«Риски да особенности»

*** <…> Первого и единственного разговора о магии хватило, чтобы Джон через некоторое время согласился на обучение и исписал десяток бумаг с объяснениями на все случаи жизни. Ученый будто даже вошел в положение и начал реже отправлять на мониторинги, а может, ему наконец наскучила работа над Пылью, и он решил отвлечься на остальные имеющиеся наблюдения… Ло не расспрашивал ни о чем из этого, наслаждаясь перерывами от мониторингов. Конечно, и над бумагами он сидел, пытаясь что-то освоить — пускай учиться удавалось быстро, но весь процесс сопровождался смертной скукой. Скука вообще была почти повсюду. От трагедии прошло немало времени, и жители Сна потихоньку начали возвращать прежний интерес к жизни, но происходило это чересчур потихоньку. Ло-шка старался со всеми разговаривать, но особого восторга от его компании никто не ощущал. Бывали, правда, единичные случаи, когда разговор выходил за понятие "светской беседы", однако потом все возвращалось на круги своя. Из переживших геноцид не горевала лишь троица из Джона, Беренгария и Сайриссы, да и то в основном потому, что они совершенствуют и думают над изобретениями без продыху. Да и признаться честно, сам Лололошка быстро отвлекся на мониторинги и кровопускания, иногда вовсе забывая о нападении на лагерь, потерю Гимлина и тогдашнюю панику… По этому поводу были даже размышления, чем занять и отвлечь остальных горемык, но если Марк без чужих наставлений вспомнил о кузнечном деле и уже пару раз просился на мониторинги, то с Невером и Альфредом было сложнее: первого было почти нечем увлечь, а второй в энтузиазме общества и работы не преуспевал. Зато, помимо "работящей и позитивной" троицы, так же не сокрушались развоплощенные: Ваму попросту ничего не знал об Архее, о ситуации в прошлом и в настоящем, а забивать его детский ум негативом было почти запретом, и даже Онора, несмотря на прошлое в шкуре твари и последующей потери памяти, старалась не забивать этим голову. О себе она и вправду помнила малое — еле-еле назвала свое имя в осознанном состоянии, однако о жизни зараженной себя могла рассказывать без умолку. Ло с ней особо много не общался, но судя по словам остальных, из хорошего в ней послушание и интерес к Пыли, а из плохого — чрезмерная любовь к брани. Впрочем, о брани мироходец догадывался еще после хвастанья Ваму новыми словами, да такими крепкими, что становилось неясно, откуда в Средневековье такие выражения. После часа чтения о магии и практики, Лошик, после очередного удачного, но корявого заклинания, заметил подозрительную немоту в округе, что было странным с Ваму во Сне: даже отсутствие "интересных" собеседников его ни разу не останавливало создавать шум и суету. Потребовалось несколько секунд, чтобы выглядеть мелкий силуэт в тени дерева на главном острове. Сунув бумажки с учением между ветвей яблони, Лололошка с тяжелым вздохом направился навстречу: даже такой короткий срок "отцовства" принес с собой готовность почти к любым конфузам. Подойдя достаточно близко, чтобы увидеть чужую растерянность, стало очевидно, что в этот раз без приключений тоже не обойдется. — Что-то случилось? — спокойно поинтересовался Ло, нагнувшись и уперев руки в колени. В ответ ему тут же отрицательно замахали головой, продолжая стоять на месте. — Ты кого-то ждешь? — начал угадывать шатен, но и на этот вопрос получил отрицательный жест. Вопросы о конфликте с кем-то и какой-нибудь проделки Ваму также отверг. — А что тогда? — Ничего, просто жарко, — встревоженно произнес мальчик. — Ну, не спорю, солнце светит, — кивнул Ло-шка, украдкой глянув в сторону светила, которое проглядывало через лавину облаков, — но что-то еще точно случилось. Рассказывай, не боись. — для собственного спокойствия пришлось сесть на лестницу, дабы хоть как-то успокоить нервы. Ваму помолчал еще несколько секунд, часто сглатывая и аккуратно переминаясь с ноги на ногу. Затем молча протянул руку и тыкнул в тыльную часть запястья. Лошик чуть ли не выдохнул, думая, что там какой-нибудь вывих, но прикоснувшись он почувствовал только плоскую твердость под чужой кожей. Вывихом это не было в помине. — Давно появилось? — стараясь не терять самообладание, спросил Лололошка, встав со ступеней и поведя