Глава десятая

На следующее утро царил полный хаос. Ее телефон не переставал гудеть от сообщений в групповых чатах. Все праздновали поражение Сугана. Некоторые задавались вопросом, кто за этим стоит, другие называли Шимин "линчевателем", в то время как остальные просто делали ставки на то, сколько времени потребуется, чтобы разоблачить этого нового персонажа. Она, с другой стороны, видела Сугана только один раз в то утро, когда он шел в школу. Он выглядел таким растерянным, что она не смогла удержаться от тихого смешка. Прошло много времени с тех пор, как она пыталась объяснить ему эту сложную математическую задачу, а он ни черта не понял. Теперь, сидя за своим столом всего в нескольких шагах от стола Сугана, она услышала громкий хлопок входной двери, заставивший всех вздрогнуть. Она, однако, ожидала от него такой реакции. В конце концов, он все еще был импульсивным ребенком, который не мог контролировать свои вспышки гнева. Она не произнесла ни слова, даже когда Ын Гё толкнула ее плечом, проходя мимо. Она просто осталась сидеть на своем месте, ритмично постукивая пальцами по обложке своей книги по литературе. Мунки, сидевший рядом с ней, опустился на свое место и навалился на стол как раз перед тем, как громкий треск опрокинутого стула заставил его вздрогнуть. Йери не обратила на это внимания, но она обратила внимание на стол, который приземлился прямо за ее стулом, когда разъяренный Суган швырнул его со всей силы. Он тяжело вздохнул, прежде чем указать на деревянную поверхность и свирепо посмотреть на всех в комнате. — Кто это сделал? Йери оглянулась через плечо, разглядывая рисунки на столе, и слегка улыбнулась, прочитав, что на них написано. Она понятия не имела, кто это сделал, но была в полном восторге. В конце концов, это было то, на что она надеялась. Каждый хотел поколотить Сугана, и то, что кто-то действительно сделал это, было победой для всех. — Выкладывайте, черт возьми! Ын Гё, возможно, инстинктивно или из чистой ненависти, посмотрела на Йери, заметив, как та слегка ухмыльнулась. — Я знаю, что я красивая, не нужно так пристально смотреть, — сказала Йери, и ее улыбка стала шире, когда Ын Гё направилась к ней, на ее лице было написано желание влепить ей пощечину. В этот момент голос учительницы литературы прорвался сквозь напряжение. — Что здесь происходит? Вошла группа учителей, которые обратили внимание на переполох, вызванный несколькими простыми рисунками. — Хан Суган. — Кто испортил парту? Кто это сделал? Го? Учительница посмотрела на Йери, которая возмущенно встала, чтобы озвучить свой серьезный ответ. — Что мы говорили о том, чтобы не беспокоить Хана? — Извините, профессор, но я не настолько низка, чтобы рисовать каракули. Если бы я хотела унизить его, я бы просто ударила его, хотя... Она с ухмылкой посмотрела на высокого парня. Его челюсть была сжата, а глаза устремлены на нее. — Я думаю, кто-то уже сделал это за меня. Суган закрыл глаза, как будто ее голос был самой раздражающей вещью, которую он когда-либо слышал. Он часто заморгал, прежде чем она заговорила снова. — Не волнуйтесь, сэр, он просто истерит. Я уверена, ему станет лучше, когда он пойдет в уборную выплакаться. Она уже собиралась сесть обратно, когда он широкими шагами оказался между ней и стулом. Рука Сугана была раскрыта и напряжена. На мгновение ей показалось, что он собирается задушить ее прямо здесь и сейчас, и, возможно, он намеревался это сделать. Но, сделав почти невероятное усилие, он заставил пальцы дрогнуть, прежде чем его рука оказалась в ее волосах, поглаживая их, как будто она была ласковой кошечкой. Он посмотрел на нее сверху вниз. — Слезы? Он слегка улыбнулся, гнев в его глазах засиял еще ярче. Он был в абсолютной ярости. Его лицо приблизилось к ее лицу, его губы почти касались ее уха. — О, в уборной будут слезы... Я позабочусь об этом. Йери с трудом сглотнула. Запах его духов все еще был очком в его пользу. — Тогда продолжай, никто тебя не осудит, Суган-а. Парень снова напряг руку, борясь с желанием дернуть ее за волосы и устроить сцену, к которой он был не в настроении. Легким толчком он отодвинул ее в сторону и направился к выходу из класса. Он остановился на секунду, оглянувшись на Йери, которая уже села, как ни в чем не бывало. И это расстроило его еще больше. Бросив на нее последний взгляд, он повернулся и вышел из комнаты в сопровождении своей обычной свиты.

