Нет ответов

Алая вода льётся рекой,

Нет пути домой, Только слова пустые. Видишь, снова тьма? Это за мной, За моей душой. Исчезли огни цветные.

Похмелье Аля испытывала всего раз в жизни. В годы консерватории скучным осенним вечером приговорила бутылку портвейна в одно лицо, а следующим утром пришлось врать учителю, что заболела. После этого Градова зареклась не доводить до такого состояния больше никогда. Сейчас голова раскалывалась, будто в черепе образовалась трещина. Боль иррадиировала в глаза и позвоночник. И не вскрикнуть - больно. Еле дыша, Аля сползла с кровати и поковыляла к двери. Она шла по пустому коридору вдоль стены, куда глаза глядят, лишь бы встретить хоть кого-нибудь. Наконец, кто-то подошёл, начал что-то спрашивать, куда-то вести. Але было всё равно - мозг не работал от слова "совсем". Ей дали сесть. Началась суматоха. Давали что-то пить, монотонно бормотали. Через час таких мероприятий боль отступила. Глубокий вдох принёс облегчение. Но накрыла какая-то прострация. Вошëл Трандуил. Лицо Короля уже не сообщало столько уверенности, как в момент, когда он угощал Алю чудодейственным пойлом. Прочие эльфы ретировались, оставив Владыку и девушку одних. - Как самочувствие? - спросил он. Аля направила на него взор, который сначала был абсолютно пустым, но затем наполнился целым созвучием эмоций от недоумения до протеста. Она поднялáсь с кушетки, ещё до конца не понимая, почему - из субординации или из желания обозначить границу. - Ваше Величество, - отвечала Градова, - какая была необходимость испытывать меня на прочность? - Должен признать, что не предполагал таких последствий, - проговорил Трандуил. - Для другого существа, кроме эльфа, всегда есть опреденный риск, но я решил, что раз ты здесь не случайно... Аля уже чуть не плакала. От этой фразы становилось тошно. Король заметил, что глаза Лирвэндил были на мокром месте. - ... У меня были основания считать, что Эгладрион лишь позволил бы тебе увидеть гораздо больше, чем кому-то ещё. Ты ведь знаешь, что в Арде стало отнюдь не спокойно. - И поэтому даже не предупредили? - Я приношу свои глубочайшие извинения, - Король закрыл глаза и выдохнул. Очевидно, ему не часто приходилось извиняться. Градова тоже выдохнула. "Спросить его о подозрениях Торина? О Кольце? Неудобно как-то спрашивать в лоб". Не решилась. - Я видела Саурона, - наконец сказала она. - Понятия не имею, почему вижу его. Во снах и видениях ничего примечательного не происходит. - Осмелюсь предположить, что он и есть причина твоего появления здесь, - отвечал Трандуил. - Но почему? Что я должна сделать, убить его Таурондилом? - Аля затряслась от нервного смеха. Король сделал вдох, намереваясь что-то сказать, но, видимо, не смог собраться с мыслями. Затем он сочувствовенно взглянул на Алю: - Прими моё приглашение на ужин. А сейчас постарайся отдохнуть. Надо сказать, что в животе надрывался хреново настроенный симфонический оркестр. И это была совсем не та музыка, которую обычно улавливали в Але. Девушка, конечно, приняла приглашение Короля. Трандуил оказался ещё гораздо менее похожим на того, что в фильмах. В нём угадывалась некая надломленность от прошлых событий, которые явно оставили глубокий след в его сознании. Напускная надменность была лишь маской, призванной сдерживать наглость недругов. Оказалось, что мучения Али длились несколько часов до самого вечера. Вернувшись в комнату после разговора с Королём, Лирвэндил обнаружила на кровати женское платье, а на столе лежал меч Оромэ и прочие манатки, с которыми она угодила в Лихолесье. Расположившись на покрывале, Аля закрыла глаза. Сон не шёл. Но накрыло какое-то всеобъемлющее одиночество. Вдруг ей показалось, будто она ощутила присутствие Духа, как если бы он молча наблюдал за ней где-то рядом. От резко возникшего ощущения Градова даже открыла глаза и села, - "Ты здесь?" Но он не отвечал