Глава одиннадцатая

— Я уже говорил тебе, что ты делаешь это неправильно. Йери рассмеялась, наблюдая, как Бён Джин напортачил с боксерским приемом, которому Сан У, один из лучших друзей ее дяди и мужчина, который всегда угощал ее жареной курицей, когда она заходила, пытался научить его. Йери решила задержаться там, помогая упаковывать столовые приборы и салфетки для будущих заказов на доставку. После звонка от отца, которому продлили ночные смены, и звонка от матери, сообщившей, что состояние бабушки ухудшается, ей пришлось уйти из дома, не желая оставаться наедине со своим молчанием. Это был ее злейший враг. Внезапно зазвенел приветственный колокольчик, заставив всех обернуться и увидеть полуобнаженное тело Джин Хёна, покрытое непристойными словами, оскорблениями и многим другим. У Йери отвисла челюсть, а в кулаке она сжала пластиковый пакет со столовыми приборами, почти впившись в ладонь. — Джин Хён-а, — сказала она, поднимаясь на ноги в тот момент, когда Сан У набрасывал одеяло на плечи, прикрывая его тело. — Ах, сынок, эти идиоты... — пробормотал мужчина, почти напуганный жестокостью поступка подростков. — Оригинальный вкус, немного соуса... — несколько раз пробормотал мальчик. Йери почувствовала, как в ней все сильнее закипает ярость. В Джин Хёне она могла представить себя после выхода этой статьи — все беспокоили ее, но она, пытаясь не поддаваться на их глупости, делала мужественное лицо, а потом плакала в своей комнате, ненавидя каждую частичку своего существования. Я смогу пережить это снова, я справлюсь с этим... но я не могу смотреть, как кто-то другой проходит через это. — Я доставлю это. Все посмотрели на нее, уверенность в ее голосе не оставляла места для споров. Она направилась к выходу, прежде чем с улыбкой оглянуться на Сан У. — Вернусь через пять минут. Помни, если пройдет больше тридцати минут, то это бесплатно, сонбэ. Это было все, что она сказала, прежде чем бросилась бежать в сторону спортзала. Это было достаточно близко, и, кроме того, она видела там другую, очень похожую маску — немного меньше, но достаточно большую, чтобы ее голова не выглядела как раздавленная изюминка. Она решила переодеться в ту одежду, которая была у нее в спортзале. В этом не было ничего особенного, но вместо красной куртки она надела ту, что всегда там оставляла. Когда она вышла, Бён Джин уже ждал ее на своем мотоцикле. Она посмотрела на него, прищурившись. — Я знаю, что Шимин-нуна — настоящий пример для меня... но я уверен, что если бы я мог защитить Джин Хёна... Я бы это сделал. Садись... Я отвезу тебя. Итак, девушка оказалась на месте на несколько минут раньше запланированного, прямо перед зданием. Постучав по шлему, она кивнула Бён Джину, натянула капюшон куртки на голову и вбежала внутрь. Ей нужно было нанести хотя бы один удар, ее тело требовало этого. — После этого все закончится, — сказала она себе. Я почувствую себя намного лучше после хорошей взбучки. Когда она приехала, то почувствовала, что в помещении царит напряженная атмосфера. Ее глаза осматривали все вокруг, как учила ее Шимин; ей нужно было понять, что она может использовать в качестве оружия, если ситуация усложнится. Хотя, честно говоря, она не хотела убивать его, просто вырубить. Может быть, сломать зуб или нос. Да, нос. Давай нацелимся туда. Йери посмотрела на Сугана, который, казалось, был больше всех заинтересован в том, чтобы увидеть ее здесь. Она посмотрела на него в ответ, изучая каждую клеточку его тела, и повернула только голову, когда он бросил мяч, который держал в руке, вызвав огромный взрыв стекла позади нее. — Сегодня я увижу твою чертову рожу, — пробормотал Суган, глядя на нее с ненавистью, которую она никогда не смогла бы изобразить. Пусть он нанесет первый удар, — услышала она голос Шимин в своей голове. Суган двинулся вперед. Он бросился на нее и нанес прямой удар. Он был быстр и силен. Йери много лет занималась танцами. Благодаря этому она владела своим телом намного лучше, чем Шимин. Стабильность и гибкость были ее главным оружием. Вместо того, чтобы блокировать удар, она отклонилась назад, так что ее спина была почти параллельна полу. Кулак Сугана просвистел над ее лицом, не задев ее. Воспользовавшись этим движением, Йери развернулась на одной ноге и нанесла низкий удар ногой под колено. Суган застонал от боли и чуть не упал, удивленный