* * *

Обед Йери состоял из бутылки воды и половинки плитки шоколада, которые она нашла на дне своего рюкзака. После утреннего представления кафетерий превратился в минное поле из пристальных взглядов и перешептываний, и у нее не было ни малейшего желания бродить по нему. Вместо этого она отыскала единственное место в школе, которое гарантировало хоть какой-то покой: старую заброшенную оранжерею за научным корпусом. Туда никто никогда не заходил. Окна были покрыты слоем грязи, а большинство растений внутри давно погибли. Она нашла Шимин сидящей на обветшалой каменной скамье прямо перед дверью оранжереи. Она ела сэндвич и листала что-то в телефоне, слегка нахмурившись. Она выглядела такой обычной, такой отстраненной от всего этого, что на мгновение Йери заколебалась. Действительно ли это была та самая фигура в маске, которую я видела прошлой ночью? Йери бесшумно приблизилась, ее кроссовки едва слышно ступали по заросшей траве. Она остановилась в нескольких футах от своей кузины. Шимин, почувствовав ее присутствие, подняла голову, и ее глаза слегка расширились от удивления. — А, Йери. Ты что, пропускаешь обед? Йери ответила не сразу. Она просто стояла и наблюдала, вглядываясь в лицо своей кузины. Она заметила крошечную царапину на ее скуле, почти незаметную, и слабый синяк на костяшках пальцев. — Маска тебе идет, онни, — сказала Йери тихим, почти небрежным голосом. — В ней ты выглядишь... как профессионал. Шимин замерла. Рука, в которой она держала сэндвич, замерла на полпути ко рту. Ее глаза встретились с глазами Йери, в них промелькнула паника, но она скрыла ее за притворным замешательством. — Маска? Я не понимаю, о чем ты говоришь. Ты смотрела фильм прошлой ночью или что? Йери улыбнулась, невесело изогнув губы. — Нет. Я видела драку. И я видела очень специфический удар ногой в прыжке. Тот самый, который ты заставляла меня отрабатывать, пока меня чуть не вырвало прошлым летом. Твой фирменный прием, не так ли? Лицо Шимин стало непроницаемым. Она медленно положила бутерброд обратно на скамейку и вытерла руки о юбку. — Ты видела меня, — заявила она. — Я видела тебя, — подтвердила Йери. Она села рядом с ней на каменную скамью. — И я должна сказать, что я немного обижена. Шимин посмотрела на нее, теперь уже искренне смущенная. — Обижена? Почему? — Потому что это была моя обязанность, — сказала Йери слегка плаксивым тоном. — Я хотела сломать ему ребра. Ты украла мою месть. Шимин смотрела на нее долгую секунду, а затем, к удивлению Йери, расхохоталась. Она откинулась назад, смеясь со смесью облегчения и веселья. — Боже, ты невероятна, — сказала она, качая головой. — Я ожидала крика, нотации... но нет, ты злишься, потому что я перехватила твою очередь. — Это уважительная причина, — настаивала Йери, хотя на ее губах играла легкая улыбка. Это было приятно. — Но серьезно, онни. Почему? Смех Шимин затих, и выражение ее лица снова стало серьезным. Она посмотрела на пустое футбольное поле, ее мысли, казалось, витали где-то далеко. — Я слышала, что он сделал с Джин Хёном, — тихо сказала она. — Бён Джин рассказал мне все. О своей бабушке... о том, как он заманил его в ловушку. И я знаю, что эта школа ничего не сделает, чтобы остановить его. Учителя боятся его семьи. Кто-то должен был объяснить ему, что он не бог. Что его тоже могут унизить. Йери помолчала, обдумывая ее слова. Она сделала это не ради себя. Она сделала это ради справедливости. — Спасибо, — сказала Йери, и это прозвучало с такой искренностью, что она сама удивилась. Эта простая фраза заставила Шимин повернуться к ней, и на ее лице отразилось внезапное беспокойство. — Подожди. За что