Глава Четвёртая "То, что защищает"

      — Докладывал, офицер второго класса, командир опорного пункта милиции номер семь по юго-восточному округу Свердловского региона. – Евгений Харин. — Отчеканил стоящий между кожаным офисным стулом и серединой длинного стола в кабинете для совещаний мужчина с короткой стрижкой в белой рубашке с короткими рукавами и соответствующими знаками отличия.       — Ясно… — На выдохе ответил крупный широкоплечий мужчина, вставший у окна в отдалении от стола в дальнем конце кабинета. Его черные погоны с несколькими серебряными звёздами на вышитой золотой полосе были прикрыты его длинными чёрными волосами. Из-за этого две из четырёх капитанских звёзд были не видны. Развернувшись к более чем десятку подчинённых, которые сейчас присутствовали за столом, он слегка шевельнул пышными усами и переложив руки с груди в карманы брюк произнёс.       — Тогда, до полного результата экспертиз по найденным в таборе телам, считаю дальнейшее заслушивание бессмысленным. Окончательное решение и приказы получите уже от вашего командира. Все свободны. — Произнёс усатый мужчина. На этом все присутствующие, большая часть из которых были в деловых гражданских костюмах, двое были в смешанной гражданской одежде и выдать в них милицию могло лишь наличие открытых кобур с револьверами, закреплёнными на бёдрах. Темнокожий старшина был единственным из рядового состава, кто присутствовал на подобных совещаниях как самый старший по званию не из офицеров. Будучи по форме, он показательно повернулся к усатому мужчине в расстёгнутом кителе и резко ударил себя в грудь, прикрыв глаза и склонив голову, отдавая таким образом воинское приветствие перед уходом. Капитан ответил коротким кивком. Такой же жест поступил в сторону Харина и тот также ответил кивком, приступив к сбору документов на столе перед собой в картонную папку. — А тебя, лейтенант, я попрошу задержаться… — Внезапно произнёс капитан, вновь повернувшись к окну и отпив кофе из пластикового стаканчика на том же подоконнике. Эти слова догнали старшину уже на пороге, и он на секунду остановился, развернувшись и глянув сперва на Харина, а затем на капитана через плечо, но понимал, что сейчас никак не сможет помочь командиру и заметив короткую ухмылку со стороны Харина в свою сторону, он вновь прикрыл глаза и последним покинул помещение, пропуская вперёд женщину-секретаря.       Завязав папку и сунув её под мышку Харин повернулся к капитану, который почти полностью закрывал собой входящий из окна в кабинет солнечный свет. Последний вновь повернулся и хмуро глядя в глаза лейтенанту, произнёс…       — А теперь, давай на чистоту, Женя… Не первый год вместе служим. Будешь со мной откровенен? — Спросил капитан.       — Как и всегда господин… — Раздалось от Харина.       — Ты это сделал?       — Хех… — Выдохнул Харин, и прикрыв глаза опустил голову. — Мне обязательно отвечать, господин?       — Да, чёрт подери! — Повысил голос капитан. — Двадцать девять трупов! Да ты хоть понимаешь какой вой может подняться?! Если кто-то решит об этом разболтаться на всю округу или не дай светлейший это дойдёт до столицы… Тебе и мне голов не сносить, ты это понимаешь?!       — Господин, при всём уважении, ситуация полностью контролируемая. Все эти… — Запнулся Харин. — За ними никто не стоит… Больше нет. Никто долго не будет за ними горевать и требовать справедливости. Оставшиеся цыгане разбредутся по лагерям и даже если кто из других баронов явиться с какими требованиями или прошениями на официальном уровне, то мы всё сделаем так, что комар носа не подточит. Никакие журналисты ни до чего не докопаются. Официально – милиция уничтожила лишь тех двоих Ромеев, атаковавших дом свидетельницы. Ещё двое куда-то сбежали. Детальных описаний нет. Показания соседей и её показания это подтверждают. Она узнала в них тех же кто напал на магазин. Я лично убил их. Пусть будет так, господин, прошу вас. — Поклонился Харин. — Это и в ваших интересах…       — Да как ты смеешь вообще заикаться о том, что в моих интересах, а что нет, лейтенант?! Ты совсем забыл своё место?!       — Никак нет, господин! Моё место на службе этому городу и народу Империи. Если такова будет Ваша воля, то, по итогу я готов сложить погоны и покинуть его, но до тех пор, оно здесь!       — Тц… Мне нужны имена тех, кто тебе помогал…       — Этого не будет, господин.       — Так значит заговорил, да?       — Мои слова ничего уже не изменят. На то, что произойдёт дальше, только Ваша воля, господин. — Ответил Харин вновь поклонившись.       — Хмрррр… — Почти прорычал капитан, вновь отвернувшись к окну и крепко задумавшись. — Лёгкий стук настенных часов отвлёк его и глянув на них он увидел, что уже двадцать пятая минута второго. Шумно вдохнув и выдохнув, он продолжил. — У меня такое ощущение, что вместо моих родных солдат, которые были мне почти как дети, выросла волчья стая, Харин. И все, даже Коля… Все мне врут. Ты преуспел в их воспитании и распространении своего влияния в посёлке. Разве этому я тебя учил?       — Я думаю это было неизбежно…       — Вот именно поэтому… — Вновь развернулся капитан. — Твоё место больше не здесь, лейтенант! Я не считаю это правильным, а ты с твоим потенциалом тут явно засиделся, родной! По возвращению в Екатеринбург, я составлю на твоё имя рекомендательное письмо. Сейчас у нас май, а традиционно, квалификационные экзамены для офицеров милиции и преторианцев проходят в августе. Потренируешься и пересдашь… Это приказ! Ещё одно письмо будет на этого вот… Светлячка…       — Старшина Светлый?       — Ага… Сколько ему уже? Тридцать два?       — Так точно.       — Ну вот… — Спокойно ответил капитан. — В старшинах он уже засиделся. Сдаст с тобой экзамен и сам будет тут опорником командовать, как офицер третьего класса. Ты же, пинком полетишь в мои заместители, как офицер первого класса, понял Харин?       — Я… Я вас понял, господин.       — И если ты думаешь, что обманул меня, то вместе с письмами я составлю приказ и на Пучкова, на повышение звания до старшины. Это в моей власти и без всяких экзаменов. И Колю можешь обрадовать… Он станет капралом милиции.       — Да, думаю они будут рады, господин.       — Если я не могу показательно вас всех вздрючить за самоуправство, то, должен наградить, за образцовую службу. Теперь касательно того парня, что остановил ограбление магазина… Тебе не показалось странным, что ни девчонка, которую он спас, ни ты, ни кто другой его тут раньше не видели и куда он после этого делся никто не знает? Ты сам пробовал найти этого бродягу?       — Да, господин. Но, к сожалению, … — Взмахом руки, капитан перебил его.       — Ладно, хватит. Знаю, что хочешь сказать. Знак «ГТО» на груди у него, больше не знаем о седой башке ни-че-го… Если так, то я буду его искать, Харин. И если ты мне сейчас врёшь и что-то знаешь, то лучше бы тебе признаться, пока я сам не докопался до сути. Этот бродяга может стать нашим якорем если от него о произошедшем в лагере пойдёт утечка, понимаешь?       — И что вы предлагаете? Найти его и…       — Для начала, неплохо бы выяснить кто он, блядь, и что он… Вот ты ж… Сразу самое худшее думаешь…       — Виноват, господин. Я настаиваю на том, что уже сообщал. Я понятия не имею кто он. Обычный бродяга. К произошедшему он не причастен и никак не может быть тому свидетелем.       — Добро, Харин. Пока, свободен… — На этом, Харин с поклоном развернулся и направился за двери. В момент, когда он открыл одну из створок, он услышал…       — Подумай, Женя… Хорошенько подумай… Кто и что тебя защищает. Свободен.              

