«Начало изжития»

<…>

— Думаешь, это пока наш единственный выход? — недоверчиво спросил Лошик. Если честно, истребление тварей он представлял более грандиозным: с планами, маршрутами… — Ну не выход. Так, принятие каких не каких меры, — уточнил Джон, прекратив маяться и сев за стол, развернувшись лицом к собеседнику. — Из-за того, что ты психастеник, я сразу тебя предупреждаю: мы берем с собой подмогу. — Ты имеешь в виду Марка? — А кого еще позволишь? Про нашего добросовестного предателя я даже не заикаюсь. — Фреда не берем, — кивнул Лололошка. — Хотя-я… — Что-то сейчас произойдет! Кульминация, караул-караул! Ло-шка скептически глянул на ученого. — Можно попробовать, если он сам согласится. — Лололошка, я безусловно в шоке от работы твоего серого вещества и даже рад таким выводам, но мне нужна гарантия, что ты сможешь отвлечься и не следить за мизерным. Я ж тебя знаю: будешь вокруг да около кружиться. Цыкнув, Лошик соизволил задуматься. Однако быстро помахал головой. — Сомневаюсь. — Ну вот. Тогда не берем. Гимлин? — Из лагеря я больше никого отпрашивать не собираюсь. — Невера? — недоуменно спросил JDH. — А пусть разомнется! Я его лично готов вытащить. — Если что, птичьего наклювника для твоей безопасности еще не придумали. Хотя, у меня уже есть примерное представление, как это может выглядеть… — Давай пока не про наклювник? Пойдем лучше уговаривать двух Джононенавистников потерпеть твое присутствие, — отлипнув от стены вздохнул Лололошка, морально готовясь к возможным инцидентам. — Ученые вперед, — пропустил он жестом, остановившись. — Я и так оплошал и по чистой случайности позволил тебе пройти в своих говнодавах, так ты еще и наглеешь! Совесть имей! — Я не наглею, это этикет. — Фу-фу! Вранье в чистом виде! Иди давай, обладатель голубых кровей! — негодовал Харрис, мирно ожидая начала хода, чтобы пойти позади. — Спасибо, что смирился со своей участью! Но вообще, один ненавистник всего живого, а со вторым у нас не сходятся "политические" взгляды, и он тоже грешит ненавистью ко всему живому, а третьему просто винтиков не хватает. И пока ты не начал нудить, скажу, что мне о-очень интересно, как Мрк'грш'траклар отреагирует на падение Церкви… — Я с ним уже поговорил на эту тему. — "Поговорил", — насмешливо повторил JDH. — Поговорил. Меня тут не все ненавидят до белого каления. — Батюшки! Ты становишься все более и более красноречивым! — восхитился Джон, предприняв первую попытку подножки.

<…>

По итогу за множественные битвы в разных уголках Архея чаще всего приходилось следить за Невером, который словно так и норовил вернуться к прежнему голоду. Еще на полпути он начал бухтеть, с какой это вообще радости он согласился на эту авантюру. На этом же полпути его быстро усмирили. Не обошлось без пожаров: учитывая количество рисков и попыток, несколько сожжённых околков, половина рощи и подпаленное крыло Невера казались щадящим минимумом. Все это проходило бы в вечных конфликтах, если бы не настоятельные просьбы говорить только при необходимости. Справившись с очередной толпой тварей, Лололошка огляделся. Не заметив ни лишних телодвижений, ни огня, он выдохнул, воткнув меч в землю и положив запястья на рукоять.. — Да не канючь! Не знаю пока, дай подумаю, — послышался отдаленный звонкий голос. — <…> этого я тоже не знаю. — Дурила. Лололошка! — прокатился по воздуху низкий тембр. «Еще и потерять меня умудрились» — возмутился Лошик, нехотя убирая меч в ножны и направляясь на отклик. — Ну вот он! Жив и невредим! — восклицал Джон, стоило лишь шатену выйти на полянку. — Иди быстрее! — жестами с малахитовыми частицами подгонял он. Пришлось ускориться. — В общем, ты же у нас тут больше всех шляешься, может, видел еще какие-нибудь густонаселенные воплощенными места? — спокойно поинтересовался оранжевый, встряхнув руки от малахита. — К лагерю не пойдем, там все сами разберутся. — Ну, вообще, как раз-таки неподалеку от лагеря есть… — Я с вами больше никуда не пойду! — возник Невер. — Тут и я не пойду, — поддержал JDH. — Тогда решай, кто куда. Позволяю распорядиться. — Ты отправляйся куда тебе надо. Марка обратно в Сон, а иначе он тут все спалит. Невер со мной. — Куда опять?! — замахав крыльями, ярко возмутился Невер. Где-то на фоне этого возмущения послышалось Джоновское "окей", существование которого подтвердили малахитовые частички и исчезновение двоих товарищей. — Не буду я тебя эксплуатировать, все! Успокойся! — зажмурившись и натянув шарф по нос, пробурчал Ло-шка. — Да пыль же, Невер! — Знаю! «Засранец, еще и специально!» — занегодовал Ло, наощупь спустив очки и выше натянув шарф. — Тебя ничего не откосит! Пойдем, тут не так уж далеко. Активность и упорство взмахов снизились, но не пропадали еще несколько секунд. — Я хочу обр-ратно! — Там тоже хорошо. Ворона из тебя сделают, социализируют! — настаивал Лололошка, резким движением схватив чужое крыло и выдрав два пера. — Юр-родивый! — с особенным возмущением взвизгнул Невер, угомонившись, но донимая глухим нечто вроде карканья.