Ваму в дом. Но в итоге его пришлось нести, ибо первые же шаги с места сопровождались хромотой. — Не знаю… Как ты учиться сев. — Час ты сидел и терпел? — Ну оно не сразу появивось. И я еще к Фреду ходив. Легче от этих ответов не стало, поэтому уложив Ваму и приказав ждать, Ло рванул в сторону замка. Оставлять явно больного ребенка, который и губами еле шевелил, было совестно, а от незнания, что будет по возвращению, становилось страшно. Все ждали возобновления пластин, первое время Джон даже гарантировал рецидив, но позже почти отказался от этой мысли, а вслед за ним о пластинах и рисках едва не позабыли остальные. Никто не погружался в изучение пластин, и, соответственно, никто понятия не имел, насколько запущенные от них последствия и через сколько больной снова превращается в тварь. Если, конечно, превращается… Вся информация о пластинах построена на первых пришедших в голову теориях, и поэтому даже план "Б" отсутствовал на случай, если мазь вдруг не поможет. Искать ученого сейчас не было ни времени, ни желания, поэтому его начали звать, как только переступили порог хором, метясь по коридорам к лестницам. Через пару минут послышался отклик и шаги по ступеням. — Мазь нужна! — выглянув из-за угла, крикнул Лололошка, пока ближний даже не успел спуститься — хотя Джон так и остановился посреди лестницы, лишь присвистнув взамен, и вновь ушел на второй этаж. Стоило провести еще считанные минуты в стрессе да в ожидании, так снова зазвучали чужие шаги. — Что за сигнал SOS средь бела дня? — спросил JDH только когда встал рядом, однако вместо ответа у него отобрали горшочек с мазью и поторопились к выходу. — Сколько паники! Смотри, аж волос седой вылез! — от таких слов на Джона разве что недобро покосились. — Да куда ты вперед паровоза летишь? Расскажи хоть, что случилось! — Пизда с хуем разлучилась, — недовольно пробубнил Ло-шка. Вообще, он не рассчитывал на компанию Харриса, который неизвестно, какой выход из ситуации предложит. — Что, что? Пластины у Ваму появились. Час с ними ходил, дуреха. — Горе-папаша до благополучия не доведет, да-а, — покачал головой Харрис, на что его пихнули локтем в бок. — Где ты был весь час? А он? Его, типа, ничего не смущало? — Я над твоей макулатурой сидел, а он не знаю. До этого наш разговор не дошел. На оставшемся пути Лошик лишь попросил ближнего держать свой научный интерес под контролем и не вплетать хирургию в процесс. На все эти просьбы были получены недовольные кивки, пусть и после попыток устроить спор. Дома, к облегчению, ждал привычный Ваму, разве что вялый и болезненного вида. На звук открывающейся двери он едва повернул голову, за что его обездвижили пустотной магией: смысл сия действия мироходец понимал, но вот зачем сразу и так кардинально — неясно. Говорить о том, что фиксация еще сильнее пугает Ваму было бесполезно, так что пришлось молча приняться за дело. К еще одному облегчению, мазь справлялась с пластинами, но судя по реакции мальчика в этот раз расщепление кристаллов доставляло еще больше боли, чем в первый раз. Уже через минуту, после скулежа, вздрагиваний и слез, Ваму стало настолько жалко, что Ло начал делать перерывы от пластины до следующей, чтобы у мученика было хоть несколько секунд отойти от дискомфорта. — Не реви, — равнодушно произнес позади стоящий Джон на очередной всхлип. — Лучше бы рассказал, что ты делал этот битый час. А то ни к кому не пришел, ничего не сказал. — Я ходив! — сдавленным от слез голосом ответил Ваму, шмыгнув. — К Фреду… JDH тут же присвистнул. — Ты молодец, что добровольно пошел к медику, — похвалил Лололошка, оборвав фразу на половине, ибо ее продолжение требовало недовольств в сторону Альфреда, язык на которые не поворачивался вовсе. — Не молодец кто-то другой и в край оборзевший, — подхватил оранжевый. — Он мне открыв, — аккуратно встрял Ваму, заметно применяя все терпение, чтобы хотя-бы четко выговаривать слова, — но сразу выгнав. — Хотя бы открыл… — Ну ни хера он молодец из-за этого! За это в него только харкнуть можно и шею надрать! — остервенено оспорил Джон. — Да тебе в каждого харкнуть можно, — скептически произнес Лошик, параллельно занимаясь поиском оставшихся пластин. Закончив с мазью и освободив Ваму от магических оков, его