***

      Дорогой дневник…       Чёрт… Как же неловко даже писать всё это… Ладно… Просто буду делать так как он сказал. Всего час-полтора перед сном. Не самое худшее чем приходиться заниматься в последнее время. Возвращаясь мыслями на пару дней назад, я, конечно не жалею о том, что попросила Эшли учить меня, но… Теперь я не знаю, чем это закончиться.       Началось всё в ночь с пятницы на субботу. Именно в этот день, можно сказать, началась моя «вторая жизнь». Жизнь без отца, матери и даже младшего брата. Жизнь, которую я полностью изменю и смею надеяться, что пройду рядом с ним… Уж простите меня, но… Ещё в четверг вечером, я должна была быть мертва, но, только благодаря ему и его воле я ещё дышу. Так что это наименьшее, что мне сейчас следует делать.       Следующие два дня, а именно суббота и воскресение прошли очень беспокойно. Почти все эти дни я проводила либо в опорном пункте милиции, либо в сопровождении лейтенанта Харина. Его капитан, выслушав мой повторный допрос также настоял, чтобы отдельно со мной поговорил наш поселковый духовник. Отец Антуан или Антон, если по-нашему… Он всегда меня напрягал своим въедливым взглядом и, наверное, потому, я прекратила ходить в церковь после смерти папы. Благо, Женя, или лейтенант Харин тщательно проинструктировал меня и не поленился лично пообщаться с моими ближайшими соседями о произошедшем, прежде чем к ним и ко мне в воскресение нагрянули его капитан с двумя офицерами по гражданке и помощником прокуратора региона. Я повторила всё слово в слово и переписала показания чётко так, как сказал лейтенант. Если у меня всё получилось, то у остальных и подавно всё будет хорошо…       Надеюсь.       Итак, как мне и велел Эшли, который, естественно, остался в моём доме, пусть и долго пытался придумать отмазку, да и в целом, его явно что-то беспокоило, и он долго обдумывал своё окончательное решение, я буду вести этот «дневник развития». Он сказал, что для мага – это важная штука. Что-то вроде книги заклинаний из типовых историй о великих и не очень, волшебниках и колдунах. Спорить с этим я не буду. Я вообще не много знаю о магии… Если честно, то почти ничего. Только то, что мне рассказывал отец, священники в церкви, учителя в школе и то, что я мельком прочитала в его книгах, которые, похоже, придётся вновь тщательно перечитать, а это…       Даже думать не хочу о том на сколько это затянется…       Итак, учитывая, что дневник будет посвящён в основном тренировкам, с учётом того, что начинаю я писать его на второй день, я постараюсь рассказать обо всём подробно.              

«День первый»

      Пусть я и довольно рано уснула и особенно не устала, подъём в шесть утра дал о себе знать. Кроме общения с милицией и посещения опорного пункта, я была занята вчера лишь на кухне и слегка помогала Эшли в починке дома. Предстояло вставить окна и двери, которые вылетели, что-то сделать с этой обугленной воронкой вместо летнего столика, починить забор и крыльцо. Я была скорее принеси-подай, а потому в основном могла лишь удивляться тому, как он ловко разобрался с инструментами отца и за одно лишь воскресение половина работ была завершена. Новые окна и двери уже стояли на положенных местах. Ну, к утру уже точно…       Получая от уже проснувшегося или даже ещё не ложившегося (кто ж его знает) Эшли новые ключи, я направилась из дома на дорогу. Первое, что меня удивило, так это то, что он собирается бежать со мной. С его слов, он будет задавать темп и укажет новый маршрут. Предстояло бежать уже не три как я привыкла или пять, на что я надеялась, а все десять километров. Он сказал, что мне следует выполнить минимальный офицерский зачёт, а именно…       Десять километров бега.       Сотня отжиманий (помогите…).       Сотня на пресс (ну это ещё выполнимо).       Сотня приседаний (и это после бега?!).       Перед этим, переодевшись во второй вариант спортивного костюма – короткую белую майку, едва достававшую до пупка, облегающие штаны с натяжками на стопы и высокими кроссовками, мне предстояло ещё тщательно размять все суставы махая руками и ногами. Сделать «лёгкую» растяжку, от которой хотелось заплакать, но я сдержалась и теперь покидать свой дом мне предстояло исключительно прыжком через забор. На удивление, получилось со второго раза. В первый я приземлилась животом на кирпичи и ещё повезло, что я упёрлась сперва руками. Вторая попытка прыжка уже была засчитана несмотря на то, что я сперва едва-едва запрыгнула сперва ногами на забор, а только потом уже спрыгнула с него на улицу.       Бежать пришлось за Эшли наблюдая впереди его спину в белой футболке, серебристые волосы и как его белые кроссовки несут его вперёд. Сперва показалось, что всё не так плохо и я даже почти не отставала, но спустя примерно три километра, я начала понимать, что поддерживать такой темп будет очень и очень непросто и я вообще усомнилась в том, выдержу ли, когда он отдалился почти на сотню метров и мне пришлось рвать жилы, чтобы догнать его…       В качестве маршрута он выбрал один круг вокруг всего чёртового посёлка, а это, как мне показалось, даже больше «десятки». Потом перепроверю, но сейчас, надо сосредоточиться на дыхании. Когда я отставала слишком сильно, он всё же снижал темп и позволял поравняться с собой, показывая пару дыхательных фокусов, для быстрого восстановления, короткой передышки на бегу и восстановления прежней скорости. По ходу продвижения дорога менялась с почти идеального асфальта, на разбитый и частично засыпанный щебенью, а затем и вовсе на широкую грунтовую дорогу через поля к горе, а там снова поворот на почти идеальный асфальт в сторону посёлка. Бегом через окраины с полуразбитым асфальтом и местами грунтовкой и поворот в сторону центра и выход к нашему дачному кооперативу по грунтовке. В конце, я едва не выплёвывала лёгкие, догнав Эшли недалеко от ворот своего дома. Хотелось упасть и растаять под этим утренним солнцем, но я выдержала лёгкое головокружение и осталась на ногах, пусть пот и лил с меня в три ручья. Возможность попить холодной воды и слегка полить ей же голову была словно награда, а ведь это было лишь начало. После пяти минут околачивания рядом с забором, который предстояло перепрыгнуть, я всё же смогла собраться и так же неловко и чуть не упав обратно, запрыгнула на него уже с первой попытки.       Эшли лишь хмуро сообщил, что в идеале я должна легко припрыгивать через него, а сам пошёл домой, где в межкомнатной зале, меля уже ждал расстеленный коврик для пыток, то есть, для отжиманий и качания пресса. Он же, стоял и засекал время. И если с прессом у меня получилось справиться за три подхода, сорок, сорок и двадцать, то вот с отжиманиями была беда… Получилось лишь семьдесят, поделённые на сорок и ещё тридцать и последние уже были очень кривыми и из последних сил. После небольшой передышки, ведь встать после отжиманий я не могла минут пять, я решилась выйти за ним на улицу, где на долбанной дорожке между воронкой и крыльцом, я отрабатывала акробатику.       Выглядело это странно, но спорить сил не было…       Три кувырка вперёд… Весьма болючих, кстати, для спины и шеи, попытка ударить Эшли (удар я выбирала сама), которую он легко заблокировал и отбил, а затем резко те же три кувырка назад и перед первым он ещё предупреждал об ударе если долго буду думать. В момент первого падения с кувырком назад надо мной действительно пролетела его нога, ощутимо всколыхнув воздух. Так же отработала ещё и кувырки через каждое плечо, колесо, которое я со времён школьной физкультуры не делала. На первом колесе, я промедлила и получила болючую подсечку по рукам. Как только шею не сломала – загадка, но было больно. Между элементами по пятнадцать приседаний. Думала, что будет хуже, но ноги не отвалились. Так я сотню и набила по итогу.       Эшли оставил меня помирать одну, а сам ушёл «на охоту». Мне предстояло принять контрастный душ. Сперва просто смыть весь пот горячей водой, а после перейти на холодную и постоять уже под ней. Это уже было хуже, чем я себе представляла, а потому долго я не выдержала. Секунд десять, потом я выключила воду и чуть погодя включила холодную ещё на десять секунд.       Брррр… Пожалуй, хватит!       Бодрости прибавилось, и я переоделась в свою обычную белую футболку и средней длины юбку. Не дожидаясь Эшли, я начала готовить остатки каши и добавила в свою порцию молока, как и настаивал Эшли. Он сказал, что за эту неделю мне надо хоть немного укрепить кости. Когда я доела порцию каши и вчерашнего салата, я сделала чай. В этот момент Эшли явился с четырьмя пойманными кроликами и почти полной корзинкой грибов.       Сперва я приняла это за издевательство, но он не столько издевался, сколько реально учил. Предстояло освежевать и разделать этих кроликов, что пригодиться в будущем походе, который он согласился отложить лишь на эту неделю.       Докупив продуктов, позже я приготовила рагу. Шкурам тоже нашлось применение… Услышав, что для завершения ремонта нам нужна куча песка. Один старый ветеран – мой сосед через пару домов, согласился нам отдать несколько мешков в обмен на кроличьи шкуры. Одну я испортила, а трёх ему было мало, пришлось обещать, что будут ещё минимум пять шкур, так и договорились.       Пока я занималась готовкой, Эшли почистил от оплавленного камня и разровнял воронку, потом засыпал её песком. Получилось большая песочница и Эшли сказал, что тут можно будет отрабатывать падения, от чего я была совсем не в восторге…       Вечером перед ужином, мне предстояло снова перепрыгнуть забор, что было сделано с тем же успехом, но хоть уже с первой попытки и пройти все те километры вокруг посёлка, но с изюминкой… Суть была в том, что мне надо было с каждым шагом приседать и вставая пробивать кулаком вперёд по воздуху принимая правильную стойку. И так примерно первый километр. Дальше то же самое, только удар ногой вперёд. Затем другой ногой… После резко прикрыть голову и, если я допускала грубую ошибку, Эшли не стеснялся резко ударить мне по руке, ноге или спине. Он, сильно сдерживался, чтобы не травмировать, но всё равно это было чертовски больно. Примерно каждый километр действие с «шагом» менялось. Кроме ударов по воздуху и блоков с каждой стороны, были ещё и толчки двумя руками вперёд, а после выпады локтями с шагом вперёд в одну и другую сторону.       Казалось просто, но домой я пришла выжатая как лимон, и солнце уже минут двадцать как полностью зашло за горизонт. В ванной, перед вторым контрастным душем, я с грустью смотрела на все те синяки, что получила тогда. Холодная вода слегка успокоила и поняв, что Эшли уже сам поужинал и принял свой холодный летний душ, я ушла читать теорию магии и сама не заметила, как уснула, мало чего поняв…              