<…>

Негодований, обвинений и предъяв было в таком количестве, что по ощущениям было не хуже брани. Но вогнать Невера в лагерь, а после и к Сорвену, мироходцу удалось. Даже договориться с предводителем об уважении к состоянию Невера у него получилось. Определив новоприбывшего в шатер и объяснив ему, в какую часть лагеря идти, Лошик остался наедине с Сорвеном в предводительской халабуде. — Я, конечно, благодарю тебя за приведенных, но у меня есть к тебе серьезный разговор, — строго начал Сорвен, не выжидая паузы, — где Матлеена? — Разве не в лагере? — начав притворяться дураком, недоумевал Ло. — Ты отпросил ее пять с половиной скифосов назад. После этого в лагере она не появлялась. — Так я же видел, как людей мечу обучают! Я с ней это и обсуждал, потому что у меня были предположения, что тварей стало больше. Она, причем, согласилась! Даже сказала, что примерно знает, кого назначит на роли "учителей". — Начать обучать выживших оружию я решил, когда охотники пришли с вестью, что вопло… зараженные в некоторых местах прям прут, — твердо объяснил Сорвен, но все равно задумался. — Мы когда все обсудили, а у нас это много времени заняло, я ее до чащи проводил и по делам пошел. Срочно было, потому что я с Матлееной задержался. Куда она итогово пошла я без понятия. — Вас оберегатели не зрели? «Какие еще оберегатели? Оберегатели чего?» — Нас — сомневаюсь, ее персонально — может быть, — тупо ответил Лололошка, напрягшись по поводу неизвестных ему "оберегателей", которые, судя по всему, обитают около чащи. — Я на всякий случай спрашиваю, так как мне ни один из них ни о чем не докладывал… — неторопливо произнес Сорвен. Через пару секунд перевел подозревающий взгляд на ближнего, — А не врешь ли ты мне случаем? — Нет. Я и не догадывался, что Матлеена может куда-то пропасть! — А что ж тогда до оберегателей не дошли? Ради своей сохранности! — с периодическими нотками раздражения, возражал Сорвен. «Да кто это? Что-то типа патрульных?» — Я, если честно, плохо себе представляю, где они в основном находятся. Я даже эту чащу не знаю. — Ладно, амба. Ясно все с тобой. Придется еще больше охотников отправлять… — пробубнил предводитель, направившись к рабочему столу. — Свободен. — Если я что-то увижу, то обязательно сообщу. До скорого, — торопливо кивнул Ло-шка и торопливо вышел за дверь. «Так, ну особо сильно меня вроде не подозревают… Зато что это за "оберегатели"? Хотя, в любом случае сомневаюсь, что они меня видели. Джон бы заметил. Но лучше знать своего врага в лицо… А стоит ли мне надеяться на Фреда и его осведомленность? Или опять выгонит?» — вздохнул Ло, двинувшись к целительному столу. Весь путь мысли метались из места к месту, периодически переплетаясь или разжигая волнение. За столом оказался только Беренгарий, облокотившийся спиной на край и выцарапывая что-то в знакомой рукописи. «Не все потеряно» — облегченно подумал Лошик. — Беренгарий, привет! Алхимик мгновенно отвлекся от своего занятия, подняв взгляд и добродушно улыбнувшись. Однако тут же изменился в лице, стоило ему глянуть на чужую одежду. — Батюшки! Лололошка, ты где был? Ло-шка затупил, опустив глаза и осмотрев себя. От белых элементов остались лишь одни воспоминания, об отсутствии пятен можно забыть, ремни же повидали не меньше остальных. Рукава собрали на себе всю грязь, которая только возможна. Даже некое зеленое пятно красовалось. — Где я только не был и что я только не делал. Я думаю, что охотники у вас приходят точно такие же. — Охотники уж в белом не ходют! — подметил Беренгарий, качая головой. — Как там дела обстоят за вратами? А то дюже подолгу охотников начали отправлять, пристать не к кому. — Пока нормально все. Посмотрим, как