Видения

- Я не оставлю надежду, что твоё сердце смягчится, и ты примешь приглашение в Белый совет. Мы не перестанем тебя ждать, ты нам нужен. Тьма набирает силу, ты ведь это знаешь. - Ничего не обещаю, - сухо отвечал Трандуил Владычице Лориэна, - тебя проводят в покои. - Благодарю, ты очень добр, - едва заметно улыбнулась эльфийка. - Как ты узнала о гномах и женщине? - немного помолчав спрашивал Король. - Радагаст принёс вести. Несмотря на то, что Лесной Король наотрез отказался даже подумать об освобождении гномов и Али, хранительница Нэнии предчувствовала, что этот вопрос решится положительно. Вступление в Белый совет тоже уже было делом времени - Галадриэль понимала боль Трандуила. Да и разве можно обвинить того, кто лишился дома, в обиде на виновников? Эльфийка сочла свою миссию выполненной, готовясь по утру отбыть в Лориэн. - Ты молчишь, потому что совсем не понравилось, да? - Аля уже тысячу раз пожалела, что показала Духу песню о Сауроне. - Почему ты думаешь, что Саурон нуждается в любви? - отозвался наконец Дух. - Это только идея для музыки, - отвечала Лирвэндил, - тут что-то вроде синдрома спасительницы. Подарить любовь, чтобы злодей перестал быть злодеем. - Что, если Саурон не нуждается в спасении? - Хороший вопрос. А если и Средиземью не нужны улучшения Саурона с его гениальным управлением? Ведь это очевидно. - Хочешь сказать, что у него синдром спасителя? - Не исключено. Я читала в свитках Финарфина о майа Лотиссэ - Моргот только и разжигал её тщеславие. Думаю, и с Сауроном сделал то же самое - теперь майа уверен, что именно он должен наводить здесь порядок. Это всё сложно... И ты ничего не сказал о музыке. - Не подумай, не хотел обидеть. По своим свойствам твоя музыка слишком отличается от нашей. Музыка здесь - это фундаментальная основа мироздания и инструмент выражения сущности. Поэтому первостепенна роль голоса. У музыки в Эа прикладное значение. У тебя же целые звуковые облака. Одного образца мало, чтобы делать выводы. В первый момент Аля не нашлась, что ответить. Вот только теперь, через столько десятков лет ей стало ясно, почему у неё так туго шли местные языки и теоретическое понимание формообразования. Потому что не было здесь ничего этого - каждый придавал музыке форму и звучание в согласии со свойствами своей сущности. И никакой теории, потому что музыка здесь - первоначало. В родном мире Али это несчастное первоначало безуспешно искали с незапамятных времён. А звучание языков Арды не имело никаких аналогов. Градова решила оставить переваривание сказанного Духом на потом - оказалось не так-то просто для понимания. - Хочешь покажу ещё образец? - предложила она. - Да. И она показала. "My sinful confession. You're my obsession" Духа будто вышвырнуло из сознания Али. - Ты здесь? - испугалась она. Но он не отзывался. Лирвэндил села на лавке камеры, глядя перед собой. "Что я наделала", - Аля уронила голову на руки, и слëзы покатились по щекам. Из такого необъятного разнообразия прекрасной музыки надо было выбрать именно это. "Напугала. Поделилась, называется. Дура". В подземном дворце давно приглушили освещение, и стало значительно тише. Дух пропал. Кольцо рыбака пропало. "Палландо доверил его мне. И кто я после всего этого?" Алю накрыло ощущение собственной ничтожности, когда она ещё и вспомнила последний бой с орками и варгами, который кончился её бегством. Справедливость требует оговориться, что в данном случае самоедство не было уместным - просто являлось специфической чертой характера. Эаренхад, прекрасно видя возможности ученицы, обучал Алю наиболее выгодным для неё тактикам