«День второй»

      Пробуждение во второй день далось ещё тяжелее чем в первый. Всё тело ломило от боли, а больше всего болели ноги. Разминка и растяжка со стаканом холодной воды и умыванием ещё более холодной водой помогли, но кардинально не изменили ситуацию. Вновь две попытки на то, чтобы перепрыгнуть забор… Боль в ногах всё же мешала сильнее чем ожидалось и пришлось реально напрягаться. В этот раз я была в широких красных спортивных штанах матери, привезённых ещё с Китая и большой отцовской белой футболке. Мои вещи всё ещё сохли после вечерней стирки.       Эшли, в этот раз, будто бы знал, что мне никак не выдержать тот темп, который он задавал, а потому даже не пытался подгонять. Похоже, сегодня добежать до финиша, уже будет победой. Я значительно от него отстала и лишь иногда замечала его на горизонте и то, как он оборачивался, следя за тем, чтобы я либо не померла, либо не сбилась с маршрута. Ближе к концу, второе дыхание всё же дало о себе знать, и я смогла вернуть нормальный темп. Догнав Эшли уже почти у ворот дома, я наконец позволила себе остановиться, но в ответ услышала лишь…       — Ладно, я на второй круг. Пока займись прыжком и отжиманиями с прессом.       — Издеваешься?! — Крикнула я ему в след, но он побежал ещё быстрее прежнего, а я осталась ловить воздух ртом с языком наружу как собака и с грустью смотреть на долбанный трёхметровый кирпичный забор.       Передохнув после бега около пяти минут, я всё же потратила целых три попытки, но, по итогу, честно запрыгнула на него и шагнула вниз, на вторую попытку, не удержавшись и свалившись спиной на асфальт. Чередуя отжимания с прессом, я отдыхала чуть больше положенного и допила бутылку воды, которая полагалась на всю утреннюю тренировку. Пока Эшли не видит, пополнила запас из холодильника. Ну и ещё один подход на пресс и отжимания, чтоб им… В этот раз даже семьдесят отжиманий, казалось, сломают мне кости в области локтей и плеч. Боль была жуткой, но даже повторить вчерашнее – уже хорошо. Когда я вновь вышла на улицу для отработки акробатики, Эшли уже ждал во дворе и заодно сам делал долбанные отжимания, только с хлопками.       Точно издевается…       После того как он в один подход завершил сотню даже не сбив дыхание, приступили к той же акробатике, что и вчера. В этот раз я была внимательна и не медлила на обратных кувырках и особо не целилась перед тем как бить его. Один чёрт, всё ушло в блок, а мои руки и ноги отлетали в стороны из-за чего сохранять равновесие было той ещё задачей. Приходилось буквально падать и уходить из-под удара и быстро. Между делом приседания и водопой. Вторая бутылка ушла только за эту треть тренировки, но Эшли ничего не сказал. Пока он снова ушёл на охоту, я пошла в душ и сегодня переносить перепад температур было полегче или это сработало самовнушение, не знаю…       На завтрак – банан, стакан молока и варёное яйцо. Маловато, но пофиг… Немного прибралась в доме пока его не было и продолжила перебирать из вещей всё то, что сможет пригодиться, а заодно выносить часть мебели, которую отдавала соседям по дешёвке…       Для начала новой жизни дом предстояло продать, а новые хозяева всё равно будут всё своё завозить. Денег получалось не особо много, но я хотя бы могла себе позволить вовсе не работать вело-курьером на этот и три соседних посёлка. При этом покупать весьма качественные продукты.       Эшли приволок ещё грибов и кроликов. После свежевания и разделки, наконец расплатилась со стариком-соседом за песок часть грибов пожарила, а часть ушли на будущий грибной суп. В город поехать всё же пришлось, не только за свежими продуктами, а и заодно убедиться, что мои объявления о продаже разослали по почте и разместили в двух газетах. Хлопоты по сделке Эшли, и я уговорили взять на себя Лейтенанта Харина. Он, хоть и со скрипом, но согласился, поэтому везде указывался его личный номер. Ещё раз предупредила его, а заодно узнала о том, что капитан и помощник прокурора уже свалили и это не могло не радовать. После плотного обеда, я вновь засела за книжки отца, в этот раз по охоте и выживанию в лесу. Эшли сказал, что это будет поважнее чем теория магии. Сама не заметила, как из трёх часов свободного времени лишь один смогла нормально прочитать, а почти на два просто вырубилась.       Проснувшись от ледяной воды в лицо (спасибо Эшли), я, едва не покрыв его матом, всё же сдержалась и переоделась для вечерней тренировки.       Сегодня её суть была в том, чтобы пытаться нападать на него и постоянно падать на песок после его бросков. Иногда я даже не сразу понимала, как именно оказалась в воздухе и какими силами меня переворачивало в полёте. Удары о песок бёдрами, спиной, боком, коленями и частенько затылком и лицом были болючими, но хоть не на асфальт и на том спасибо. Главное было быстро встать, чтобы не получить штрафной удар уже лёжа. Я пропустила лишь один такой и больше не захотела. Было очень больно. В конце, когда сил почти не осталось я один такой заблокировала и резко ускорившись, всё же поднялась на ноги.       По итогу, от головокружения меня едва не стошнило и даже стоять было невыносимо. Перед глазами всё плыло, суставы и новые синяки болели в унисон со старыми, а на всё это накладывалась крепатура. Пришлось больше десяти минут просто сидеть на крыльце перед тем как я смогла просто встать на ноги и пойти в душ. От ужина я отказалась, ибо аппетита не было совсем и Эшли сообщил, что теперь, перед сном, мне следует ещё и оставлять записи в этом вот дневнике. Спорить сил не было, и я смиренно приняла новую задачу.              

