Мирабель

"Моя сила в моём голосе... А "он" меня даже не услышит, – с тоской размышляла Рина, прикрыв глаза. – Получается, я уже не справилась... Ещё до начала испытания проиграла!" По её щекам скатилась пара капель, но девушка утёрла их одним быстрым движением. Ещё чего, будет эта тёмная смотреть на её слёзы. И пусть она проиграет, но ведь и магу победить не удастся – просто нечему будет сопротивляться. А это уже ничья! – Сирена!.. – позвал встревоженный голос. – Рина! – возмущённо перебила девушка. – Меня зовут Рина. Это просто невежливо так обращаться к собеседнику! Может, ты и темная, может, ты и сильнее, но это всё ещё не значит... – А у тебя нога светится... – растерянно пробормотал маг. – ...что ты можешь... – продолжила было сирена, но вдруг остановилась: – Что, прости? – Нога. Светится. У тебя. Рина опустила взгляд вниз. Нога светилась. Её собственная нога. Каким-то фиолетово-синим светом. Страх сковал горло, не давая ей закричать. Она только и могла, что открывать и закрывать рот. А потом закричала. Сильно, громко, истерически. Свечение стало расходиться в стороны. Сначала медленно, постепенно ускоряясь. Новая волна страха пробила препятствие в горле девушки, которое создала прошлая, и понесла пронзительный звук вверх, вверх и вверх, пока этот крик не достиг самого барьера, отчего тот пошёл рябью. А свечение всё ускорялось. Вот оно достигло стенок ямы и поползло по ним выше, перебираясь по земле на деревья, по деревьям – на ветви, по ветвям – к небосводу... И вдруг взорвалось, набрав максимальную высоту, и осыпалось сотнями цветных осколков. Заворожённые зрелищем, студенты не сразу смогли понять, что произошло. – Капля! – вдруг воскликнула Рина, указывая пальцем на свою ногу. – Я раздавила её, когда упала в яму. И правда – на земле рядом с девушкой лежали прозрачные осколки. – Так зачем она была тебе так нужна? – спросила сирена, с сомнением глядя на то, что осталось от капли. Но её голос не достиг собеседника, растворившись в шуме. На них со всей возможной скоростью летел ураган цветных осколков. Они окружили их, поднимая в воздух. Они были везде: пролетали мимо лица, проскальзывали сквозь пальцы, забирались под одежду, попадали в нос и рот... Их было слишком много, и они всё неслись и неслись нескончаемым потоком. Когда шок чуть отступил, выпускники вдруг смогли разглядеть в этих осколках обрывки самых разных воспоминаний. Они кружили, то складываясь в одну картинку, то распадаясь на тысячи разных. Капля будто бы выплёскивала наружу всё, что успела накопить в себе. Мимо пролетали знакомые и незнакомые лица... И все они когда-то были здесь, в этом лесу. Первые кадры ребята видели впервые, но последующие казались всё более и более знакомыми. Вот пролетел мимо ректор Академии. А вот декан оборотней что-то обсуждал с неизвестным человеком, расположившимся в тени дерева. И тут же мимо них пробежала пара студентов, спешащих на испытание. Вдруг перед ними всплыли образы декана тёмных, декана сирен и ректора. Рядом с ними расположился всё тот же странный человек. Лицо его было скрыто капюшоном, а потому разглядеть получше никак не получалось. Осколки стали замедляться: воспоминания приближались к настоящему дню, а сил у капли оставалось всё меньше. – Они стали большой редкостью в наши дни, – пробасил декан тёмных. – Но пойти на такое будет верхом бесчестности. – Для студентов это станет ударом, – с толикой печали в голосе продолжила за него декан сирен. – Мои девочки, конечно, не из неженок, но когда всё вскроется... – Других вариантов я здесь не вижу! – отрезал ректор, жестом давая понять, что дальше обсуждать вопрос не намерен. – Неужели? – прорычал тёмный. – Неужели в Академии совсем забыли про честь? – Решенье спрадливо. – В ответ декан лишь презрительно скривил губы, развернулся и быстро зашагал прочь. Сирена, проводив его взглядом, ещё раз посмотрела на ректора, опустила глаза и, ничего не сказав, устремилась следом. – Браво, – медленно и вязко произнёс человек в плаще, подходя и протягивая ректору руку. – Мой господин, весьма добры вы, – пролепетал тот, коротко поцеловав её. Незнакомец произнёс ещё пару фраз перед тем, как ушёл. Но картинка уже распадалась, и звук поглотила новая волна осколков. Совсем уж медленно перед студентами проплыли их собственные сны. Но на них уже никто не обратил внимание: перед глазами ребят всё ещё стоял образ человека в плаще, а в ушах звенело эхо странного разговора. – Значит, никто из нас не мог пройти испытание... – задумчиво пробормотала Рина, когда осколки окончательно растворились в воздухе, оставив после себя только лёгкий, едва слышный звон. – Им это было и не нужно... – Другие цели, – вздохнул маг. – Но мы, кажется, и их провалили... – девушка усмехнулась, опускаясь на сорванную ветром листву. – Что? – изумился тёмный. – Что? – улыбнулись в ответ. Нахмурившись, рыжеволосый постоял немного, молча смотря на землю, и снова поднял полный растерянности взгляд. – Мои песни действуют на всех разумных живых существ мужского пола, – пояснила девушка, пытаясь пальцами расчесать спутанные ветром волосы. – А вот на тебя – нет... Мирабель.