о чём-то приятном, например о вкусном сэндвиче в ближайшем маркете или… — Как меня зовут? Поток несвязных мыслей не помогал, властный голос одержал победу. Вены на висках натянулись, словно струны. — Дядя Бенджи. Силуэт мужчины сосредоточенно анализировал эмоции на моём лице, каждое случайное движение мимики, непроизвольный взмах ресниц, учащённое дыхание и наконец… он расплылся в глумливой улыбке. — Врёшь. Я хмурюсь в тщетной попытке рассмотреть его лицо, но оно растаяло прямо на глазах. Да кто же ты, чёрт возьми, такой?! — Ты зависла. Проморгавшись, я опешила. Джеймс сидел прямо передо мной, наши колени разделяли буквально сантиметры. Должно быть, он бесшумно подкатил кресло, и теперь внимательно, не мигая, рассматривал меня, словно разгадывал сложную головоломку. Увы, в этот раз я не имела ни малейшего желания объяснять ему свою отстранённость. — Прости, — без капли сожаления бросила я, слегка оттолкнувшись назад. Колёсики резко скрипнули, — так что за сообщение? Джеймс нахмурился и взглянул на экран мобильника. Чего он постоянно такой задумчивый? — «Объекты в заданной точке?» — вслух зачитал он. — Что нам делать? — Ответить и отвести подозрения. «Объектов не оказалось на месте. Продолжаем искать». — Джеймс в два счета настрочил ответ, его уверенности было не занимать. Несмотря на то, что он быстро управился с помехой, я никак не могла спокойно вздохнуть, может быть, потому что музыка во дворе наконец стихла, и тишина давила на моё сознание. Или, может быть, потому что я не была уверена в том, что агенты купятся на фейковое сообщение и оставят нас в покое. Глаза неосознанно перевели взгляд на левую руку Барнса, всё-таки я должна ликовать, что заключила с ним сделку. Внезапная атака агентов — ещё одно доказательство того, что в одиночку мне не выжить. — Что? Радио было выключено ещё до того, как заглянул парень, тишина казалась невыносимой, и оттого глухой вопрос Джеймса неприятно полоснул по слуху. — У тебя дырка на рукаве. Ноль реакции. Сидит себе, отдыхает, словно у него на плече не красуется след от отлетевшей пули, а я всё хочу задать вопрос, крутящийся на уме. — Тебе не больно? Что ж, до тебя не дойдёт, что он не настроен на душещипательную беседу? *** Pov: Author. Джеймс проигнорировал её вопрос, но дело далеко не в том, что он утомился… Что тобой движет? Просто он не мог понять, в чём был подвох, не мог понять, действительно ли она беспокоилась о нём. Да и с чего бы Ли интересоваться его состоянием? И не то чтобы он был выносливым и сильным солдатом, всё-таки наплевательское отношение со стороны агентов и учёных было чем-то обыденным и привычным. Знакомым. Однако эта особа влияла на него как немой укор своим человечным отношением. Ведь ему было абсолютно плевать, когда он причинял ей боль, и, что самое постыдное, был готов проделать это снова, чтобы достичь цели. Ради свободы разума. — Спасибо, что спас меня от агентов. Джеймс застыл и почувствовал, как все внутренности сжало до болезненно тесноты и придавило весом давно погребенной в пыли воспоминаний совести. Лёгкая волна стыда обрушилась на него за все, что он сделал по отношению к Ли: за мысли, слова и насилие. Но все, что Джеймс сделал, это кивнул в ответ на её благодарность. Соберись! — Бог ты мой! — напарники перевели взгляд в сторону голоса, это запыхавшийся Мигель, размахивая руками, забежал за стойку, — Прости, что задержался, уже солнце в закат ушло! — заметив неприветливое выражение лица Джеймса, он лишь добродушно усмехнулся. Мигель нисколько его не опасался. А вот у Оливии засосало под ложечкой от страха, что он может уличить ее в притворстве, разгадать их страшное преступление. — Где ты таких хмурых друзей себе находишь, Энни? Ты полная противоположность этого парня! — подшутил Мигель, не стесняясь присутствия Барнса, и с грохотом выставил на стол книгу из тяжёлого крафта. Парня? Знал бы ты, Мигель, сколько этому парню лет… — С каких пор ты читаешь книги? — Оливия изумлённо уставилась на него. — Что ж ты не догоняешь! Это тебе в подарок моя палочка-выручалочка! Я вдруг вспомнил, что ты любила читать, так что это на память от меня! Лицо девушки расплылось в дурацкой улыбке, и она, не скрывая радости, приняла в руки подарок. Джеймс заинтересованно наблюдал за её реакцией, особенно за тем, как её тонкие пальцы бережно оглаживают переплёт книги, а рот приоткрывается в предвкушении. Патрик Зюскинд. Парфюмер: история одного убийцы. — Парфюмер? Боже, ну и страсти. — Мне порекомендовали его, сказали, что рассказ в жанре драмы, — Мигель непринужденно почесал затылок, — но если тебе не понравилось, я могу обменять. — Нет! — громче, чем следовало, воскликнула Оливия. — Я очень рада! Спасибо, мне никто ещё не дарил книги! Запоминая каждую линию улыбки и искрящийся блеск в её серых глазах, Джеймс вдруг поймал себя на странной отдаленной мысли: он хотел бы стать их причиной. Книги. Оливия Роу любит книги.