«День Третий»

      Жуткая боль в мышцах не отпускала, похоже, что даже температура поднялась и я едва-едва смогла просто встать с кровати, но Эшли сообщил, что если не преодолеть себя сейчас, то и смысл этих тренировок будет утрачен чуть более чем полностью. Если уж совсем никак, то лучше принять обезболивающие и выпить энергетиков. Я сперва сомневалась, но, Эшли сказал, что это лишь стимуляторы, а я достаточно сильна, чтобы организм всё же не угробить окончательно и от стимуляции на один день последствий почти не будет.       Поверив ему, я так и сделала и после тяжелейшей разминки за всю жизнь, я начала чувствовать бодрость и облегчение. Боли и усталость всё же отступили, пусть и не полностью. Перепрыгнув забор с первого раза, я даже обрадовалась и на этой волне, во время бега я лишь один раз отстала от Эшли после середины маршрута, а в конце догнала его куда быстрее. Усталость, правда, затем догнала меня и истекая потом, перед прыжком через забор пришлось взять пятиминутную передышку, но я справилась. Отжимания дались легче чем вчера, и я сделала целых два полных подхода по сорок, попытавшись добить, вышло лишь ещё десять, а потом руки просто не удержали мою тушку. Ну и этот рекорд уже как мировой.       В акробатику были внесены изменения. Теперь вместо обычных кувырков, были прыжки вверх и вперёд с кувырком, но обезбол делал своё дело, и я почти не ощутила разницы. Колесо теперь с опорой лишь на одну руку и получилось далеко не сразу. В начале и в конце пришлось упасть, чтобы на своей шкуре понять, как правильно балансировать. Бить Эшли теперь даже вызывало у меня идиотскую ухмылку, но его ответные удары теперь были без предупреждений криком, и я едва успевала отреагировать. Я точно стала быстрее, но он блокировал всё также будто и не заметил разницы.       Контрастный душ в этот раз даже принёс некоторое удовольствие и больше не хотелось закричать от перепада температуры воды. Синяки постепенно сходили на нет и это радовало, а новых особо не наблюдалось. Теперь я делала куда меньше ошибок, чем в первый день. На завтрак в этот раз два банана, два яйца и привычный стакан молока. Эшли сообщил, что силы организму нужно откуда-то брать, а если дошло до приёма лёгких стимуляторов, то есть следовало больше.       Неожиданно, почти сразу после ухода Эшли на охоту и моих сборов в город, для передачи ковров на оговоренную продажу и закупки части туристического снаряжения, ко мне в ворота постучал капитан, одетый в офицерский комбинезон с бронежилетом и с двумя своими помощниками в гражданской одежде.       — Доброго утра или уже дня, госпожа Мерлоуз. Капитан народной милиции Константин Рожин. Это… — Указал он на своих людей. — Оперативные офицеры. Если вы не против, мы зайдём, осмотримся? — Ухмыльнулся он и не дожидаясь ответа, кивнул своим, и они прошли внутрь, доставая из открытых чехлов на бёдрах револьверы. Сам капитан предостерегал меня от входа в дом и будто прикрывая от чего-то держался рядом со мной во дворе, внимательно осматриваясь по сторонам. Чуть побегав по дому внутри они, как в долбаных фильмах забегали в каждое помещение с револьвером перед собой крича «чисто!». После доложили капитану, а тот велел им осмотреться за домом и даже в уже опустевшем погребе. Но и там они ничего не обнаружили.       — Чисто, господин. Бродяги как будто и не было тут… Вещи, правда, самые разные разбросаны. В том числе и мужские…       — Госпожа Мерлоуз, не хотите пояснить? Вы точно живёте одна? — Настойчиво спросил здоровяк-капитан, которому я едва по грудь была ростом. Своими пышными усами, лёгкой щетиной и широким подбородком, а также строгим взглядом он напомнил мне отца, каким он был в моём детстве. Тогда, он казался мне таким же высоким и здоровенным, но сейчас я понимаю, что по комплекции, мой отец был примерно такой же как Эшли, а этот тип явно куда здоровее. И всех троих объединяла эта их военная выправка и почти идеальная осанка.       Из-за всего этого я слегка опешила и испугалась, но сейчас смелость вернулась, и я, нахмурившись, ответила.       — Одна… Какое вообще это имеет значение, а?! И что здесь происходит?!       — Хех… — Выдохнул капитан.       — Вещи эти ещё от отца остались. Вот продаю потихоньку и после всего думаю о переезде в другой регион! — Произнесла я, повысив голос.       — Ясно… Ребят, на выход. — Приказал он и кивнул им в сторону открытых ворот, а сам с задумчивым видом прошёл вперёд и глянул в небо, а затем на меня. — Госпожа Мерлоуз… Я настоятельно рекомендую вам пойти на контакт и сотрудничество. Любой другой вариант, может быть опасен, в первую очередь, для вас лично… Особенно, не следует доверять подобным бродягам. Вы ведь приняли его у себя? Того парня из магазина? Того, кто ещё спас вас на мосту? Вы знаете, о ком я…       — Я понятия не имею… Я его только тогда и видела! Я… Да что это за допрос вообще?! Насколько я знаю, вы не имеете прав на подобные выходки! Если я в чём-то виновата, то…       — Вас никто ни в чём не обвиняет. Я лишь предупреждаю. Не он та сила, что вас защищает, госпожа, а мы. Определитесь, на той ли вы стороне силы, сами ведь знаете о двойственной сущности всевышнего…       — Так, хватит! — Выкрикнула я. — Если у вас есть ещё вопросы –вызывайте официально! Я больше не хочу говорить с тем, кто вот так вломился в мой дом и ищет тут то, чего нет, понятно?! — Капитан не повёл и бровью от моего крика. — Уходите!       — Хех… Что же вы задумали, лорд Виктор… — Глянув куда-то в сторону, пробубнил он.       — Я сказала вам уйти! — Повторила я. На этом он всё же развернулся и молча покинул мой двор через ворота. За забором, он ещё некоторое время перешёптывался со своими подчинёнными, а те пошли бродить по соседям. Сам он куда-то свалил, а я, побоявшись, выходить из дома набрала номер лейтенанта и сообщила ему о произошедшем. Он сказал не волноваться и подтвердил, что лучше мне из дома сегодня ни ногой, а с продажей ковров он поможет, заодно заедет и разведает обстановку.       — Всё, как и ожидалось… — Произнёс Харин уже через полтора часа забиравший у меня три ковра, для передачи новым владельцам. В этот раз он и сам был «по-гражданке» на байкерский манер в кожаной куртке и тёмно-синих джинсах. — Пасут тебя эти два барана… Сегодня пусть пасут. Вечером отвалятся в любом случае…       — И что теперь? Эшли ведь…       — Он не настолько тупой, чтобы так просто попасться… Сегодня его не жди. Думаю, будет только после заката. Ох, и подкинули вы масла в огонь…       — Мы?       — Ну да… Слишком много внимания к одной персоне. Если капитан лично заинтересовался, значит узнал, что-то такое, что… — Задумался Харин закрепляя ковры на мотоцикле. — А, впрочем, плевать… Я, почему-то, верю, что за Эшли особых грехов нет. Если бы чего было, то капитан бы не рискнул в одно лицо тут его пытаться выловить. Они ведь примерно равны в силе.       — Но он был не один…       — Этих петухов имеешь в виду? — Скривился Харин. — Слабаки… Они и офицерами-то стали на подмазках и лести. Третий класс их предел… Они нашему бродяге на один зуб. Не переживай… — Потрепал он меня по голове.       — Меньше всего хочу ещё в какой-то бой ввязываться… — Отмахиваясь от его руки, ответила я.       — Ух какая ты стала колючая, а ведь я помню ты ещё девочкой постоянно тут бегала за моим мотоциклом и просила покатать, когда я только-только сюда перевёлся и возглавил опорник… — Я тут же покраснела.       — Это было давно и уже не правда…       — Ладно, иди давай домой. — С улыбкой произнёс он и заведя мотоцикл поехал без шлема в сторону города.       Ближе к вечеру, Эшли так и не явился. Я решила выйти на тренировку сама и повторить то, что делала в первый день. Поход вокруг посёлка с отработкой ударов, толчков и блоков. Без Эшли, конечно, было легче. Никто не подгонял и не бил палкой. Не уверена, но вроде особых ошибок я не делала. Вернулась уже через час после заката, а Эшли уже сидел на кухне не включая свет.       — Удар локтем и рывок плавает, и ты сильно скользишь… — Прокомментировал он. — Остальное почти идеально, молодец.       — Тц… Не хочешь пояснить какого чёрта тебя ищет милиция? — Возмутилась я. — Вряд ли они так взъелись только из-за тех цыган. Тем более лейтенант закрыл этот вопрос… Ну, наверное…       — Да, тут ты права. И то, что я просто опасный элемент во всей этой ситуации, которому нельзя доверять, не поясняет такой их активности… — Поднялся он на ноги. — Слишком долго я здесь… Всё идет не так как хотелось... — Повернулся он ко мне.       — Эшли… — Начала я. — Если честно, то… Кроме вот этого всего про бродягу и прочее…       — М?       — Кто ты вообще такой? Ты преступник в бегах?       — Нет. — Ответил он.       — Тогда почему ты скрываешься. Почему даже капитан милиции говорит, что ты опасен?       — Ну, частично он прав… Любой маг моего уровня – это катастрофа для такого вот поселения, где нет толком лишних сил. Кто-то вроде меня мог бы сравнять з землёй этот опорный пункт, убить всех и спокойно уйти. Их опасения вполне обоснованы. — Пожал он плечами.       — Только из-за силы?       — Ну… Это основная причина. Вторично, то, что я не спешу идти на контакт и вызываю подозрение.       — И почему же? Что ты скрываешь от них?       — Ничего особенного. Просто… Если будешь дальше идти за мной. Тебе придётся делать так же. В этом мире каждый преследует лишь свои интересы и за мой счёт я не хочу позволять кому-то прикрывать свою задницу, только и всего. Опасаясь утечки, этот капитан хочет гарантий, что ничего из произошедшего в лагере не всплывёт и единственный ненадёжный элемент здесь – это я.       — Думаешь, он тебя хочет уб…       — Не драматизируй. Скорее лично убедиться в том, что я не стану для него занозой в одном месте. Выяснить, что я знаю… Может запугать, но мне плевать на него, и я не собираюсь даже вникать в его хотелки и хотелки других. Потому и действую вот так…       — Ясно… — Опустила я голову и он, подойдя в упор, коснулся моего плеча.       — Теперь, поужинай и отбой. Заодно глянь на свой рюкзак и часть снаряжения в коридоре.       — Так ты…       — Не я… — Произнёс он, когда я вышла в коридор и наконец обратила внимание. — Харин передал.       Рюкзак был довольно большим, как и положено. Непромокаемый ковёр, спальный мешок с мини-подушкой. Котелок, куча завязок, да и сам рюкзак, похоже из надёжного материала, пыль и вода ему не страшны. Порадовавшись и плотно поужинав после контрастного душа, я переписала события в дневник и с небольшим опозданием легла спать.              

«День четвёртый»

