Глава 3. Сожаления

— Сестра Маомао, сестра Маомао! — Чуэ подбежала к Маомао, когда та выходила из своей спальни по пути на работу. — В чем дело, сестра Чуэ? Чуэ жестом показала, что ей нужно перевести дух. — У меня письмо от Лунного принца. Нам следует зайти внутрь. Думаю, тебе захочется уединения. Маомао тяжело вздохнула. — Что-то мне подсказывает, что я не захочу знать, что там написано, раз ты принесла его так рано. — Как можно такое говорить, сестра Маомао? Это же письмо от вашего суженого! — Тогда скажи мне: это то, что я хотела бы услышать? Чуэ отвела взгляд и начала напевать какую-то мелодию вместо ответа. — Так я и думала, — раздраженно покачала головой Маомао. — Ладно, давай покончим с этим. Заходи. Чем дальше Маомао читала письмо Джинши, тем больше она думала о ядах и о том, как она могла бы их применить, чтобы выкрутиться из этой ситуации. Он хотел, чтобы она переехала в Нефритовый павильон вместе с Лоуменем и прекратила работу в медицинском кабинете на неопределенный срок —  все ради «её безопасности». Закончив читать, она скомкала письмо и бросила его в жаровню.  — Полагаю, условия тебя не устроили? — спросила Чуэ. — Вы все правильно поняли, сестра Чуэ. И раз уж Лунный принц наверняка спросит тебя о моем ответе, можешь передать ему: пусть идет к черту. — Сестра Маомао! Как вы могли такое сказать? Хотите, чтобы Чуэ лишилась головы? — она цокнула языком. — Бедняжка Маомао, вынужденная жить во дворце, где слуги исполняют каждую ее прихоть… — Он отнимает у меня свободу, мой дом, мою работу! — Что, по-твоему, должно было произойти, когда ты согласилась выйти за него замуж? Можешь отнекиваться, но ты знала, на что идешь. — Но я не ожидала, что все случится так скоро! Я не готова! — Ты же знаешь, что он думает только о твоей безопасности. Дай ему шанс, Лунный принц попытается загладить свою вину. Он уже ищет способы тебя порадовать. Маомао это совсем не убедило. Однако вскоре она обнаружила, что все ее пожитки перевезены в Нефритовый павильон. Ожидая увидеть пустое здание, собирающее пыль, Маомао вместо этого лицезрела настоящий улей: десятки служанок драили павильон до блеска. Маомао с трудом верила, что весь этот переполох — только ради нее. Она уже потянулась к тряпке, чтобы помочь одной из горничных, вытирающих пыль, но Чуэ остановила ее, покачав головой. Маомао вспомнила — теперь такая работа ей запрещена. Она зашагала прочь, пытаясь отыскать тихий уголок, чтобы побыть наедине со своими мыслями и разочарованием. Так она очутилась в своем старом сарайчике. Никому до него не было дела — здесь можно было дуться и оплакивать утраченную свободу в полном одиночестве. Чуэ проявила мудрость и оставила ее в покое до самого обеда. Лишь тогда она тихонько постучала в дверь сарая и выманила Маомао наружу, поманив ароматом какого-то изысканного блюда. Обеденный стол ломился от ее любимых яств. Черт бы его побрал, этого Лунного принца. Но, по крайней мере, он знал путь к ее желудку. После обеда Чуэ бросила ей ворох одежды.  — Надень это, у нас сегодня особый визит. Господин Лоумень присоединится к тебе позже. Ах да, папаше тоже предстояло здесь поселиться — ради «традиции» и всего, что за этим следовало. — Если человек, с которым я должна встретиться - Лунный принц, скажи ему, что я не хочу его видеть. — Это не Лунный принц, — улыбнулась Чуэ. Хотя я уверена, что он скоро заедет, чтобы повидать свою возлюбленную. Этот человек… это тот, кого ты, возможно, полюбишь даже больше принца. Только не говори Лунному принцу, что я это сказала! У Чуэ был талант заманивать Маомао в ловушки. Всю дорогу в экипаже Маомао ломала голову, кем бы мог быть этот таинственный незнакомец. Может быть это торговец редкими лекарствами? Поставщик экзотических грибов?  