еще некоторое время поспрашивали об ощущении самих пластин в теле и остальных недомоганиях, на что отвечали очень нехотя и лениво, то зевая, то потирая глаза. И после очередного "неточного" показания было принято решение отстань с вопросами и пообсуждать меж собой что-то второстепенное, и заодно понаблюдать за состоянием мальца, пока тот не заснет. В итоге началось обсуждение непонятных для Ло заклинаний с редкими толковыми объяснениями. Разговор был максимально тихим, насколько это было возможно: идиллию нарушил только визит Марка с просьбой отправить его в Архей. Переместить его переместили, но от грубого голоса Ваму все равно вскочил. — В смысле ты не понимаешь, если ты уже делал то же самое? — вполтона недоумевал JDH, перевернув пару страниц назад и тыкнув в один из многих магических элементов. — Это одно и то же, только если первое это база, то второе уже исключительно для щитов используется! — Отлично объяснил, прям полегчало. — А что мне объяснять? Тебе концентрации не хватает, во—… — Харриса перебил стук в дверь. Отбросив бумаги, он направился открывать. — Вот и все, короче. Ита-ак, нынешний звездный гость… — интригующе произнес он, распахнув дверь. Сначала послышалось болезненное и краткое мычание, что шатен аж на Ваму глянул, но тут же зазвучали довольные смешки. — Так тебе и надо, сволота. Получил свое — шуруй обратно. Кем являлся "нынешний звездный гость" стало очевидно с первых секунд. Ло-шка даже не стал вмешиваться — только еще больше шума наведет, — молча облокотился на стол и стал ждать кульминации. Через пару секунд Альфред все же пролез в дверь плечом, не дав ее закрыть, и зашел за порог, потирая защемлённое место. И, прежде чем он успел что-то сказать, ему жестами показали вести себя тише. — Какую думу ты думаешь, когда с такой силой двери отворяешь? Что кто-то на версту отлетит? — тишком негодовал Альфред, возмущенно смотря на Джона. — Ой, ну не убило же тебя? Сам везде плечо подставлял, не прибедняйся теперь. — На тебя бы полюбовался, если бы тебя дубовая махина с размаху пришибла, — огрызнулся охотник, осуждая собеседника прищуром. Продолжение конфликта прервал Лололошка: — Вы можете хоть разок не залупаться? — стараясь говорить спокойно, спросил он, пару раз постучав по столу близь лежащим карандашом. — У тебя что вообще приключилось? — задал он вопрос уже Альфреду. Тот оперативно отвлекся от испепеления ученого взглядом и закатывания рукавов, и подошел ближе, жестом попросив наклониться. — Я так-то за разрешением. Или советом, — неоднозначно начал Альфред, перейдя на шепот. — А можно меня в Архей отправить? Ну, не к Сайриссе. — С ума сошел? Чем тебе Сайрисса не угодила? — Там же не только она, меня там разговорами замучают. А во Сне жарко, я уже сдохнуть готов от этой жары. — Жарко? — еще ярче возмутился Ло, выпрямившись. — Дай бог плюс пятнадцать на улице. — Пф, естественно, ему жарко, — встрял JDH, раскручивая вокруг пальца ниточку из пустотной магии, оставляющая в воздухе малахитовый след, — всю жизнь прожил в минусовой температуре, ему этот плюс пятнадцать как плюс тридцать под палящим солнцем. В прохладу хочешь? Пожалуйста. — и магическая ниточка тут же метнулась к юноше, рассеявшись и оставив после себя пустоту. — Замечал, кстати, что когда мы разговариваем в Архее, то у нас заметный пар изо рта, а у археевцев он еле виден? — Нет… А ты куда его переместил? — В общество хоть какое-то. Пусть им свои психи демонстрирует, — цыкнул Джон, наверняка закатив глаза за стеклами очков. — Спасибо за трезвый поступок впервые за две недели, как бы не больше, — благодарно кивнул Лошик, уперев взгляд в бумаги и замолчав на несколько секунд. — А вот чисто гипотетически, можно ли попробовать обучить Фреда, там, магии, например?.. — Еще бы! — хмыкнул Харрис, начав маяться из стороны в сторону. — Если мои догадки меня не подводят и археевцы правда обладают чем-то максимально неожиданным, о чем они сами могут не догадываться, то у них есть все шансы освоить магию, — чересчур заговорщицким тоном говорил JDH, самодовольно лыбясь. — Но разве тебе охота пытаться научить это нечто, которое на тебя харкнуть может в любой момент? — У тебя все в этой жизни сводится к харче? Охота-неохота, но попробовать надо.