Глава XIII. Сделка на жизнь

Кэсс в сотый раз нажала на экран телефона. Гудки тянулись бесконечно, и снова — никакого ответа. — Чёрт, Елена… — тихо выдохнула она, вцепившись в руль. После вчерашнего разговора у Сальваторе, Елена осталась у них, под предлогом узнать больше о свей их истории, которую Кэсс искренне не была настроенна слушать. И скрипя зубами, Кэсс уступила им, веря им что с ними, с двумя вампирами, Елене будет безопасней. Но когда Кэсс решила позвонить, и спросить как у них там дела, Елена не брала трубку, и это было на неё не похоже. И вот Кэсс под вечер, не выдержала и поехала лично проведать что у них там твориться! С каждым километром тревога внутри росла. В голове мелькали десятки вариантов всего что могло случиться. И от этого ей точно не становилось лучше. Кэсс свернула к дому братьев. Машина остановилась, колёса заскрежетали по гравию. Она даже не потрудилась заглушить мотор — просто хлопнула дверцей и быстрым шагом направилась к двери. Дом встретил её как всегда — тишиной, натянутой и густой, как перед грозой. Но стоило открыть дверь, и тишина разлетелась вдребезги. В гостиной, почти перевернув мебель, сцепились Стефан и Деймон. Оба с лицами, искажёнными злостью, явно забыли о сдержанности. Их голоса перекрывали друг друга, удары раздавались один за другим. Они что с ума сошли — пронеслось у Кэсс, когда она ускорила шаг. Но её внимание мгновенно перешло на то, что было рядом: Елена стояла возле камина, бледная, с упрямо сложенными руками. А чуть в стороне стоял Элайджа. Спокойный, собранный, словно происходящее было лишь досадным фоном к их разговору. — Прекратите! — голос Елены прорезал шум. — Хватит! Братья на секунду замерли, но тут же Деймон снова рванул вперёд, отталкивая Стефана. Его взгляд метнулся к Елене, и в нём горело предательство. — Не могу поверить, что ты согласилась на это, Елена! — воскликнул он. — С ним?! С этим психопатом, который едва не уничтожил всех нас?! Елена сжала губы, но не отвела взгляда от Деймона: — Это единственный шанс. И ты прекрасно это знаешь. — Шанс?! — Деймон горько усмехнулся. — Знаешь, что это? Очередная ловушка, в которую ты сама себя загоняешь! — Деймон, хватит, — Стефан встал между ними, перехватывая его за руку. — Я тоже не в восторге, но… может, стоит хотя бы выслушать? — Ага, — Деймон дёрнул рукой. — Ты же всегда готов всё понять и простить, да? Кэсс молча подошла к Елене и встала рядом, словно выстраивая невидимую стену. Элайджа сразу отметил этот жест — его взгляд скользнул к ней, задержался, изучая, и в уголках губ мелькнула едва заметная тень улыбки. — Как трогательно, — произнёс он спокойно, но с металлической ноткой. — Сестринская преданность всегда вдохновляет. Кэсс встретила его взгляд холодно, не отводя глаз. — А я вдохновляюсь, когда древние вампиры держатся подальше от моей семьи. Элайджа слегка склонил голову, словно оценивая её остроту. — Вполне справедливо. Но иногда для того, чтобы защитить близких, приходится сотрудничать… — Ты не друг, Элайджа, — резко перебил Деймон. — И никогда им не будешь. На этот раз древний на секунду потерял свою непоколебимость — в его взгляде мелькнула опасная искра. Он сделал шаг вперёд. — Враг? Возможно. Но в отличие от вас, у меня есть цель и слово. И если вы хотите остановить Клауса, то у нас нет иного выбора. — Ты… — Деймон шагнул навстречу, готовый сорваться, но Стефан вновь перехватил его. Тишина в комнате натянулась, как струна. В ней звучали только учащённое дыхание братьев и ровный голос Элайджи: — Я помогу вам убить Клауса. Все замерли. Даже Деймон на секунду забыл, что собирался ударить брата. — Что? — Стефан моргнул, будто не веря своим ушам. Элайджа посмотрел прямо на братьев — Да. Но… — голос его стал твёрже. — Взамен вы извинитесь. — Что? — переспросил Деймон, будто не расслышал. — Ты сейчас серьёзно? — Вполне. Вы вмешались в мои планы. Сорвали тщательно подготовленный ход, который мог бы избавить нас от Клауса ещё раньше. Так что если вы хотите продолжать — проявите хотя бы уважение. — Ты шутишь? — Деймон рассмеялся, но в смехе не было радости. — Ты хочешь, чтобы я… извинился? Стефан посмотрел на Элайджу долгим взглядом — и впервые Кэсси уловила в нём уважение. Он всё ещё не доверял, но видел в его словах логику. Кэсси, до этого молчавшая, обратилась к Элайдже. — Ты предлагаешь сделку. Но ты требуешь от них невозможного. Упрямство для Деймона — это кислород. — Тогда, возможно, именно поэтому я должен требовать, — спокойно ответил Элайджа. — Чтобы напомнить: иногда даже гордость приходится приносить в жертву. Первый заговорил Стефан — Ты прав. Прости нас, но знай это была ради защиты Елены. Я всегда буду защищать Елену. Оставался Деймон. В ожидании все посмотрели на него. Деймон замер, сжав кулаки так, что костяшки побелели. Его глаза горели яростью, и Кэсси видела, как он буквально задыхается от необходимости произнести хоть слово примирения. — Нет, — бросил он резко. — Ни за что. — Деймон… — Стефан шагнул вперёд, но