Травянистая равнина

Надо выдвигаться, - проговорил серьёзно Саруман. - Я, всё же, предлагаю ещё немного повременить, - возразил Палландо, - солнечный свет существенно осложнит им погоню. - Это рискованно, нас здесь могут обнаружить в любой момент, - не сдавался Белый маг. Торин, не говоря ни слова, с постной физиономией резко обнажил меч и направился по каменному тоннелю, который вёл к травянистой равнине. Остальные гномы, переглянувшись, последовали за ним. Балин, пожав плечами, мол "что поделать", тоже. - Тролль бы его побрал, - выругался Саруман, устремляясь за отрядом. - Иди вперёд, - приказал Але Синий маг, - и приготовься долго бежать изо всех сил. Ориентируйся на Сарумана. Градова выхватила Таурондил и последовала за майа. За 80 лет тренировок в Имладрисе она всё равно не достигла формы космонавта и продолжала ненавидеть бег со времён жизни в родном мире. "Ходьба - пожалуйста, но беготня - увольте". В диком моральном напряжении, пытаясь контролировать дыхание, Аля бежала вперёд. "Если, не дай бог, нападут, надо будет думать не только о дыхании. Кошмар". Когда отряд покинул Мглистые горы, выбежав на равнину, Кили радостно крикнул: - Кажется, оторвались! В ту же секунду Аля получила царапину на ухе от просвистевшей гоблинской стрелы. Лирвэндил охнула. - Пригнись! - послышался сзади голос Палландо. Гномам больше повезло - по ним было сложнее попасть, они так и терялись в траве. Весь основной удар приходился на магов и Алю. Отрыв ещё оставался, но становилось очевидным, что прямое столкновение неизбежно. Гоблины и не думали сдаваться - они неслись так, будто их мотивировала сама смерть. Оружие их представляло собой дубины и железные дрыны, отдалённо напоминавшие мечи. И количество. Этих уродов действительно было много, а утреннее солнце ещё и не собиралось показываться из-за горизонта, обозначив только тусклые лучи. Аля тоже бежала, как в последний раз, пот заливался в глаза и щипал, лицо горело. Всё-таки, даже ранним утром в июле здесь было жарко. В кого-то из гномов попали стрелой. - Дадим бой! - вскричал Торин, развернувшись. - Палландо! - заорал Саруман бежавшему позади всех майа. Синий маг посохом направил луч света в сторону приближавшейся массы гоблинов. Это остановило их на пару минут - они корчились, заслоняли глаза и хрипели от ярости. Но. Продолжали наступать. - Отмороженные твари, - прорычал Саруман, обнажив Гламдринг. - К бою! - снова голос Торина. - Защищайте короля! Аля ощутила бурление в животе и отвратительное чувство, как перед выходом на сцену. Она это ненавидела. Именно моменты перед началом игры. Градова никогда не могла справиться с волнением, ей буквально хотелось заплакать и убежать. Это заканчивалось, как только она усаживалась за рояль и начинала играть. Но до этого момента ещё нужно было дойти, пережить страх, который так и не научилась побеждать. А иной раз и вовсе хотелось отбежать в дальняк. Как сейчас. Совершенно не во время. Несколько секунд до столкновения. Аля успела сделать два глубоких вдоха, держа перед собой Таурондил обеими руками. В её мировоззрении абсолютно любая самая дрянная ситуация начинала играть иначе, как только в дело вступала музыка. Пока приближались гоблины, Лирвэндил не слышала ничего, кроме гитарного соло и... "...Thunderstruck" Она не узнала саму себя. С яростными воплями Аля рубила творения Моргота, что было мочи. Пригождалось, удивительно, не всё, чему её научили эльфы в Имладрисе. Воинами гоблины были неважными - они ничего не продумывали, а просто шли в лобовую. Чёрная вонючая жидкость так и брызгала во все стороны. Она