Знаток диковинных вин и настоек? Когда они вошли в небольшой кабинет во внешнем дворе, Маомао разочарованно вздохнула: перед ней сидел старик без лекарств, грибов или вина. Только свиток пергамента и письменные принадлежности. — Госпожа Маомао? — спросил он. — Просто Маомао, — ответила она. — Вы обручены с Лунным принцем, верно? «Это ненадолго», — подумала Маомао. — Да, это она, — поспешно вставила Чуэ, прежде чем Маомао успела сказать хоть слово. — А, хорошо. Я Лао Чан, главный строитель дворца. Лунный принц распорядился построить оранжерею рядом с его резиденцией и велел мне обсудить с вами все детали. Кислое настроение, преследовавшее ее весь день, вдруг исчезло. Губы Маомао сами собой растянулись в широкой улыбке, а глаза загорелись. Часть ее разума говорила ей контролировать себя, но другая часть — ликовала так же, как при виде первого бычьего безоара. Строитель (она уже забыла его имя) выглядел слегка озадаченным. — С вами все в порядке, госпожа Маомао? — В полном! Давайте приступим! — выпалила она с неожиданным энтузиазмом. Следующий час пролетел в обсуждении. Маомао хотела несколько зон с разным микроклиматом: для трав, фруктов, овощей и цветов, и отдельно — для экзотических видов, подобных тем, что встречаются в Западной столице. Нужен был источник тепла для возможности круглогодичного выращивания. Также должны быть верстак, хранилище и стеллажи. А еще — маленькая примыкающая комнатка: с кроватью, уголком для отдыха и крохотной кухонькой, чтобы можно было жить в оранжерее или хотя бы вздремнуть там в случае необходимости. Мечта, посещавшая ее еще во время ухода за розами.  В голову приходило все больше и больше идей, но Маомао понимала — нужно время, чтобы все обдумать как следует. Она договорилась встретиться со строителем через неделю для уточнения деталей. А пока, попросила начать подготовку площадки и закупку материалов. Терять время она не хотела — оранжерея должна быть готова как можно скорее. Когда они вернулись в Нефритовый павильон, было уже далеко за полдень. Войдя, Маомао увидела знакомое лицо — Лоумена. — Папаш, прости, что они оставили тебя здесь нянчиться со мной. — Я бы назвал это драгоценным временем, проведенным с моей дорогой дочерью. Я рад, что Лунный принц думает о твоей безопасности. И уверен, тебе здесь куда милее, чем под одной крышей с Лаканом. Лицо Маомао побелело, и она содрогнулась. — О чем ты? Это что, было возможно?! — Неужели ты не подумала об этом? Тебя просватали как дочь Лакана, а не мою. Лунный принц сам сказал мне, что это обсуждалось. Но он знал, что ты предпочла бы такой расклад. Внезапно Нефритовый павильон стал казаться чуть менее похожим на тюрьму. — Погоди… Ты говорил с ним сегодня? — Да, он заходил в медицинский кабинет. Лично просил меня переехать сюда, к тебе. И просил моего благословения на брак. — Благословения? И что ты ответил? — Сказал, что важно не мое мнение, а твое. Если это твой выбор — кто я такой, чтобы противиться? Да и не стал бы. Он хороший человек, Маомао. — Он помолчал, прежде чем продолжить. — Вчера при дворе нам не удалось поговорить… но я полагаю, что тебя можно поздравить. Маомао фыркнула. — Я уже начинаю жалеть об этом. Мне не позволяют работать, заставили переехать, теперь еще заперли здесь – в тылу дворца на месяцы, а то и на всю жизнь. — Ты выходишь замуж за принца, Маомао. Понимаю, тебе нелегко. Но твой логический ум, наверняка, уже просчитал последствия этого решения. И все же ты согласилась. Это говорит мне только о том, что он для тебя действительно дорог. Принц мог приказать тебе выйти за него давным-давно, но он ждал, когда ты сама сделаешь этот выбор. Были ли у нее чувства к нему? Безусловно. Вот только сейчас это были в основном злость и