ты меня благодаришь? — ее голос звучал настойчиво. — Значит ли это, что этот придурок тоже тебя беспокоит? Йери, он что-то с тобой сделал? Потому что, если он поднял на тебя руку... — Онни, успокойся, — перебила ее Йери. — Все... гораздо сложнее. Шимин изучающе посмотрела на нее. Сработал инстинкт старшей кузины. Она почувствовала, что что-то не так. — Что тут такого сложного? — она спросила. Йери испустила долгий, усталый вздох. Это прозвучало так, словно она долго сдерживалась. Она знала, что должна была рассказать ей. Шимин в некотором роде сама во все это ввязалась. Она заслуживала того, чтобы знать всю историю. — Суган и я... мы знали друг друга задолго до поступления сюда. Глаза Шимин слегка расширились. Она сидела очень тихо. — Что? Каким образом? — Пару лет назад. Мне было четырнадцать, почти пятнадцать. Мы познакомились на вечеринке. После этого мы стали встречаться повсюду. Знаешь, когда ты сталкиваешься с кем-то так часто, это перестает быть совпадением... Йери пожала плечами. Она не хотела смотреть на Шимин, поэтому уставилась на свои руки. — Мы начали общаться. И... что ж, мы поладили. Мы смеялись над одними и теми же глупостями. Мы ненавидели одних и тех же людей. Шимин ничего не сказала. Она просто слушала с серьезным лицом, ловя каждое слово. — На самом деле мы не были парнем и девушкой, — продолжила Йери. Произносить это вслух было странно. — Но у нас были... такие отношения. Мы проводили много времени вместе. Это было очень... напряженно. И какое-то время все было хорошо. Правда. Со мной он мог быть... другим. Он был внимательным. Иногда он был даже милым, по-своему странным и запутанным. Она сделала паузу. Вспоминать об этом было немного больно. Это было хорошее воспоминание о чем-то, что теперь стало ужасным. — А потом, в один прекрасный день, все полетело к чертям. Я не знаю, что с ним случилось. Он охладел. Он почти не разговаривал со мной. И затем... затем он написал статью. — Статью? — Повторила Шимин, не понимая. — Это был пост. Он написал его на интернет-форуме, — объяснила Йери. Ее голос стал ровным, безэмоциональным. Как будто она говорила о погоде. — Пост был не под его именем, он был анонимным. Но я знала, что это был он. Я узнала его стиль письма, слова, которые он использовал. В посте было что-то вроде «Богиня Го Йери? Я бы сказал Го Свинка.» У Шимин отвисла челюсть. Она не могла поверить своим ушам. — Он говорил обо мне, — продолжала Йери, ее взгляд был устремлен вдаль, как будто она видела что-то далекое. — О моем теле. Он написал, что у меня толстые ноги. Что у меня слишком широкие плечи, как у пловца. Что у меня слишком большая грудь. Он собрал все плохое, что шестнадцатилетняя девушка могла подумать о себе, и увеличил это в тысячу раз. Пост разошелся по всей моей старой школе. Это стало популярным. Так появилось мое прозвище. Так все стали называть меня «Свинка». Воцарилось тяжелое молчание. Шимин выглядела так, словно забыла, как дышать. Она уставилась на нее широко раскрытыми от ужаса глазами. — Это..... вот в чем причина... Сказала Йери, наконец-то собрав все воедино для своей кузины. — Причина, по которой меня выгнали из моей последней школы. Произошел инцидент с учительницей... она была новенькой, довольно молодой. Она хотела нравиться ученикам, быть популярной. Однажды посреди урока, пытаясь пошутить, она при всех назвала меня «Свинкой». — Йери... — прошептала Шимин, как будто не хотела дослушивать до конца. — И я... Я сорвалась, — закончила Йери едва слышным шепотом. — Я больше не могла этого выносить. Я просто встала, подошла к ней и сломала ей нос. Шимин крепко зажмурилась, пытаясь