была везде - на волосах, на одежде, на лице, не говоря уже о мече. Гномы сражались здорово - сразу было видно, что воины с большим практическим опытом и мастерством - враг разлетался в клочки. Лирвэндил начинала входить в боевой раш. - У него Кусач! - послышались визги гоблинов. "Таки заметили", - подумала Аля, усмехнувшись забавной аналогии с фильмом. А Торин орудовал легендарным мечом достойно - страхогоблины валились штабелями. - Приготовьтесь бежать! - взревел Саруман, когда ряды горных мерзавцев поредели. Летнее солнце, наконец, показалось из-за горизонта. - У нас есть немного времени, за мной! - майа бросился вперёд, отряд за ним. Стрелы хаотично летали в самых разных направлениях - гоблины были ослеплены лучами светила. Такого кросса в жизни Градовой отродясь не было. Во рту появился какой-то привкус крови, страшно мучила жажда, ноги еле несли, а клинок казался тяжеленным в усталой руке. "Господи, хорошо хоть эльфийская обувь не подвела, а то мозоли были бы обеспечены". - К старому броду! - крикнул Саруман. - Можно попросить убежище и ночлег у Беорна! - отвечал ему Палландо, на что Белый маг скептически фыркнул. У берега Андуина все без заминок спокойно пошли в брод. Гномам вода была по плечи, но их это ни на миг не смутило. Аля, стиснув зубы двинулась через холодное течение. Вся одежда по пояс стала насквозь мокрой. Градова сморщила нос и зажмурилась. С противоположного берега была решено дойти до оврага и временно спрятаться в нём. - Кили ранен, - проговорил Фили. Стрела пробила заднюю часть голени гнома насквозь. - Я займусь, - молвил Синий маг. - По поводу Беорна, - проговорил Саруман, - мы если у него задержимся, эти твари соберутся в засаду и будут нас ждать на выходе. Гнарзаг мстителен и кровожаден. - Но и без остановки нельзя, - возразил Палландо, - рана Кили не угрожает жизни, но нужен хоть какой-то отдых. - Да я в порядке, - отмахнулся было гном. - Помолчи, - цыкнул майа, извлекая стрелу, отчего бедный Кили закряхтел. - Твоя правда, Палландо, - почесал подбородок Саруман, - но если сюда набегут гоблины, нам придётся разделиться. Мы останемся здесь, чтобы гномы смогли уйти. - Я надеялся, что гоблины не захотят связываться с Беорном, - отвечал Синий маг. - Ладно, давай сделаем по-твоему, - закурил Курумо, - но надо ещё убедить его принять в свой дом гномов. - Это не проблема, - молвил Палландо, продолжая заниматься раной Кили. - А кто этот Беорн? - подключился к беседе Торин. - Это оборотень, который не любит гномов и любые разновидности орков, - бросил Саруман. - И почему же он не любит гномов? - спрашивал принц. - Да потому что вы помешаны на драгоценностях, а у оборотней всегда было к ним отторжение. Ещё он считает, что вы не цените жизни более слабых существ, - Белый колдун выдохнул облако табачного дыма. - незванных гостей он тоже не любит. - Это наглая ложь, - возмутился Траин, - мы не один десяток лет прожили в нужде и зарабатывали обычными ремёслами. - Ну так и сними Кольцо, - взглянул на него с вызовом Саруман. - Не начинайте! - повысил голос Палландо. - Не до этого. Всем приготовиться сейчас же выступать! До дома Беорна добежали относительно спокойно, постоянно оглядываясь на всякий случай. Но солнце уже было в зените, на небе ни облачка - гоблины и не смогли бы преследовать отряд далее. Весь ресурс их отмороженности был, видимо, израсходован в более благоприятных для них условиях. Ввалившись в дом оборотня, Аля, не обращая ни на кого внимание, просто упала в кучу сена. Хоть одежда и высохла на жаре, её всё равно хотелось снять. Но Градова тут же уснула, чем