«Погубленные психеи»

***

Лололошка простоял столбом несколько секунд, полноценно придя в чувства вместе с выдохом. Для профилактики он решил удостовериться в содержимом сосуда. Ничего открывать даже не потребовалось, ибо от склянки начало разить травами, как только ее взяли в руки. «Ну, тут даже можно было не проверять: и так всё ясно» — убедившись, подумал Ло, на запах отличив только мелиссу с валерьяной. «Вообще, от него уже сколько времени травами пахнет, а эффекта никакого…» — повёл плечом шатен, закрыв сосуд и поставив на видное место. «Хотя… Почему же "никакого"? Недавно всё хорошо было, книгой восхищался. Потом Джон… Ладно, допустим, стресс. А тут тогда что? Тоже стресс?» — сев за длинный стол устало размышлял Лошик. «Вообще, похоже… Столько происшествий и открытий за карасы — я бы тоже места себе не находил» Потерев глаза, Ло заставил себя выйти из мыслей и не разводить "панику по пустякам" до предела, вернувшись к небольшой рукописи, с которой он мучается более скифоса. Просидев чуть больше киафа за ловлей бегающих строчек, Лололошка принял поражение от своей внимательности и вернулся в библиотеку. — О. Ну чо, шумных крыс нашёл? — самодовольно проговорил Джон, не отрываясь от чтива. — Нет. — В смысле? Недавно ко мне забегала, — чересчур весело ухмыльнулся JDH, подняв на собеседника задорно-уставшие глаза. — О боже… — вздохнул Лололошка, занимая своё новое место и усердно сделав вид увлеченности книгой, лишь бы не продолжать диалог.

<…>

— <…> Ты меня даже не слушаешь, сученок! — на всю библиотеку воскликнул учёный. — Джон, угомонись, — обессиленно пробубнил Лошик, потирая пальцами лоб. — Я ему тут рассказывал три киа—… — Успокойся, я сказал. Уже по двадцать второму кругу такую ситуацию проживаем. Тебя всё равно не устраивают мои теории и версии, да и вообще слова. Вот я сижу, молчу. — А ты хоть бы раз попробовал мозгами пораскинуть! — Я уже всё сказал. — Я тоже! А кому — хер знает! — психанул Харрис и, взяв пару книг внушительных размеров, ретировался в другой конец помещения. Но не пришло и десяти капель напряжённой обстановки, так: — И вновь разглашения… — поникший третий голос прошёлся по всем ближним плоскостям, вызывая слабое эхо. — Надеюсь, своим приходом я не рискую терпеть прилёт чего-то увесистого в себя, — хмыкнул Альфред, подойдя к выемке в полу, быв в состоянии наблюдать обоих товарищей. — Смотря, для чего и с чем припëрся, — ухмыльнулся JDH. — Припëрся с приглашением в столовую и предложением попробовать мои усердные попытки приготовить что-то достойное, — сохраняя сдержанность ответил Альфред, только сложив руки на груди. — Альф—… — Отравить вздумал? — осуждающей фразой перебил Джон. — Нет. Я готовил по тексту в кулинарной рукописи. — Какой ещё рукописи? — обесценивающе фыркнул Харрис. — Ну я ее заприметил и отложил для себя. Если не веришь, то лежит на кашеварне открытая на нужном развороте. — Угу. Ты будешь первым испытуемым, — глянув на Ло, предупредил оранжевый, чуть ли не в охапку взяв книгу и направившись к выходу. «Ни стыда, ни совести…» — Фред, спасибо большое! — улыбнулся Лошик, откладывая тошнотворную рукопись. — Рад быть полезным, — уведя взгляд, проговорил юноша, сразу после двинувшись прочь из библиотеки. Мироходец пошел следом. Однако вместо поворота на лестницу, Альфред шел дальше, в правую половину особняка. — А ты не с нами? — встрепенулся Ло-шка. — Ась? Нет. — Ты голодный ходишь не меньше нашего. — Да я один поел, не беспокойся. Кстати, Ло, а будешь добр оказать мне услугу? Я не стану настаивать, — тут же добавил Альфред. — Озвучивай. — Я там Джону успокаивающий отвар намешал, на камне меж входов стоит. Меня просто заволновали его перепады настроения, да и в общем состояние… Меня он внимать не станет, а тебя, может, послушает. Попробуй уговорить его сделать пару-тройку глотков. Только постарайтесь не доводить до криков и разгрома… «По крайней мере, не я один вижу, что Джон изменился» — Я постараюсь, — кивнул Лололошка. — Буду очень признателен, если тебе удастся. Удачи и кушайте на здоровье, — невыразительно улыбнулся охотник, обрывая диалог и вскоре завернув за угол. «По факту, я не понимаю ни одного из своих союзников…» — спускаясь со смешанными эмоциями, осознал Лошик, задумавшись.

