невидимые правила

На следующий день в школьном коридоре Кислов нервно оглядывался, пока не выдержал и спросил первым:   — Она же тоже приходила к вам?   В его голосе слышалась тревога. Мел и Хэнк переглянулись, затем в унисон кивнули.   — Вы взяли у нее яблоко? — Хэнк сжал ручки рюкзака.   — Нет, — Кислов резко мотнул головой.   Все взгляды устремились к Егору. Тот замешкался, потупив взгляд.   — Взял, — пробормотал он.   — Ты ебанутый?! — Кислов вцеплся в его кофту, с силой прижав к стене. — Я думал, она мне кажется! — Егор вырвался, поправив мятый воротник.   — А что дальше было? — Хэнк пристально смотрел на него, в глазах читался немой вопрос.   — И всё... — Егор отвел взгляд.   Он не решился рассказать про договор.За их спинами раздался смех, звонкий, игривый, слишком знакомый. Они обернулись как один.   Асмодей стояла в двух шагах, одетая в обычную одежду. Рюкзак болтался на одном плече.   — Я теперь ваша новая одноклассница, — объявила она, широко улыбаясь.   Потянулась похлопать Кислова по плечу, но рука замерла в сантиметре от него. Он все равно почувствовал жгучее тепло, будто прикоснулся к раскаленному металлу.   — Ну ладно, еще увидимся.   Она развернулась и неспешно зашагала по коридору, растворяясь в толпе.   *** Прошла уже целая неделя с тех пор, как Асмодей вошла в их жизнь. Она преследовала их повсюду, в школе, на улице, даже в их любимом ангаре. Единственным местом, где они могли от нее отдохнуть, оставались их дома, там она не появлялась после первого знакомства.   Что удивительно, она вела себя... почти как обычная девушка. Шутила, пыталась поддерживать разговоры, даже проявляла любопытство к мелочам. К ней можно было бы привыкнуть, если бы не знать, что она демон.Асмодей постоянно материализовала вокруг себя разные предметы, то кружку с чаем, которую предлагала парням (они всегда отказывались, потому что от напитка пахло серой), то фрукты, то какие-то странные безделушки. Чаще всего она пила этот чай в гордом одиночестве, причмокивая и делая вид, что не замечает их настороженных взглядов.   В тот день они сидели в ангаре, обсуждая что-то свое, когда внезапно, ее не было, а в следующую секунду она уже расположилась на диване рядом с Кисловым, устроившись поудобнее. Ее внимание тут же привлекла бутылка в его руках.   — Что это? — спросила она, наклонив голову.   — Алкоголь. Пиво, — буркнул Кислов.   Асмодей задумалась на секунду, затем щелкнула пальцами, и в ее руке появилась точно такая же бутылка.   — Алкоголь... Никогда не пробовала. У нас такого нет.   Она с любопытством открыла крышку, понюхала содержимое, затем сделала осторожный глоток, и тут же скривилась.   — Фу! — она тут же протянула бутылку Кислову. — Мне не понравилось.   Кислов осторожно понюхал бутылку, которую протянула ему Асмодей. От неё отчетливо пахло серой, резкий, неприятный запах, словно из глубин преисподней. С гримасой он поставил её на пол и протянул демонице свою.   — На, попей лучше это. От твоей серой воняет.   Она настороженно взяла бутылку, сделала небольшой глоток, и вдруг улыбнулась, широко и искренне.   — А это вкуснее! — снова отпила она, уже с явным удовольствием. — Наверное, потому что я не представляю, что такое пиво, и не смогла его сделать нормальным.   Пожала плечами и вернула бутылку Кислову. В этот момент парням вдруг страшно захотелось узнать о ней больше.   — А... — начал Хэнк, осторожно подбирая слова. — Тебе вообще можно... твои, ммм... способности нам показывать?   Асмодей задумалась на секунду, затем щелкнула пальцами, и в её руках появилась та самая старая книга в потрёпанном переплёте.   — Нет, нельзя. Но мне можно.   — А почему тебе можно? — Кислов попытался заглянуть в книгу, но страницы были исписаны на непонятном языке, буквы будто шевелились перед глазами.   — Потому что я подросток и не слушаюсь никого, — она пожала плечами с видом озорного ребёнка.   — А сколько тебе вообще лет? — Мел чиркнул зажигалкой, поднося огонь к сигарете.   — Шестнадцать тысяч, — ответила девушка, и в тот же миг её глаза сменили цвет с тёмно-красного на холодный синий.   — А что ты о себе можешь рассказать? — Кислов отхлебнул из бутылки, не сводя с неё взгляда.   — Смотря что вы хотите узнать, — Асмодей снова материализовала бутылку пива, открыла её и сделала глоток. На этот раз её лицо озарилось довольной улыбкой, видимо, теперь она смогла создать нормальный напиток.   Кислов наклонился ближе, пытаясь разглядеть загадочные символы в книге. Буквы казались живыми, они перетекали, меняли форму, ускользали от понимания.   — Что здесь написано? — пробормотал он, щурясь.   Асмодей улыбнулась и провела ладонью у него перед глазами. Вдруг буквы застыли, сложившись в знакомые слова.   — Это моя тетрадь, — объяснила она, постукивая пальцем по странице. — Я записываю сюда разные пометки.   Кислов перевернул страницу.   Перед ним открылись странные записи, сделанные аккуратным почерком:   "Научиться менять цвет глаз — выполнено (понадобилось 1536 лет)"  "Перестать пахнуть серой при материализации предметов — не выполнено" "Освоить перемещение сквозь зеркала — выполнено" "Найти способ пить чай без вкуса пепла — в процессе" — А зачем ты это записываешь? — удивился Кислов.   Асмодей пожала плечами и резко захлопнула книгу, не дав ему прочесть дальше.   — Не знаю, — ответила она просто, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на смущение.   На мгновение воцарилась тишина. Потом она щелкнула пальцами, и книга исчезла, оставив в воздухе легкий запах старых страниц и чего-то горького, как полынь.   Кислов хмыкнул, скрестив руки на груди.   — А как ты выглядишь по-настоящему? — спросил он, представляя себе стандартного чертенка из дешевых фильмов ужасов — с вилами, копытами и зловещим хихиканьем.   Асмодей встала, и в этот момент воздух вокруг нее словно задрожал.   Сначала из ее лба медленно выросли изящные черные рога, изгибающиеся кверху. Затем за спиной расправились огромные крылья, угольно-черные, с редкими кроваво-красными перьями по краям. Из-под одежды выскользнул длинный гибкий хвост с остроугольным наконечником на конце.   Ее кожа стала почти белой, подчеркивая темные волосы, которые теперь спадали до талии. Глаза вспыхнули ярко-красным, как тлеющие угли.   При этом на ней осталась все та же обычная одежда, худи и джинсы, что создавало странный контраст с ее истинным обликом.   — Ну что, соответствует твоим ожиданиям? — поинтересовалась она, слегка шевеля крыльями.   Кислов молчал. Он ожидал чего-то страшного, отталкивающего. Но перед ним стояло... что-то прекрасное. Пугающее, но прекрасное. Асмодей повертелась перед ними, демонстрируя свой облик, затем щелкнула пальцами, и в мгновение ока снова стала выглядеть как обычная девушка.   — Понравилось шоу? — хихикнула она, усаживаясь обратно на диван.   Мел задумчиво потер подбородок, разглядывая Асмодей с недоверчивым прищуром.   — Мне все еще кажется, что ты наша общая галлюцинация, — пробормотал он.   Гена, сидевший рядом, молча кивнул в знак согласия.   Девушка наклонила голову, и в ее глазах мелькнуло что-то между раздражением и забавой.   — Ну почему? Меня же замечают учителя в школе и ваши одноклассники, — она моргнула, и в этот момент ее зрачки на секунду стали вертикальными, как у кошки.   Гена развалился на стуле поудобнее, явно готовясь к долгому разговору.   — А как вообще у вас там все устроено? Типа, девять кругов ада и все такое? Ангелы существуют?   Асмодей моргнула еще раз, и ее глаза снова стали обычными. Она устроилась на диване, поджав под себя ноги, и начала рассказывать, будто читала лекцию.