вызвала смех у Двалина. - Она хорошо сражалась вместе с вами, - строго сказал ему Палландо, после чего гном смутился. В очередном сне Аля блуждала по лесу своего СНТ. Над соснами нависало пасмурное небо. Какая-то мрачность окружала со всех сторон, но девушка шла по тропе к лесному пруду. Шла спокойно, осматривая траву и почву - поисковая привычка дачника. Она любила больше всего лисички, никогда даже не собирала сыроежки, к белым относилась скептически. Ничего этого не было. Черничные и брусничные кусты выглядели так, будто уже их сезон давно кончился. Тишина и пустота - не особо приятные, но и не зловещие. Выйдя к пруду, Аля увидела тёмную мужскую фигуру на берегу. Мужчина в плаще стоял спиной. Градова осторожно приблизилась, не видя его лица даже в отражении воды. Они оба так и стояли, не говоря ни слова, глядя куда-то перед собой. Аля слышала в себе уже знакомую Первую музыку. Казалось, что и мужчина, и она просто стояли и слушали её. В какой-то момент девушка повернулась к фигуре и потянула край плаща на себя. Он просто упал на траву, а под плащом никакого не оказалось. - И? - послышался голос. - Ты Саурон? - почему-то спросила Аля. - В том числе, - последовал ответ. Градова проснулась среди ночи. Все спали. Пробуждение не было резким или преисполненным испуга. Она испытывала недоумение. "Второй раз. Помешалась я... Надо срочно заснуть и выспаться." Но не редко именно ночью в голову приходят странные мысли или, того хуже, идеи. В голове Али всегда жила музыка, а порой она обретала форму и не давала покоя, как сейчас. "Ночной мой Гондор смотрит на меня. И я молюсь, чтобы рассвет он встретил. Здесь скоро будет армия твоя, Чтоб не оставить никого из нас на свете. Судьба жестока в планах своих, И как поверить, что она их не меняет? Я слышу голос твой во снах моих, Меня к тебе какой-то силой тянет. Коснись меня и ты услышишь всё, Что не звучало раньше в мире спетом, Другая музыка отсюда унесёт, Наполнив мрачный дух твой светом. Прими мою любовь взамен всей Арды, Всевластье одинокое забудь, Я исцелю тебя от морготова яда, Твоё мифриловое сердце оживлю". Утром же Лирвэндил была разбужена Балином: - Давай к столу, - сказал он. Вернулся хозяин дома. Беорн был очень косматым, высоким и широким. Черты лица сообщали исключительную строгость и недоверие ко всему миру, но, видимо, Палландо и Саруман уже успели провести с ним беседу. Гномы сидели за большим деревянным столом и уплетали угощения. - Доброе утро, - сказала Аля, улыбаясь оборотню. - Доброе, - буркнул тот, отвернувшись. Аля пристроилась рядом с Палландо. Синий маг пил чай, заедая хлебом, щедро намазанным мёдом. Беорн тоже налил Градовой чай, который великолепно пах травами. Девушка немного поëжилась в неловком молчании окружающих. Сложилось ощущение, что всё самое интересное уже обсудили, пока она спала. - В общем, - промямлил Палландо, - мы договорились, что в случае нападения вы идёте дальше без нас. - Я уж поняла из вчерашнего разговора, - Аля почувствовала волнение, - но я очень не хочу с тобой расставаться. - Мы как закончим, думаю, догоним, не бросим же одних, - успокоил девушку Синий колдун. О своём сне Аля решила не говорить майа - он и так казался очень озадаченным. Днём отряд уже в полной готовности выдвинулся в сторону Старого Тракта. Аля сразу заметила зловещую тишину. Да и все заметили. Мало того, что стоял летний зной, так ещё и ветра не было - всё будто замерло. Шли спокойно. В какой-то момент даже успели немного расслабиться. К закату вдалеке уже стало виднеться Лихолесье. Аля уже сказала Палландо: - Как будто бы