      На удивление, пробуждение далось легче… Ноги и тело почти не болели, особенно после разминки и я перепрыгнула забор с первого раза. Казалось уже даже чуть не перелетела его одним махом. Бег в том же темпе, что и вчера и усталость та же, но сегодня без стимуляторов, а значит я уже стала сильнее и выносливее. Как бы я не сомневалась, но методика Эшли работает. По крайней мере на физическое развитие и укрепление тела. В магии, особой практики я пока не выполняла, но в книгах отца было много о связи состояния тела и общей выносливости с магическим потенциалом. Проводя ману, маг всё же расходует ресурсы тела, и сама мана восполняется из них, а потому, чем я сильнее физически, тем лучше и больше смогу колдовать.       В теории…       Акробатика была та же, но было куда легче. В этот раз всё было сделано без ошибок и куда быстрее, чем вчера. По отжиманиям, кое-как добралась до вожделенной сотни, хоть и опять словно через мясорубку пропустила руки, которые едва не отваливались…       Душ, потом двойной завтрак и готовка, а заодно практика в сборе и разборке рюкзака. Плюс к этому, Эшли показал, как «правильно» в несколько способов разжигать костёр и складывать дрова. В этот раз, на обед будет еда с костра, а после я поехала за продуктами и продлить объявления о продаже. Харина, я так и не встретила и дозвониться до него не смогла ни из дома, ни по таксофону. В опорник не поехала, мало ли… Эшли остался в доме и когда я вернулась, сообщил, что отрабатывать удары я сегодня снова буду одна, потому, что слежка продолжалась и эти ребята оказались настойчивее чем он думал. Так вечер и прошёл, после заката возвращаясь в дом, я услышала позади…       — Госпожа Мерлоуз? — Окликнул меня мужчина возрастом примерно, как тот же Харин, но в спортивном костюме. Либо зрение стало лучше, либо я более внимательной, и я сразу узнала в нём одного из тех, кто приходил ко мне с капитаном. Второго видно не было, но по сторонам я на всякий, осмотрелась… — Не бойтесь вы так… Я из милиции. Помните меня? Если нет, то я представлюсь… Офицер третьего класса, Павел…       — Не важно… — Напрягшись перебила я его, когда он подошёл ближе пяти метров. — У вас ко мне срочное дело?       — Ну-ну… Вам бы быть повежливее… Я ведь ещё не докладывал капитану, что вы всё же скрываете бродягу? Он сейчас в доме?       — Нет. Я живу одна! Послушайте… Что вам нужно?! Я не…       — Вы не будете против, если я осмотрюсь, сейчас, так? — Он кивнул в сторону дома схватившись за кобуру с револьвером также перебив меня.       — Я буду против! — Неожиданно раздался за моей спиной знакомый мужской голос. Резко развернувшись я увидела идущего в его куртке и джинсах, очень хмурого и недовольного лейтенанта Харина. — Тиа… Зайди в дом. — Настойчиво произнёс он.       — О, офицер Харин… Вы здесь…       — Я здесь, псина. И для тебя это не значит ничего хорошего! — Гаркнул он на его и вытащил руки из карманов.       — Вы…       — Тиа, в дом, сейчас! — Крикнул он уже мне и я, кивнув, поспешила всё же зайти, неожиданно для себя, легко перепрыгнув забор даже не коснувшись его ногами. Видимо, адреналин…       — Грубо, лейтенант. Я…       — Тебя тут и быть не должно, младший лейтенант! Забыл своё место?!       — Давайте не будем… — Слышала я их разговор уже за забором.       — Ты забыл своё место, пёс?!       — Что вы себе…       — Что ТЫ себе позволяешь?! Ты ведь сотрудник регионального управления, так?! Вот туда и катись, под бок к капитану! Любые действия здесь, любые контакты с местными, должны быть согласованы… Со мной!       — Мы на одной стороне…       — Вот именно, а ты решил следить за девушкой и её домом, даже не поставив меня перед фактом. Пока я командую здесь, этого не будет. Возвращайся к капитану бегом и передай что Я сказал! Если без официального приказа ты или кто тебе подобный нарисуется, здесь не придя сперва ко мне в кабинет и не постучав… Просто убью.       — Да ты сдурел, Харин?! Я тебя сам арестую за угрозу офицеру! — В момент, когда тот парень выхватил револьвер, через глазок я увидела, как из-под ботинок Харина и вокруг него засверкали дуговые разряды и растопырив пальцы правой руки он пережал предплечье своей левой рукой собирая ману и превращая её в самые настоящие молнии с характерным звуком и вспышками, больно бьющими по глазам. И похоже не только мне… Тот парень прикрылся от света и едва револьвер не выронил, а Женя, резко изменив стойку взмахнул рукой от груди и направил в него разряд молнии с пятнадцати метров. Того парня скрутило, а его ветровка начала дымиться. Сам он упал на колени во всё горло заорав от боли. Женя выставил руку, искрящуюся молнией вперёд произнеся…       — «Шок! Арест!» — И сжав кулак будто усилил напряжение, заодно и мне ударив этим неприятным звуком по ушам. Револьвер тот парень всё же уронил. Его руки оказались будто связаны за спиной, головой он упёрся в землю, а всё тело будто схватили судороги. Подойдя к нему ближе, Харин разжал кулак и погасил молнии как на своей руке, так и на парне. Лишь лёгкий дымок пошёл из его слегка дрожащей ладони и более плотный дымок от подгоревшей куртки и футболки, окутал стоящего на четвереньках парня.       — На моей территории я не угрожаю, а говорю, как будет! Понял? Теперь… — Резко рванув вперёд Харин пробил по его лицу с ноги как по мячу, когда заметил, что тот потянулся к револьверу.       — Ах! Бля! — Раздалось от парня, схватившегося за сломанный нос.       — Это было первое и последнее предупреждение. — Подняв его револьвер, произнёс Харин. — Утром, жду тебя за револьвером. Как сможешь ходить, провались отсюда. — Презрительно глянув на корчащегося от боли и смотрящего на него снизу-вверх парня, добавил Харин и направился пешком в сторону центра. На крыльце, опешившую меня уже ждал Эшли.       — Силён, правда? — С ухмылкой прокомментировал он произошедшее за забором. — У нашего лейтенанта ещё и явная предрасположенность к молнии из трёх базовых стихий.       — Предрасположенность? — Переспросила я.       — Ага… Пусть маги могут пользоваться огнём, льдом и молнией или громом как называли раньше, но, одна из стихий всегда будет иметь приоритет. Это есть в каждом.       — И у меня?       — Ага… Это база. — Кивнул Эшли.       — А у тебя какая предрасположенность?       — Хех… Давай в душ, ужин и спать. — Так и оставил он меня без ответа, но этот разговор мне запомнился до конца дней. Видимо так теория магии усваивается куда лучше. С наглядным примером…              

«День пятый»

      В этот раз, я будто поймала новый виток мотивации и старалась изо всех сил. Если все эти страдания ради того, чтобы вытворять, то, что может делать лейтенант Харин, то я согласна на всё и сегодня, с первого раза просто перелетела через долбаный забор, сразу после разминки.       Бежать тоже было куда легче, хоть в конце я всё же поняла, что перегнула со скоростью. Эшли уже не контролировал мой темп, а потому перед домом, привычно едва не падала и хватая ртом воздух истекала потом. В акробатику Эшли включил уже и сальто вперёд и назад, а удары теперь надо наносить исключительно из «правильной» стойки, но с этим я справилась без проблем. Не зря столько отрабатывала на ходу. Отметив мой успех и похвалив меня, он сообщил, что сам направиться за продуктами и оставшимся снаряжением, а мне велел разобраться наконец с вещами после душа и завтрака. Для себя он выбрал старую кожаную куртку отца с капюшоном и с вторично подшитой, более крепкой молнией. Полевые штаны и белые кроссовки оставил свои. Собрав вещи, приняв покупателей вынесенной заранее во двор, оставшейся мебели, включая кровати и исключая лишь кухню, я получила десяток серебряных рублей и почему-то была очень довольна, хотя, по сути, опускаюсь на дно…       После обеда, постелив вернувшемуся Эшли уже в комнате родителей и себе в своей комнате на матрацах, я вышла на вечернюю тренировку. В этот раз она была разделена на две части. Сперва предстояло с плотно завязанными глазами определять стороны света на песочной площадке, с чем я на удивление справилась и также по звукам и чувству присутствия, нападать на Эшли и падать, и падать, и падать на песок. В этот раз уже не тошнило, хоть голова кружилась прилично, а проклятый песок был везде, отмыться было трудно. Особенно волосы, чёрт бы его…       Смотря на себя в зеркало, я заметила, что неплохо похудела. Ушло около пары сантиметров в ногах, руки правда прибавили и появились очертания мышц даже без напряга. Попа явно стала выделяться куда больше, как и спина стала более подтянутой, грудь пусть и уменьшилась, но всего чуть-чуть или я просто так себя успокаивала. В плечах стала чуть-чуть шире и явно стала выглядеть крепче, а на животе начал слегка проявляться пресс.       Охренеть какие результаты за такое короткое время! Да я такого не помню после месячных физкультурных марафонов и строжайших диет, которыми себя изводила в четырнадцать и шестнадцать!       Впервые я легла спать полностью довольная результатом тренировок и уже даже не обращая внимание на тяжесть и боль.              

