Глава XII. Начало игры

Кэсс выдохнула, когда пустота заполнила зал. Мужчины в костюме больше не было. Только гул крови в ушах и хриплое дыхание Сальваторе. Она посмотрела на них — Деймон корчился, Стефан пытался подняться, — и закатила глаза. — Сами разберётесь, — бросила она, пряча нож. — Я вас уже спасала. Дважды. На третий — сами держитесь. И не оглядываясь, вышла из здания. Ведь приехала она не ради них. Не ради сражений. Ради того незнакомца, который почему-то знакомо больно отзывался в её сердце. Но вместо ответов — снова дорога. Домой.

***

Дом Гилбертов встретил её запахом крови и лекарств. Бонни что-то бормотала, обмахивая Елену мокрым полотенцем. Кэролайн, сжав зубы, держала Елену за руку, пытаясь успокоить. Кэсс задержалась на пороге, и когда Бонни заметила её, она лишь кивнула: — Она пришла в себя. Ненадолго оставим вас. Кэролайн и Бонни вышли, а Елена повернула голову. Её глаза были красными, уставшими, но в них горела искра узнавания. — Ты знала… — голос сорвался. — Про вампиров. Про Сальваторе. Про всё. Кэсс медленно подошла и присела рядом, взяла её руку. — Да. — Почему… молчала? — Елена сжала пальцы. — Я… я прятала от тебя Стефана, боялась сказать. А ты всё время знала… Кэсс улыбнулась мягко, чуть грустно. — Потому что я старшая. Это моя работа — знать и молчать, когда нужно.. защищать когда потребуется, быть рядом когда трудно… Елена нахмурилась. — Но… как ты узнала? Кэсс посмотрела на её лицо, и вдруг нахлынули воспоминания — их отец, его суровый взгляд, холодное утро в лесу. Она глубоко вдохнула. — Наш отец учил меня. С самого детства. Как отличить вампира от человека. Как держать нож. Как убить, если придётся. Я тогда не понимала. Я думала, он просто пугает меня сказками. Но однажды… — она замолчала, подбирая слова. — Однажды я увидела сама.. сама убила, и убивала... И поняла, что мир гораздо темнее, чем кажется. Елена вслушивалась, не отрывая взгляда. — Ты… всё это время несла это одна? — её голос дрогнул. Кэсс пожала плечами. — Кто-то же должен был. Я не хотела, чтобы ты и Джереми жили в страхе. Хотела, чтобы вы оставались детьми хотя бы чуть дольше. Секунда тишины. И вдруг Елена села, обняла сестру крепко, как только могла. — Прости. За то, что скрывала. За то, что не доверяла. Кэсс ответила на объятие, поглаживая её волосы. — Ты — моя сестра. И я сделаю всё, чтобы ты осталась живой. Это единственное, что для меня важно. Елена улыбнулась сквозь слёзы. — Я люблю тебя, Кэсс. — Я тебя тоже, малышка, — прошептала Кэсс, прижимая её ближе. — И всегда буду рядом. Даже если мир рухнет.