пронесло? Майа не успел утвердительно ответить. Слева и справа из оврагов стали появляться гоблины. - Да чтоб их! - прорычал Саруман, выхватывая меч. - Все к Старому Тракту! Живо! - крикнул Палландо, вооружаясь. Гномы и Лирвэндил метнулись вперёд, оставляя позади Беорна и майар. Сложнее всех было Кили - его ране ещё предстояло заживать и заживать, хоть Палландо был хорош в исцелении и сделал всё, что мог. Бежали уже через "не могу", до Лихолесья оставалось рукой подать. И тут Але показалось, что у опушки что-то зашевелилось. Обернувшись, она увидела, что от Беорна и майар, разматывавших гоблинов, они ушли далеко. - Орки! - крикнул Торин, остановившись. - На варгах..., - добавила Градова, вспоминая первую в своей жизни погоню. Эти звери могли развивать сумасшедшую скорость. Только стараниями Палландо и каким-то чудом удалось от них скрыться тогда. - Это Болг, - воскликнул Балин, - будет мстить за Азога. Нам не уйти от них. - И не надо, - Траин так же приготовился сражаться. - За Эребор! - послышался голос Двалина. Варги выглядели устрашающе. Аля поймала себя на том, что она совершенно не была морально готова к битве с такими монстрами. Эаренхад, начальник охраны Ривенделла, как-то сказал ей на тренировке: "Как бы ни был силён враг, если боя не избежать, думай о двух вещах - о его слабых и сильных местах. Помни - сталь сильна, но ум сильнее. Мудрый воин знает, когда отступить, чтобы победить". В те секунды, что Аля выжидала приближение врага, она старалась как можно скорее оценить, насколько в глубокую клоаку угодила и что теперь с этим делать. "От орков уворачиваться, варг - бить. Слабые места - нос, глаза, раскрытая пасть". Гномы, хоть и были отличными воинами, но ситуация явно осложнилась, как и для Али, на которую нещадно наступало не по одному всаднику. Орков набежало не так уж и много, но бой затягивался. Кили оказался прижатым к земле огромной лапой зверя. Аля только и смогла схватить булыжник и швырнуть в голову животного. Но как бы не так - камень не долетел, однако, теперь внимание врага досталось Градовой. Понимая, что не вывозит, Лирвэндил стала отступать вдоль опушки Лихолесья дальше от поля брани. Болг это заметил, их взгляды встретились. Орк указал на неё палицей и что-то прорычал. Градову посетило очень жуткое чувство. Всё тело говорило "я сейчас упаду, как мешок мусора". Аля ускорилась. Временами ей удавалось нанести врагу увечье и пробежать какое-то расстояние. Оставалась только идея шмыгнуть в лес, как Мерри и Пиппин. - Куда это она? - удивился Кили, увидев вдалеке Алю. - Она уводит орков, - отвечал Торин, - быстрее на тракт! Принц был прав отчáсти. Основная причина отступления Али была в том, что враг значительно превосходил её по силе. Конечно, она понимала, что если потянет за собой орков, гномы смогут быстрее сбежать в лес. И в глубине души она надеялась, что кто-нибудь из майар придёт ей на помощь. Но всё пошло не так. Ночной мрак уже опустился на окрестности. В лесу вообще было хоть глаз выколи. Градова ломанулась со всех ног в чащу, преследуемая орками и варгами. Она отчётливо слышала их общение, похожее на хрипы и клокотания. Крайне странное состояние, вызванное неизреченной усталостью. Или не ей? Головокружение-не-головокружение. Аля всё продиралась и продиралась сквозь ветки деревьев и кустарников. Она чувствовала, как получала то и дело царапины на лицо и руки. Никак не удавалось найти какое-то вменяемое место, чтобы хоть отдышаться. Ещё несколько рывков вперёд, пока не споткнулась и не полетела кубарем в какую-то сырую яму. Последняя мысль - "Будь, что будет".