«День шестой»

      Здесь и сообщить толком нечего. Крепатура наконец полностью прошла, оставив приятную лёгкую тяжесть в мышцах, которая ушла после разминки.       После бега, Эшли встречал меня уже медитируя на заборе.       — Хех-хех… — Всё ещё сильно уставая от такого бега, тяжело дыша, произносила я. — Одиннадцать с четвертью…       — Чего? — Недоумевал он.       — Километров… Столько ты заставлял меня бегать. Я… Хех… Наконец посчитала длину маршрута. Вот ведь… Хех…       — Ну… — Почесал он затылок. — Не велика разница… Пойдём. — На этом он просто подпрыгнул с забора метров на пять и виртуозно приземлился в дальнем конце двора. Я не так круто, но, через забор всё же перелетела. Даже без особого отдыха. Тренировка продолжилась. Отжимания теперь на кулаках и в один подход. Даже вчерашние два по пятьдесят не устраивали Эшли на фоне того, что пресс у меня всё же получилось выполнить за раз. Сегодня, со скрипом и хрустом костей, но всё получилось. Я неплохо чувствовала свою силу и как она помогает мне, наполняя мышцы в моменте, когда я уже готова была сдаться. Акробатика всё та же со всеми дополнениями…       Перед обедом, Эшли принёс мой итоговый комплект снаряжения. Белая рубашка, по образцу милицейских подогнанная под мой размер. Новые более свободные, широкие чёрные полевые штаны, с подтяжками для заправки штанин в новенькие чёрные берцы. Также имел место быть крепкий тактический пояс с надёжной офицерской бляхой и имперским гербом в виде двуглавого орла. Эшли успокоил, что в отличие от настоящего офицерского, этот черно-золотой, а в армии либо полностью золотые, либо серебристые у большинства. Сверху рубашки полагался жилет первого класса защиты. Не особо прочный, но лёгкий и удивительно тонкий. От пули защитит только на расстоянии, а вот от ножа легко даже в упор, ну и заодно, наколенники с налокотниками, а также наручи с металлическими, но лёгкими щитками и тактическими перчатками. Выглядела я во всём этом круто, и оно добавляло уверенности в том, что я теперь защищена. Ещё был тёмно-серый с белой окантовкой плащ-безрукавка с отстёгивающимся капюшоном на случай непогоды, неплохо прикрывающий от дождя и ветра. Пару часов я привыкала ходить в этом, потом пришлось вновь переодеться в мамины спортивные вещи, ибо мои уже были в рюкзаке, а эти было не жалко и испачкать перед уходом. В этот раз кроме падений, я также отрабатывала и попытки освобождения из разных болевых захватов. Получилось вырваться лишь из семи захватов из десяти которые показал Эшли и не с первой попытки. Держал он крепко. На руках вновь появились следы после их выкручивания в неестественные положения, но сейчас я вообще не жаловалась, будто приходило понимание того, насколько это важно.       Даже это…       Уже привычный контрастный душ, от которого я даже начала получать удовольствие. Запись сюда и спать…              

«День седьмой»