обида. — Знаю, чувства даются тебе непросто, Маомао. И быть так сильно любимой… особенно человеком его положения… должно быть трудно для тебя. Возможно, ты задаешься вопросом, почему он выбрал именно тебя, но не сомневайся — его чувства искренни. Я видел, как он смотрит на тебя, как уважает. Видел, как он сокрушался, когда клан Ши забрал тебя. Этот человек разрушит свою жизнь, лишь бы сделать твою лучше. Знаешь, как мало людей в этом мире находят такую преданность? То, что есть у тебя, — редкость. Скажи честно: будь он не принцем, ты бы уже давно приняла его чувства? — Может быть, — неохотно признала она. — С ним я чувствую себя… в безопасности. И он, кажется, понимает меня. Мы хорошо дополняем друг друга. И иногда… он напоминает мне тебя. — А можешь представить себя с кем-то другим? Маомао вспомнила о Рикусоне, целующего ей руку, и о его предложении, которое, она знала, не являлось шуткой. Она уважала его и не могла не признать, что он был бы хорошей партией. Теперь она представила Рикусона и Джинши как две двери в Святилище Выбора. Рикусон — безопасный, легкий путь, разум подсказывал выбрать именно его. Но все остальное в ней, как магнетическое притяжение, заставляло каждый раз выбирать Джинши. — Нет, я бы не выбрала никого другого. — Любить — не стыдно, Маомао. Это не слабость. — Лоумень помолчал. — Что, если я скажу, что когда-то тоже был влюблен? Маомао была поражена. Она никогда не слышала о папашиных романах. Она думала, что ее старик всегда был бабушкиным евнухом, но так было не всегда. Затем она вспомнила выражение его глаз, когда он рассказывал о своей наставнице с Запада, той, что утонула после обвинения в колдовстве. — Та женщина… что учила тебя на Западе? — Да. У меня даже не было шанса сказать ей о своих чувствах. Она была для меня солнцем, луной и звездами. Сколько раз я представлял нашу жизнь вместе… Но ее забрали у меня прежде, чем я успел сказать ей об этом. А то, что было после… отбило все желание любить снова. — Голос его стал тише. — Мы никогда не знаем, что ждет нас завтра. Жить можно только настоящим. Так что если Лунный принц тебе дорог — цени время, которое у вас есть. Несмотря на всю свою недавнюю злость на Джинши, она вдруг остро захотела, чтобы он был рядом и держал ее за руку. Маомао помогла отцу перенести вещи в одну из спален на втором этаже, чтобы ему не пришлось каждый день карабкаться по лестнице. Провела ему небольшую экскурсию по павильону, показала свой сарайчик и рассказала, как снова обустроит там аптекарскую мастерскую. После ужина они отдыхали в гостиной, когда снаружи донесся шум. Маомао выглянула и увидела целую вереницу экипажей — настоящий кортеж, направляющийся прямиком к Нефритовому павильону. Впереди верхом ехали Джинши и Басен. Со всего двора сбегались люди поглазеть. По мере приближения каравана Маомао почувствовала, как десятки глаз уставились на Нефритовый павильон и конкретно на нее. От смущения она готова была провалиться под землю. — Что он вытворяет?! — в панике спросила она. — Ухаживает, милочка! — весело прощебетала Чуэ рядом и, развернувшись на каблуках, скрылась внутри. — Пойду, приготовлю чай и закуски. Похоже, гостей будет много! «Ухаживает? Что это вообще значит? И зачем здесь целая процессия экипажей?» У Маомао защемило под ложечкой: надо было все-таки почитать о брачных традициях. В обучении на придворную даму этой части явно не хватило. Маомао решила последовать за Чуэ внутрь и избежать провожающих ее взглядов. Нужно было морально подготовиться ко всему, что ее ждет. И уж точно она не собиралась доставлять Джинши удовольствие и встречать его, как влюбленная невеста — ее злость на него еще не остыла. Если он пришел заглаживать вину — облегчать ему задачу она не намерена.