Глава IX. Странные деньки

Пешеходная дорожка у старого моста вела к центру города. Вечерний воздух был прохладным, фонари только начинали мерцать, Кэсс шла привычным медленным шагом. День выдался спокойным — редкость для Мистик-Фоллс. — Ну надо же, — знакомый голос с едкой усмешкой пронзил тишину, — и кого я вижу. Кэсс остановилась, медленно обернувшись. На другом конце моста стоял Джон Гилберт — руки в карманах, взгляд тяжёлый, как у человека, который уже решил, что виноват ты, а объяснения его не интересуют. — Охх… Наш все нелюбимый Джон Гильберт, — сухо произнесла она. — Я думала, ты предпочитаешь навещать нас только на похоронах. Он ухмыльнулся, но в его глазах промелькнуло раздражение. — Если бы я знал, что в городе снова завелись вампиры, приехал бы раньше. — Он сделал несколько шагов к ней. — Но представь себе, за пару дней наблюдений, что я узнаю? Моя любимая племянница, охотница по семейной линии, спокойно позволяет своей младшей сестре встречаться с вампиром. Кэсс приподняла бровь. — Приятно, что ты следишь за личной жизнью Елены. Немного жаль, что у тебя нет своих детей, было бы меньше поводов лезть в чужие дела. — Не смей меня перебивать, — резко бросил он. — Твой отец… он бы в гробу перевернулся, узнав, что ты так халатно относишься к своим обязанностям. Он тренировал тебя быть лучшей. Не просто охотницей — охотником среди охотников! А что в итоге? После его смерти ты даже на собрания Совета не являешься! Она медленно выдохнула, и в её голосе зазвенел стальной холод. — О, я помню, как он меня “тренировал”. Поверь, Джон, я усвоила каждую секунду. И именно поэтому я знаю, что в Совете сейчас сидят люди, которые не заметят вампира, даже если он пригласит их на чай. — Это не оправдание! — повысил голос Джон. — Ты должна была уничтожить этих Сальваторе в первую секунду! Вместо этого ты позволяешь им шляться по городу и вешать лапшу на уши твоей сестре! — О, да ты что? — тихо произнесла Кэсс, глядя прямо в его глаза. — Ты прав. Но разница в том, что я умею отличить врага от союзника. И пока Стефан не причиняет вреда — он мне не враг. — Союзники-вампиры? Ты слышишь саму себя? — Джон почти сорвался на крик. — Они — чудовища! И твой отец бы сказал… — Мой отец, — перебила она, шагнув ближе, — учил меня думать, а не действовать вслепую. И если ты приехал сюда только для того, чтобы читать мне лекции, — советую вспомнить, что я больше не та девочка, которую можно поставить в угол. Они стояли в шаге друг от друга. Джон тяжело дышал, в глазах — злость и упрямство. — Ты всё испортишь, Кэсс, — процедил он. — Это закончится плохо. — Возможно, — холодно ответила она. — Но если всё пойдёт плохо, я буду последним, кого они увидят. Что-то в её голосе вывело его из себя окончательно. Джон резко шагнул вперёд, схватившись за её плечо, пытаясь воспользоваться физической силой. Но Кэсс оказалась быстрее. В одно движение она перехватила его руку, прижала его к перилам моста так, что дерево жалобно заскрипело. Лезвие тонкого охотничьего ножа уже упиралось ему в шею. — Ещё раз поднимешь на меня руку — и я тебя из Совета вынесу в закрытом гробу, — тихо, почти шёпотом, сказала она, и этот шёпот оказался страшнее крика. — Ты не достойна носить метки охотника!! Ты не только не убиваешь вампиров но и умудряешься с ними дружить!!! Джон попытался дернуться, но замер, почувствовав, как сталь чуть сильнее врезалась в кожу. —Охх Джон... — её губы скривились в насмешливой улыбке, — грубишь мне думая что твоё жалкое кольцо тебя спасёт?! В ту же секунду перед его глазами, она продемонстрировала его кольцо. В его глазах мелькнуло ошеломление. — Откуда ты… — Думал, я не знаю? — перебила она. — Не забывай у кого сила, когда нагло расставляешь свои требования! Притронешься к любви Елене.. я тебя убью! Ох и поверь я смогу! И не таких убивала! Тебя, я буду с особым теплом на сердце мучать!! Как ты меня в детстве, помнишь?! Она оттолкнула его, убрав нож, а он едва не потерял равновесие, хватаясь за перила. — Не путай моё молчание со слабостью, дядя, — сказала Кэсс, уже отворачиваясь. На последок кинув через плече его жалкое кольцо, даже не убедившись поймал он его или нет. И, пошла прочь, оставив его стоять, всё ещё ошарашенного тем, что его племянница только что поставила его на место.