      На последний день после привычной разминки и бега меня ждал сюрприз.       Эшли объявил, что акробатики не будет и после душа и завтрака сообщил, что мы идем «в гости», а сам при этом ехидно ухмылялся. По дороге мы зашли в местную парикмахерскую, где Эшли сбрили уже неплохо видимую щетину не трогая волосы, а вот мне привели в порядок, а заодно, чуть подстригли уже начинавшие доставлять проблемы отросшие волосы. Теперь они снова, всего чуть ниже плеч и выглядят более свежими.       В таком виде мы явились в чей-то весьма презентабельный дом с большим участком расположенный на окраине посёлка даже не в нашем дачном кооперативе. К моему удивлению нам открыл дверь, слегка пропотевший в обычном спортивном костюме рядовой Николай, который вытаскивал меня из лагеря и из-за меня же получил пулю в спину. Благо, что милиция носит бронежилеты уже второго класса с дополнениями иначе всё могло бы быть очень плохо.       — А, всё же явились… Я думал это шутка… Проходите. — Кивнул он нам.       Внутри, кроме дома уже в два этажа, куда больше моего, я также увидела и забор с сигнализацией и проволокой под напряжением и отдельно летнюю кухню с широкой беседкой и столиком, а вместо участка земли, где ветераны обычно сажали картошку с другими овощами, тут была огороженная, небольшая, но, неплохо обустроенная тренировочная площадка.       — Ого! — Едва ли не присвистнула я. — Неужели в милиции так хорошо платят? Знаешь, Эшли я передумала быть бродягой… — Пошутила я. — Может мне выйти за Колю и заодно самой пойти на службу, а?       — Хех… Ну… — Начал поддерживать мою шутку Эшли.       — Ой да завалитесь вы… И замуж ты опоздала. Этот дом арендует для меня невеста.       — Невеста? — Переспросила я.       — Ну да… Она младше меня. Как-то на экскурсии в столичном музее я вывел к выходу потерявшуюся девочку уже будучи на выпуске из дет. дома. Она возьми и пошути, мол стал бы я её женихом и вообще красивая ли она? Я решил шутку поддержать, девочка и вправду была куда лучше, чем все, кого я до этого видел. На улице её встречал целый кортеж. Думал больше её не увижу… Ага… Она через полгода нашла меня в школе милиции. И выглядела ещё лучше прежнего. Уже была сама по форме. Курсантка Кадетского Корпуса. Сказать, что я офигел – ничего не сказать…       — Вот как… — Ухмыльнулся про себя Эшли.       — Хуже всего, что её, походу, в нашей учебке неплохо знали и командование даже разрешило нашей роте с ней учебный день провести. На спарринге никто, включая меня её и коснуться не смог. Так её и прозвали девочка-призрак из-за того, что перед глазами исчезала, но мне она поддалась и со второй попытки позволила себя схватить и уронить на мат. После этого напомнила мне о той встрече и о том, что я говорил. Как я не пытался съехать на глупость этого и на то, что просто шутку поддержал, она настаивала на своём, согласившись только с тем, что я ей совсем не ровня и её родители, за меня, её никогда не выдадут, а потому мне следует постараться и стать офицером к её выпуску, чтобы мы хоть где-то были на равных, а там уж посмотрим.       — И сколько ей до выпуска осталось?       — Вроде ещё года два…— На этом Эшли нахмурился. — Вот она и платит за мою беззаботную жизнь тут… По её словам, это копейки, а на учёбе тратить деньги ей всё равно негде…       — Значит ты у нас любовник везунчик, а?! — Ухмыльнулась я.       — Да ничего толком не было, не выдумывай, Мерлоуз. Но и с тобой у нас никогда бы ничего не вышло… После того как я её встретил у меня стандарты чуть завышены… — Ухмыльнулся Николай. — Вот и посмотрим сейчас, что ты из себя представляешь. — Добавил он, когда мы прошли на площадку к специально простеленному покрытию над песочницей для спаррингов.       — Спарринг, значит? — Переспросила я, когда уже встала напротив в своей короткой майке и маминых красных широких штанах.       — Ага… — Подтвердил Эшли. — Твой первый…       — Моим первым был… Ай, ну вас! — Глядя на их дурацкие ухмылки отмахнулась я и сосредоточилась. Противник явно серьёзный… Ростом под стать тому капитану. На голову выше Эшли. Хоть и не такой широкий, но тоже весьма крепкий. Очень крепкий… Я как-то недооценила Колю после того, как увидела Эшли, но он реально крут в этой своей короткой футболке и с перебинтованным кулаками. Руки у него очень длинные – плохо… Ноги… Чёрт… Придётся это учитывать и вовремя отходить подальше.       — Если кто вылетит или выйдет за круг… — Произносил Эшли. — Бой окончен! Без ударных заклинаний, но физические навыки разрешены! В стойку! — Я подняла руки ладонями наружу, готовясь хватать или блокировать ими и напрягла коленями, чуть согнув их и поставив ноги шире.       — Бой! — Мы начали ходить по кругу. Я пару раз попыталась подойти, но его боксёрская стойка откровенно пугала. Судя по размерам кулаков – один удар, и я в пролёте. Я помню, как он забил насмерть цыгана. Ох-ох-ох… Как же страшно! Я начала чувствовать, как сердце стало биться быстрее.       — Почему не нападаешь? Если не ты, то… — Он рывком сократил дистанцию, а я едва уловила его скорость взглядом. Охренеть! — Я!       Раз! Два! Три! Четыре!       Чудом я заблокировала четыре его быстрых удара отойдя почти до края. По рукам будто молотком били, но блок выдержал… Когда он замахнулся в пятый раз с секундной задержкой, я поняла, что это будет тяжёлый удар и мне конец. Тут же я нырнула под его левую руку чётко в момент удара и кувыркнувшись через плечо, резко развернулась и понимаясь на ноги пробила прямой с ноги вперёд.       