ведения боя - чтобы элементарно не сдохнуть и благополучно унести ноги. Он забыл ей объяснить, что от живого воина больше толка, чем от мёртвого. Утром, стоило Галадриэли покинуть дворец, Трандуил сменил статус гномов и Али с пленников на гостей - приказал выпустить из камер, будто выписал из больницы. Всем дали поесть нормальной еды, свернув хлебноводную диету. Король особо не расщедрился на дары в дорогу, снабдив отряд только минимальной необходимой провизией. В дурном состоянии оставался Траин. Он пришёл в сознание, но вставать и ходить ему было крайне тяжело. Эльфы из дозора, пленившие гномов, утверждали, что он уже был в отключке, когда началась заварушка. Из отряда никто ничего толком не помнил - лес чуть не свёл их с ума. - Я думаю, это как-то связано с пауками, что напали на нас в лесу, - говорил Балин. - До этого король был в порядке. Бедный Кили почти всё время молчал, как в воду опущенный, разрываясь между долгом перед родиной и желанием побыть с Тириэль - той эльфийкой, что ухаживала за ним и Траином. - Король Траин может остаться здесь до полного выздоровления, - закатив глаза, молвил Трандуил, - король..., - плюнул он в сторону. Торин хотел что-то возразить, но его одёрнул Балин, сказав: - Мы очень благодарны, Владыка, за оказанное гостеприимство и дары. - Торин, если Вам так будет спокойнее, - тихо обратилась Аля к принцу, - я могу остаться и присмотреть за королём. Я, правда, сомневаюсь, что ему что-то угрожает. Кольцо вряд ли забрали эльфы, мне в это почему-то не верится. У Лирвэндил были и свои причины не уходить из Лихолесья - потеря Кольца рыбака и надежда на встречу с Палландо. Хоть она и не верила, что местные эльфы опустились бы до подобного воровства, но - "Куда же тогда делись Ко́льца?" Торин молча кивнул Але в ответ. Вопреки ожиданиям Трандуил легко согласился оставить Градову гостить во дворце, особо не скрывая причину: - Так ты пришла сюда через Морготову Брешь из неспетого мира? - Всё верно, Владыка, - отвечала Аля. - С минувшей ночи началось празднование тёмного новолуния - Гвайт-лот, - говорил Король, знаком приглашая девушку следовать за ним, - это древняя традиция нашего народа. Луна в последнюю неделю лета светит необычным темным сиянием. Слышала об этом? - Я читала старые предания о Валар, вроде так Варда предваряет начало осени, - напряглась Аля, стараясь ничего не напутать, - а что за традиция? - В течение всего года готовится особый крепкий напиток, - продолжал Трандуил. - Нужно, чтобы тёмный свет луны коснулся его. Если выпить..., - Король остановился, пристально глядя Але в глаза, - говорят, что можно увидеть фрагмент своего будущего. - Ваше Величество, - поёжилась Аля, - звучит очень интересно, но Вы так это рассказываете, будто подозреваете меня в чём-то. Лесной Король, ничего не ответив, двинулся дальше. Аля за ним. Затем они подошли к большой двери, и Король отворил её. Помещение, в которое они вошли, было похоже на что-то среднее между погребом и старинной лабораторией. Склянки, бутылки, всевозможные травы. В помещении находились другие эльфы, которые, видимо, заведовали различными процессами изготовления упомянутого напитка. - Я хочу, чтобы ты его попробовала, - молвил Трандуил, принимая небольшую стеклянную тару , похожую на кубок, от другого эльфа. "Бухло с утра. Здорово", - подумала Аля, когда Король вручил ей кубок. Версия Торина с опаиваением Траина уже не казалась неправдоподобной. - У напитка есть название? - спрашивала Аля, уловив богатый травяной аромат. - Эглáдрион, - ясно произнёс Трандуил, испытующе глядя на Лирвэндил. Аля отпила немного