Глава XXIII. Правильный выбор

Кэсс шла быстро, почти не глядя под ноги. Каменная тропа к старому склепу была влажной, пропитанной запахом плесени и древней магии. Каждый шаг отдавался раздражением — глухим, вязким, как болотная вода. Рядом с ней двигался ведьмак Клауса. Молчаливый, в тёмном плаще, с руками, исписанными защитными рунами. Он не задавал вопросов — и это, пожалуй, было единственным, что в нём не бесило. Кэсс всё ещё чувствовала на коже отпечаток того контракта. Подлого. Унижающего. Заключённого с клыкастым ублюдком, которому она ни за что бы не доверилась, если бы речь не шла о семье. Я делаю это ради них, снова и снова повторяла она себе. Ради тех, кого любила. Ради того, чтобы ни один из них не оказался на алтаре. Но мысли упрямо возвращались к другому. Если смотреть со стороны — она предательница. Та, что встала на сторону врага собственной сестры. Того самого врага, который собирается убить Елену в ритуале. От этой мысли внутри всё скручивалось от злости. — Ты злишься, — наконец произнёс ведьмак, не оборачиваясь на нее. — Не твоё дело, — резко ответила Кэсс. Он хмыкнул, но промолчал. Умный. Или просто хорошо обученный. Склеп показался внезапно — полуразвалившийся вход, оплетённый корнями, словно сама земля пыталась удержать то, что внутри. Магия здесь была густой, тяжёлой, старой. Такой, что давит на грудь. Кэсс скрестила руки на груди, стиснув зубы. Два дня, подумала она. Всего два дня до ритуала. Потом всё изменится. Она была уверена — команда Елены что-нибудь придумает. Они всегда придумывают. Елена не умрёт. Она не позволит. Когда Кэсс с ведьмаком зашли в склеп, им не надо было даже много говорить, так как Кэтрин и так уже вальяжной походкой подходила к ним. Первым, что она увидела, была Кэсс. Вторым — фигура ведьмака за её плечом. Её губы тронула улыбка. Медленная. Осмысленная. — Значит, вот как, — протянула она, осторожно облокачиваясь на каменную стену. — Видимо, мы с тобой тогда говорили о совершенно разных вещах. Кэтрин перевела взгляд на ведьмака и снова на Кэсс. — Я сказала «не играть по его правилам», — мягко, почти ласково добавила она. — А ты… привела его магию прямо ко мне. Кэсс выдержала взгляд. — Я привела выход. — О, — Кэтрин тихо рассмеялась, — какая смелая формулировка. Кэсс без лишних слов, просто вытащила из рюкзака донорскую кровь и протянула ее Кэтрин. Кэтрин давольно скептически посмотрела на кровь в руке Кэсс. — Ты хоть понимаешь, с кем сейчас стоишь рядом? — спросила она, понимая что Кэсс серьезно намерена ее освободить. — Его ведьмы не освобождают. Они меняют клетку. — Я не предлагаю клетку, — голос Кэсс стал твёрже. — Я предлагаю сделку. Кэтрин приподняла бровь. — Ну давай. Удиви меня. — скрестила она руки на груди — Ты помогаешь, — сказала Кэсс, делая шаг вперёд. — Ты играешь на его стороне. Без предательства. Без попыток сбежать. Не пытаешься мешать. — И взамен? — в глазах Кэтрин мелькнул хищный интерес. — Свобода, — ответила Кэсс. — Не «потом». Не «когда-нибудь». После этого — ты свободна. Секунда. Потом Кэтрин рассмеялась — громко, красиво, с искренним неверием. — О боги… — она прикрыла лицо ладонью. — Это лучшая шутка за последние пятьсот лет. Смех отзвенел под сводами склепа, но Кэсс не улыбнулась. Не отвела взгляд. Не дрогнула. — Я не шучу, — сказала она. Кэтрин медленно опустила руку. И в этот момент что-то изменилось. Она посмотрела на Кэсс иначе — глубже, внимательнее. Как хищник, почуявший правду. — Ты действительно готова отдать мне свободу, — тихо произнесла Кэтрин. — Даже зная, кем я могу стать. — Я знаю, кем ты уже являешься, — ответила Кэсс. — И всё равно делаю это. Тишина стала плотной. Кэтрин сделала шаг к выходу склепа. — Что ж, — сказала она, беря наконец у Кэсс предлагаемую кровь — если ты действительно решила сыграть в эту опасную игру… Её взгляд блеснул. — …то я буду на твоей стороне. Пока это выгодно нам обеим. Ведьмак шагнул вперёд, принимая эти слова как согласия и принялся высвобождать Кэтрин из Склепа. Когда он начал читать заклинание, факелы что были на стенах, загорелись ярким пламенем. Стены еле ощутимо стали дрожать, магия давила, но буквально через пару мгновений все прекратилось и невидимая стена упала, давая Кэтрин проход. — Пора. — угрюмо сказал Ведьмак Кэтрин хищно усмехнулась и пошла первой. Кэсс задержалась на секунду у входа, чувствуя, как холод склепа остаётся позади. Два дня, подумала она. Всего два дня — и все будет позади.