***

На следующее утро, после безумных выходных Кэсси чувствовала себя так, словно её голова была набита свинцом. Слишком много всего: похищение Елены и тот странный тип в костюме, пожар который устроил всеми любимый дядя Джон.. Так хотелось провести хоть день в тишине, пытаясь собрать мысли, но вот настало утро понедельника. И как бы сильно она ни мечтала ещё час полежать в кровати, работа требовала собраться. Кэсс натянула джинсы, закинула волосы в небрежный пучок и как раз застёгивала куртку, когда снизу донёсся резкий грохот — будто целая стопка посуды разлетелась о пол. — Отличное начало недели, — пробормотала она себе под нос и поспешила вниз. Картина внизу действительно оказалась интересной. Елена стояла у конца лестницы, бледная как призрак. У её ног валялись осколки тарелки, и казалось, что она даже не дышит. Джереми же, не замечая её состояния, возился с коробками книг, вытаскивая их из шкафа и ставя прямо на стол. Но больше всего Кэсс поразило другое: рядом с ее братом стоял мужчина. Тот самый. В идеально сидящем костюме, с безупречной осанкой и холодным взглядом. Сердце Кэсс неприятно ёкнуло. Он здесь. В их доме. Утром, словно самый обыкновенный знакомый. — Что тут происходит? — спокойно, но с оттенком жёсткости спросила она, спускаясь по ступеням. Елена резко дёрнулась, будто только сейчас очнулась. — Я… я просто уронила тарелку, — выдохнула она. Джереми, напротив, ничуть не смущался и заговорил с воодушевлением: — Я давно хотел отдать книги в городскую библиотеку. Ну или туда, где они будут нужнее, чем у нас. И как раз нашёлся человек, который этим занимается. Он кивнул в сторону мужчины. — Позвольте представить, — ровным голосом произнёс незваный гость, — Элайджа Майклсон. Фамилия зазвенела в сознании Кэсс глухим эхом. Словно её память пыталась достать из глубины что-то важное. Майклсон… где-то она уже слышала это имя. Но где? — Очень приятно, — Кэсс сумела улыбнуться, хоть внутри у неё всё похолодело. Она уловила взгляд Елены — напряжённый, испуганный. Сестра всё ещё не пришла в себя после того, что увидела. — Ладно, — мягко вмешалась Кэсс. — Елена, иди, пожалуйста, собирайся к школе. Я сама приберу здесь. — Но… — начала было та. — Иди, — повторила Кэсс, чуть жёстче, но с заботой в голосе. Елена, на ватных ногах поползла обратно к себе, собираться. Кэсс наклонилась за щёткой и совком, собирая осколки, но при этом внимательно наблюдала за мужчиной. Он был предельно спокоен, словно вовсе не тот человек, который ещё вчера держал её сестру в плену. — Так вы… занимаетесь книгами? — спросила Кэсс, будто между делом, хотя внутри у неё всё кипело. Элайджа слегка наклонил голову, его губы тронула тень вежливой улыбки. — Можно сказать и так. Я верю, что прошлое должно быть сохранено, чтобы будущее не теряло своих корней. Слова звучали слишком выверенно, слишком идеальны для утреннего разговора. Но в них было что-то… завораживающее. Кэсс поставила совок, подняла глаза и встретилась с его взглядом. В тот самый миг её снова кольнуло ощущение узнавания — как будто он был частью старой, древней истории, которую она где-то уже слышала, но не могла вспомнить. — Интересная философия, — ровно сказала она, скрывая свою настороженность. Но он как будто видел ее насквозь. Взгляд его пробирался до самих костей, делая их ватными, что усложняло так уверено стоять. Атмосфера в доме гудела, словно воздух стал плотнее. Элайджа дождался, пока Джереми сложит последнюю коробку, и неторопливо закрыл её крышкой, словно и не спешил никуда. Его движения были сдержанными, выверенными, будто каждый жест он продумывал заранее. — Благодарю, — сказал он, беря коробки в руки так легко, словно там лежали не книги, а перышки. — Рад знакомству, Кэссандра. И, конечно, — он повернулся к Джереми — спасибо за полезные книги. Я уверен, они найдут своё достойное место. Кэсс коротко кивнула, даже не напрягаясь улыбнуться в ответ. В это время она пыталась вспомнить говорила ли она ему свое имя… Если нет, то этот хаус становиться только интереснее.. — Не за что. Мужчина ещё мгновение задержал на ней взгляд — прямой, спокойный, но с тем холодным глубинным блеском, от которого мурашки бежали по коже. А потом повернулся и направился к выходу. Захлопнулась входная дверь. В кухне воцарилась тишина, нарушаемая только шорохом одежды Джереми, который уже собирал рюкзак. Через пару секунд в коридоре появилась Елена — уже в куртке, волосы собраны в хвост, но лицо оставалось бледным, губы плотно сжаты. Она осторожно шагнула ближе к сестре и едва слышно, почти шёпотом, спросила: — Он ушёл?.. Кэсс бросила быстрый взгляд на Джереми — он как раз закинул рюкзак на плечо и направился наверх за наушниками. Только тогда она тихо ответила: — Да. Но лучше сейчас об этом не думать. Елена кивнула, но в её глазах всё ещё плескался страх. — После школы мы заедем к Сальваторе. — сказала она тоном, который не оставлял места возражениям. — Что? — удивились Елена, не способная плавно думать, так как в голове оставался туман после такой встречи. — Кем бы они ни были, — Кэсс поправила куртку и глянула на Елену серьёзно, — они — единственный наш вариант узнать больше. И чем скорее мы поймём, во что вляпались, тем лучше. Она открыла дверь, впуская в дом утренний прохладный воздух. Понедельник обещал быть длинным.