<…>

Подсунуть отвар Джону получилось только через спор и принуждения. Просьбу "не доводить до криков и разгрома" Ло-шка помнил, но выполнить основную задачу с таким условием было невозможно. За эти несчастные три глотка, JDH весь оплевался, устной грязью выразил все свое недовольство, так еще и установил требование через скифос преподнести буквально отчет о содержании всех ранее выданных рукописей. По возвращению в библиотеку и подождав некоторое время, шатен смог наглядно понаблюдать, как проходит такой "отчет". Это он понял, стоило лишь Альфреду зайти с неплохой стопкой книг в руках и бу‌хнуть ее на чужой рабочий стол. — Милости просим, — замотанным голосом произнёс Альфред. — И для какой надобности мне эта стопка на четверть стола? Альфред послушно убрал гору сплошной литературы на ближнюю скамейку, взяв сверху несколько скрепленных кусков бересты, которые с облегчением вернул на стол. — О боже. Писателем себя ощутил, крыса белобрысая? — недовольно прокомментировал Харрис, подперев висок кулаком. — С какой стати я вдруг крысой стал? — Долгая история, — усмехнулся Джон, принявшись изучать чужой доклад. — О чем вы тут языки треплете меж друг-дружкой?.. — вполголоса спросил Альфред риторический вопрос, облокотившись спиной на стол, сложив руки на груди и ожидая предъяв от JDH. — Корявый почерк у медиков штука не приобретённая, а передающаяся испокон веков… — Вслух прочитать? — Я констатирую факт, — отмахнулся JDH. Чужое ожидание существенных претензий возобновилось, а Лололошка с приятным удивлением наблюдал вполне нормальную картину. Как будто никаких споров, кинжалов, недопониманий не было. Да, неприязнь осталась, но хотя бы в безобидной форме, в отличие от самой травмоопасной. Переводя взгляд с одного на другого, Ло-шка снова попался на одни и те же грабли: "медики-и-охотники-существа-очень-чуткие" — Альфред уже глядел в ответ, кивнув вверх. Чуть подумав, его подозвали поближе, чему охотник был не сильно в восторге. Склонял голову для общения же вовсе нехотя. — Тебе тоже кажется, что Джону после твоего настоя стало лучше? — шепотом поинтересовался Лошик. Альфред на пару секунд обернулся в профиль, пару секунд косясь на ученого. — Я пока воздержусь от торопливых высказываний, — придерживаясь шепота нейтрально ответил Альфред, уведя взгляд в пол. — А ты ему то же самое сварил, что и себе? Этот вопрос послужил триггером более ярких эмоций. В данном случае — испуг, который едва ли пробивался сквозь кромешную усталость в глазах, разбавленная розовым оттенком в уголке от лопнутого капилляра. — Не совсем… У меня помягче и слабее будет. И, всё-таки, не надо было насильно вливать это в Джона, — угнетенно проговорил Альфред, упорно разглядывая пол. — Есть в этом рецепте резкая трава, от которой многим плохо становится. Всё же хорошо было? Лололошка кивнул. — Слава Отцу. Не знаю, где я был, когда это варил и о чем думал. Я однажды чуть не огрёб из-за этого настоя. Едва до Церкви дело не дошло. Было бы смешно, если бы меня из-за какой-то там травки повесили, — насмешливо хмыкнул Альфред. — Слушай, Фред… — Что? Ты многое обо мне не ведаешь, и я осознаю, о чем молвлю. «Что тут, блять, происходит? Это всерьез сказано или бред?» — спросил у себя Ло, находясь под слабым впечатлением. Разговор зашел в молчаливый тупик, в котором заметно оживился Альфред, облокотившись на шкаф и задрав голову. — О-о, нет. Я уже согласен на чтение вслух, — с театральным страданием