***

После разговора с Джоном на мосту внутри Кэс всё горело. Её сжигало злое, удушливое чувство — не только к нему, но и к себе. Слишком много слов было проглочено, слишком много недосказано. Она могла бы убить его этим охотничьим ножом, но вместо этого сжала кулаки так, что ногти врезались в ладони. Идти домой — означало слушать вопросы Елены и тревожный взгляд Джереми. А Кэс сейчас не могла быть старшей сестрой, не могла быть примером. Ей нужно было место, где можно просто дышать, ведь сейчас на ней не то что лица не было, у нее на лбу написано что она готова хоть первого встречного убить! Она свернула к бару Мистик Гриль. Музыка внутри была громче, чем ей хотелось, но именно это и спасало: чужие голоса перекрывали её мысли. Все те воспоминания с детства, все те мучительные и изнурительные тренировки. Из за них у нее не было нормального детства как у обычных детей, она с самого рождения была охотником… Конечно родители любили ее, но какой то своей любовью… Их стремление передать свои знания, навыки и положение в совете наследнице, было для них точкой неописуемой любви к Кэсс…

***

Она заказала бурбон — безо льда, сразу. Первый глоток обжёг горло, но вместе с болью пришло облегчение. — Тяжёлый день? — прозвучало сбоку. Она повернулась. За стойкой, чуть в тени, сидел мужчина. Он не выглядел местным — слишком дорогое пальто, слишком уверенный взгляд. Свет лампы отражался в его глазах — необычно светлых, почти волчьих. — Бывают и хуже, — отрезала Кэс и вернулась к стакану. Но он не ушёл. Наоборот, чуть наклонился вперёд, будто с интересом рассматривал её, словно редкую находку. — А ты не похожа на тех, кто заглушает день в алкоголе. Скорее на ту, кто ищет, кого бы им заглушить. Кэс приподняла бровь. — И что, ты доброволец? Мужчина тихо рассмеялся. Смех был лёгкий, но в этот момент у Кэсс что то екнуло в сердце. Как будто этот смех она узнала бы из тысячи… — Возможно. Но думаю, ты слишком умна, чтобы тратить гнев на первого встречного. Кэс чуть склонила голову, рассматривая его внимательнее. Он держался расслабленно, но чувствовалось что-то… опасное. Не угрожающее напрямую, но как у зверя, который пока просто наблюдает. Ее охотничья чуйка подсказывала ей что перед ней нечто опасное, мифическое, к которому так странно сильно тянуло, но Кэсс была слишком уставшая эмоционально чтобы действовать сразу… да и пока он вреда никакого не несет. Она взяла новый глоток и усмехнулась: — Ты говоришь так, будто знаешь меня. — Возможно, я просто хорошо вижу людей, — мягко ответил он, но глаза блеснули так, что Кэс вдруг поняла: он сказал не всю правду. Она резко отставила стакан. — И кто же ты, чужак? Он на секунду задержал взгляд, будто выбирал слова, и наконец протянул руку. — Ник. Кэс секунду смотрела на его ладонь, потом пожала, твёрдо, без лишних эмоций. — Кассандра. Их пальцы разжались, но напряжение не исчезло. В воздухе повисло что-то тяжёлое, электрическое. — Приятно познакомиться, Кассандра, — сказал он чуть тише, словно имя само по себе доставляло удовольствие. — Уверен, эта встреча ещё станет для нас обоих значимой. Она хмыкнула. — Сомневаюсь. Я не из тех, кого стоит запоминать. — О, как раз наоборот, — в его улыбке мелькнуло хищное. — Такие, как ты, остаются в памяти навсегда. Кэс не знала, что именно её насторожило больше — его тон или то, как он это сказал. Кэс медленно провернула стакан в руках, наблюдая, как по стенкам