брат уже сорвался. Резкий порыв воздуха, мгновение — и в комнате стало пусто. Лишь тяжёлое эхо эхом прокатилось по стенам. Несколько секунд все молчали. Потом, как по команде, Елена, Стефан и Кэсси дружно закатили глаза. — В своём репертуаре, — пробормотала Кэсси, устало опуская руки. — Не знаю, что сложнее: уговорить его извиниться или заставить слушать чужие доводы. Элайджа слегка склонил голову, уголки его губ дрогнули. В его взгляде не было осуждения — лишь сухая констатация факта: — Гордость — его главный враг. — Мы заметили, — отрезала Кэсси. Елена глубоко вдохнула и развернулась к нему. — Хорошо. Деймон ушёл, но мы остались. Так что… — она бросила быстрый взгляд на сестру, словно ища её одобрение, — говори. Элайджа шагнул ближе, его фигура в мягком свете лампы казалась ещё более внушительной. Он был спокоен, словно вся эта сцена — лишь маленькая часть грандиозного замысла. — Мой план прост, — начал он ровным тоном. — Клауса нельзя убить обычными средствами. Но везде есть свои лазейки. Стефан нахмурился. — Мы уже слышали подобные истории. Обычно в них слишком много «но». — Именно, — кивнул Элайджа. — Потому я и пришёл к вам. У вас есть то, чего нет у меня: доверие Елены и её решимость. Без этого я не смогу двигаться дальше. — Прекрасно, — Кэсси скрестила руки на груди. — Ты хочешь использовать мою сестру как пешку. И, полагаю, расскажешь это так, будто даёшь ей выбор? Элайджа перевёл взгляд на неё. Его голос стал мягче, но от этого ещё опаснее: — Я не играю словами, мисс Гилберт. Я предлагаю союз. И как я уже говорил, иногда союз требует жертв. В комнате повисла тишина. Елена сжала губы и посмотрела на Кэсси. В её глазах было всё — страх, сомнение и, самое главное, вера в то, что старшая сестра защитит её. Кэсси встретила этот взгляд и тяжело вздохнула. — Ладно. Давай дослушаем до конца. Но если хоть слово прозвучит так, будто ты собираешься её предать, — В глазах зажглась та самая искра — клянусь, тебе не поможет твоя вечность. Элайджа не отвёл глаз. И будто бы на секунду в его взгляде промелькнуло уважение. — Елена нужна Клаусу как двойник для Ритуала, который сделает из него Гибрида.. Это ритуал, который соединяет силу луны, крови и жертвоприношения. Для его завершения необходимы три вещи: оборотень, ведьма и человеческая кровь… — его взгляд задержался на Елене, — не простая, а крови Петрoвой. То есть кровь Двойника Елена вздрогнула, её дыхание сбилось. Она знала, что всё сведётся именно к ней. — Так и знала… — прошептала она, опуская глаза. Стефан шагнул вперёд, словно закрывая её от слов Элайджи. — Стоп. Значит, чтобы убить Клауса, нужна её смерть? — Не смерть, — поправил Элайджа. — Кровь. Но… ритуал предполагает жертвоприношение. — Великолепно, — Кэсс скрестила руки, и в её голосе зазвенел холодный сарказм. — То есть весь гениальный план снова сводится к тому, чтобы использовать Елену как топливо для этих магических игр? — у Кэсс кипело все что может кипеть и что нет. Она сильно беспокоилась за сестру и перспектива рисковать ею, Кэсс не устраивает. — Я не сказал, что её смерть неизбежна, — спокойно ответил он. — Есть способы обойти исход. — Какие? — резко спросила Кэсси. Элайджа чуть приподнял бровь, словно впечатлённый её напором. — Вот для этого и нужен союз. Я обладаю знаниями и связями, которые помогут сохранить Елене жизнь. Но без вашего участия и её согласия — ритуал не завершится. Елена всё это время молчала. Она слушала, стиснув руки так, что костяшки побелели. Но теперь подняла голову: — Если это действительно наш шанс остановить Клауса… я готова рискнуть. — Нет! — одновременно выкрикнули Кэсси и Стефан. Элайджа даже не шелохнулся, только слегка кивнул, словно ждал именно такой реакции. — Вот видите, — мягко произнёс он. — Даже когда она готова сделать выбор, вы решаете за неё. Кэсс шагнула к нему ближе, в упор глядя в глаза: — Я не позволю, чтобы моя сестра стала пешкой. Ты хочешь доверия? Заработай его. Докажи, что твои слова — не пустой звук. На миг между ними натянулась невидимая нить — вызов и уважение одновременно. Элайджа был привыкший к тому, что люди склоняют головы, но в Кэсси он видел другую силу — ту, что не измерялась бессмертием. — Хорошо, — кивнул он после паузы. — Я докажу. Но вам придётся понять: если мы хотим победить Клауса, лёгкого пути не будет. Стефан тяжело выдохнул, переводя взгляд то на сестёр, то на Элайджу. — Ну у нас есть хотя бы хоть какой то план… Опасный, безумный и, скорее всего, смертельный… Но, похоже, другого выхода у нас нет. Елена сжала руку Кэсси. — Ты со мной? Кэсси посмотрела на неё, на её упрямые глаза, в которых читалось всё — страх, смелость, отчаяние. И кивнула. — Всегда… Но если он… — она метнула взгляд на Элайджу, — хотя бы подумает предать тебя, я убью его. Элайджа едва заметно усмехнулся, как будто это заявление его не оскорбило, а скорее развеселило. — Тогда у нас соглашение. Комната погрузилась в напряжённую тишину, но впервые за долгое время в этой тишине звучала надежда.