заговорил JDH, отпустив записи и начав массировать виски. — Не так всё плохо, — возразил Альфред, возвращаясь к выемке. — Всё так плохо, — сделав акцент на "так" убедил Джон. — Помнятся мне твои буквы... — Так потому что ты дергался! И вообще, мне простительно! — Ну конечно, — притворно согласился Альфред. Через пару секунд уже начался активный монолог. Шатен его игнорировал, хотя даже моменты желания послушать и начать вникать были провальными: для понимания мысли нужно было слушать сначала. Зато радовало само наличие речи в этих мертвых стенах. После тринадцатиминутного "выступления" начались дебаты и обсуждения. Правда, были они, в основном, не об особняке, а о многих других темах. — Мелким велели не выëживаться, кошмарное ты воплощение за мои грехи. Короче, я всё сказал. — "Крыса" и то приятнее была… — "Приятнее"? Такого больше не повторится, — ухмыльнулся Харрис. — Пошли за новой порцией отборной литературы. — Господи, а что нам ещё надо тебе вычитать? — подал голос Ло. — Мы уже пол этой библиотеки обшарили. — Не обольщай ваш труд. Даже одной шестой не наберётся. Та-ак… — протянул Джон, начав бродить у шкафов и словно наобум выбирая рукописи, протягивая их Альфреду. — Кхм, — послышалось скромное через пару минут. — Кхм! — уже более сдавленное и недовольное. — Заразу распространяешь? — Да причём тут "зараза"? Довольно уж! Оба мироходца глянули на Альфреда. Один — с раздражением и возмущением во взгляде, другой — с недоумением. Оба узрели юношу с впечатляющей стопкой книг в едва дрожащих руках. — Как тебя ещё не грохнули, плюгавый? — осуждающе оглядывая ближнего, фыркнул Джон, подкинув ещё рукопись. — Давай не забывать, что Фред у нас единственный раненный? — подоспев к приятелям и взяв половину стопки на себя, напомнил Лошик. JDH же ответил молчаливым передразнивающим жестом, изображающим рот, и сразу перетекающим в прогоняющий. — Очень мило. Ты в какой комнате расположился? — осведомился Ло-шка, решив не задерживаться в библиотеке. — В "раю для учеников на медицину", — неуверенно двинувшись следом, фыркнул Альфред. — Все-таки решил косточки повторить? — вдогонку самодовольно спросил Джон. Рядом тут же послышался сердитый вздох. — "Лучше" ему стало. Угу, — скептически пробубнил Альфред, стоило сделать едва два шага по коридору. — Может, вернешь? — Нет. И самочувствие Джона измеряется в его мразотном поведении. — Какое точное слово для описания, — усмехнулся Альфред. В "своей" комнате Альфред устроился основательно: в мелочах обустроил ее под себя. Два факела исправно освещали и грели пространство, сосуд и травы, хаотично раскиданные у сумки, лежали на злосчастной тумбе, и кубок на подоконнике создавали стойкое впечатление жилого помещения. Вместо пыли тут теперь пахло смешанным травяным ароматом. Будет неудивительно, если станет известно, что он и кости из ящиков выгреб — для поддержания общего комфорта. От разглядывания отвлекло шуршание от пристраивания одной половины книг на подоконник. Недолго думая, Лололошка пристроил туда и свою ношу. — Спасибо за помощь. — Не за что. Ты как со своим плечом все это тащил? — задал Ло мучающий его вопрос, облокотившись на подоконник. — С трудом, — усмехнулся Альфред, ощупывая место увечья. — Это-то понятно. Я просто без понятия, есть ли у вашего, археевского, организма реакция на пустотную магию и какая она. Доброжелательный вид собеседника, словно поддерживаемый с трудом, переменился скукой сразу после