***

Школа в тот день пролетела для Кэсс как в тумане. На уроках она старалась больше задавать самостоятельные задачи. В голове всё время крутились только два образа: Елена, застывшая с осколками тарелки у ног, и мужчина в костюме, представившийся как Элайджа Майклсон. Даже крепкий кофе не помог прогнать тревожные мысли. Но одно она знала точно: откладывать разговор больше нельзя. По окончанию уроков Кэсс дождалась когда закончиться уроки у Елена. Вмести они поехали к особняку Сальваторе. Дорога тянулась напряжённо. Елена смотрела в окно, стараясь скрыть дрожь в руках. В голове все еще стоял тот гул мыслей и вопросов что остались недосказанными.

***

Дом Сальваторе встретил их всё той же атмосферой старинной ухоженной роскоши. Дверь открыл Дэймон, мгновенно окинув их своим фирменным оценивающим взглядом. — Ну надо же, решила вернуть мою машину? — протянул он. — или что, снова беда? — Нам нужно поговорить, — коротко сказала Кэсс, не давая ему времени на подколки. Дэймон приподнял бровь, но пропустил их внутрь. В гостиной их ждал Стефан. Его взгляд сразу задержался на Елене, в глазах мелькнула тревога. — Что случилось? — спросил он серьёзно. Кэсс глубоко вдохнула. — Утром к нам приходил.. наш общий знакомый. Представился как Элайджа Майклсон. Стефан резко напрягся. Даже Дэймон перестал улыбаться, его глаза чуть сузились. — Чёрт, — пробормотал Дэймон, облокотившись о камин. — Значит, игры только начинаются. Елена села рядом с Стефаном, сжимая руки на коленях и тихо вынесла свой вердикт. — Он не оставит нас в покое… у него есть план.. зачем он пришел сегодня?! — пока говорила она обняла себя за плечи, пытаясь толи согреться, толи почувствовать себя в отчаянной безопасности… Стефан прошёлся глазами по комнате, будто подбирая слова. Ему явно не хотелось говорить, но он понимал, что выбора нет. — Всё началось задолго до нас, — тихо начал он. — Существуют древнейшие вампиры. Те, кто был первыми в своём роде. Их семья — Майклсоны. От них пошли все остальные. Елена вскинула глаза. — Первые?.. То есть… все остальные — от них? Стефан кивнул. — Да. Их называют Первородные. Дэймон ухмыльнулся, но без привычной легкости — больше с горечью. — Они не просто старше нас, они в сотни раз сильнее. Убить их практически невозможно… И вот именно им надо добраться до малышки Гильберт. Кэсс скрестила руки на груди. — Почему? Стефан замялся, но Дэймон перебил: — Двойники. Елена замерла, словно слова ударили её в грудь. — Что?.. Стефан повернуться к ней, взяв за руки, от чего даже Деймон закатил глаза.. его голос был мягче. — Ты — одна из копий, Елена. Двойник. Существует древний родовой обряд, в котором кровь двойника играет ключевую роль. Без неё нельзя разрушить или активировать некоторые заклятия. — О, да, — Дэймон фыркнул, наливая себе в бокал виски. — А учитывая, что Первородные вечно ищут способы расширить свои возможности… неудивительно, что Элайджа уже здесь. Кэсс почувствовала, как всё внутри холодеет. — Значит, они придут за ней снова. — Придут, — кивнул Дэймон. — Вопрос — когда. В этот момент дверь гостиной отворилась. На пороге появилась женщина с