Нырну за тобой .

Анита. Утро встретило меня бледным зимним светом, пробивающимся сквозь жалюзи. Голову слегка ломило после вчерашнего вечера. Разговор с Пьеро всё ещё звенел в ушах, и от этого звона становилось не по себе. Я лежала, уткнувшись лицом в подушку, и думала, что, возможно, нужно просто перестать надеяться. Но сердце упорно не хотело отпускать. Телефон вибрировал на тумбочке. Сообщение. Джанлука: “Ты ему нужна. Он просто не скажет этого сам. Встретимся?” Эшли . Эшли рассказала ему мой разговор с Пьеро . Через час мы уже сидели в маленькой кофейне на углу 5-й авеню. За окном кружил снег, в помещении пахло корицей и свежими круассанами. Джанлука был в длинном чёрном пальто, шарф был небрежно повязан, как у настоящего итальянца. Он улыбнулся, но в глазах я увидела усталость. — Ну, как ты? — спросил он, обхватив ладонями кружку кофе. — Как я? — я усмехнулась, но в голосе не было веселья. — Чувствую себя так, будто меня разорвали на части. И самое худшее, что он даже не хочет, чтобы я была рядом. Джанлука вздохнул. — Анита… ему сейчас очень тяжело. Поверь, я знаю Пьеро всю жизнь. — Джанлука, ты не представляешь, как мне было больно, когда он не поверил мне. — я отставила чашку, сжав руки в замок. — Я ведь пыталась его защитить от этой боли. — Я понимаю. — Он кивнул. — Но это ребёнок, Анита. Он полюбил его как своего. И когда всё открылось… он словно потерял часть себя. Я подняла глаза. — Потерял? Ты хочешь сказать, что он… — Он выгнал Меланию. Вместе с ребенком . Такого Пьеро я еще не видел .И теперь… он не выходит из дома уже несколько дней. Похоже, подружился с алкоголем. — Джанлука покачал головой. — Я ему звоню — он либо не берёт трубку, либо отвечает односложно. В груди что-то болезненно сжалось. Перед глазами встал Пьеро — бледный, с красными глазами, запертый в своём доме, с бутылкой вина на столе. И сердце, которое я пыталась уговорить остыть, снова забилось так сильно, что перехватило дыхание. — Он… совсем один? — спросила я тихо. — Да. И, честно, если ты приедешь, может, это ему поможет. Я допила кофе, не в силах больше слушать. Всё внутри кричало: едь. Вечером я сидела перед ноутбуком, открыв сайт авиакомпании. Курсор мигал на кнопке “Купить билет”. Я колебалась ровно пять секунд. Потом — щелчок, и обратного пути уже не было. Италия встретила меня влажным холодом и запахом каменных улиц после дождя. В Болоньи было тихо, как будто город спал, укрытый рождественскими огоньками. Я не раздумывая, отправилась в центр. На одной из узких улочек, возле старого бара, я увидела его. Пьеро стоял, прислонившись к стене, в тёмном пальто, с поднятым воротником. Щетина покрывала его лицо, волосы были растрёпаны, в руке — бутылка вина. Он смотрел в сторону, будто не замечая никого вокруг. Я остановилась в паре метров. — Пьеро… Он медленно повернул голову. Его глаза… были полны усталости и чего-то, что я даже не смогла сразу назвать. Не гнев, не радость — пустота. — Анита? — он моргнул, будто сомневаясь, что я реальна. — Что ты здесь делаешь? — Приехала. — мой голос дрожал, но я не отводила взгляда. — Потому что не могу видеть, как ты тонешь. Он тихо усмехнулся, глотнул из бутылки. — Поздно, Анита. Я уже на дне. — Тогда позволь мне нырнуть за тобой. — Я подошла ближе, чувствуя, как холодный воздух смешивается с запахом вина и его парфюма. Он закрыл глаза и на секунду сжал губы, будто борясь сам с собой. — Ты не понимаешь… всё, что у меня было, оказалось ложью. Даже я сам теперь не знаю, кто я. — Я знаю, кто ты. — я тихо коснулась его руки. — И я не уйду, пока ты снова не вспомнишь это. Он посмотрел на меня так, как будто впервые за долгое время увидел свет. И впервые за всё это время в его глазах мелькнула слабая искра.