ее скоростью. Он мгновенно пришел в себя и атаковал снова, на этот раз обрушив на нее шквал ударов. Йери не пыталась сравняться с ним в силе. Она уклонялась от ударов, уходя с их пути. Когда Суган попытался схватить ее, она увидела, что ей это удается. Она схватила его за руку, поднырнула под нее и бедром перебросила его через плечо. Суган пролетел по воздуху. Он с громким стуком приземлился на один из бильярдных столов. Разноцветные шары разлетелись по полу. Его друзья закричали, но ничего не предприняли, застыв на месте. С криком ярости Суган оттолкнулся от стола. Его глаза налились кровью. Он схватил со стены бильярдный кий и держал его как меч. — Я переломаю тебе кости, ты, кусок дерьма! Он бросился на нее, размахивая кием в воздухе. Йери увернулась от первого удара. Кий ударился о другой стол. На втором ударе, вместо того чтобы отступить, она двинулась вперед. Она подняла руку, чтобы заблокировать удар кия, и в то же время нанесла резкий, мощный удар ребром ладони в середину деревянной части. Кий с громким треском переломился надвое. Оружие было сломано. Даже Йери была немного удивлена своей собственной силой. Выброс адреналина заставил ее почувствовать себя могущественной. Пока она отвлекалась на секунду, Мунки сделал движение. Он подошел к ней сбоку и нанес удар по голове. Это был удар наотмашь, поступок труса. Голова Йери дернулась в сторону. Ее зрение затуманилось, а в ушах зазвенело. Суган не упустил возможности. Он бросился на нее, когда у нее закружилась голова, и нанес два сильных удара в живот. Воздух вырвался из легких Йери, и она согнулась пополам. Он схватил ее за волосы и прижал лицом к зеленому сукну бильярдного стола. Острая боль пронзила ее щеку. — Не такой уж и крутой без фокусов! — закричал он, прижимая ее к столу. Боль вернула ее к реальности. Ярость пересилила головокружение. С низким рычанием она приподнялась на руках и использовала свою гибкость. Она изогнулась и обхватила ногами шею Сугана, сжимая изо всех сил, чтобы перекрыть ему доступ воздуха. Он издал сдавленный звук. Он вцепился в ее бедра, пытаясь оторвать ее от себя. На мгновение показалось, что она победит. Его лицо начало краснеть, а глаза выпучились. Но Суган был невероятно силен. Крякнув от напряжения, он сделал то, чего Йери никак не ожидала. Он заставил себя подняться на ноги, оторвав ее от земли, а она все еще цеплялась за его шею. Он сделал два шага и бросился вперед, ударив ее о другой бильярдный стол. Удар был жестоким. Деревянный край стола врезался ей в спину, и на секунду перед глазами у нее все потемнело. У нее перехватило дыхание, ноги подкосились, и она выпустила Сугана. Он встал, хватая ртом воздух, и навис над ней. — Игра окончена, ублюдок, — сказал он, поднимая кулак. Он собирался нанести ей последний удар по лицу. Йери, повинуясь инстинкту, в последнюю секунду повернула голову. Его кулак просвистел у нее над ухом и врезался в стол, но он сделал это слишком сильно. Его собственный лоб ударился о деревянный край стола с тошнотворным стуком. Суган вскрикнул от боли и отшатнулся, схватившись за голову. На его лбу открылась глубокая рана, из которой потекла кровь. Йери воспользовалась этим моментом, чтобы вскочить на ноги. Она одернула жакет быстрым жестом, чтобы вернуть себе самообладание. Он попытался атаковать снова, но нетвердо держался на ногах. Йери не дала ему шанса. Она удержала его на расстоянии ударом ноги. Ее ноги взлетели в воздух, почти угрожающе, заставив его отступить. Они стояли в противоположных концах комнаты, тяжело дыша. Она была уверена, что на ее щеке скоро появится ужасный синяк, но ей было все равно. Хороший тональный крем все скроет. Музыка смолкла. Единственным звуком было их прерывистое дыхание. Суган посмотрел на нее с новой ненавистью, теперь с примесью уважения. Этот человек, кем бы он ни был, настоящий боец. В этот момент дверь в бильярдную снова открылась. Вошедший заставил Йери застыть на месте. Это был Джин Хён. На его теле все еще были написаны отвратительные слова, которые те же самые парни написали, возможно, всего несколько часов назад. В правой руке он сжимал дрожащий кухонный нож. В левой у него болтался пластиковый пакет из магазина курочки, что не имело никакого смысла. Его глаза были широко раскрыты, в них читалось отчаяние, граничащее с безумием. Он посмотрел на Сугана. Суган