каштановыми волосами. Её лицо показалось Кэсс смутно знакомым, но точно она не могла сказать. — Роуз, — сказал Стефан, вставая. — Надо же, — протянула женщина, окидывая взглядом присутствующих. — Я зашла предупредить вас о том же самом. Но, похоже, разговор уже начался. — Отличный тайминг, — усмехнулся Дэймон. Роуз шагнула ближе, её глаза задержались на Елене. — Он будет настойчив. Элайджа не отступает. А если он здесь, значит, речь идёт о планах его семьи. И поверьте… они куда опаснее, чем вы думаете. Деймон устало закатил глаза. — Ээхх могучие планы.. они что Америку хотят открыть?! — А ты видимо не понимаешь серьезности ситуации… — вздохнула Роуз. — Я старалась держаться подальше. Но слухи о Майклсонах гуляют веками. И все они сводятся к одному: если Первородные что-то задумали, остановить их почти невозможно. Роуз неспешно обошла комнату, словно выбирая, где удобнее остановиться. Взгляд у неё был тяжёлый, будто за века она слишком часто рассказывала эту историю и каждый раз сожалела об услышанном. Она замерла у окна и сказала: — Давным-давно среди вампиров существовала легенда о проклятии Солнца и Луны. Якобы ведьмы наложили его: вампиры не могли ходить под солнцем, а оборотни вынуждены были превращаться в полнолуние. — Ага, — хмыкнул Дэймон, — классическая страшилка на ночь. — Только это не страшилка, — резко ответила Роуз, и на мгновение её глаза сверкнули. — Это была красивая ложь. Приманка. Первородные сами её распространили. Стефан нахмурился. — Чтобы скрыть правду. — Именно, — подтвердила Роуз. — На самом деле всё сводилось к одному заклятию. Клаус… — она произнесла имя медленно, с явным напряжением, — один из братьев Майклсонов, родился не совсем таким, как остальные. В его жилах течёт кровь вампира и кровь оборотня. Он гибрид по природе, но его сила была запечатана. Кэсс сжала руки в кулаки. — И что нужно, чтобы её освободить? Роуз повернулась к ней и в её взгляде отразилась горечь. — Жертва. Сложный ритуал: ведьма, оборотень и… кровь двойника. Без неё обряд невозможен. Елена едва слышно выдохнула, словно в неё ударил ток. — Значит… я. Стефан наклонился к ней. — Елена, ты не виновата. — Но это из-за меня! — её голос дрогнул. — Они пришли сюда из-за меня! Кэсс мгновенно положила руку ей на плечо. — Эй, — твёрдо сказала она. — Они пришли, потому что такие, какие они есть. Это их выбор, не твой. Ты жертва обстоятельств, но мы не позволим им просто так забрать тебя. Елена кивнула, но в её глазах блестели слёзы. Роуз, глядя на неё, вздохнула: — Они будут преследовать тебя до конца. Ты — ключ. И пока Клаус не получит то, что хочет, он не остановится. Дэймон снова налил себе Бурбон, залпом выпил и мрачно бросил: — Добро пожаловать в наш мир, Елена. Где каждая красивая сказка оборачивается кровавым кошмаром. Кэсс перевела взгляд с братьев на Роуз. — Значит, у нас один вариант. Узнать всё, что можно, о Майклсонах. До того, как они вернутся. — Они уже здесь, — спокойно ответила Роуз. — Элайджа — только начало. В комнате повисла густая тишина, от которой у Кэсс похолодела спина. Она знала — эта история теперь коснётся каждого из них.