***

Особняк Клауса встретил их тишиной, слишком плотной, чтобы быть безопасной. Ведьмак Клауса смылся при первой же возможности, оставив их одних. Кэтрин остановилась у порога гостиной, инстинктивно выпрямив спину. Кэсс шла рядом, молча. Не защищая и не отстраняя — просто присутствуя. Этого было достаточно, чтобы Кэтрин чувствовала: всё происходящее — не случайность. — Катерина Петрова. Или привычней той которой ты стала Кэтрин Пирс. Голос Клауса раздался лениво, почти ласково. Он стоял у камина, держа в руке бокал с вином, будто всё происходящее — обычный вечер, а не встреча с женщиной, которую он веками хотел убить. Он обернулся медленно, смакуя момент. — Ты совсем не меняешься, — усмехнулся он. — Всё та же тревога в глазах. Всё то же желание сбежать. Кэтрин скрестила руки на груди, поднимая подбородок. — А ты всё так же любишь драму, — холодно ответила она. — Говори, что ты от меня хочешь?! Клаус рассмеялся тихо, почти искренне. — Прямо к делу? Какая жалость. Я надеялся, ты хотя бы притворишься, что рада меня видеть. Он сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Давление его присутствия ощущалось физически — как будто воздух стал гуще. — Я предлагаю тебе сделку. Кэтрин прищурилась. — Сделки с тобой всегда заканчиваются чьей-то смертью. — Обычно — твоей, — спокойно согласился Клаус. — Но сегодня я великодушен. Он повернулся к столу, поставил бокал и, не глядя на неё, продолжил: — Прекрати бегать. Перестань мешать. Не вставай на пути моих планов с двойником. Будь… на правильной стороне, на стороне победителя. И хоть в этом веке будь полезной. Кэтрин нервно усмехнулась. — И что я получу взамен? Неужели ты наконец решил стать добрым? Клаус медленно повернулся к ней. В его взгляде как будто демоны плясали. — Свободу. Слово повисло в воздухе. — Настоящую, — добавил он. — Без охоты. Без преследований. Без страха, что однажды я решу закончить начатое. Кэтрин сделала шаг назад. — Почему? — тихо спросила она. — Ты ненавидишь меня. Ты сам говорил, что я заслуживаю смерти. — О, я и сейчас так думаю, — без тени колебаний ответил Клаус. — Я хотел убить тебя. За каждый обман. За каждое предательство. И поверь, если ты пойдёшь против меня или моей семьи — я это сделаю. Медленно. Он подошёл ближе, так, что она почувствовала холод его силы. — Но пока ты жива. Пока ты не мешаешь. Пока ты полезна… Он наклонился чуть ближе, понижая голос: — За это ты должна благодарить не себя. Он бросил взгляд в сторону Кэсс. Что за время их разговора удобно расположилась на диване сзади них. И просто наблюдала за происходящим. — А твоего родственника. Кэтрин резко обернулась. — Что? Клаус выпрямился. — Она попросила. Убедила. Напомнила мне, что иногда милосердие — тоже форма власти. — на его слова Кэсс не сдержалась и закатила глаза. Он снова посмотрел на Кэтрин, с кривой, хищной улыбкой. — Так что твоя свобода — подарок. Пауза. — Вопрос только в том, Катерина — прошептал он, — хватит ли у тебя ума его не сломать? Кэтрин молчала. Сердце билось слишком быстро. Хотя на лице не отражалась то волнение что было внутри. — Да разве у меня есть выбор?! Клаус ухмыльнулся шире, показывая свои ямочки на щеках — правильный вывод Дорогуша.