более. Аля снова легла. Не хотелось видеть ничего и никого вокруг. А внутри только бушевало море. "Спетый мир хранит молчанье... Никаких внятных ответов. Ой, можно подумать, что в прошлом было по-другому. Такая же **анина. Ну вот, разговариваю сама с собой. Так нельзя". Вспомнились слова Глорфинделя об убежище. И Аля на время забылась. До ужина она успела навестить Траина. Не трудно догадаться, что гном пребывал в самом отвратительном расположении духа, но Градова пообещала ему попытаться узнать о судьбе пропавшего Кольца. Король Эребора был уверен, что лесные эльфы причастны к его исчезновению. - Вы совсем ничего не помните? - спрашивала его Аля. - Да если бы, - сокрушался тот, - всё в том лесу было неладно, а потом я и вовсе перестал отличать морок от яви. Алю проводили в королевскую трапезную. В других обстоятельствах она могла бы ощутить себя важной шишкой на приёме у цельного короля. Но не в этот раз. Несмотря на многие прекрасные вещи, пережитые в Арде и очень ценимые Градовой, всё равно оставалось ощущение фатальности и отсутствия выбора. "Может быть, надо просто поменять отношение? Не в голове ли моей дело?" Совсем никакого монаршего пафоса в трапезной не ощущалось - небольшой стол в середине, простая посуда и приборы, незатейливая еда - овощи и мясо. Долго разглядывать внутреннее убранство не пришлось - вошёл Трандуил с женой. - Добрый вечер, - чуть поклонилась Аля им обоим. - Королева Лихолесья Сумельдис, - молвил эльф, ведя за руку супругу. - Ваша покорная..., - снова собралась кланяться Аля. - Наша гостья, Лирвэндил, - прервал её Трандуил. Надо сказать, что Аля была до крайней степени удивлена, вдруг узнав, что у Трандуила, всё-таки, была жена. Ещё и темноволосая. Королева не обладала высоким ростом, взгляд её источал не свет, а какое-то будто особое трепетное отношение ко всему живому. Возникло чувство, что и платья она не часто носила. На её челе покоилась тонкая серебряная диадема. - Я рада познакомиться, Лирвэндил, - сказала она. - Взаимно, Ваше Величество, - отвечала Аля. Трандуил знаком пригласил Алю к столу. Скромность быта Короля и Королевы продолжала удивлять Градову - обслуживали эльфы себя сами. Разве что, единственная служанка принесла вино и разлила по кубкам. Але же налили что-то другое. - Это Гвáерэн-Лун, - пояснил Владыка, - отвар из летних ягод. Затем он вполголоса добавил: - Никаких эффектов, кроме успокоительного. Сумельдис покосилась на мужа с укоризой - явно уже была в курсе инцидента. - Кирдан рассказывал о тебе, - затем молвила она, - мы с тобой совсем немного разминулись, я приехала в Серые Гавани на месяц позже. Говорят, ты несёшь музыку из неспетого мира. - Да, всё так, - кивнула Аля, после чего отпила немного тёплого ягодного варева, - спасибо, очень вкусно. Градова вежливо общалась и улыбалась, но и Трандуил, и Сумельдис прекрасно улавливали, что творилось в душе Лирвэндил. - Я пригласил тебя, чтобы мы, возможно, смогли пролить свет на текущее положение вещей, - молвил Король, - и постараться ответить на твой вопрос. - О Сауроне? - Именно, - кивнул Трандуил. - На вопрос о предназначении, выборе и судьбе ещё никто не нашёл точного ответа, - проговорила Сумельдис. - Я хотела уплыть в Валинор, чтобы меня перестали мучить видения о тьме. Эти видения стали отнимать у меня силы..., - Королева запнулась. Лесной Владыка положил свою ладонь на её руку. Она только кивнула ему, давая понять, что всё в порядке, после чего продолжила: - Но оставить всё позади я не смогла. Предрешён ли каждый наш шаг или лишь некоторые, мы не знаем, но я верю, что пролитые слëзы смирения всегда приносят взамен то, чего даже не ждёшь... "Надо бы записать куда-то, чтоб перечитать раз сто и, может быть, понять", - пронеслось в голове Али. - ... Я видела Моргота, - продолжала Сумельдис, - видела, как он возродился из праха. И что сделает с нами - всё было в