Лира&Джордж

Гостиная Гриффиндора дремала. Пламя в камине почти погасло, и комната утонула в полумраке. Лира тихо вошла, надеясь незаметно проскользнуть наверх. Но в кресле у огня кто-то сидел. Джордж. Его взгляд лениво скользнул по ней, задержался на приоткрытом вырезе её рубашки и снова поднялся к глазам. Он улыбнулся — так, как умел только он. — Знал, что ты появишься. — А если бы нет? — Лира вздёрнула подбородок, хотя сердце бешено колотилось. — Я всё равно бы нашёл тебя, — хрипло прошептал он. Он встал, подошёл вплотную. Ладонь уверенно легла на её талию, притянула ближе. Его губы коснулись её шеи — горячие, мягкие, с лёгким прикусом. Лира задохнулась, пальцы сжались на его рубашке. — Джордж… — выдохнула она. Он не дал договорить. Его губы накрыли её жадно, с властным нажимом. Поцелуй был влажным, требовательным. Она чувствовала, как его ладони скользят по её спине, прижимая к себе. Каждое движение — будто огонь по коже. Он подхватил её на руки, и Лира обвила его ногами, даже не размыкая поцелуя. Джордж опустил её на диван, ловко сняв с неё мантию и рубашку. Его губы скользнули по её шее, ключицам, ниже — оставляя жаркие следы. — Знаешь, как я хотел этого… — хрипло прошептал он, прижимаясь к её оголённой груди, целуя каждую линию. Лира выгнулась, позволяя ему целовать, прикусывать, оставлять тёплые влажные следы. Его руки скользнули по её бёдрам, оголяя их. Пальцы уверенно нашли тонкую ткань, стянули её. Его ладонь скользнула между её ног — лёгкое прикосновение, от которого у неё перехватило дыхание. — Мерлин… — простонала она. — Я хочу слышать, как ты стонешь от меня, Лира. И она застонала. Его поцелуи были повсюду: на животе, на внутренней стороне бёдер. Каждый его прикосновение сводил с ума. Он был терпеливым, но одновременно голодным. Когда Джордж поднялся, их глаза встретились. В его взгляде было без остатка желание. Он вошёл в неё медленно, но уверенно. Лира выгнулась, цепляясь за его спину, царапая кожу. Дыхание сбилось, движения стали жадными, торопливыми. Их стоны растворялись в темноте, смешиваясь с треском догорающего огня. Он двигался в ней, нарастающе, дерзко, как будто хотел доказать, что в эту ночь она принадлежит только ему. Лира стонала в его губы, цепляясь за него, пока всё вокруг не исчезло. Было только это: его тёплые ладони, их слипающееся дыхание и жар, срывающий все запреты. И в эту ночь весь Хогвартс действительно мог провалиться к дементорам.