слова "магия". — Никакая. — Может быть. Рана-то сама как? — Без изменений, — тупо ответил Альфред с остатками томления. — Это радует. Знаешь, ты, конечно, молодец, что такой ответственный, но мне не даёт покоя понимание, что ты перетрудился. И спал ты тоже давно. Я п—… Лошик перебил самого себя, заметив моментальную смену усталости на настороженность на лице собеседника, что напряженно смотрел в коридор. Едва вопрос начал крутиться на языке, так Альфред тут же отвлекся. — Либо мне показалось, либо Джон соизволил покинуть свою обитель, — хмыкнул Альфред, возвращаясь в вымотанную реальность. — Слушай, у меня тут интерес накопился… — Намёк понят, — вздохнул Ло-шка, проглотив продолжения своих слов. — Я вспомнил сон с бледно светящимся кругом на небе. Уверишь, что такое тоже где-то есть? — Вокруг темно было? — Конечно. — Есть, — подтвердил Лололошка. — Возможно, тебе приснилась Луна. Хотя, это странное совпадение… — А можно поподробнее? Только Лошик открыл рот для рассуждений, но в миг понял, сколько времени займут объяснения о спутниках, планетах, космосе… Глянув на ожидающего товарища, взвешивая размер информации и чужую усталость, пришло понимание, что в нынешний момент у Альфреда ничего не уложится в голове. — Можно, но когда-нибудь попозже. — Ладно, — слегка разочарованно сказал Альфред, но немедля метнулся к тумбе, вернувшись с чем-то мелким в ладони. — Ты ведаешь, что это? Огня от факела было достаточно, чтобы рассмотреть шокирующие очертания монеты. — Возьми, если нужно, — будто прочитав мысли ближнего предложил юноша, взяв монету пальцами. Только стоило серебрянке оказаться в распоряжении мироходца, он тут же повернулся ближе к огню и стал разглядывать её с двух сторон. На аверсе было изображение чистого скинтонита, позади которого можно было различить версию городской площади. Реверс был окружен лозами винограда, посередине которого различалась номинал пять. — Обалдеть… Ты где это нашёл? — воодушевленно поинтересовался Лошик, переведя взгляд на Альфреда, до которого уже дошло, что он сыскал непростую безделушку. — А, ну… Где ты про ф-фобии сказывал?.. — неуверенно проговорил Альфред, сомневаясь в правильности предпоследнего слова, из-за чего все предложение звучало вопросительно. — Правильно ты сказал, чего мнешься? И что, в таком чистом состоянии? — Нет, я отмыл… Ну интересно было! — Да молодец! Я тебя что, осуждаю? — Ты на меня так недоуменно глядел, словно я несусветную глупость сделал! — оправдывался Альфред. — Ну а просветишь меня, что это? Медаль? — Нет, но тоже находка. Вот смотри, — начал Лололошка, отложив монету и вздохнув, готовясь к объяснениям, — <…> То есть ты нашёл валюту, которую использовали у вас тысячи карасов назад! Короче, ты умница, что додумался взять и показать! По продвижению разъяснения карие глаза постепенно приобретали блеск из искр радости. Под конец перед Ло-шкой стоял сплошной живот сброс дофамина, поток которого казался нескончаемым, но тихим. Никаких лишних телодвижений и фраз, только сдержанная улыбка и яркий взгляд. Картина была одновременно и приятной, и грустной. Что-то Лололошке подсказывает, что его приятеля за всю жизнь хвалили критически мало. — Со своей удачей я даже забыл, что она есть. Ну, раз в триста карасов и палка тварь убьёт. Кстати, если тебе неймётся, то, думаю, в той комнате можно ещё попробовать что-то сыскать. — Что там за сокровищница?! С первого взгляда так и не скажешь! — восклицал