Глава 7: Эхо ультиматума

Утро в Республиканском Городе началось не с солнца, а с тревоги. Ультиматум, прозвучавший на весь мир из уст Наомори, молниеносно достиг всех столиц. Президент Райко, ошарашенный жёсткими словами генерала, уже на рассвете начал рассылать срочные сообщения мировым лидерам. Ответы не заставили себя ждать. К полудню стало ясно: Тензин вылетает с Острова Храма Воздуха, Изуми уже покинула Страну Огня, Эска и Тонрак — в пути из своих ледяных краёв. Суинь Бейфонг, хоть и с запозданием, тоже подтвердила прибытие. В это же время над просторами Империи Земли, проплывал дирижабль. На борту — царевич Ву и Мако. Атмосфера в кабине была тяжёлой. — Всё… Всё пропало! — истерично размахивал руками Ву. — Мы сами впустили сумасшедшего диктатора во власть! А теперь — теперь он требует освободить Кувиру! — Хватит. — Голос Мако был как удар. — Успокойся, Ву. Всё уже сделано. Подпись поставлена. Паника не поможет. — Но он назвал её героиней! — воскликнул Ву. — Её! Кувиру! Он что, с ума сошёл?! Мако ничего не ответил. Он смотрел в иллюминатор, наблюдая за исчезающими внизу деревнями. Он знал: это больше, чем просто дерзость. Наомори не был безумцем. Он знал, что делал. Тем временем в одиночной камере, скованная кандалами, на полу лежала Кувира. Четвёртый день она находилась в этой сырой камере. Четвёртый день — одна и та же порция риса. Один и тот же холод. Сегодня всё было как всегда. Та же миска. Те же шаги охраны. Но кое-что изменилось. — Слышал? — послышался голос одного из охранников, когда они подошли к двери. — Ещё бы. Этот Наомори — совсем страх потерял. Объявил себя Великим Императором, ещё и Кувиру назвал народной героиней. — Да он безумец. Окошко на двери, было приоткрыто. И Кувира услышала всё. Она даже не моргнула, но в груди что-то дрогнуло. Народная… героиня? Судья называл её преступницей. Мировые лидеры — угрозой. А этот Наомори… Он назвал её иначе. Новый Великий Император Империи Земли видел в ней не только врага мира. Он видел в ней ту, кем она была для многих — создательницей порядка. Её лицо дрогнуло. В уголках губ появилась едва заметная улыбка