Умы нарвалась на быстрый блок двумя руками и попытку захвата, но тут же упала на спину вырывая ногу… Кувырок назад с переворотом, и я на ногах под его удивлённый взгляд. Я и сама была в шоке… Против меня настоящий боевой маг, пусть и рядовой, а я могу давать отпор! От моего удара он даже отшагнул и вновь встал в стойку уже напрягшись.       Чёрт! Блок!       Я едва успела среагировать на летящую мне в голову ногу. Блок спас, но меня слегка повело в сторону и удар всё же вызвал лёгкий звон в правом ухе из-за хлопка воздуха, а кости прочувствовали этот удар очень хорошо. От боли хотелось выть, но каким-то образом я понимала, что ничего не сломано.       Поймать его ногу я, конечно не смогла. Размашистый удар! Я прогнулась в спине шагнув назад. Вижу… Сейчас будет прямой! Я шагнула прямо под удар и попыталась выполнить апперкот, но он слишком быстрый! Он просто отшагнул и легко уклонился.       Чёрт… Эшли говорил, что у меня потенциал сержанта или выше. И этот парень такой крутой, хотя только рядовой?! Да как так… Он меня превосходит на голову! У меня вообще есть шанс?!       Так, спокойно… Это и есть проверка моего таланта и потенциала. Я не зря столько потела и прыгала. Его можно победить. Его блок можно пробить! Нужно только вдарить от души!       На этом я резко подпрыгнула чуть выше его головы. По сравнению с трёхметровым забором это ещё ничего и решила ударить двумя ногами прямо в лицо в полёте, но едва я согнула ноги, как он согнулся и с разворота направил удар ногой вверх чётко мне в живот сбивая меня на лету и посылая мою тушку в полёт на другой конец круга для спаррингов. Обхватив живот, я, как мешок рухнула на краю. При приземлении отрыгнула воду с молоком и немного каши. Вдохнуть! Как вдохнуть?! Больно… В глазах потемнело… Чёрт! Как больно! Вдох! Фуф… Едва смогла вдохнуть и открыть глаза. Боль не уменьшилась, а в ушах звенело! И он то рядовой?!       Он уже подходил… Быстрее! Надо встать. Как же тяжело отжаться! Чёрт… Дышать больно!       — Кхе! Кхе-кхе! — Отхаркивала я слюну, но смогла подняться на четвереньки.       — Ещё можешь встать? — Спросил он, подойдя почти в упор и получил выпад ногой назад, но успел заблокировать и захватить ногу. Я задействовала вторую, но результат тот же. Еле вырвалась и обошла его кувырком, попытавшись выполнить подсечку, но он просто подпрыгнул. Кувырок назад спас от удара по земле. Быстро встав на ноги, я оказалась на середине и чуть попятилась назад, пытаясь восстановить дыхание. Когда получилось, я поняла, что дальше ждать он не будет чуть не поймала лицом два быстрых удара кулаками. В этот раз я заметила его ухмылку и выставила блок на третий удар, который оказался ещё и отвлекающим. Выставив верхний блок, я попалась и получила носком ботинка вниз живота и едва не выронила глаза на землю. Дальше прилетел тяжёлый апперкот, и я едва не упала, но кое-как устояла почувствовав, как голова едва не слетела с плеч. Шея едва не хрустнула, но выдержала. Отставив левую назад как опорную, я восстановила равновесие и поставила блок и не зря. Ещё один удар кулаком и мой блок пробит, хотя он сильно смягчил удар, а вот следующий поставил меня на одно колено потушив свет в левом глазу.       Чёрт…       Глаз через секунду открылся, но всё было расплывчато. Лицо будто обдали кипятком. Я разозлилась и решила, что гори оно всё огнём! Ударив двумя ладонями вперёд, я молча высвободила щит и у меня получилось сильно оттолкнуть его и самой подняться на ноги. Да он едва не упал и будто сам получил по носу. Зная площадь «щита» думаю так и было… С пальцев пошёл лёгкий дымок и наплевав на это, прочувствовав остатки маны, я собрала их в левый кулак и широко шагнув, с размаху прицелилась ему прямо в лицо, но увы, блок… Я попыталась пробить снизу в пах, но и там, но поймал мой кулак. Давила силой и на удивление даже получилось, зажмурив глаза и скрипя зубами, сдвинуть его на шаг, но в следующую секунду он ударил коленом с размаху мне под дых.       Удар был сильный и подкинул меня на те же три метра как при прыжке через забор, и я вновь отлетела до края площадки.       Отхаркивать пришлось уже кровь и испугавшись по-настоящему, до мурашек по спине и ногам, едва вдохнув я потянулась рукой за круг и хрипя произнесла…       — Сдаюсь…       — Хех… Ну вот и всё. — Поднялся с лавочки Эшли хлопнув по коленям и подойдя ко мне, помог подняться на ноги, отпить воды и усаживая меня на скамейку, вручил мне два пакетика со льдом. Один я приложила к лицу, а второй к животу. Рёбра, похоже, таки треснули если не сломаны, чёрт… Больно!       — Я впечатлён! И это только за неделю?! Её чуть-чуть не хватает техники и опыта, а так, по силе и скорости она уже на уровне рядового! Невероятно, бродяга… — Сдержанно похлопал Николай.       — Спасибо, хоть я и ожидал большего, но… То, что ты показала в конце. — Эшли улыбнулся. — Отдыхай пока. — Он потрепал меня по голове и боль будто на секунду отступила.       — Помнишь, что ты мне обещал?       — Да-да… — Лениво разминая руки, Эшли прямо на землю скинул куртку и вышел в круг продолжив разминаться. — Офицерский зачёт, как ты и просил. Спасибо, что с ней сдержался и остался на уровне рядового-капрала. Со мной можешь не сдерживаться… — Занимая позицию и хрустнув шеей, произнёс Эшли. — Задействуй всё, что тебя защищает… Или… — Подняв взгляд я даже отсюда заметила, как его глаза загорелись синим, а Коля покрылся потом и вздрогнув встал в стойку. — Помрёшь…