мироходец, поддаваясь удивлению от уверенности Альфреда. — Не ведаю. Там карты на столе. Может, для обряда всякого нужно было. Хотя, как по мне, это чуднó… — Так бы сразу! Картёжники небось. Да ещё, если повезёт, то заядлые. Альфред моментом смутился, пару раз моргнув. «И в каком понятии я облажался?» — недоумевал Лошик. Начался совместный немой тупëж. — Ты не понимаешь, чего я не понимаю? — первый начал Альфред. — Ага. — Я не вижу связи между картами и манетами, — потеряно произнёс Альфред новое слово, чуть запнувшись. — Ну, азартные игры. — Это как? Ло-шка посвятил себе пару секунд на внутренний шок. Почему-то ему казалось, что примерно в Средневековье многие люди на всяких ступенях социальной иерархии были поголовно утоплены в безвыходных глубинах азарта. В Архее в том числе. «А это безопасно объяснять?» — задумался Ло, сомневаясь, что Церковь нейтрально отреагирует на азарт. Пришлось полагаться только на чужой ум, который определит, что такие игры лучше не распространять. — Ну-у… Вот смотри: в основном все игры интересны процессом игры, а в азартных игроки ждут конца. <…> То есть человек сделал ставку в пятьсот спарков, которые его противник получит только в случае выигрыша, — с помощью жестикуляции пытаясь облегчить объяснение рассказывал Ло, остановившись и глянув на ближнего, быв в состоянии при недопонимании начать объяснять на пальцах. — Ясно… Как я понимаю, это плохо? «Да ты ж мой золотой!» — победно воскликнул в голове шатен, облегченно выдохнув. — Да. Альфред кивнул. — А почему у нас такого нету, но было о-очень много карасов назад? — резво подхватился он. — Карты появились несколько карасов до моего рождения! — Азартные игры — вообще любые игры, не обязательно в карты, — спокойно добавил Лололошка. — А с первым вопросом лучше обратись к Джону, если тебе интересно настолько, что готов к просветлению… Встретившись с вопросительно наклонённой головой и сдвинутыми бровями, Лошик не удивился. Эта реакция была очевидна. — Я не смогу разъяснить, в каком смысле. «"Меньше знаешь — крепче спишь"» — тут же всплыла поговорка в голове. Переворачивать мировоззрение с ног на голову и так скептичному ко многим вещам человеку Ло не готов. Он уже успел пожалеть, что упомянул в этом деле Джона — уж кто-кто, а он расскажет без стыда и без обиняков. — А, конечно, — мигом сдался Альфред, подняв согнутые в локтях руки, сделав шаг назад. — Можешь идти. Я не держу. «Ну что за мнение, что ты всем надоедаешь?» — нехотя подумал Ло-шка, тяжко вздохнув «А идти мне реально надо… И как это преподнести и при этом не обидеть?» — Я думал Джону монету показать, но с этим можно и повременить. Ты если что со мной? — Нет. И иди ныне. Мы, в принципе, все обсудили. — К тебе потом прийти, доложить? — беспомощно предложил Лололошка. — Нет. Кивнув, мироходец подался вперёд, сжимая в кулаке многолетнюю ценность, а не простую монету, однако радость от неё уже испарилась. Оперативно добравшись до библиотеки, Лошик молча подошёл к рабочему столу, только открыв рот для озвучивания новости, но тут же закрыл, обнаружив дремлющего на вид JDH. Даже шаг назад сделал, быв готовым не тревожить. Однако такую необходимость развеяло чужое краткое мычание. — Чо тебе? — безэмоционально проговорил Джон, подняв на собеседника голову. — Я с находкой. — Зачастую, твоим находкам место на мусорке, — без ухмылки сказал JDH, и фраза сразу сделалась серьёзной. — Она не моя. — Вы без меня практикуете