точности, как рассказывал мой отец. - Простите, а кто Ваш отец? - осведомилась Аля. - Амдир - Король лесных эльфов. Он погиб в Битве при Дагорладе. - Простите... - Нет-нет, - перебила Градову Королева, - я лишь хочу сказать, что каким бы ни был задуман итог, я вернулась, чтобы сражаться за свой народ. За всё, что мне дорого. И если мне суждено быть поражённой злом, то пусть победа не достанется врагу легко. Я верю, что э́то мой выбор. Аля услышала посыл Сумельдис, но эмоционально была будто выпита до дна, как кубок Эгладриона. "Лембас по-мегрельски, как в той шутке с нейросети. А нет... Там был сыр, а не зелень", - иронизировала сама с собой Аля, ткнув какой-то плоский пирог вилкой. - Вы видели Моргота в видениях, - проговорила Лирвэндил, вдруг будто проснувшись, - что это значит? Что он должен вернуться? - Я явственно чувствую, что он уже здесь, - Королева сказала это так, как если бы боялась, что сам Моргот мог услышать. - Я вижу Саурона, Вы - Моргота..., - задумалась Аля. - Да, - кивнула Королева, - вместе они уже преваращали жизни народов в ад. - Вы уверены, что они объединятся? - Это сложный вопрос, - отозвался Трандуил. - Сложных вопросов в этой истории не мало, - продолжала Аля. - Если Вы считаете, что Моргот уже вернулся, то... Каким образом? - Кирдан сказал, что Гэндальф задавался целью помочь ему в этом, - отвечала Сумельдис. - Галадриэль тоже предупреждала о его намерениях, - добавил Трандуил. - Ваше Величество, я должна спросить, - твёрдо сказала Аля, взглянув на Короля, - в курсе ли Вы, где Кольцо Траина и Кольцо рыбака. Очень неудобная воцарилась тишина. Градовой, правда, надоело пытаться избегать острых углов, кланяться и подбирать слова. Но раз Королева заговорила о такой угрозе, как Моргот, то уже не было смысла ломать комедию. - Я не проявляю неуважения..., - всё равно стала оправдываться Аля. - Мы не причастны к их пропаже, - спокойно молвил Король. - Палландо говорил, что любое Кольцо Власти вызывает искушение его использовать, завладеть им, - вспомнила Градова давний разговор с майа. Лирвэндил не успела закончить мысль. Вдруг возникло ощущение, будто с потолка что-то посыпалось. Едва заметно задрожали стены и пол. Троица переглянулась. Все ещё некоторое время сидели молча, выжидая. Затем Трандуил расслабился и сказал: - Такое случается. Похоже, землетрясение. Сумельдис настороженно промолчала. Бедная Королева и так была напугана видениями и уверенностью в возвращении Мелькора. Ужин в целом прошёл ровно - ни к чему определённому не пришли. Трандуил вроде не обиделся, когда Аля стала спрашивать за Кольца. Ситуация в Арде не имела пока никакой ясности - действительно ли вернулся Тёмный Вала или видения только предостерегали. Местонахождение Саурона тоже оставалось загадкой. Хотя... Аля, пока шла по дворцу к себе в комнату, прокручивала в голове увиденное после Эгладриона. "Дол Гулдур", - носилось в сознании. Траин, естественно, отказался до конца поверить в то, что эльфы не трогали его Кольцо. - Это Кольцо долгие годы служило нашему роду. Мы достигли немыслимого богатства. - Владыка, - возразила Аля, - лесные эльфы совсем не похожи на тех, кто стремился бы к тому же. - Не редко внешность бывает обманчива, правда? - прищурился Траин. Спорить не стала. Ни сил не было на то, ни желания. Тут сказывалось всё - и Эгладрион, и стресс, и, конечно же, расставание с Палландо и Духом. Взывать к Палландо девушка не решалась из-за потери Кольца. О Духе Аля думала практически постоянно. Съедало чувство вины и беспокойство, вдруг что-то случилось. И ещё это давно забытое подростковое чувство, когда влюбляешься в кого-то по переписке. Когда не можешь наговориться с человеком, но настолько начинаешь понимать его, что и слова перестают быть необходимыми. Осознание приходит в "один прекрасный день". Лирвэндил ещё не шагнула в это чувство, но была очень к нему близка.