надолго. «Ага, то есть население из простых смертных ничего не знает о происходящем?» — недоумевал в мыслях Ло, но быстро отвлекся. — Кста-ати, Беренгарий, а ты ничего не знаешь про каких-то "оберегателей"? — Едино я о них ведаю, что они реку в чаще блюдут, — просто ответил Беренгарий, виновато разведя руками. — Я даже не ведаю, у кого тебе еще можно поинтересоваться, опричь Альфреда… Он их некоторых в лико памятует, — с ноткой гордости добавил он и задумался. — А что, сейчас твоя смена? — Получилось, что да. Хотя на деле я как полскифоса должен был свою смену отработать. Но на Альфреда невесть, что нашло, посему все перепуталось. — Все в норме? Беренгарий пожал плечами, указав большим пальцем себе за правое плечо. В уголке, между стеной и ножкой стола сидел укрытый одеялом Альфред, склонивший голову к ножке и со сложенными руками на груди, сидя чуть ли не в обнимку с вполне крупной рукописью. — Скорее всего в норме, просто утрудился. Весь лагерь выходил, чем себя занять не ведомаю! — жаловался Беренгарий. — У него частенько вспыхивает эдакое рвение вылечить вся да каждого, но ныне дошел до крайности. Почти семь скифосов очей не смыкал. «Четырнадцать часов на ногах… Хотя бы не полтора караса, спасибо на этом» — Да случилось, наверное, что-то. Опять допрос придется устраивать, — нехотя проговорил Лошик, с трудом смиряясь с этим осознанием. — Допрос-то зачем? — Потому что по-другому Альфред ничего рассказывать не хочет. Пихать иногда приходиться, чтобы поболтать. — Что ты такое молвишь? Он со всем лагерем переболтал по нескольку разов! Нам и в немоте-то подолгу не работается! Лололошка замолк, бессознательно склонив голову. — Однако ныне да, молчалив дюже был. Из нас если кто-то читает, то читает вслух: так тоже устроился в уголку и все, ни слуху ни духу! — рассказывал Беренгарий с огромным энтузиазмом. — В это я больше верю. А в то, что до этого мы говорили об одном человеке — не очень. — Робеет, — предположил алхимик. — Я не настаиваю, но и когда робеет молвит меньше. Мироходец затупил кардинально. Однако, как только понял, что об этом надо задумываться надолго, моментально отвлекся. — Ладно, неважно… У меня новость хорошая есть: я Невера сюда привел. — Эво как! Ну наконец дар речи опробует! Это ты правильно сделал, — поддержал Беренгарий. — Хотя я уверен, что на звон мечей он будет бухтеть, а на Сорвена роптать. — На Сорвена уже. — Надеюсь, не огребет. И от наставников тоже. Люди там поколе сами непривыкшие, суровые. Попросили их тут не звенеть так упорно да не выкрикивать замечания на весь лагерь — ну так они брань выкрикивали на весь лагерь! — Кого туда эта курица кардинальная назначила? — возмутился Ло, недовольно сложив руки на груди. — Да ну тебе, не обзывайся. А если честно, не ведаю. Меня же тоже лишние звуки, да еще и такие звонкие, утомляют, вот я жду, когда громкость замечаний спадет. Однако они не смогут же этот звон заглушить, и к долгожданному скифосу я привыкну уж. — А с какой вообще радости он решил людей обучать? Собрание, может, было? — Да ну те, не выдумывай! Я за ними не блюл, но устроили они все проворно. Любопытно, что Сорвен сам всем руководил. Обычно он барышню какую-то отправлял…— более угнетенно добавил Беренгарий. — Ты не знаешь Матлеену? — Так это Матлеена? — Она самая, — пробубнил Ло-шка, кивнув. — Эвона как… Чем же она вам всем так не нравится? — О-о, Беренгарий, много чем! Уж поверь! — Она тебя гневит, я уяснил, — успокаивающе произнес алхимик. — Но Сорвен, наверно, заранее думы думал об этих подготовках. Сбруей же тут же всех обеспечили. — Да не думал он ни черта. Небось из запасных взял. — Сорвен тебя тоже гневит… Ну, может, ты прав.