оглянулся, сначала с удивлением, затем с отвращением. — Ты... — прошептал Джин Хён прерывающимся голосом. Йери охватила холодная паника, но не за себя. Она беспокоилась сразу о двух вещах, и обе они приводили ее в ужас. С одной стороны, она думала о будущем Джин Хёна; если бы он воспользовался этим ножом, то попал бы в тюрьму на долгие годы, его жизнь была бы разрушена из-за минутного отчаяния. С другой стороны, она посмотрела на Сугана. Несмотря на всю ненависть, несмотря на то, что они только что подрались, мысль о том, что она увидит, как он истекает кровью на грязном полу, вызвала у нее тошноту. Она все еще переживала о нем. Дерьмо. Джин Хён бросился вперед, нацелив нож в живот Сугана, который все еще был немного ошеломлен. Она побежала. Казалось, все происходило как в замедленной съемке. Она встала между ними как раз в тот момент, когда Джин Хён собирался нанести удар. Она не пыталась остановить удар ножом. Она схватила Джин Хёна за запястье одной рукой, а другой отбила нож в сторону, подальше от тела Сугана, и они оба упали на пол от резкого движения. Но движение было слишком быстрым. Кончик ножа скользнул по ее вытянутой руке, оставив глубокую рану. Она почувствовала острую, жгучую боль в руке. Несколько капель ее крови попало на лицо Сугана, который в шоке смотрел на нее. Он дотронулся до своей щеки, увидел кровь на пальцах, а затем посмотрел на нее — на человека в маске, который бросился ему на помощь. Он не понял. Йери проигнорировала боль. Быстрым движением она вскочила и ударила Джин Хёна по руке. Нож пролетел по воздуху и со звоном отлетел в угол комнаты. Оставшись без оружия, Джин Хён не выдержал. Он упал на колени, пакет с курицей выпал из его рук. Он начал учащенно дышать, его тело сотрясали сухие рыдания, за которыми последовали ужасающие крики. У него был приступ. Острая боль пронзила Йери, но не от пореза на руке. Когда то она была в такой же ситуации. В том же темном месте, наполненном страхом и тревогой, после выхода статьи о ней. Это был худший момент в ее жизни. И тут она услышала звук, от которого у нее кровь застыла в жилах. Суган смеялся. Это был тихий смех, сначала недоверчивый, но потом он стал громче. Он смотрел на Джин Хёна, который плакал на полу, и смеялся над его болью. Над его слабостью. Над его полным расстройством. Это стало настоящим переломным моментом для Йери. Видеть такую жестокость. Она увидела, что друзья Сугана, которые до этого оставались в стороне, теперь достали свои телефоны и начали снимать Джин Хёна в самый неподходящий момент. С холодной яростью Йери пошевелилась. Она направилась прямо к Сугану. Он увидел, что она приближается, и его смех превратился в ухмылку. — Видишь? В конце концов, все они просто кучка... Он не смог закончить предложение. Йери повернулась так, что заслонила обзор телефонов, заставив их снимать ее. Затем ее левая рука — раненая — метнулась вперед и схватила Сугана за волосы. Жест был знакомым, а его жестокость — почти личной. Она с такой силой дернула его голову назад, что он вскрикнул. А затем со всей силы ударила его лицом об угол бильярдного стола. Один раз. Второй. Раздался глухой удар. Суган обмяк в ее руках, потеряв сознание. Она отпустила его, и он рухнул на пол, как кукла. Йери выпрямилась, тяжело дыша. Кровь с ее руки закапала на пол. Она указала поврежденной рукой на Мунки и остальных. Все они уставились на нее широко раскрытыми глазами, застыв от страха. Жест был явной угрозой: Вырубите запись. Выйдите. Или вы следующие. В этот момент дверь снова открылась. Это были Бён Джин и Сан У. Когда они увидели эту сцену и Джин Хёна, который лежал на полу в приступе паники, они бросились к нему, не задавая никаких вопросов. Йери увидела, что Джин Хён в хороших руках. Ее работа там была закончена. Она повернулась и вышла из зала. Сначала она шла, но потом перешла на бег. Она сбежала вниз по лестнице, выскочила на холодную улицу и продолжала бежать, не зная, куда бежать, с колотящимся в груди сердцем. Она была счастлива. Счастлива, что вышибла дух из этого идиота. Счастлива, что отправила его в нокаут. Но она также была в ярости, опечалена и испытывала глубокую боль от того, что увидела свое собственное прошлое в панической атаке Джин Хёна. Да, она победила, но победа была горькой на вкус, окрашенной воспоминаниями, которые она предпочла бы забыть.