Любимое сердце .

Анита . Прошло три дня. Сегодня — день, которого он ждал целый год. День полёта в Тоскану. Его первый самостоятельный полёт на вертолёте. Его мечта. Его сюрприз для меня. Но он не знал, что у меня тоже есть сюрприз. Куда больший. Я долго думала, как ему сказать. Когда. Где. И пришла к выводу, что не может быть лучшего момента, чем этот: он управляет вертолётом, солнце клонится к закату, Тоскана расстилается под нами, а я — рядом. Момент идеальный. И немного безумный. Как и мы. Утро мы провели порознь. Я сидела за компьютером, отправляла имейлы, сверяла накладные, делала заказы — всё по своей онлайн-лавке. Горячий кофе согревал ладони, на экране мелькали заказы, в том числе несколько очень красивых: обручальные кольца, персонализированные наборы с выгравированными именами, свечи в форме сердец. Я невольно задумалась… А у нас будет свадьба? Когда-нибудь? По итальянским меркам два года отношений — это немного. А если учесть, что мы начали встречаться не как обычная пара, а как вулкан на грани извержения… Но с другой стороны — я не хочу рожать, а потом выходить замуж. Хочу, чтобы наш ребёнок появился в уже настоящей семье. Мы никогда не обсуждали это с Пьеро. Я избегала этой темы, как будто боялась показаться навязчивой. Как будто любое упоминание свадьбы — это ловушка, и он может подумать, что я «давлю». Хотя… может, стоило бы просто спросить? Мои мысли прервал знакомый голос. Тёплый, глубокий. Любимый. — Что делает моя самая любимая девушка в мире? Я улыбнулась и закрыла ноутбук. — Я работала. И… думала о тебе. Он приблизился, в глазах играл огонёк. — Дорогая, мне кажется, ты без ума от меня. — Когда кажется — креститься надо. Он засмеялся и подошёл ближе. Остановился передо мной. Провёл пальцами по моим волосам, нежно сдвинув их с лица. — Ты возбуждаешь меня одним своим взглядом. Я приподняла бровь, но сердце уже билось быстрее. — Посмотрим, что ты скажешь через пару лет. — Ничего не поменяется. Я уверен. Он наклонился и поцеловал меня в шею. Туда, где кожа особенно чувствительна. От его дыхания у меня по спине пробежали мурашки. Я положила руки ему на грудь, но не оттолкнула. Не могла. И не хотела. Его губы были тёплыми, мягкими, неторопливыми. Он целовал меня, как будто у нас было всё время мира. Как будто хотел сказать этим поцелуем больше, чем словами. Когда его губы нашли мои, я вздохнула, приоткрыв рот. Это всегда начиналось именно так. С легкой искры. С невинной шутки. А потом разгоралось до пламени. Он опустился на колени, обхватив меня за талию. Прижался лбом к моему животу. На долю секунды мне захотелось крикнуть: «Да, там внутри — наша жизнь! Наш ребёнок!» Но я лишь затаила дыхание. Не сейчас. Скоро. Он поднял голову, заглянул мне в глаза. Его взгляд был глубоким, сосредоточенным, как будто он и правда пытался заглянуть внутрь меня. — Ты сегодня такая… красивая. Как будто светишься. Я едва не рассмеялась от волнения. — Может, просто счастлива. Он поднял меня с кресла и прижал к себе, с лёгкостью, как будто я весила пушинку. Унес в спальню. Одежда исчезала медленно, поцелуи становились глубже, дыхание — чаще. Мы двигались в унисон, как будто знали друг друга тысячу лет. Это было не просто страстью. Это было чем-то большим. Домом. Убежищем. Прикосновением, которое говорит: я с тобой. Я всегда с тобой. Когда всё закончилось, мы лежали обнявшись, наши тела — как две детали одного пазла. Я провела пальцем по его щеке. Он лениво прикрыл глаза. — Ты готов к своему великому полёту? — прошептала я. — Готов, если ты рядом. — Я всегда рядом. А потом добавила, чуть дрожащим голосом: — У меня тоже будет сюрприз. Он открыл глаза. — Да? — Да. Но скажу после полёта. Он сузил глаза и приподнялся на локте. — Теперь ты пугаешь меня. — Это хороший сюрприз. — Тогда я жду его больше, чем свой. Я улыбнулась и поцеловала его в висок. Через несколько часов мы поднимемся в небо. И я скажу ему. Скажу, что его мир станет другим. Что он будет отцом. А пока… Пока я просто лежала рядом и слушала, как бьётся его сердце. Моё любимое сердце на земле.