воровство имущества у союзников? М-да. — Вообще-то нет! И относись к этому достойно, — занегодовал Ло. — Да показывай уже! Не тяни кота за хвост! — в ответ психанул учёный. Монета в сей момент стукнулась об деревянную поверхность. — Ещё и какую-то мелочь притащил, — цыкнул Джон, встав со стола и первым делом потянувшись. Вторым — взял факел около табуретки у входа и наконец вернулся. — Серебрянка? Вообще неожиданно. Лололошка терпеливо ждал конечного вердикта, наблюдая за реакцией Джона. Ничего яркого не было, но любопытство в малых дозах, да присутствовало. — У нас многие факелы совсем слабые. Зажжешь потом парочку? — спокойно поинтересовался Ло-шка. Взамен немота. — Слышишь меня? — Слышу, — резко ответил Джон. — Может, ответи—… — Я подумаю. Отвали. «Дружелюбно…» Тишина продолжилась не надолго. — Был бы ещё указан год — я бы признал эту монету целым артефактом! А если в общем, то это прямое подтверждение моей теории, что давным-давно Архей был намного прогрессированным. Думаю, что после того мрачного события, виновниками которого были некие Первые, все покатилось по неверному пути. В прямом смысле. Не хочу даже представлять, на сколько веков назад откатился Архей. — Думаешь, настолько все плохо? — Да. Попроси самого лучшего ремесленника повторить эту монету — никто не справится. А раньше-раньше-раньше вот этим, — подняв серебрянку, JDH делал акцент и интонацией, — платили! Значит, раньше существовали либо более хорошо обученные люди, либо механизмы. — Угу… Слушай, а может те парочку вещей, которые появились позже Средневековья, волшебным образом донесли из прошлого? — предположил Ло. — Я тоже об этом думаю, но понимаешь, тут есть одна странность. Она заключается в том, что из прошлого доносят реально важные вещи и ученья. А мы в буквальном Средневековье! Нет, их точно занесли из другого мира. — Да почему? Может, их нарочно из прошлого передали? — Кому нужно хранить информацию и передавать из уст в уста о капиструме, а не проделывать это с… Элементарной ручкой?! — возник Харрис. — Ну-у… Ты же не знаешь, кто это передавал и какие у него были мотивы. Джон до неприличия пренебрежительно цыкнул и закатил глаза. — Даже не буду говорить, что внешне ты здоровый лоб, а внутренне схож с ребёнком из-за суженных представлений обо всём. Если мы представим, что это время застал какой-нибудь коварный антагонист-садист, то ему это тоже не сильно нужно. «В этом плане могу поспорить…» — подумал Лололошка, задумавшись. — Мне кажется, что в данный момент каждый останется при своём мнении. — Не удивительно. Вот если бы мы были не в этом гребанном Средневековье, то я бы хоть получше изучил эту вещицу! — Сам сюда пошёл, — съязвил Ло-шка. Из-за чего тут же был вынужден терпеть недоброжелательный взгляд. — Помолчал бы. Ты мне лучше знаешь, что скажи? — Ну-ка? — Поведай о гипотетических десятилетиях, веках и тысячелетиях. Лошик затупил, вспомнив о давнишней просьбе расспросить Альфреда на эту тему, о которой он напрочь забыл практически в то же мгновение. — Да ты издеваешься, — проговорил Джон, оперативно заметив замешательство на лице собеседника. — Нет! Пр—… — Я утверждаю: ты издеваешься, — закрепил оранжевый, кивнув. — Просто кошмар. Воплощение рассеянности, сгинь с глаз моих на хрен. И только посмей потревожить из-за чуши! — А ты только посмей придумывать мне клички, как Альфреду, — стрельнул в ответ Лошик, метнувшись за парой книг и без лишних прелюдий покидая библиотеку.