стекают тёмные капли. Он всё ещё смотрел на неё — слишком пристально, слишком уверенно. Словно считывал каждое её движение. — Знаешь, — сказала она, не поднимая глаз, — ты смотришь так, будто я уже твоя добыча. — А если так и есть? — его голос прозвучал мягко, но в нём проскользнул тот самый хищный оттенок, от которого у большинства бегут мурашки. Кэс резко подняла взгляд. — Тогда ты очень быстро разочаруешься. Он чуть склонил голову, улыбка стала шире. — Смелость. Вот это редкость. Обычно люди опускают глаза, когда чувствуют… опасность. — А я смотрю опасности в глаза, — она придвинулась ближе, почти касаясь его плечом. Кэсс сама с себя была удивлена. Была ли эта решимость вызвана алкоголем или так она выпускала эмоции?! Мгновение они сидели в опасной близости. Ни один не отвёл взгляд. Она — с холодной решимостью. Он — с играющим блеском. И вдруг он сделал движение, такое обманчиво-небрежное: провёл пальцем по ее щеке к подбородку. — Тогда выходит, мы похожи. Кэс усмехнулась, хотя от его прикосновений ее как будто ведром льда окатили. — Похожие? — продолжила она игру — Охотник и охотница, — ответил он так уверенно, что на секунду ей показалось, будто он знает о ней гораздо больше, чем должен. — Поверь я отлично разбираюсь в людях. Кассандру это заявление явно позабавило. Отодвинувшись, она одним глотком осушила стакан Бурбона. И это в новь ввело ее в пьяное расслабление. — Окак! Так давай, дорогой мой, повидай же мне что ты увидел во мне? — Кэсс с вызовом посмотрела на нового знакомого. На лице у нее все так же сияла та самая озорная и игривая улыбка. Ник не отвёл взгляда. Он будто ждал этого вызова. Медленно, с лёгкой ленцой на губах, он наклонился ближе — так, что их разделяло всего несколько сантиметров. — Ты сидишь здесь, будто пытаешься спрятаться от всего города, — начал он тихо. — Но при этом не прячешься. Ты хочешь, чтобы кто-то заметил твою злость. Хотя не всем это под силу… Её пальцы чуть сильнее сжали стакан. — В тебе есть холод — ледяной, ровный, которым ты держишь мир на расстоянии. Но я вижу, что под ним пульсирует гнев. Не пустой — настоящий, обжигающий. И ты его не боишься. Ты кормишься им. Кэс чуть наклонила голову, будто не зная, стоит ли смеяться или ударить его. А он продолжил, уже ниже, почти интимно: — И ещё ты устаёшь. Устаёшь от того, что всегда сильная. Все смотрят на тебя как на стену, за которую можно спрятаться. Но никто не замечает, что сама ты иногда хочешь спрятаться. Её глаза поникли, хотя улыбка осталась. Не потому, что она обиделась. Скорее — потому, что он попал слишком точно. — Так что вот, — он откинулся назад и чуть наклонил голову, как будто закончил рисунок. — Вот в этом мы похожи. Мы оба — охотники, которые устали быть сильными. Кэс тихо усмехнулась, но в глазах сверкнул интерес: — Красиво говоришь. Только вот одно «но» — ты обо мне ничего не знаешь. — Ошибаешься, — сказал он так спокойно, что её внутри что-то ёкнуло. — Я знаю ровно столько, сколько нужно, чтобы захотеть увидеть больше. Она поднялась со стула, и встала параллельно с ним, ставя руки на его плече и смотря прямо ему в глаза. — Милый мой.., давай лучше ты найди себе другую даму для твоих утех, и вешай ей лапшу на уши! — она отпрянула от него — А я пошла высплюсь и надеюсь забуду этот ужасный день! — После этих слов она пошла в сторону выхода. — До скорой встречи, Кассандра, — сказал, он ей в след. — Я уверен, она будет.