Эгладриона, и он разлился по нутру, как мягкий жидкий огонь. Сравнивать с чем-то знакомым было бы, наверное, бесполезно. Для абсента он не был таким уж свежим, а для Ягермейстера резким. Несколько гуще любого ликёра. А его сладость не была приторной. Количество оборотов этого чудесного напитка осталось загадкой, но Аля тут же пошатнулась на месте. Шокированные рецепторы едва не отказали от раскрытия букета. - До дна, - молвил Трандуил с довольной улыбкой. Все, кто находился в помещении, во все глаза глядели на Градову. Казалось, они не понимали, почему именно Аля удостоилась такого внимания Короля. - Боюсь, это кощунство, Ваше Величество, - отвечала девушка, едва держа равновесие и контролируя дикцию, - такое нельзя пить быстро, это ж не водка, чтоб тупо догнаться. - Я не тороплюсь, - нахмурился Лесной Король. Дальше всё было, как в бордовом тумане. Всё тело Али обмякло. - Что это? - еле промямлила девушка, уже даже не пытаясь понять происходящее, и отключилась. Когда озадаченный Трандуил шёл по коридору обратно в зал, ему навстречу бежал Леголас. - Отец, - молвил он. - Какие новости на северных границах? - спрашивал Король, продолжая шествие. - Небывалое нашествие гоблинов, - отвечал принц, - они будто стерегут, высматривают. - Готовятся к войне с нами? - задумчиво молвил Король. - Тогда почему не нападают? - Творятся странные вещи в последнее время. С севера гоблины, с юга орки, гномы решили вернуть Эребор. Ещё эта женщина с ними... - О ней говорит весь дворец, - выдохнул Леголас. Тем временем они с отцом пришли в тронный зал и остановили шествие. - Слухи разлетаются быстро, - процедил Трандуил, - я дал ей Эгладрион. - Это было очень рискованно, - воскликнул удивлённо Леголас, - и что было дальше? - Ничего, - мрачно отвечал Лесной Король. - Совсем ничего? - Она просто свалилась, как мешок с травой. С минуту оба эльфа задумчиво молчали, пытаясь найти объяснение случившемуся. Первым заговорил Трандуил: - Видения обычно посещают сразу, а тут... - Мама? - вдруг сказал Леголас, глядя в сторону. Трандуил обернулся. - Сумéльдис, - молвил он, устремившись к жене, - ты не отплыла на Запад? Совсем бледная, будто измученная, эльфийка протянула руки навстречу Королю и рванувшему к ней сыну. - Трандуил... - Что случилось? Обняв Леголаса, Сумельдис заговорила: - Я так устала от видений. Я думала, что все они просто были порождением зла, пока Кирдан не увидел... - Что не увидел? - напрягся Король. - Его, - задрожала эльфийка, - Врага... Он вернулся. - Саурон? - нахмурился Леголас. - Саурон и не уходил, - испуганная Сумельдис взглянула прямо в глаза сына, - Моргот...

***

Алю определили в просторную комнату и уложили на кровать. Несколько раз заходила проведать Тириэль. Эльфийка прикладывала ко лбу Лирвэндил влажную ткань, хотя никакого жара не было. Градова просто спокойно лежала, будто спала. По поводу пресловутых видений Трандуил не обманул - они сменялись одно за другим, словно в каком-то мучительном сне. И в каждом Аля встречала Саурона. В разных обличиях и контекстах. И сама была в них то как наблюдатель, то как непосредственный участник. Она видела и Ангбанд, и Нуменор, и Эрегион. Везде Саурон выглядел больше, как заплутавший странник, который никак не мог найти, где бы наконец остановиться. В одних видениях хотелось сбежать от него, в других она смотрела ему прямо в глаза. Око же представало стабильно в палантире. Наконец, Аля увидела Дол Гулдур издалека. Вглядевшись в разрушенную крепость, она заметила среди руин кого-то, кто стоял к ней спиной. После тщетных попыток рассмотреть фигуру Лирвэндил проснулась.