переварить все, что рассказала ей Йери. Это было слишком. Когда она открыла их снова, они были полны яростного гнева. Йери почти ощущала жар, исходящий от ее взгляда. — Вот сукин сын, - процедила Шимин сквозь стиснутые зубы. — Я убью его. — Нет, — сказала Йери со спокойствием, удивившим Шимин. Она посмотрела кузине прямо в глаза. — Маска, которую ты взяла из моего шкафа прошлой ночью... ты хорошо ее использовала. Это и было ее настоящим предназначением. Я собиралась использовать ее, чтобы выбить дух из Хан Сугана так, чтобы никто не узнал, что это была я. Шимин посмотрела на нее. Теперь она все поняла. Ярость Йери, причина, по которой ее исключили, несмотря на то, что она была одной из лучших учениц, ее глубоко укоренившаяся ненависть к Сугану. Все это имело смысл. — Йери... — сказала Шимин, теперь ее голос звучал мягко. — Это еще не все? Он сделал тебе что-нибудь еще? За что еще ты хочешь отомстить? Йери подумала о переулке. Она подумала о руках Сугана на своем теле. Унижение и удовольствие, которые она не хотела испытывать, но ничего не могла с собой поделать. — Это еще не все, онни, — с горечью в голосе призналась она. — Но пока... Я согласна на то, что ты унизишь его. Точно так же, как он так долго унижал меня. Я хочу, чтобы он хоть раз почувствовал, каково это — бояться. Чтобы он не чувствовал себя в такой безопасности. Она наклонилась к Шимин, и ее лицо стало очень серьезным. — Но ты должна быть предельно осторожна. Послушай меня. Суган не просто хулиган, который бьет людей, когда злится. У него есть связи. У его семьи много денег и власти. Если он узнает, что за маской скрываешься ты, он может разрушить твою жизнь. Твое заявление о приеме на постоянную работу в этой школе, твоя репутация... он может разрушить все это одним телефонным звонком. Ты должна это понимать. — И ты знала все это и все равно собиралась избить его? — Спросила Шимин. Она не могла поверить в храбрость своей кузины. Или в ее безумие. Йери кивнула, не колеблясь ни секунды. — Да. — А ты не боялась того, что он сделает с тобой, если узнает? — Я была уверена, что он ничего мне не сделает, — сказала Йери. Шимин посмотрела на нее в полном замешательстве. — Почему? Как ты можешь быть так уверена? Йери не ответила на вопрос. Вместо этого она улыбнулась. Это была странная улыбка. Немного грустная, немного запутанная. В ней было что-то такое, чего ее кузина не могла понять. Потому что Йери кое-что знала. Она знала, что, несмотря на то, что Суган превратился в монстра, его одержимость ею была другой. У этого были свои извращенные правила. Он хотел сломить ее, сделать своей, а не исключить из игры. Если он действительно причинит ей боль, если он навсегда разрушит ее будущее... тогда он потеряет единственного человека, который вызывает у него какие-то чувства, даже если это ненависть. Это была ужасная защита, но это было единственное, за что она могла держаться в своей войне с ним. Как раз в этот момент прозвенел школьный звонок. Это был резкий, громкий звук, возвещавший об окончании обеда. Шум отвлек их обоих от напряженного разговора. Йери встала. Она отряхнула юбку, хотя на ней не было ни пылинки. — Я сохраню твой секрет, онни, — сказала она, глядя на свою кузину. — И еще раз спасибо тебе. За все. Она повернулась, чтобы вернуться в класс, но остановилась и оглянулась на Шимин через плечо. — Эй. Если у тебя будет еще один шанс, в следующий раз... — на ее лице появилась озорная, немного порочная улыбка. — Попробуй выбить зуб. Может, если он станет еще уродливее, я перестану считать его таким привлекательным. Шимин рассмеялась. На этот раз смех был искренним. — Я запомнила.